Україна
  • 365
  • "У них всё точно так же" или немного о "бабуинах" и "майдаунах"

    Как мне кажется, весьма интересный взгляд на русско-украинскую войну, ВСУ и их «оппонентов» со стороны немногих действительно отмеченных хоть каким-то интеллектом русскомирцев — К.

    kenigtiger.livejournal.com/1859834.html

    1. Руководство.
    При всём своем интеллектуальном ничтожестве, воровстве, склочности, при массе всевозможных отрицательных качеств, у украинской правящей элиты есть главное — четкое осознание того, что эту войну им надо выигрывать любой ценой. С Порошенко, с Саакашвилли, с кем угодно. Американские хозяева всем им популярно объяснили, что проигравшие войну они там, на Западе, никому не нужны. Победили? Да вы борцы за свободу, форпост Западной Цивилизации и прочее «Данке, Вольдемар!». Проиграли? Мерзкие коррупционеры, расхищавшие иностранные кредиты. Украинская элита имеет целью полную победу, и для неё любые переговоры с РФ, по «Минску» ли, по миротворцам ли, — инструмент выторговать себе более выгодные позиции для окончательного решения. Отсюда, из этой ситуации, произрастает вся ситуация с исполнением «Минских соглашений», когда наших заставляют их неукоснительно соблюдать, а украинская сторона срать на них хотела. Выкатили на передок танки и работают целый день, пока не надоест. И, естественно, западные друзья им это позволяют. А наши могут себе позволить полноценную работу в ответ только изредка. Результат — противник отжимает «серую зону», где может, и со временем чувствует себя на передовой всё более и более уверенно.

    2. Мобилизационный потенциал.
    Есть один простой ответ дебилам, рассказывающим, что «У них всё точно так же». Он звучит как «И чем это нам поможет, если их в пять раз больше?». Чтобы победить при таком соотношении сил нужно, чтобы весь твой личный состав был по уровню подготовки и мотивации на голову, на две головы выше противника. И чтобы все случайные факторы вышли в твою пользу. Большая часть широко известных побед в мировой военной истории известны не столько тем, что они были одержаны над численно превосходящим противником, сколько тем, что они были победами решительными. Но при этом были победами над противником с сопоставимыми силами.

    Остальная Украина, даже ослабленная эмиграцией (в основном тех, кто и так бы на фронт не попал по разным причинам), по-прежнему многократно больше Донбасса по численности призывного контингента. И, ключевой момент, по ту сторону ПРИЗЫВНАЯ АРМИЯ. Ещё раз, для непонятливых. Там, в большой стране, — призывная армия военного времени, здесь, в двух маленьких республиках, — добровольческие армии, принуждаемые «Минскими соглашениями» к службе и жизни по лекалам мирного времени. Со всеми вытекающими из этой дикой разницы последствиями. Противник за три года войны, прогнав через фронт десятки тысяч «мобилизованных», создал себе значимый кадровый резерв. Более того, призыв им позволил массово притащить в войска технических специалистов, которых общая ситуация в стране, грамотно удерживаемая на требуемом уровне всеобщей бедности, сподвигла там и остаться. И которым «западные союзники» накидали всякого полезного нелетального, о чём мы ещё поговорим отдельно. Одновременно с этим призыв позволяет противнику поддерживать куда больший процент «молодняка» в частях, который, в силу молодости и здоровья, будет более боеспособен. Вот у меня, например, летом 15-го боец-связист, в годах уже дядька, начал сознание терять, когда мы в 30+ градусов жары затаскивали в танк тяжеленную радиостанцию Р-173. И как бы он при таких же температурах работал на боевых непрерывно сутки-двое?

    3. Пропаганда.
    Украинская пропаганда в силу самой ситуации, в которой она ведётся, оказывается более логичной, чем пропаганда с нашей стороны, каким бы шлаком не было «фактическое» наполнение этой украинской пропаганды. Нашей пропаганде сложно объяснить солдату, почему он должен соблюдать «Минские соглашения» по итогам которых Донбасс должен вернуться в Украину. Хотя все прекрасно понимают, что нет, добровольно, без драки, не вернётся. «Ну и нафига?» А тут ещё такой Дейнего выходит и говорит «Не, вы не поняли, мы вернёмся, вернёмся в Украину! Без вариантов». Шизофрения прям.

    А вражеская пропаганда логична. Тем более, что вполне себе годных фактов ей реальность временами подбрасывает, а уж она, будье спокойны, ими покрутит и повертит к своей пользе. Вот, поймали в мае 2015-го двух ГРУшников, наслушавшихся рассказов про лохов-бабуинов-майдаунов, и у противника теперь есть доказательство, что «Мы воюем против российского спецназа!». Лупанула удачно по ним арта — «Это россияне зашли». Начали хорошо работать снайпера — «это россияне зашли, спецназ ГРУ». Любой успех — «победа над российско-террористическими войсками». Противник становится увереннее. Что ему и требуется.

    Кстати, о пропаганде. Назовите мне, дорогие друзья, первый «котел» этой войны. Южный? Иловайский? Нет. Первым котлом этой войны был Славянский. Из которого, правда, большая часть ополчения прорвалась. Были отдельные успешные бои, налёты, засады, рейды ДРГ, удачные артналёты с использованием немногочисленных тогда миномётов и арты, сбитые самолеты и вертолёты, но уже бои за Ямполь показали, что даже очень аморфная армия, кое-как пришедшая в чувство и собравшая воедино арту, броню и пехоту хоть с каким-то управлением во главе успешно разгоняет легко вооруженное ополчение. Большая, подавляющая часть боевых действий ополчения лета 2014-го — это оборона разной степени успешности с эпизодическими контратаками. Когда ВСУшники растянулись вдоль границы, у наших получилось временно отрезать так называемую «кишку», и то они её деблокировали и вытянули из неё значительное количество своих сил, а в это время в ЛНР ополчение прорывалось из ещё одного котла, Лисичанского. И в августе чуть было не состоялся котел Луганский. У ополчения, разобщённого, лишенного полноценного единого управления и полноценного снабжения, в итоге получилось сыграть только роль «наковальни» для «молота» «Северного ветра».

    Уже тогда ВСУ потихоньку начинали «раскачиваться» и, какие бы крупные потери в технике и личном составе они не понесли в августе 2014-го, бои за Дебальцево были очень тяжёлыми, за любой тактической ошибкой, совершенной нашими, немедленно следовало наказание, причем вовсе не обязательно для этого было наличие с той стороны каких-то суперспецназов или наёмников.

    С тех пор прошёл уже не один год. Уже больше двух с половиной лет прошло. Уже были с тех пор, не считая постоянных перестрелок и вылазок, Марьинка, дважды — большие бои на Светлодарской дуге, заход укропов на авдеевскую Промку и упорная оборона там, Желобок был этим летом. А отношение у многих, у тех, кто непосредственно во всем этом не участвует, к противнику, который во всех этих столкновениях показал, что он постоянно учится, по-прежнему на уровне анекдотов осени 2014-го — «В каком котле служили?». Самое время для вопроса — кто же в итоге больше «одурманен пропагандой»?

    В 2017-м году по ту сторону фронта в окопе сидит не «потерявшийся» срочник образца лета 2014-го, а вполне себе обученный, мотивированный, упорный, неглупый солдат. Которым руководит такой же офицер, вполне знающий свое дело.

    4. Кадры.
    Когда стало очевидно, что ВСУ перевели всю свою радиосвязь уровнем выше роты в «закрытую цифру», мне стало завидно не столько в плане оборудования, сколько в плане того, что у противника хватило подготовленных кадров для этого. Какими бы типовыми болячками не болела украинская система подготовки армейских кадров, в 2014-м она начала оздоровление. Первые украинские методички по ведению боя и поведению на фронте мне попались ещё в сентябре 2014-го, брошенные благодарными читателями в полях южнее Донцека. Телефона с фотоаппаратом у меня тогда не было, поэтому снимков этой прекрасной книжечки не сохранилось, а там вполне доходчиво объяснялись многие моменты, в том числе, например, уличный бой. Потом была затрофеенная нашими в Дебале книжечка, в которой, помимо рекомендаций иметь основные и запасные мечты и раздваивать личность не дожидаясь шизофрении, была и вполне адекватная компиляция из западных field manual'ов. В этом году вышла книжечка для пехоты «Уничтожение российских танков». Не без арийской физики книжка, но в основном там полезное развёрнутое описание уязвимых мест бронетехники и огневых возможностей пехотных средств ПТО от противотанковых ружей времен Второй Мировой до современных ПТРК.

    А было дело, что как-то притащили наши пехотинцы артиллеристам с боевых найденную на вражеских позициях тетрадку украинского офицера-артиллериста с конспектами и задачами. Вывод командира-артиллериста с нашей стороны был однозначен — владелец тетради знает свое дело на хорошем уровне, взял бы такого к себе. И по тому, как работает ВСУшная арта, видно, что там таких немало.

    Снайперов противник начал систематически готовить сразу как только ему было предоставлено для этого время. Понимая, что перемирие выльется в долгосрочное окопное сидение, противник правой рукой подписывал «Минск», а левой — распоряжения о массовом отборе и подготовке снайперов. У него в штатах бригад — роты снайперов, у нас — взвода. И сейчас мы имеем участки фронта, на которых нашим «головы не поднять». Как результат долгой и плодотворной работы — появление у подготовленных стрелков противника крупнокалиберных снайперок, существенно увеличивающих дальность их эффективной работы.

    Давайте решим простую логическую задачку. Противник готовит кадры. Противник делает это постоянно и непрерывно, начиная с самого начала войны, привлекая для этого, в том числе, сотни весьма квалифицированных иностранных специалистов. У противника изначально было для этого больше ресурсов, и он продолжил со временем эти ресурсы упорядочивать и наращивать, продолжая нас в этом вопросе превосходить. При этом противник обладает преимуществом в живой силе и мобресурсе. Вопрос: чем закончатся постоянные, многолетние уже бои с этим противником, в которых стороны несут соизмеримые потери? Правильно. Они закончатся истощением людских ресурсов с нашей стороны и, параллельно с этим, их деквалификацией. Причём эти два процесса будут друг друга взаимно подстёгивать. Так оно постепенно и происходит.

    5. «Нелетальная» иностранная помощь.
    Думаю, для дебилов, повторяющих «Никакие „Джавелины“ им не помогут!», окажется невероятным открытием то, что и без «Джавелинов» и вообще без какого-то летального наполнения, иностранная помощь уже очень здорово противнику помогла. Западные хозяева делились и продолжают делиться с ВСУ оптикой, в том числе ночной, цифровой радиосвязью, аппаратурой РЭБ и артиллерийскими радарами. Аппаратуры передаётся на десятки и сотни миллионов долларов. Результаты — превосходство противника в ночной оптике, переход противника на цифровую связь, оперативная и точная «ответка» от украинской артиллерии во время артиллерийских дуэлей становится скорее правилом, а не исключением, как в 14-м.

    Даже огромное количество зелёного военного железа будет бесполезным без оптики и связи. При наличии же того и другого, потребное количество «железа» и БК к нему снижается. Западные хозяева это прекрасно понимают и накачивают ВСУ современными средствами связи и наблюдения.

    6. Техническое оснащение противника вообще.
    Почему-то так получилось, что у некоторых подразделений наших диванных войск решение вопросов технического оснащения противника ассоциируется исключительно с наиболее неадекватной продукцией украинских медиа. С барышней, предложившей вшивать в бронежилеты магниты, чтобы они пули боком притягивали, и с мальчиком, который показывает на картонном танке изобретённую им инновационную конфигурацию брони. Реакция на прошедшую недавно выставку вооружений в Киеве наглядно показала, насколько «узко смотрят на проблему китайские товарищи». Вот, например, пост bmpdпро знаменитый бронетрактор. 400+ комментариев. А вот реакция на самодельные станки для ПКТ и на спарку «Максимов», на антенну в форме свастики. А я как-то, знаете ли, глядя на спарку «Максимов», думаю не о том, что станок как-то нелепо выглядит, а о том, что эта спарка вполне себе успешно заменит врагу ПКМ на какой-то стационарной позиции, и этот ПКМ будет работать по нашим в мобильной версии где-то ещё. Массовое изготовление треног под ПКТ — тоже вполне логичный и здравый шаг при окопной войне. ПКТшный ствол в хорошо укрепленной огневой точке — прекрасная вещь, и у противника на складах такие пулемёты есть в количестве.

    Вот ещё одна бездна остроумия. Все ржут над украинским беспилотником, на который поставили РПК и РПГ. «Не полетит». Смех смехом, а 82-мм мины они на ближайшие к фронту располаги так уже кидают. Вроде бы безопасное место, а тут опаньки, и без никаких звуков «выхлопа» сверху тихонько падает весьма противная хреновина. Полотенчико «Физика», фотку которого я постил в одном из отчётов, оно именно после такого сброса 82-мм мины приобрело свой нынешний вид. Не только гранаты сбрасывают, но и такие подарки.

    Из того, что действительно стоило бы обсуждать, в фокус внимания наших беспечных ура-патриотов попал разве что контракт с турками на закупку радиосвязи. Комментариев значительно меньше, но они всё так же прекрасны, как в случае с бронетрактором. «Им этого хватит всего на одну бригаду! Муахахаха! Остальные пусть гонцов шлют!» А что, в ЛНР или ДНР смогли хотя бы одну бригаду полностью на цифровую связь перевести?

    Реальность, особенно с учётом последнего абзаца, в том, что турки собираются делать для ВСУ дешёвую версию связи в мотороловском стандарте закрытого DMR, и она, мягко говоря, настораживает. Что турецкие станции, что украинские комплексы на базе «Моторол», уже ставят на технику.

    Установка на Т-72АМТ новых цифровых радиостанций от турецкой компании Aselsan и украинского «Лыбидь К2» поможет не только улучшить качество связи, но и надежно его защитить. Также эти радиостанции позволяют танковым экипажам направления поддерживать связь с пехотными подразделениями, имеет огромное значение для взаимодействия на поле боя. К тому же, модификация Т-72АМТ получила современные спутниковые средства навигации. Еще одним направлением модернизации стало улучшение условий работы экипажа. Даже обычная камера заднего вида значительно облегчает работу механика-водителя.

    Станций «Лыбидь К2», фактически — адаптеров для интеграции в танковое ТПУ мотороллерских «баз», производятся сотни штук. ВСУ получают и уже в значимой степени получили то, чего нет и не предвидится у «корпусов» ЛНР и ДНР — шифруемую радиосвязь брони с пехотой. Любой, кто хоть сколько-то повоевал современную войну с участием брони, подтвердит, насколько обладание этой опцией на уровне бытового ежедневного навыка повышает уровень эффективности войск и снижает их потери. Плюс каждая машина с такой станцией — длинное, на десятки километров, «плечо» закрытой связи с базой для любой боевой группы, в составе которой она находится.
    Ни в ЛНР, ни в ДНР ни одного мотострелкового или танкового батальона, в котором вся легкая броня или, соответственно, все танки были бы оснащены закрытой цифровой связью, нет. Знаю один территориальный батальон ЛНР, где, благодаря усилиям волонтёров и помощи сочувствующих людей, что-то такое, может быть, состоится. Всьо.

    Саму технику, отремонтированную или восстановленную из найденного на базах хранения, ВСУ тоже получают. Я рад, конечно, оптимизму наших ура-патриотических комментаторов — «всего-то тридцать танков!» — , но в тылу у противника есть, никуда не делись и продолжают работать военные заводы. И кадры ещё советской закалки остались в количестве, позволяющем работать и восстанавливать машины. Не без брака, не без лажи, не без саботажа, наверное, но техника в войска идёт. Многомиллионная успешно распропагандированная страна отчаянно стремится выиграть войну. Куча фирм занимается самыми различными вопросами. Вот, например, сделали сравнительно дешёвый комплекс РЭБ. Мечта разведки, особенно артиллерийской, любой бригады ЛНР или ДНР. Вот только, увы, «не светит» такое.

    Кстати, куча наших ура-патриотов ржала над «заборами» из решёток на украинской технике, пока не увидели точно такие же, прикрывающие кормовую часть «Арматы». ВНИЗАПНА! Оказалось, что если эта примитивная, казалось бы, конструкция выполнена с определенными параметрами, она вполне себе эффективна против стандартных выстрелов из РПГ. Эпидемия кроватных сеток и оконных решеток в ВСУ прошла, ставят, в основном, заводские решётки правильной конфигурации, испытанные ещё на советских танках в Афганистане. Я уже, по-моему, писал про ситуацию во время Дебали, когда многократные попадания из РПГ в украинский БТР не смогли подбить машину именно из-за таких решеток. Ещё посмеемся?

    7. Вот конкретно про «Джавелины».
    Специально, отдельно напишу кусочек для любителей мантры «Да не помогут им „Джавелины“!». Дорогие оптимисты! Они и без «Джавелинов», старыми советскими ПТУРами, отлично справляются. Как я уже писал, залезть в ближний тыл наших и отработать с ПТУРа по машине, везущей людей и/или грузы на передовую, у них стало обычным рабочим упражнением для разведки. «Джавелины» им нужны под конкретную задачу — пресечь возможные попытки танковых контрударов со стороны «корпусов». Оружие компактное и эффективное, развёртывание его засечь будет трудновато, а эффект в случае успеха — огромный, особенно если взаимодействие танков с пехотой у нас останется на прежнем уровне, легко убиваемом вражеским РЭБ. Операторов они, я вас уверяю, найдут. Основные плюсы, по сравнению с советскими ПТУРами — тандемная БЧ, автоматическое управление полётом после пуска и траектория, позволяющая поразить танк в крышу башни или МТО. Естественно, определенными мероприятиями можно снизить уязвимость наших стареньких Т-64 и Т-72 для «Джавелинов». Естественно, можно и на поле боя создать им массу помех. Вопрос — насколько хорошо получится создать эти помехи в ситуации поспешной подготовки и выполнения ударов, как это обычно бывает.

    8. «У них нет снарядов, все склады сгорели».
    Как бы вам объяснить ситуацию с советским оружием и БК для Украины, чтобы понятно было? Во-первых, сгорело далеко не всё. Во-вторых, остались заводы. В-третьих, победа Украины в российско-украинской войне очень важна для США, которые суть хозяева НАТО, поэтому они будут искать и найдут врагу советский БК. Если надо — произведут на предприятиях в Восточной Европе. Надо будет — привезут оттуда оборудование на Украину и там будут производить. Учитывая перевооружение всех остальных в Восточной Европе под НАТОвские стандарты, сделать это будет не так сложно. Вот, например, взяла Литва в 2016-м и передала украинским коллегам по страданию от «Советской оккупации» 150 тонн «военных грузов», большей частью — 5,45-мм патронов. И это всего одна поставка из тех, о которых стало известно. В-четвёртых, бесконечные эшелоны боеприпасов нужны для длительной войны или массовой подготовки кадров. Кадры у ВСУ уже есть в количестве, на неделю боёв, а именно столько им понадобится для «зачистки Донбасса» в сценарии средней степени оптимистичности, они совершенно точно БК себе найдут и, полагаю, на потом ещё останется немало. Не надо иллюзий на эту тему.

    9. Разведка.
    Да будет вам известно, что у противника всё хорошо с разведкой. Начиная с мониторинга соцсетей и заканчивая собственно обычной фронтовой разведкой уровня «тихонько сползать за „языком“, хотя особого смысла, кроме спортивно-тренировочного интереса, в таком виде работы сейчас нет ни у одной из сторон. Работает агентурная разведка, работают беспилотники, от маленьких „Фантомов“ до больших „птиц“, работает радиоперехват и, что куда более важное, перехват GSM-траффика в прифронтовой полосе. Война идёт уже больше трех лет. Противник в курсе всех основных необходимых ему моментов. Он в курсе организационной структуры корпусов Народной милиции, в курсе мест базирования, расположения складов, парков техники, штабов. Ни в ЛНР, ни в ДНР кроме комендантского часа нет никаких особых ограничений военного времени по перемещению гражданских. Как вычленить вражескую агентуру в огромном потоке вернувшихся после событий 2014-го? 21-й век на дворе, радиопередатчики агентам уже не особо нужны, интернета достаточно. Думаю, на данный момент уже кабы не в каждом батальоне у укропов есть по агенту, причём из категории „ни за что не скажешь, что вражеский шпион“. Потому что такой человек, в отличие от остального личного состава, мучимого неопределенностью положения республик, безденежьем, склоками и дрязгами, будет аккуратен в работе, приветлив, рассудителен и обязателен. Трезв, временами — демонстративно. И будет очень внимательно слушать разговоры в курилках и втихаря помогать интригам против наиболее вменяемых командиров. Ему за его работу денежка капает с той стороны фронта. Послужил в одном месте годик, привёл туда кума на своё место, сам дождался выгодного предложения и перевёлся в другую часть. Я бы делал так. То, что ход мыслей противника у меня более-менее получается угадывать, продемонстрировала история с „женскими ДРГ“.

    10. „Россия обязательно вмешается“.
    Вот этот тезис, вынесенный в заголовок последнего „номерного“ раздела, мне особенно дорог. Отдельным образом он мне дорог в исполнении нефашиста Стешина, автора вот этого милого изложения Хитрого Плана Путина. Человек, который рассказывает нам про то, что такое информационное вредительство и „дуркование“, сам пишет, мол, а зачем вам тангенты? Вы ими и пользоваться-то не умеете. Вы назначены пушечным мясом, которое будет расплачиваться за трусость нашего руководства в 2014-м. Сидите, ждите, пока вас укропы окружат и начнут мочить, артой и „Градами“ по городским кварталам. Вот когда будет красивая кровавая картинка жертв кровавых киевских фашистов, тогда Россия, может быть, введёт войска и всех спасёт. Именно это означает прекрасная фраза Стешина „Самое ржачное, что вы не понимаете, что роль этих корпусов (даже с годовым запасом тангент), аналогична роли осетинского ополчения в 2008-м году“.

    Не от одного этого идиота я такое изложение вопроса слышал. Судя по всему те, кто им это рассказывает в качестве „версии событий, которую следует озвучивать“, наивно уверены, что у них получится легко и просто повторить сделанное во время войны 2008-го года, когда в боях за один город с пригородами разгромили группировку в 12 000 грузин без боевого опыта при 75 танках, или события 2014-го года, когда неотмобилизованная украинская армия получила удар молотом „Северного ветра“, пока бодалась с „наковальней“ ополчения. Здесь, с армией, которая третий год воюет настоящую войну, будет совсем другой разговор.

    Ну и главное — именно потому, что вся политика военного строительства в ДНР и ЛНР, кратко описанная вышепроцитированной репликой Стешина, строится вокруг „Продержитесь пару дней, а потом придёт Россия и всех спасёт“, противник будет стараться выстроить ситуацию так, чтобы создать в этом вопросе максимальные затрдунения. США и их союзники приложат максимум усилий к тому, чтобы не только „дожать“ нынешний Киев в плане решения на атаку или сменить руководство на совсем уж хардкорных упорышей типа Мишико, но и Москве создать максимум проблем во внутренней и внешней политике. Вот, например, чем могут наши западные партнёры приправить выборы-2018
    — банальное финансовое давление
    — очередные претензии к российским компаниям за рубежом, аресты счетов и имущества
    — репрессии против собственности российских чиновников за рубежом
    — массовые протесты внутри страны (атмосфера экономической стагнации способствует, плюс первый и второй пункты)
    — очередной раунд шумихи вокруг сбитого боинга с грамотно раскрученными попытками доказать, что виновата РФ
    — неожиданности в Сирии, в связи с которыми срочно понадобится военные ресурсы, в первую очередь кадровые, подключать туда
    Словом, будут загонять „коллективного Путина“ в решение о невмешательстве точно так же, как загоняли в такое же решение Милошевича в случае с Сербской Краиной. В идеале будут стараться создать видимость возможности удержать власть при сдаче Донбасса, а потом, после сдачи, будут добивать. Люди умеют, у них „свержение враждебных режимов“ давно уже не высокое искусство, а рутинная технология. И ставка сделана в том числе на тех, кто запустит в медиа пластинку „Донбассу никто ничего не обещал, а сам Донбасс ничего не смог“.

    Соответственно, ВСУ задача будет поставлена — как можно быстрее рассечь республики на части, выйти на границу с РФ и блокировать её как можно быстрее, пока руководство РФ будет сомневаться в вопросе ввода войск. В плане сомнений, кстати, лето 2014-го весьма и весьма показательно.

    Как я себе представляю ход такой операции? Судя по отдельным элементам, которые противник отрабатывает в разных местах последние пару лет, выглядеть всё будет примерно так.

    1. Я предполагаю, что противник сумеет в некоторую внезапность. Специфика расположения войск ДНР и ЛНР на передовой в виде цепочки наблюдательных пунктов с мизерным наполнением личным составом не потребует от ВСУ какой-то особой концентрации сил на передовой. Те же выборы в РФ — вполне легитимный повод для того, чтобы поддерживать некоторое время „повышенную боевую“. „Вдруг Путин решит устроить себе маленькую победоносную войну?“ И в определенный момент эта повышенная боевая готовность просто будет реализована. Точно так, как российские войска после очередных учений остались „подстраховать“ Южную Осетию, укропы замаскируют в проводимых ротациях необходимую им концентрацию БК и ГСМ на передовых рубежах.

    2. Одновременно под утро начнутся нейтрализация передовых НП и диверсии в парках техники на „отводах“. Также, вместе с группами, которые будут отвечать за быструю нейтрализацию НП на передовой, будут заходить ДРГ, в задачу которых будут входить засады с ПТУРами на путях выдвижения техники к передовой. ДРГ, заброшенные заранее, получат задачи по расположениям различных подразделений. Я бы ожидал полный набор ДРГ-неприятностей, включая снайперов, сидящих напротив штабных зданий в Донецке и Луганске или на подъездах к ним, фугасы в машинах, припаркованных на подъездах к штабам. История терактов в республиках просто-таки вопиет о такой перспективе. Что касается тыловых парков техники, то в расслабленной атмосфере вроде-как-глубокого-тыла пара опытных клофелинщиц, уже примелькавшихся по месту, с соответствующим образом „обработанной“ самогонкой легко может обезвредить охрану такого парка. Далее — тривиально.

    3. Большая часть НП, особенно тех, на которых в предыдущие дни было затишье и царит легкая расслабленность, не успеет даже пискнуть. РЭБом, который сейчас успешно обкатывается в местах более активных боевых действий, задавят мобильные телефоны и простенькие рации. Найти и перерезать полёвку, которая, из-за дефицита, прокинута по кратчайшим расстояниям, на поверхности, тоже труда особого не составит, если это вообще понадобится. Хотя, скорее всего, просто спецура с ПНВшниками и бесшумным оружием отработает по наблюдателям и залезет в окопы.

    4. Как только начнутся бои за наиболее стойкие НП, украинская артиллерия начнёт работать по штабам, чтобы затруднить управление, и по передовым располагам, чтобы не дать выдвинуться „на окопы“ тем, кто там находится. Подавив и захватив передовые НП, в заранее разведанных местах, а разведку такого рода укропы ведут, они смогут завести пехоту с танками и легкой бронёй, которая заблокирует основную массу наших сил первой линии на передовых располагах в прифронтовых населённых пунктах. Управление даже наиболее далеко выдвинутыми из этих групп будет в этот момент будет намного чётче, чем управление с нашей стороны. Результатом первых часов „большой войны“ будет то, что ВСУ упредят полноценное развёртывание наших бригад на „позициях прикрытия“. Командование бригад и корпуса, если оно продерётся на рабочие места мимо засад и разрывов снарядов, обнаружит, что ему срочно надо собирать свои части по кусочкам — танки — здесь, арта — здесь, пехота — здесь. Сколько такие процессы занимают в „корпусах“, показали годичной давности бои на Светлодарке.

    5. Увы, постоянное вопиющее несоблюдение противником „Минска“ сделало привычным для наших войск наличие у противника на фронте всего спектра тяжелой техники вплоть до танков. Соответственно, для успешного начала наступления ничего подтягивать из глубины ему не придётся, а в тот момент, когда колонны таки пойдут, уже второго эшелона колонны, нашим будет не до них — первый эшелон залезет достаточно глубоко, срывая развёртывание наших сил. Если с нашей стороны ещё будет сохранено управление, наши будут заняты попытками собрать из кусочков боевые группы, заправить их и снарядить БК, чтобы остановить продвижение противника и выручить войска, бьющиеся на окруженных опорных пунктах первой линии, вокруг зданий передовых располаг и так далее. Будет очень похоже на май 1940-го или на июнь 1941-го.

    6. Исходя из имеющихся данных, предполагаю, что некая условная „стабилизация“ после пары дней совсем уж красочного шапито, произойдёт по границам застроек, причём во многих местах ВСУ не только смогут обойти эти узлы сопротивления, но и „зацепиться“ за эти застройки. Основные бои развернутся, имхо, восточнее линии Донецк-Луганск и будут „крутиться“ вокруг желания противника запустить свои тентакли подальше, к границе и параллельно — сомкнуть кольца окружения вокруг Донецка и Луганска. Вдохновлённые первыми успехами, ВСУ будут подтягивать новые силы из глубины, с нашей стороны будут формироваться импровизированные боевые группы из самого разномастного народа — от ВВшников и добровольцев, пришедших в военкоматы, до различных ведомственных суперспецназов, которым будут придавать технику, что наскребли из линейных частей, пехота у которых линейных частей уже будет стремительно кончаться. На этом этапе, который продлится несколько дней, решать всё будет произведение количества сил на качество управления ими, степень их однородности и качество подготовки. Весь ранее написанный мною текст говорит о том, что произведение это у противника окажется выше. Огромная толпа мужиков, которую выгнали под объективы телекамер и дронов, демонстрируя „мобилизационный резерв“ ДНР, это, всего лишь, толпа мужиков. Подготовленные, „слаженные“, полноценно управляемые и оснащённые воинские части — это СОВСЕМ иное. Это очень много времени и денег.

    Чем будут отличаться эти бои от боёв лета 2014-го?
    — перед нами будет противник с опытом трех лет войны, который точно знает, чего он хочет и как он этого добьется
    — численность группировки будет больше и будет нарастать, а „потерявшихся“ срочников, которые летом 2014-го после бегства своих офицеров переодевались в гражданку и сбегали сдаваться, в его рядах будет минимальное количество
    — процент боеспособной техники будет гораздо выше
    — оснащение электроникой, средствами связи и управления, средствами РЭБ будет совершенно не сравнимо с 2014-м годом. Сотовую связь и незащищённую радиосвязь противник будет нещадно давить.

    »Судьба кампании" будет решаться где-то в интервале от D+2 до D+6 в маневренных сражениях в уже упомянутой зоне восточнее линии Луганск-Донецк. Чем больше сил противника будет сковано в других местах, в боях по периметру удерживаемых нашими застроек, тем меньше у него останется сил для того, чтобы бросить их в степные мясорубки, решающие вопрос окружения наших сил, выхода к границе с РФ и блокирования её.

    На то, что «Там всё то же самое», я бы не надеялся от слова «совсем». На что я предлагаю надеяться? Я, собственно, вообще надеяться не предлагаю, всё плохо у меня с надеждами и верами. Я предлагаю вместо этого РАССЧИТЫВАТЬ. На что я предлагаю рассчитывать?

    Во-первых, на то, что все те, кто ещё остался в армиях ДНР и ЛНР с опытом и желанием воевать, служат и стойко переносят все маразматические тяготы службы только и исключительно ради того момента, когда им разрешат стрелять во врага и убивать его без всяких ограничений. Тут просто-таки неизбежен заразительный берсёрк.

    Во-вторых, при всех минусах неоднородности уровня подготовки подразделений с нашей стороны, которые позволят противнику в некотором количестве мест пройти через линию соприкосновения и позиции прикрытия «как нож сквозь масло», есть и маленький плюс — в случае подобного наступления части более монолитные, с более высоким уровнем подготовки, станут центрами сопротивления, способными это сопротивление наращивать и направлять. И разумно управлять теми пополнениями, которые будут появляться из числа тех, кто сбежал от уставщины или возвращающихся из РФ добровольцев.

    В-третьих — да здравствуют сюрпризы. Где-то вместо тихого вырезания передового НП случится как на Желобке — упорный бой с самого начала. И не в одном месте, полагаю, разведка, благодаря оптике и беспилотникам, таки пропасет вовремя активное шевеление врага и местные командиры отправят на НП усиление. Где-то выдвигающиеся в «прорехи» крупные группы противника всё-таки встретят фугасы и управляемые минные поля, на которых его накроет боеготовая, вовремя поднятая по тревоге арта. А потом ещё и отработает по его штабам и точкам концентрации в ближнем тылу. Где-то окажутся группы очень мотивированных снайперов с хорошей оптикой, которые будут замедлять продвижение боевых групп противника, где-то танки и пехота получат-таки хоть какую-то связь между собой и смогут как следует отработать контрудары. Далеко не везде, очень сильно не везде, но кое-где, в значимом количестве мест, такое будет. Собственно, наша работа, Координационного Центра Помощи Новороссии, она направлена не только на то, чтобы помочь военным республик в текущей окопной войне, но и на то, чтобы в ситуации маневренной войны дать возможность нашим людям преподнести противнику максимум таких неприятных сюрпризов. Я не люблю сидеть на жопе и надеяться на что-то, я люблю что-то делать для того, чтобы улучшить ситуацию.

    В общем, «Взошло солнышко, подошел Савиньяк»©.

    Если кому-то мои словоизлияния кажутся слишком безрадостными, почитайте июльское интервью fareastenerа, которого очень многие пытались противопоставлять мне в плане «Вот он не паникует как ты».

    — Возможно ли генеральное наступление ВСУ?
    — Теоретически да. Если украинцы решатся на подобное и бросят в бой все свои силы, то раскатают нас где-то за сутки.

    Никакой паники, да. Я тут рассуждаю о каких-то D+2, D+6, а Женя просто больше суток не даёт в случае невмешательства России. Кто из нас оптимист, кто пессимист?

    Теперь позволю себе некоторые выводы из изложенного.
    I. Человек, тараторящий «У них всё точно так же», дурак или вредитель, на выбор. Во-первых, это не так, во-вторых, как уже было сказано, даже будь это так, чем нам это поможет, если их минимум в пять раз больше?

    II. Человек, рассказывающий «что вы не понимаете, что роль этих корпусов (даже с годовым запасом тангент), аналогична роли осетинского ополчения в 2008-м году», вредитель или дурак, работающий на вредителей, на выбор. Потому что в случае разгрома «корпусов» НМ ЛНР и ДНР спасение Донбасса и «невмешательство России в большую войну», ради которого, якобы, все эти «Мински» и затевались, станут взаимоисключающими параграфами.

    III. Люди, рассуждающие о «заморозке конфликта в нынешнем состоянии на долгие годы», на выбор, вредители или идиоты, не владеющие ситуацией. «Заморозка» подобного рода даже на пару лет невозможна без радикального пересмотра политики военного и экономического строительства в республиках. И ситуация со временем ухудшается всё сильнее. С учётом постоянных потерь идущей окопной войны, с учётом того, сколько хороших кадров высасывает из «корпусов» Сирия, куда стали брать вообще всех, с любыми паспортами, не только с российскими (видимо, критически нужна массовка на победные парады), с учётом разочарования массы людей уже через год военные силы республик приобретут чисто символическое значение.

    IV. Про людей, рассказывающих, что «Если Украина зайдёт, резни не будет», я уже все сказал.

    В общем, надо работать, очень много работать, а не заниматься самоуспокоением.

    5 комментариев

    avatar
    Мерзкие коррупционеры, расхищавшие иностранные кредиты.
    дзе распятыя ўздоўж дарог? рассякаюць на яхтах
    Результат — противник отжимает «серую зону»,
    Дэбальцэва было украінскім падчас размежаваньня з акупантамі.
    С учётом постоянных потерь идущей окопной войны, с учётом того, сколько хороших кадров высасывает из «корпусов» Сирия,
    А Сірыя вашым нашто?
    Развагі хіжай пачвары і болей нічога.
    0
    avatar
    было украінскім
    Там всё украинское. Остальное — нюансы.
    +2
    avatar
    Рад за ВСУ )
    +4
    avatar
    А зачем Украине на данном этапе эта нищая, разворованная, с депрессивным населением, Лугандония? Денег лишних много?
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.