История
  • 8546
  • ЛИКВИДАЦИЯ ПО-БОРИСОВСКИ / или Криминальная хроника беларуского "Палермо" (1944 - 1956)

    Андрей ТИСЕЦКИЙ — СЫЩИК от ИСТОРИИ
    «Беларуское историко-детективное агентство»


    В редакции 13 июня 2020 года. Первоначальный (печатный) вариант опубликован в №2 (62) журнала «МИЛИЦИЯ БЕЛАРУСИ» за май 2016 года


    В данной работе мною собраны устные и письменные свидетельства о послевоенном криминале и борьбе с ним в самом «бандитском» городе Беларуси.


    Часть I. «Беларуский Палермо»

    В конце 1980-х – начале 1990-х благодаря кинофильму «Спрут», с актером Микеле Плачидо в главной роли, граждане СССР узнали о том, что такое мафия, родиной которой, как известно, были трущобы г.Палермо в Сицилии. Тогда и появилось сравнение с Борисовом, который по аналогии стали назвать «Беларуским Палермо». Однако мало кто теперь знает, что таковым он был и сразу после войны.



    Фото: памятник «Великому Вождю и Учителю товарищу Сталину» в Новоборисовском парке культуры и отдыха. Нач. 1950-х гг.



    Фото: г.Борисов пр.Революции. Конец 1940-х — начало 1950-х гг.




    Фото: типичные борисовские дворовые пацаны — школьники-переростки первых послевоенных лет. 1949г.





    Фото: Кригин Купрей Ермолаевич, один из немногих борисовских довоенных милиционеров, который сразу после освобождения города и района вернулся на прежнее место службы.



    Фото: участковый уполномоченный Ляшкевич Федор Александрович, 1898 г.р., из числа старейших борисовских милиционеров. Участник двух Мировых войн



    Фото: участковый уполномоченный Алисиевич Василий Кондратьевич, из числа еще довоенных борисовских милиционеров



    Фото: милиционер Князев, из числа еще довоенных сотрудников Борисовского ГОМ



    Фото: Один из первых с 1944 года участковый по сельской местности Бутвиловский, из числа бывших партизан



    Фото: один из первых послевоенных сотрудников Старогородского (2-го) отделения милиции Борисовского ГОМ Яхимович Борис Степанович. 2-я пол. 1940-х гг.



    Фото: он же. 1950-е гг.





    Фото: один из первых послевоенных участковых уполномоченных Старогородского (2-го) отделения милиции Борисовского ГОМ Чичин с женой

    Из рассказа членов семьи покойного Владимира Александровича Сацукевича, уроженца д.Залесье Пересадского сельсовета Борисовского района, который в 1948-1952гг. учился в Борисовском педагогическом училище, а впоследствии учительствовал и директорствовал в д.Дмитриевичи Березинского района (записано мною в сентябре 2015г. в г.Дзержинске).

    «Где-то летом 1949-1952гг. Владимир пешком из Борисова из т.н. Старого Города, где жил в общежитии при своем учебном заведении, отправился домой за харчами. Время тогда было голодное и бедное, а студент хотел предстать пред светлы очи родителей не в затрапезном виде. Поэтому одолжил у товарища приличный костюм. На обратном пути из дома, уже в Борисове, в районе пешеходного моста через Березину, в вечерней темноте его переняли два местных молодых «соловья-разбойника», вроде бы даже вооруженные пистолетами, и «предложили» снять «лапсердак» и «пожертвовать» съестные припасы в «фонд голодающих Поволжья». Но они не учли того, что студент был не робкого десятка, да к тому же хорошим спортсменом-силовиком. Вытащив из кармана кастет, он одного за другим так уделал бандитов, что потом без труда доставил их в находившееся неподалеку 2-е (Старогородское) отделение милиции.



    Фото: милиционеры Старогородского (2-го) отделения Борисовского ГОМ на входе в отделение. Конец 1940-х — нач. 1950-х. Слева — бывший партизан и фронтовик М.Т.Шаковец.



    Фото: милиционеры Старогородского (2-го) отделения Борисовского ГОМ в помещении отделения. Конец 1940-х — нач. 1950-х. Справа — М.Т.Шаковец.



    Фото: милиционеры Старогородского (2-го) отделения Борисовского ГОМ. Конец 1940-х — нач. 1950-х. Слева — Шаховец М.Т., справа — предположительно И.М.Рабецкий.



    Фото: участковый уполномоченный Старогородского (2-го) отделения милиции Борисовского ГОМ Некрасов. Конец 1940-х — на. 1950-х гг.
    Через некоторое время парня вызвали в городской отдел милиции и в торжественной обстановке, за оказание помощи в борьбе с преступным элементом, вручили фотоаппарат.

    А буквально на следующий день Владимир пошел со своим ценным подарком на городской пляж, где его у него и украли неизвестные «злоумышленники» ;-)




    В.А.Сацукевич в спортзале борисовского педучилища





    Фото: одно из немногих кирпичных зданий г.Борисова переживших советско-германскую войну.

    К слову, приходилось мне слышать и еще одну криминальную историю, связанную с пешеходным мостом через Березину в первые послевоенные годы. Так вот старожилы Борисова рассказывали, что в темное время суток перед одиночными прохожими на берегу из-под моста вылезал почти голый мальчик и жалобно говорила: «Дяденька/тетенька, мне холодно». Стоило прохожему остановиться, как следом за пареньком из-под моста вылезала парочка соловьев-разбойников и принималась грабить ротозея.



    Фото: пешеходный мост через р.Березина. 1950-е.

    Согласно машинописным воспоминаниям еще довоенного борисовского милиционер Василия Матвеевича Брижевского (экземпляр из моего личного архива), после войны еще довоенный бандит Голос в г.Борисове в районе нынешнего молочного комбината «Здравушка» зарубил топором колхозницу пригородного колхоза, за что был судим и приговорен к высшей мере наказания – расстрелу.

    Из рассказа сына оперуполномоченного Калеко Ф.С., 1929г.р., жителя г.Борисова(записано мною в феврале 2016г.):

    «Отец был уроженцем д.Зачистье Борисовского района, 1904г.р. В борисовскую милицию пришел работать в 1927г. В начале войны ушел на фронт, где был командиром инженерно-минной роты при 1-й танковой армии. Дошел до Берлина и вернулся домой где-то зимой 1945/46 гг. Сразу же снова пошел работать в милицию. Мы в то время жили в старом городе. Из послевоенных дел помню историю с бандитом по фамилии Ажеренок, или Азаренок (точно не помню), на время рассматриваемых событий лет 20-30 от роду. Где-то в конце 1940-х — начале 1950-х он несколько раз звонил по телефону в милицию и сообщал о том, что в районе военного городка Печи ограбление магазина, а когда вся милиция направлялась туда, спокойно грабил магазины в противоположной стороне – в Старом Города. Для поимки Ажеренка/Азаренка приезжали даже сыщики из Минска, однако поймать его так и не смогли. Тогда отец вместе с еще довоенным участковым-фронтовиком Алексеем Ивановичем Можейко сделали засаду, спрятавшись в чулане барака на перекрестке улиц Лопатина и Урицкого, где бандит появлялся. Ждали долго, но таки дождались и скрутили лихого бандита..."



    Фото: участковый уполномоченный Борисовского ГОМ А.И.Можейко



    Фото: Ф.С.Калеко после демобилизации из Красной Армии. Конец 1945-го — 1946-й гг. с женой и сыном

    Что же касается известных представителей борисовского криминала рассматриваемого периода, то старожилы, в том числе, называют семью Карповичей, состоявшую из отца, инвалида без ног, трех его сыновей и дочери. Жили по ул.Трудовой, 5. Уголовное прошлое членов этой семьи начиналось еще с довоенных времен и продолжалось как при немцах, так и после освобождения.



    Фото: сотрудники Борисовского ГОМ. Конец 1940-х. Третий ряд снизу сидит шестой слева начальник горотдела милиции Головатенко Михаил Порфирьевич.



    Фото: снова сотрудники Борисовского ГОМ. Конец 1940-х. Третий ряд снизу сидит четвертый слева начальник горотдела милиции М.П.Головатенко.


    26 июля 1948 года на оперативном совещании прокуроров Минской области обсуждался вопрос «О ходе борьбы с хищениями социалистической собственности».

    Прокурор г.Борисова Голованов А.И. возмущался:

    «Милиция не выполняет требования прокурора, не считается с его указаниями. На данном совещании даже не присутствует представитель УМВД, в то время, как он был поставлен в известность о настоящем совещании.

    Имеют место случаи, когда милиционеры участвуют в кражах. У гр-на г.Борисова была украдена свинья работником милиции. Я дал санкцию на его арест. Был такой случай, когда конвоир, сопровождая осужденного в тюрьму, зашел с ним в ресторан, выпили за счет осужденного. Конвоир уснул, а осужденный сбежал… К конвоиру никаких мер принято не было»[1].




    Фото: Возле тюрьмы г.Борисова. Конец 1940-х. гг. Водитель служебного ЗИС-5 — В.Ф.Кудаленкин. Тюрьма функционировала до 1952 года.



    Фото: Начальник тюрьмы г.Борисова возле служебного ЗИС-5. Конец 1940-х гг.

    Справка

    Согласно циркуляра МВД СССР от 19 июля 1944 года лимит наполнения Борисовской тюрьмы (№2)был установлен в 70 зк.[2]

    В моем личном архиве находится рукописное жизнеописание свояка, Кота В.И., 1924 г.р., урож. д.Новоселки Гливинского с/Совета Борисовского района, участника советско-германской войны. После демобилизации из рядов Советской Армии в 1947г., Владимир Иванович вплоть до выхода на пенсию работал шофером в борисовском райпотребсоюзе. В частности он упоминает, что: в ноябре-декабре 1948 г. и следующем 1949 году в системе борисовского райпотребсоюза была выявлена череда мелких и крупных растрат, по причине которых работники организации по два и более месяца не получали зарплату, т.к. в госбанке не было денег ними рассчитаться и они сидели на просрочке.

    Растраты в торговой сети Борисовском райпотребсоюза и заготконторе имели место и в последующие годы. Так, в 1951г. там были выявлены хищения на сумму 336 тыс. руб.[3].



    Фото: работники системы борисовского райпотребсоюза 1950-х гг.





    Фото: он же вместе с начальником ИВС Борисовского ГОМ Кригиным К.Е. Сер.1950-х гг. на фоне автозака



    Фото: сотрудник ОБХСС Борисовского ГОМ конца 1940-х — первой половины 1950-х гг. Калечиц Вячеслав Игнатович, из числа бывших партизан

    Из воспоминаний Альберта Александровича Граковича, 1930 г.р., жителя г.Борисова:

    «Город, который стоял на перекрестке дорог, с железнодорожной станцией и складами притягивал криминал будто магнитом. В 1946/47 годах бандитизм был страшный: вооруженные налеты, ограбления, убийства. В темное время суток борисовчане на улицу без нужды старались не выходить, даже осветление в домах не зажигали. Так боялись.

    Несмотря на указ о сдаче оружия, население припрятало его немало, поэтому приобрести, например, пистолет на том же рынке было не сложно. У меня также был пистолет марки парабеллум, который постоянно держал при себе.

    Милиция, которая состояла из бывших партизан, с обнаглевшими бандитами справиться не могла. Порядок в Борисове навел генерал Павел Батов, командир 65-й армии, которую перевели в Печи. Войсковые патрули (офицер в звании не ниже капитана и двое солдат-автоматчиков) в случае неподчинения или угрозы стреляли на поражение. Не сразу, однако фронтовики сделали город относительно спокойным. Бандюг частью уничтожили, а оставшиеся притихли, перебрались в другие места» [4].


    Об этом же вспоминает и ветеран ВОВ, СА и МВД, майор внутренней службы в отставке Александр Давыдович Чижиков, 05.06.1926г.р., житель г.Борисова (записано мною летом 2015 г.):

    «В 1949г. я был переведен для дальнейшего прохождения воинской службы в в.г.Печи. Сначала был инструктором по вождению танков, потом выучился на офицера. Даже в первой половине 1950-х годов в Борисове была сложная криминальная обстановка. По городу патрулировали солдаты по 3-5 человек вооруженных солдат с офицером.

    Приходилось и мне ходить в эти патрули. В районе нынешнего мелькомбината по улице Труда была свалка военной техники. Это было одно из тех мест в городе, где любили собираться бандиты. Ходившие из Печей мимо этого места в увольнение солдаты, брали с собой для обороны металлические трубки, обматывая их для маскировки газетами».




    Фото: Чижиков А.Д. — дежурный по в.г.Печи. Начало 1950-х.



    Фото: военный патруль. БССР. Конец 1940-х — нач. 1950-х.

    Справка

    Шестьдесят пятая армия второго формирования (65 А) — общевойсковая армия в составе Вооруженных сил СССР во время Великой Отечественной войны. С 22 октября 1942 и до конца войны- генерал-лейтенант, с 29 июня 1944 генерал-полковник Батов П. И.



    Фото: П.И.Батов

    В мае 1946 г. армия преобразована в 7-ю механизированную армию[5]. В мае 1948 года управление 7-й отдельной кадровой танковой дивизии передислоцировано в город Борисов. В июле 1949 года 7-я отдельная танковая дивизия переформирована в 7-ю механизированную армию в составе Белорусского военного округа. Армия имела в своем составе две танковые и две механизированные дивизии. Из их числа в Борисове были расквартированы:

    — 10-я танковая Днепровская ордена Суворова дивизия, сформированная на базе 10-го танкового корпуса;

    — 15-я гвардейская механизированная Ровенская ордена Ленина Краснознамённая ордена Суворова дивизия, сформированная на базе 6-й гвардейской стрелковой дивизии[6].


    А вот о другом, криминальном аспекте дислокации в послевоенном Борисове крупного воинского контингента, ранее как-то не принято было вспоминать.

    От старожилов Борисова приходилось мне слышать о том, что раненые и покалеченные фронтовики, которые находились на излечении в военном госпитале на окраине города в районе военного городка Лядищи, а также в городской больнице, используемой тогда и под нужды армии, после выписки были фактически оставлены на произвол судьбы, поэтому совершали в городе различные виды хищений, чтобы не умереть с голоду. И доля таких преступлений в конце войны и первые послевоенные годы в общей массе городского криминала была очень высокой.



    Фото: военнослужащие из подразделения охраны борисовского госпиталя. Первые послевоенный годы.

    Творили криминальный беспредел и транзитники. В беседе, состоявшейся в канун 2016 года с бывшим начальником штаба УВД Миноблисполкома подполковником милиции в отставке Дакуко Владимиром Викторовичем, 1936 г.р., урож. д.Кищина Слобода Борисовского района, ветеран службы упомянул один интересный случай, о котором ему, в свою очередь, в свое время поведал бывший начальник отделения ОУР УВД Миноблисполкома Александр Игнатьевич Верещако. А дело было так.

    «В 1945 году бывший партизан А.И.Верещако, проработав один год учителем в д.Титва Руденского района, был направлен на работу в милицию в уголовный розыск Борисовского ГОВД. И где-то в это же время на его памяти в Борисове имел место следующий случай. Милиционеры задержали в районе железнодорожного вокзала за совершенное то ли кражи, то ли ограбления одного, или нескольких военных (скорее всего из эшелона, совершившего остановку в Борисове), и поместили в КПЗ.



    Фото: здание Борисовского ГОВД начала 1920-х годов постройки. 1960-е гг.



    Первый, после освобождения в 1944г. начальник Борисовского РОМ НКВД Барковский Василий Тимофеевич, из числа довоенных милиционеров отдела милиции





    Кто-то из их оставшихся на свободе товарищей поднял по тревоге их роту, бойцы которой с оружием в руках окружили здание ГОВД, наставили на окна и двери пулеметы и выставили милиционерам ультиматум, что если их товарища (товарищей) не выпустят на свободу подобру – поздорову, то райотдел милиции будет взят штурмом. При этом были перерезаны телефонные провода, проведенные к отделу милиции, чтобы его сотрудники не смогли вызвать подмогу. Однако один провод замечен не был, и на место инцидента была вызвана гарнизонная комендантская рота, бойцы которой в свою очередь окружили фронтовиков. Только после этого каким-то образом инцидент удалось уладить».


    В 1950-м году при выезде на железнодорожный вокзал, где разбушевавшиеся пьяные офицеры-армейцы, отправляемые на службу в Германию, устроили пальбу из табельного оружия (а надо отметить, что хранили они пистолеты при себе в нашем регионе вплоть до середины 1950-х), одним из них был ранен начальник ГОВД (1949-1950гг.) Мороз(ов) Федор Спиридонович (по информации сына, 1937.г.р., жителя г.Смолевичи за февраль 2016г.).



    Фото: Мороз(ов) Ф.С. Конец войны — первые послевоенные годы.













    Согласно воспоминаний Замостьяниной Регины Семеновны, жительницы г.Борисова, вдовы бывшего милиционера Борисовского ГОМ/ГОВД Арсения Яковлевича Замостьянина, пришедшего туда на работу в 1953/54гг. (из беседы летом 2015г.), одно из ярких воспоминаний раннего периода службы мужа в милиции было убийство военным из в.г. Лядищи своей жены, или сожительницы с последующим расчленением. Раскрыто было дело значительно позже, т.к. преступление было совершено накануне отъезда военного на новое место службы.

    Связан с военными и один из самых последних значительных эпизодов борьбы с криминалом в послевоенном Борисове, датируемый 1955 годом.

    Так, согласно воспоминаниям бывшего сыщика Борисовского ГОМ Александра Верещако, в ночь с 12 на 13 сентября 1955г. в г.Борисове (в районе нынешней ул.Дымки –А.Т.) был ограблен буфет, изнасилована и убита сторож столовой Е.Самусенко (уходя, бандиты вставили ей, уже убитой, пустую бутылку в промежность – А.Т.). Преступники унесли шоколад, конфеты коньяк, вино «Мускат», папиросы «Казбек» и около шести тысяч рублей. На месте преступления была обнаружена армейская пилотка со штемпелем воинской части. Был найден владелец пилотки. Оказалось, что ее у него кто-то похитил во время маневров.



    Фото: Александр Верещако в центре. Справа — командир взвода ППС Давидович Г.И. Слева — Н.Д.Саян. 1957 г.

    Для раскрытия преступления была создана опергруппа в составе старшего опера лейтенанта Верещако, начальника ОУР старшего лейтенанта Милешкина, ст. оперуполномоченного 1-го отделения милиции Исаенка К.С. и других сотрудников. Несколько дней напряженного труда дали результат. Была установлена и опрошена единственная свидетельница произошедшей драмы. Женщина возвращалась с ночной смены домой и увидела, как несколько солдат с черными погонами глумились над сторожихой. Боясь возмездия, она не стала об этом заявлять. Дальнейшие мероприятия по установлению убийц проводили совместно с военной прокуратурой и особым отделом Борисовского гарнизона. В процессе работы в стройбате было установлено: рядовой Политиков 12 сентября вечером ушел в самоволку и вернулся только к утру в воинскую часть, но не был за это наказан. На вопросы отвечал сбивчиво и неубедительно. Командование части решило было наложить десять суток гауптвахты на солдата. Для «разборки» Политыкова из УВД был направлен в г.Борисов агент Сокол, переодетый в военную форму. В буфете Борисовского вокзала «вояка» выпил спиртного и поднял дебош, после чего был задержан и доставлен на гауптвахту в камеру к Политыкову. Несколько позже Сокол узнал от солдата о совершенном злодеянии и именах соучастников, которых незамедлительно задержали.



    Фото: 1-й ряд слева-направо: ст. оперуполномоченный К.С.Исаенок, участковый уполномоченный И.Г.Давидович, сверху — участковый уполномоченный Некрасов.

    Решено было допросить Политикова по существу совершенного преступления. Перед допросом был подготовлен кабинет в Борисовском отделе милиции, где в углу сложили товарно-материальные ценности, что были украдены в буфете. На допросе задали вопрос: кто из солдат убил сторожа? Политиков долго все отрицал, но затем зашел в кабинет переодетый в военную форму сотрудник и «доложил», что остальные арестованные просятся на допрос «все выложить». После этого Политиков попросил воды, закурить и начал подробно рассказывать. Ему был задан дополнительный вопрос, где находятся похищенные вещи. Он недвусмысленно указал в угол. Но ему ответили, что это вещи с другой кражи. Политиков покрылся потом и сказал: «Да, вы мня хорошо купили…». Так умом и хитростью оперуполномоченного Александра Верещако была поставлена точка в раскрытии тяжкого преступления, а опергруппе в полном составе приказом МВД СССР объявили благодарность и наградили медалями «За отличную службу по охране общественного порядка»[7].



    Фото: ст.оперуполномоченный ОУР Борисовского ГОМ Исаенок Константин Семенович после вручения медали «За отличную службу по охране общественного порядка»

    Финальным же аккордом борьбы с послевоенным криминалом и вооруженным бандитизмом в Борисове стала ликвидация в начале 1956 года последней в Советском Союзе банды «Черная Кошка», которая объявилась тут после печально знаменитой т.н. «бериевской» амнистии 1953 года. Произошло это уже при начальнике ГОМ Бацанове Андрее Николаевиче (1951-1960), именно, благодаря железной хватке которого, а вовсе не армейскому генералу Батову, в городе на Березине и был наконец побежден послевоенный уголовный бандитизм.



    Фото: Бацанов А.Н. в своем кабинете. 1952 г.



    Фото: сотрудники Борисовского ГОМ. 3-й слева сидит начальник отдела милиции Бацанов А.Н. 1951 г.



    Фото: Начальник Борисовского ГОМ инструктирует заступающих нас службу сотрудников горотдела милиции. 1956 г. (1958-й на фото — описка)

    Из рассказа Леонида Титовича Николаенка, 1933г.р., подполковника милиции в отставке, бывшего начальника ОУР Смолевичского РОВД, а потом старшего инспектора по особо важным делам УУР УВД Миноблисполкома:

    «До начала срочной службы в армии в 1953г. я с семьей проживал в г.Борисове. А в апреле 1957-го пришел на работу в милицию. Службу там начинал в должности милиционера наружной службы Борисовского ГОМ. В период моего нахождения в войсках была проведена знаменитая бериевская амнистия уголовников 1953 года, в результате которой произошел значительный всплеск преступности, ликвидировать который удалось только чрезвычайными мерами. На это ушло несколько лет. Причем амнистированным было запрещено поселяться в столичных городах советского Союза и прилегающих районах. Поэтому толпы потенциальных преступников наводнили другие крупные районные центры, находившиеся на линиях железных дорог и крупных портов. Именно в это время в Борисове и действовала банда рецидивистов, занимавшаяся различными видами хищений. Ликвидировала ее городская милиция еще до моей демобилизации из армии. На местах совершения преступлений бандиты иногда рисовали кошку, или же делали соответствующие надписи. Подобные «Черные Кошки» были ликвидированы и во многих других городах Советского Союза».

    Истории про то, что в послевоенном Борисове действовала какая-то местная банда «Черная Кошка» (правда без подробностей) мне не раз приходилось слышать и от простых городских старожилов-обывателей. Однако, вплоть до самого недавнего времени, я был совершенно уверен, что все подобные разговоры — наложения впечатлений о послевоенном борисовском криминале на впечатления, появившиеся после выхода в прокат знаменитого советского кинофильма режиссера Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя», снятого по мотивам историко-детективной повести братьев Вайнеров «Эра милосердия».

    О том, насколько дерзко действовали бандиты можно судить по рассказу моего старшего товарища по цеху краеведения из Крупского района, Михала Адамовича Бараули.



    Фото: Барауля М.А. 1989-1991 гг.

    Предоставим ему слово.

    «Отец, Адам Прокопович, 1930г.р., родился и проживал в д.Гумны Крупского района, которые до революции относились к Велятичской Волости Борисовского уезда. Из его воспоминаний, датируемых 1950-ми годами запомнилось следующее. Время тогда было голодное, никакой лавки, или магазина в деревне не было. Даже за хлебом приходилось ходить в Борисов. Собиралось несколько мужчин и с самого ранку шли пехотой в соседний райцентр. Ходить по одному боялись, т.к. в лесах еще дне-нигде в наших местах продолжали шалить разбойники, тот же оздятичский Владимир Вергейчик, например. За день успевали отовариться и возвратится обратно. Одна история, связанная с таким походом, была, со слов отца, связана с борисовской бандой «Черная Кошка».

    Так, когда он стоял в очереди у хлебной лавки в районе староборисовского рынка, одна старушка в толпе стала разворачивать хустку (платок) с деньгами. И тут на нее, из находившегося рядом туалета, вылетела веревочная петля, а заарканенная бабка была затащена в туалет. Практически тут же она вылетела оттуда уже без денег, голося, что ее ограбили. Из туалета же следом не спеша вышли два здоровых не старых детины и спокойно пошли прочь притихших людей из очереди в булочную. Никто из них не решился предпринять какие то действия по задержанию бандитов. И только после их ухода в очереди заголосили, что это были молодчики из «Черной Кошки».

    Общаясь же в свое время с бывшими борисовскими подпольщиками, приходилось слышать, что в «Черной Кошке» были и бывшие партизаны».


    К слову, от сведущих старожилов Борисова приходилось мне слышать и том как бывшие партизаны бригады им. «Щорса» Минско-Червеньской партизанской зоны Сергей Тишковец (по уличному — Тапэр) и Стефанович, родом то ли Оздятичского, то ли из Велятичского сельсоветов Борисовского района, в послевоенное голодное время «бомбанули» 2 магазина, за что и получили после поимки их милицией дважды по 12 лет. Однако имели ли они отношение к «Черной Кошке» мне доподлинно не известно.

    Из воспоминаний бывшего старшего участкового инспектора Борисовского ГОВД Петра Евгеньевича Голодка, 1950г.р., урож.д.Гора Борисовского района:

    «Батька мой, бывший партизан, состоял дружинником в ДНД. Помню, что в детстве у нас часто собирались милиционеры из тех, с кем он раньше партизанил, а также земляки с нашей стороны района: Исаенок Константин Семенович, Кульша Федор Матвеевич, Механошин Дмитрий Михайлович. От них приходилось слышать о разных криминальных делах. Так вот, насчет бандитов из „Чернаой Кошки“ помню, со слов, что попались они на ограблении почтового отделения по ул. 3-го Интернационала в Старом Городе, которое находилось совсем рядом со старым зданием старогородского отделения милиции».



    Фото: Фото: Сотрудники Староборисовского(2-го) отделения Борисовского ГОМ, которое до 1954 года обслуживало рассматриваемую часть района. Сер. 1950-х. 1-й ряд 4-й слева — опер. Багрицевич Ф.М., 2-й ряд 1-й лева опер. Исаенок К.С., 2-й — Давидович Г.И.



    Фото: ст.оперуполномоченный Исаенок К.С. слева. В центре эксперт-криминалист (фамилия-?). Справа — Михайлов. «Жаркое» лето 1953 года.






    Из статьи «Случилось происшествие» в №4 за 1956 год журнала «Советская Милиция»:

    «… На скамье подсудимых их сидело тринадцать человек – шайка рецидивистов, умело раскрытая коммунистами Мелешкиным, Исаенком и Соболем».



    Фото: начальник ОУР Борисовского ГОМ Мелешкин Сергей Емельянович. В 1951 — начала 1956 гг. — начальник Клецкого РОМ

    Брала их милиция в районе т.н. Разувайки – крайней части улицы Красноармейской (в статье очевидно путаница с ул. Краснознаменной — Авт.), в издавна криминальном районе, который получил свое название от небольшого деревянного мостика через ручей впадающий в Березину, возле которого местные бандиты собственно и перенимали, да разували прохожих.

    Из рассказа сына одного из участников задержания, оперуполномоченного Зарембо Степана Владимировича, Сергея Степановича Зарембо:

    «Была милицейская погоня, в ходе которой отец провалился под лед Березины (на берегу которой находится улица Красноармейская) и подхватил туберкулез. Других подробностей не знаю».



    Фото: Зарембо С.В. 1967г.

    А летом 2016 года у меня состоялся интересный разговор с одним ранее судимым жителем города Борисова, который поведал, что где-то в начале 1990-х он лично общался с двумя еще живыми тогда бывшими фигурантами дела, которые давно отбыли, назначенное им судом, наказание и проживали на то время на так называемом среди борисовчан «Техасе» по ул.Трусова в районе поликлинники №4. Но ни их самих, ни тех кто их ловил, в живых никого уже не осталось.






    Фото: развод на службу милиционеров отдельного взвода ППСМ. Двор Борисовского ГОВД. Сер.1950-х. Крайний слева -командир взвода Никанович Г.И.



    Фото: то же самое. Развод проводит замначальника ГОМ по политчасти Лазаренко С.Я.



    А в апреле 1956-го состоялся 1-й областной слет отличников милиции Минщина. От Борисовского ГОМ, судя по сохранившейся фотографии на нем был представлен старшина взвода ППС Булай В.П.



    Фото: 1-й ряд второй справа — Булай В.П.

    Именно в середине 1950-х годов борисовчане начали относится к своей милиции и ее начальнику с уважением. От старожилов Борисова автору этих строк приходилось слышать, что когда Бацанов шел по главной улице тогдашнего города — проспекту Революции, где тогда размещался ГОМ, пьяницы и уголовный элемент, завидев его, становились по стойке смирно, что очень смущало жену офицера, старшую медсестру тубдиспансера, если она шла с ним рядом. Местные же евреи, завидев на своем пути главного местного милицейского начальника, почтительно снимали перед ним головные уборы.



    Фото: Бацанов А.Н. Сер. 1950-х гг.

    Нынешним стражам порядка до такого народного уважения еще расти и расти.



    Фото: не службой единой — самодеятельность



    Фото: не службой единой — волейбол

    P.S.

    В данной исследовательской работе мною была отражен послевоенный криминал и борьба с ним в самом Борисове. А вот историю районного криминала, вкупе с проявления антисоветского вооруженного сопротивления в регионе читайте в моей исследовательской работе:

    — «ОХОТА НА «ЧЕРНОГО КОТА» /или Тайная война на Малом Палесье (1944-1956)» —
    Your text to link...


    О криминальной же истории Борисова 2-й по. 1950-х — 1960-х гг. читайте в моей исследовательской работе:

    — «БОЛЬШОЙ ПЕРЕПОЛОХ В БОРИСОВЕ 1968-го/ или «Беларуский Палермо» второй половины 1950-х – 1960-е гг.» —
    Your text to link...


    Ссылки:

    [1]Прокуратура Республики Беларусь (1922-2007) /Прокуратура Минской области / Составители: М.В.Снегирь, С.В.Скарулис/ Молодечно. УП «Типография „Победа“. 2007.С.165-166.
    [2]Шарков А.А. Уголовно-исполнительная система МВД Республики Беларусь. 90 лет. Мн. «Позитив-центр». 2010 г. С.57.
    [3]Очерки истории милиции Беларусской ССР 1917-1987. Мн. Изд. «Беларусь». С.295.
    [4]Так было… (вiдавочцы успамiнаюць Вялiкую Айчынную вайну). Гоман Барысаушчыны. №6-8(195-197), 2015. С.11.
    [5]https://ru.wikipedia.org/wiki/65-%D1%8F_%D0%B0%D1%80%D0%BC%D0%B8%D1%8F_(%D0%A1%D0%A1%D0%A1%D0%A0).
    [6]https://ru.wikipedia.org/wiki/7-%D1%8F_%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F_%D0%B0%D1%80%D0%BC%D0%B8%D1%8F_(%D0%A1%D0%A1%D0%A1%D0%A0).
    [7]Цыбульский К. Сыщик от бога На страже. 1999г.; Белорусский уголовный розыск 1918 – 2008. /Составитель Ю.В.Курьянович/ Мн. Друк-С. 2008. С.153-154.

    29 апреля 2016г.
    • нет

    2 комментария

    avatar
    СПАСИБО, ИНТЕРЕСНО
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.