Общество
  • 2126
  • Рваные знамена наций





    Ярослав Шимов, кандидат исторических наук, историк, журналист

    Несмотря на разговоры об угрозе национал-популизма, феномен нации и национального в «большой» Европе переживает кризис. Новая реплика о глобализме и антиглобалистских силах в панельной дискуссии Либеральной миссии «Глобализация и либеральная демократия».

    Ранее в рамках дискуссии были опубликованы тексты А. Филиппова, С. Циреля, Н. Розова, А. Медушевского, В. Гатова, А. Устинова, В. Гатова, В. Демчикова, А. Глухова, А. Михника, В. Кравцова, С. Митрофанова, Л. Гозмана, баттл С. Циреля и С. Митрофанова, Р. Бэкера, Н. Подосокорского, Б. Соколова, Л. Бызова, П. Сафронова.

    Национализм и популизм, прежде всего в Европе, находятся на небывалом за многие десятилетия подъеме, что ставит под угрозу либеральную демократию. Это утверждение стало в последнее время общим местом политического анализа, прежде всего на Западе. На исходе 2018 года для особого внимания к проблеме национализма было дополнительное историческое основание – столетие со дня окончания Первой мировой («Великой войны»). Но, как и сто лет назад, наиболее распространенные сегодняшние оценки перспектив национализма и национал-популизма могут оказаться ошибочными – хоть и иным образом и по другим причинам.

    1918 год, на первый взгляд, принес торжество двух сопряженных политических идей – демократии и национализма. Но очень скоро всё оказалось иначе: в 1920-30-е годы радикальные националистические движения похоронили почти все «молодые демократии», возникшие в результате Великой войны, и проложили дорогу ко Второй мировой. В межвоенный период кризис либеральной демократии сопровождался взлетом национализма в его самых радикальных формах: фашизм, нацизм, милитаристский национал-традиционализм.

    Напротив, кризис нынешней демократической модели сопровождается, на наш взгляд, и кризисом самого феномена современной нации – в том виде, в каком он начал складываться более 200 лет назад и достиг своего наибольшего распространения в минувшем столетии. То, что называют национализмом сегодня, – явление по большей части либо подражательное, либо остаточное. В его основе лежат совсем иные процессы и другая социальная динамика, нежели те, что вывели его некогда на историческую сцену.

    Единая нация

    Современная нация как культурно-идеологическая концепция и политическая реальность появилась в Европе в результате кризиса и слома традиционных структур сословного общества. Слом этот был в одних случаях резким, революционным, в других – более медленным и постепенным. Разделенности сословий, исходящей из принципа прирожденного неравенства «благородных» и простолюдинов, национализм противопоставил общность, основанную на политическом и культурном единстве и равенстве граждан. Вот как описывал идеал нации французский историк и политик Луи-Адольф Тьер: «Внутри нации есть лишь она сама – нация, объединяющая всех, кто живет под властью единого закона, несет одно бремя и пользуется одними и теми же преимуществами, согласно которым… каждый человек должен быть поощрен или наказан в зависимости от результатов своей деятельности»[1]. Конечно, в полной мере этот идеал не был реализован никогда и нигде, но именно на его достижение были направлены усилия различных националистических движений.

    Идея единства нации может находить себе самые разнообразные политические рамки, от либеральной демократии до тоталитарной диктатуры. В случае демократии эта идея выражается в декларировании единства всех членов нации вопреки имеющимся и признаваемым легитимными социальным противоречиям и политическим разногласиям. Согласно этой концепции, все граждане США или Франции – американцы или французы, потому что у них есть определенная национальная политическая традиция, заложенная в одном случае отцами-основателями, в другом – Французской революцией и нашедшая свое выражение в конституционных принципах.

    Эти принципы базируются на идее общего блага, которую можно считать важнейшей для так называемого гражданского национализма. Общее благо требует солидарности в критические моменты, когда единство нации демонстрируется на практике. Таким, например, было union sacrée («священное единство»), провозглашенное различными политическими силами Франции в 1914 году, после начала Великой войны, и соблюдавшееся до ее окончания.

    В случае диктатуры национальное единство объявляется высшей ценностью, достигаемой, наоборот, за счет насильственной ликвидации социально-политических противоречий и разногласий. Символом, персонификацией идеи общего блага тогда становится авторитарный вождь. Нация переводится в режим своего рода перманентной мобилизации, направленной на поддержание единства за счет противостояния истинным и мнимым проискам внешних и внутренних врагов.

    Однако в обоих случаях – как либерально-демократического («республиканского») национализма, так и национализма авторитарного, – со структурной точки зрения речь идет об одном и том же феномене, который Эрнест Геллнер назвал «государством-культурой». Оно является институциональной рамкой «внутренне подвижного, атомизированного эгалитарного общества, обладающего стандартизированной письменной культурой «высокого» типа. При этом заботу о распространении и поддержании культуры и об охране границ ее ареала берет на себя государство. Можно сказать короче: одна культура – одно государство; одно государство – одна культура»[2].

    Национальное «государство-культура» стало доминирующей государственно-политической моделью в ХХ веке. Даже в таких пестрых в этнокультурном отношении странах, как СССР или Югославия, были сделаны попытки формирования единой национальной идентичности («новая историческая общность – советский народ»), т.е. фактического движения в сторону национального государства. Попытки эти, как известно, были неудачными. Очень проблематичным оказался и опыт формирования национальных государств в постколониальных условиях, особенно в Африке.

    Крах нацистской, фашистских (Италия, Румыния, Венгрия и др.), а позднее и национал-консервативных (Испания, Португалия, Греция) диктатур породил на Западе, прежде всего в интеллектуальных кругах, значительное недоверие и неприязнь к национализму. Важным фактором стала также, по наблюдению Ивана Крастева, «культурная революция шестидесятых годов, которая лишила легитимности все социальные иерархии и поставила личность в центр политики»[3]. Резко ускорившийся в 1970-80-е годы процесс европейской интеграции прибавил аргументов тем, кто начал считать нацию и национальное государство, не говоря уже об идеологии национализма, историческими пережитками и препятствиями на пути социального прогресса.

    Любопытно, что процессы, протекавшие во второй половине ХХ века по обе стороны «железного занавеса», при всем различии социально-экономических и политических структур двух противостоявших друг другу лагерей, в определенном отношении вели к одним и тем же результатам. Вацлав Гавел в «Силе бессильных» видел этот результат в «общей неспособности современного человека быть „хозяином своей собственной судьбы“» и выражал не только протест против хорошо знакомого ему маразма позднекоммунистической системы, но и скептицизм относительно того, насколько «традиционные парламентские демократии были бы способны указать, как решительно противостоять „самодвижению“ технократической цивилизации и постиндустриальному потребительскому обществу; они сами находятся в его подчинении и беспомощны перед ним»[4].

    Тем, кто ориентировался на личность и ее права как основополагающий элемент структуры общества, концепция нации не могла не казаться чем-то давно устаревшим и преодоленным. Интеллектуальная, а затем и политическая элита, прежде всего в Западной Европе, начала ассоциировать европейское не только с вне- или наднациональным, но и с антинациональным как синонимом прогрессивного.

    Когда единство не складывается

    Европейский союз стал на рубеже тысячелетий жертвой собственного успеха. Экономический проект, выросший из соглашения шести стран Западной Европы об интеграции рынков угля и стали, после Маастрихтского договора (1992) стал стремительно перерастать в проект всё более тесной и прежде всего политической интеграции. В 2004 году в Евросоюз вступила большая группа стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), за ней последовали две значительно меньшие «волны» расширения ЕС в 2007 и 2013 годах. Слишком быстрое развитие европейской интеграции вширь привело к тому, что европейская элита перестала уделять достаточное внимание ее развитию вглубь.

    Самая заметная интеграционная инициатива, единая валюта евро, оказалась весьма сырым проектом, который едва не обрушился под напором кризиса 2008-13 годов. Но серьезные дисбалансы в рамках ЕС выявились еще раньше. Уже в середине прошлого десятилетия в связи с непростым утверждением проекта Евроконституции (сорвавшимся), а затем заменившего ее Лиссабонского договора много говорилось о недостатке демократической легитимности европейских структур. Серьезной проблемой выглядело и несоответствие экономического веса ЕС его скромной геополитической роли. Так, важнейший европейский геополитический игрок – Германия годами проводила несколько шизофреническую политику в области обороны и безопасности. Берлин одновременно дистанцировался от США, играющих с первых послевоенных лет роль протектора Западной Европы, и не желал брать на себя сколько-нибудь заметную роль в общеевропейских оборонных инициативах[5].

    Однако наиболее важной внутренней проблемой ЕС, видимо, является то, что «процессу европейской интеграции удалось делегитимизировать европейское национальное государство, но не удалось создать единое общественное пространство и политическое единство в Европе»[6]. В результате «возрожденные» в посткоммунистический период национальные государства ЦВЕ (см. ниже, «Недонационализм Востока») сожительствуют в рамках Евросоюза, чей половинчатый институциональный статус я в свое время назвал «недоимперией»[7], с формально национальными, но в действительности пережившими процесс «денационализации» государствами европейского Запада.

    Сейчас уже ясно, что основным социально-политическим содержанием мировой истории в первые два десятилетия XXI века стало столкновение глобалистского и антиглобалистского трендов. Первый нашел свое выражение, помимо прочего, в постепенном демонтаже геллнеровского «государства-культуры» в результате процессов наднациональной интеграции и резкого усиления миграционных потоков. При этом выяснилось, что мультикультурное общество вступает в естественный конфликт с принципом национального единства.

    В условиях ускоренного прилива иммигрантов и их недостаточной интеграции в местное общество возрастает число людей, для которых первичной является их этническая, расовая или религиозная идентичность, и вторичной, а то и вовсе несущественной – формальная принадлежность к французской, британской, германской или иной гражданской нации. Теории гражданского (или даже «конституционного», по выражению Юргена Хабермаса) национализма в их наиболее чистом и последовательном виде оказались по меньшей мере скорректированы практикой. Язык, культура, определенный набор общих исторических мифов и представлений, даже бытовых привычек играют ничуть не менее важную роль в сохранении единства нации, чем сугубо гражданско-политические факторы. Сегодняшние западноевропейские нации, становясь небывало пестрыми с этнокультурной точки зрения, всё сильнее напоминают салат, состоящий, однако, из слабо совместимых ингредиентов.

    Другая сторона глобализации – рост социального неравенства в развитых странах и постсоциалистическом мире и обусловленное этим формирование двух политических лагерей. С одной стороны находится парадоксальная коалиция глобалистской элиты (транснациональный бизнес и связанные с ним политические структуры), части среднего класса и социальных низов, прежде всего разнообразных меньшинств и «новых» иммигрантов. С другой – набирающее силу антиглобалистское популистское движение, действующее в интересах той части деловых и политических кругов, которая заинтересована в протекционистской политике. Она опирается на недовольство неудачников глобализации – остатков традиционного рабочего класса развитых стран, части мелкого и среднего бизнеса, а также т.н. прекариата, т.е. людей, выброшенных неолиберальными реформами и экономическим кризисом на социальную обочину – «значительные слои населения, представители которого находятся в нестабильном социально-экономическом состоянии, обладают условным, “урезанным статусом”»[8].

    Как отмечает британский историк Дэвид Пристленд, неолиберальная эра, которая началась в 1980-е годы и, судя по всему, завершается в результате глобальной рецессии 2008 – 2013 годов, «привела к частичному уменьшению международного неравенства, прежде всего между Западом и переживающими подъем странами Восточной Азии. Но другие виды неравенства увеличились, прежде всего внутри ряда экономик, и отчасти следствием этого явился кризис 2008 года… Хотя нам удалось избежать катастрофы типа той, что случилась в 1929 году, мы вступаем в период, который “рифмуется” с 1930-ми – эпохой экономических проблем, межнационального соперничества, растущего неравенства и социальных потрясений»[9].

    Антиглобалистская коалиция, возникшая в качестве реакции на события последнего десятилетия, нередко выступает под националистическими лозунгами. Она противопоставляет «старое доброе» национальное государство глобальному капитализму и «инспирированной» им наднациональной интеграции. Но можно ли считать этот новый национал-популизм продолжением или возрождением традиционного национализма?

    Псевдонационализм Запада

    У сегодняшней популистской волны в Европе и Америке есть характерная особенность: хотя в ее возникновении во многом повинны социально-экономические факторы, главные темы и лозунги популистского протеста находятся в плоскости «культурных войн» – culturewars, которые ведутся вокруг проблем идентичности и образа жизни. Это миграция, права меньшинств, терроризм и преступность, взаимоотношения между полами, расами, этносами и т.д. С другой стороны, по преимуществу социально-экономический протест в ряде случаев примеряет одежду национально-освободительных движений. Так, сепаратизм в Каталонии и Шотландии, часть населения которых стремится к отделению от соответственно Испании и Великобритании, вызван прежде всего недовольством распределением доходов между центром (Мадридом или Лондоном) и автономными регионами.

    Сепаратисты при этом не имеют ничего против евроинтеграции: лидеры и Шотландской национальной партии, и каталонских партий, выступающих за независимость, не раз подчеркивали, что если эта цель будет достигнута, их новое национальное государство немедленно попросит Брюссель о приеме в ЕС. Несколько странный национализм, готовый сразу же поступиться частью новообретенного суверенитета, не правда ли? В свою очередь, кампания в поддержку выхода Великобритании из ЕС (Брекзита) в 2016 году была не пропагандой каких-то специфических британских ценностей или особого национального пути, а скорее протестом против невыгодных для британцев, по мнению сторонников Брекзита, экономических и правовых взаимоотношений Лондона и Брюсселя.

    Здесь мы подходим к сути проблемы: то, что в современной Европе по привычке называется национализмом, в действительности им во многом не является – по нескольким причинам. Во-первых, изначально современный национализм был явлением революционным. Он добивался создания «государства-культуры» как формы организации новой общности людей – нации. Достигнув этой цели, национализм, как правило, занимался расширением своего ареала – благо спорных с этнокультурной точки зрения территорий в Европе всегда хватало. Со времен Французской революции «“нация” выступает понятием революционным – означая “народ политический“ и в идеале делая всех подданных – гражданами»[10]. Национализм XIX – XX веков был революционной и наступательной силой – со всеми положительными и отрицательными последствиями этого.

    Нынешний же «национализм» – по большей части сугубо оборонительный. Он почти лишен той мифологической составляющей, которая придавала ему наступательную энергию на прежних стадиях развития. Это консервативный национализм в том смысле, в каком описывал консерваторов Майкл Оукшотт: «Быть консерватором значит предпочитать знакомое неизведанному, опробованное неопробованному, факт загадке, действительное возможному, ограниченное безграничному, близкое далекому...»[11]. Современный национал-популизм использует национальные символы и образы – флаг, гимн, символически важные фигуры прошлого, – но встраивает их в иной контекст – не экспансионистский (в культурном, территориальном или иных смыслах), а изоляционистский.

    Это национализм образа жизни, причем этот привычный образ жизни воспринимается как находящийся под угрозой – со стороны глобалистских элит, неинтегрированных меньшинств, мигрантов и т.д.Суть того, что следует защищать, при этом может быть описана предельно размыто. Это тоже характерная черта современного псевдонационализма: он гораздо четче формулирует негативную, нежели позитивную программу, охотно отрицает, но мало предлагает.

    Во-вторых, сегодняшний популизм направляет острие своей критики в основном не вовне, а внутрь того общества, в котором действует. Для него характерно противопоставление «народа» и «элиты» – такое, в рамках которого, по замечанию американского историка Майкла Казина, «обычные люди… не подвергаются строгому распределению по классовому признаку; их оппоненты из числа элиты описываются как эгоистичные и антидемократически настроенные; целью является мобилизация первых против вторых»[12].Идеал национального единства, хотя бы на риторическом уровне, выдвигается достаточно редко, зато очень четко проявляется конфронтационный характер популистских движений, делящих общество на «мы» и «они». В этом смысле сегодняшние популисты куда ближе к традиционным левым марксистского толка, противопоставлявшим трудящихся и «паразитов-эксплуататоров».

    Насколько широкой может быть социальная база такого рода политических сил, показало, в частности, движение «желтых жилетов» во Франции. Будучи чисто низовым и стихийным, никак не связанным с какими-либо политическими и общественными организациями, в том числе и популистского толка, это движение, по выражению Антонио Негри, «не хотело посредничества(со стороны партий или профсоюзов в отношениях с государственной властью – ЯШ), являясь выражением накопившегося огромного социального страдания»[13]. В то же время, если причины, породившие французский бунт, сохранятся (а пока нет оснований предсказывать их исчезновение), институционализация стихийного социального протеста представляется неизбежной. Весьма вероятно, что это приведет либо к созданию нового политического субъекта популистской направленности, либо к тому, что протест «оседлают» уже существующие на правом и левом флангах субъекты такого рода.

    Характерно, что популисты Европы не выходят за пределы демократических правил игры. Это логично, ибо в рамках демократической политики они способны добиваться успеха – как показывает, например, опыт итальянских Лиги и «Движения 5 звезд», сформировавших в прошлом году первое в Европе чисто популистское правительство. Эти силы не призывают к замене демократии авторитарным режимом – даже в том случае, если испытывают симпатии к авторитарным правителям незападных стран, например, к Владимиру Путину. Более того, национал-популисты позиционируют себя в качестве защитников подлинной демократии от «элитарной политики». Для них, в частности, характерно требование расширения или введения механизмов прямой демократии.

    Собственно национальных тем и требований в повестке дня западных популистских движений немного. Скорее речь идет о сочетании стремления к социальной справедливости и культурного консерватизма – и то с определенными оговорками[14]. Немецкий социолог Вильгельм Хайтмайер считает основным побудительным мотивом антиглобалистских сил в Германии и Европе в целом «тягу к признанию»: «Часто речь идет не о деньгах, а о возможностях получить признание, которые были утрачены или поставлены под угрозу. Целые социальные группы уже просто не воспринимают политические элиты… Элиты презирают демократию до такой степени, что [интересы] капитала начинают определять политику. Так это видит часть общества»[15].

    Национал-популизм рвет привычные шаблоны. В политическом и социокультурном плане он выглядит отчетливо правым: требования ограничения иммиграции, интеграции национальных меньшинств, укрепления безопасности и правопорядка, во многих случаях – приверженность консервативно-традиционалистским моделям семейных и гендерных отношений и т.д. Но в социально-экономических вопросах он склоняется влево. Лишь на первый взгляд может показаться удивительным то, что во Франции значительная часть избирателей Марин Ле Пен и ее партии – бывшие сторонники коммунистов.

    Нация и национальное государство для этой части европейского общества – не сильно идеологизированный, революционный по сути проект, а инструмент защиты своих социальных интересов от того, что воспринимается как угроза со стороны глобализированных элит. На полноценную «волну национализма» это никак не тянет – даже в тех случаях, когда, как на востоке Европы, обществу вроде бы приходится доделывать работу по построению современной нации, прерванную в минувшем столетии.

    Недонационализм Востока

    Ситуация, возникшая в Центральной и Восточной Европе (ЦВЕ) в результате краха соцлагеря, на первый взгляд напоминала ту, что сложилась в этом регионе по окончании Первой мировой войны. Национализм, «замороженный» в свое время большинством коммунистических режимов[16], и на сей раз стал идеологической основой «молодых демократий».

    Перед большой группой «возрожденных»[17]или новых национальных государств, возникших на месте бывшего социалистического лагеря, встал выбор между тремя моделями дальнейшего политического развития:

    а) либеральная демократия, предполагающая вступление в ЕС в качестве стратегической цели, а по ее достижении – развитие по пути глобализма и постепенной «денационализации» по образцу Западной Европы;

    б) национал-демократия, сочетающая демократический режим со стремлением к национальному суверенитету;

    в) национал-авторитаризм – мобилизационная модель, связывающая укрепление национальной государственности с демонтажем демократических институтов и сворачиванием гражданских свобод.

    В некоторых случаях одна и та же страна успела попробовать более одной модели – например, Хорватия прошла от варианта «в» через «б» к «а». А нынешний подъем национал-популистских и евроскептических движений можно считать попыткой сместиться от модели «а» к модели «б».

    Если в качестве стратегической цели большинством общества признавалось стремление «вернуться в Европу», т.е. вступить в Европейский союз, либерально-демократические идеологемы и соответствующие политические решения оттесняли на задний план националистическую повестку – в том числе унаследованные с межвоенных времен пограничные конфликты и территориальные претензии. Логику такого проевропейского восприятия описывает этнограф Эмиль Паин: «Мы выходим из империи, мы потерпим, нами уже не будет управлять Москва, мы будем самостоятельными, мы… вернемся в семью европейских народов»[18]. По его мнению, такой подход не только несколько притупил острие идеологии национализма, но и помог ряду стран ЦВЕ перенести тяжелый период неолиберальных реформ 90-х без взрывоопасных социальных конфликтов. Падение жизненного уровня воспринималось как расплата за «грехи» коммунизма и вполне преодолимое препятствие на пути в демократическую Европу.

    Напротив, там, где интеграция в ЕС не казалась единственно возможным или реальным путем – на Балканах и в странах бывшего СССР, – давние межнациональные противоречия, вырвавшись из-под имперской «крышки», привели к острым конфликтам. Именно там можно было говорить о возрождении в 90-е годы радикального национализма в близком к межвоенным «стандартам» виде – с насилием на этнической почве, фашизацией общественного сознания, героизацией националистических диктатур прошлого, культом былых и новых вождей и т.д. Вместо «молодых демократий» в таких случаях на сцену вышли «молодые диктатуры» вроде режима Милошевича в Сербии. В ряде случаев кровопролитные конфликты на национальной почве, разделив народы, перешли в стадию «заморозки», т.е. де-факто отложенной войны.

    Однако и либерально-демократический «путь в Европу» оказался не таким простым, как представлялось многим его адептам в ЦВЕ на волне эйфории, вызванной «чудесным годом», annusmirabilis – 1989. Европейская интеграция не воспринималась в регионе как синоним отказа от национального суверенитета и уж тем более как замена «плохой» империи, управляемой из Москвы, «хорошей», управляемой из Брюсселя. К тому же отличный от западного опыт ХХ века, в том числе десятилетия комунистического правления, наложили отпечаток на особенности национального строительства в странах ЦВЕ. Ситуация после падения коммунистических режимов не была идентичной той, что возникла в этом регионе после 1918 года.

    Внутренние факторы формирования наций – исторические, политические, культурные – на востоке Европы оказались дополнены разнонаправленными внешними, среди которых наиболее весомы два: евроинтеграционный и российский. О Евросоюзе и идеологеме «возвращения в Европу» речь уже шла выше. Нужно лишь добавить, что в последние 8 – 10 лет репутация ЕС в странах ЦВЕ заметно испортилась. Это связано, с одной стороны, с завышенными ожиданиями первых посткоммунистических лет, которые просто не могли стать реальностью; с другой – с объективными просчетами в политике Брюсселя по отношению к восточному флангу ЕС, которая, оставаясь финансово щедрой, не лишена при этом раздражающей покровительственности. Рост евроскептических настроений подхлестнул и миграционный кризис 2015 года, воспринятый в ЦВЕ как прямое следствие чрезмерно либеральной политики западноевропейских стран в области миграции.

    Что же касается России, то она выступает в регионе в роли классического «значимого Другого» – но роль эта двойственная. Она может иметь либо позитивные (Россия как альтернатива Западу и глобализации – одновременно антилиберальная и связанная со временами соцлагеря, вызывающими ностальгию у части восточноевропейцев), либо негативные коннотации (Россия как реакционно-экспансионистская держава, наследница и бывшей коммунистической метрополии – СССР, и автократической империи Романовых).

    Таким образом, восточноевропейские нации нередко определяют себя через других. Картину дополняют сложность исторического наследия, раздробленность политических и культурных элит и неоднозначность общественных настроений. Так, по данным опроса, проведенного в 2017 году институтом GLOBSEC в ряде стран ЦВЕ, ориентацию своей страны на Запад предпочитали 56% хорватов, 50% румын, 45% поляков, 42% болгар, 33% чехов и т.д. Хотя ориентация на Восток (читай – на Россию) нигде не набрала более 14% приверженцев, очень значительная доля респондентов (в Венгрии – 53%, в Словакии – 42%, в Польше – 35% и т.д.) заявила, что их стране стоит быть «между Западом и Востоком»[19].

    Авторы опроса отмечают, что за этими ответами стоит в большей степени растерянность и желание избежать однозначного выбора, нежели ясное признание самобытности стран региона.О том, что слухи о всплеске национализма на востоке Европы сильно преувеличены, говорят и результаты выборов в регионе. Партии и движения с ярко выраженной националистической программой в ЦВЕ переживают относительный подъем, но нигде в последнее десятилетие они не получали на выборах более 20% голосов (результат партии «Йоббик» в Венгрии, 2018).

    Лидируют же популистские силы («Право и справедливость» в Польше, партия Fidesz в Венгрии, движение ANO в Чехии, партия Smer в Словакии и др.), чья программа – тот самый охранительный национализм образа жизни, сдобренный щедрыми обещаниями в области социальной политики. Это партии защиты местного против глобального – недаром в качестве персонификации враждебных венгерскому обществу сил премьер и лидер правящей партии Fidesz Виктор Орбан избрал миллиардера-космополита Джорджа Сороса. Нынешние восточноевропейские национализмы парадоксальны тем, что они – подчеркнуто локальные, местные, «тутэйшыя»[20]. Они лишены стремления занять заметное место в ряду европейских культур, что было характерно для националистических движений XIX – начала ХХ вв. Напротив, этой своей локальностью они им противоположны: в определенном смысле можно говорить о недонационализмах востока Европы.

    Постсоветское смятение

    Чем дальше на восток, тем более запутанной и неоднозначной становится картина национального самосознания в отдельных странах. Европейская часть пространства бывшего СССР дает в этом отношении самые разнообразные, порой парадоксальные примеры. Так, давняя дискуссия о том, как называть государственный язык Республики Молдова – молдавским или румынским (по данным переписи 2014 года, 57% граждан предпочитали первый вариант, более 23% – второй[21]), является частным случаем более масштабного спора о национальной идентичности и геополитической ориентации страны. Противостояние «румын» (сторонников интеграции Молдавии и Румынии, считающих молдаван частью румынского народа) и «молдовенистов» (сторонников сохранения независимости страны – часть из них придерживается ориентации на Россию и ностальгически-просоветских взглядов) показывает, какое распространение на постсоветском пространстве получила т.н. «внешнеполитическая идентичность», определяемая как «совокупность представлений о государстве, его роли и месте в мире, которые формируются через его соотнесение с другими государствами и политическими сообществами»[22].

    Подобным, хоть и несколько менее конфликтным образом развивается ситуация в Беларуси. С момента обретения государственной независимости в 1991 году в этой стране конкурируют два альтернативных национальных проекта. Один из них можно назвать национал-демократическим. Он делает упор на этнокультурные элементы белорусской идентичности, в первую очередь язык как основной «маркер» нации, и элементы исторического наследия, связанные с периодом до включения территории современной Беларуси в состав Российской империи, а также с кратким подъемом национального движения в первой половине ХХ века. Другой проект – неосоветский, с лишь слегка видоизмененной символикой БССР в качестве государственных символов, массовой русскоязычностью и в целом положительной оценкой советского периода национальной истории[23].

    Национал-демократические идеологемы доминировали в белорусской политике и информационном пространстве в начале 90-х годов, но после избрания президентом Александра Лукашенко они были заменены неосоветскими, в той или иной мере разделявшимися большинством населения страны. Как и в молдавском случае, оба проекта геополитически разнонаправленны: режим Лукашенко до недавних времен пропагандировал тесное сотрудничество с Россией, национал-демократическая оппозиция противопоставляла этому ориентацию на ЕС. В последние годы в связи с ухудшением отношений с Москвой белорусские власти взяли курс на т.н. «мягкую белорусизацию», фактически «перехватив» у оппозиции некоторые идеологемы[24]. Как бы то ни было, и здесь мы видим, что строительство нации используется в качестве инструмента практической политики, в которой ключевую роль играют внешнеполитические императивы.

    Наиболее драматично эта ситуация проявилась, конечно, в случае с Украиной. События 2014 года, аннексия Крыма Россией и начало конфликта в Донбассе поначалу послужили для украинского общества объединительным фактором, который, казалось, заметно ускорил процесс формирования гражданской нации. Но позднее этот процесс затормозился. Расхождения во мнениях относительно актуальных внешнеполитических проблем и важнейших событий и фигур национальной истории остаются заметными, а региональные различия – весьма значительными[25].

    После победы Майдана 2014 года («революции достоинства», в нынешней украинской политической терминологии) новые власти провозгласили курс на ускоренную интеграцию страны в евроатлантические структуры – то есть выбрали опцию «а» из описанных выше трех вариантов выбора, стоявших перед странами ЦВЕ после падения коммунистических режимов. Однако, в отличие от Польши или Чехословакии начала 1990-х, в украинском обществе середины 2010-х не сложился однозначный проевропейский консенсус, который обеспечил бы национальное единство на наиболее сложном этапе переходного периода. Дополнительными негативными факторами стали, с одной стороны, действия России в Крыму и Донбассе, с другой – недостаток реформистских усилий украинской политической элиты, качество которой оставляет желать много лучшего.

    Ну и, наконец, Россия. В этом случае очень важным представляется наблюдение социолога Леонтия Бызова, который отмечает: «“Западные фобии“ в сегодняшней России далеко не во всем следует интерпретировать буквально. По своей социально-культурной составляющей Россия является сегодня страной индивидуализированной и во многом вестернизированной. “Восток“ с его культом коллектива, подавлением личности, патриархальной семьей, в отличие от “Запада“ и культурно, и социально чужд современному россиянину. И, думается, никакие политические и геополитические устремления на Восток (или в глубь минувших веков) этой реальности не отменят»[26]. Нынешнее противостояние России и западного мира выглядит следствием расхождения интересов правящих элит по конкретным политическим вопросам, а не результатом непреодолимых ценностных и цивилизационных противоречий. С другой стороны, у самой России есть ряд проблем, связанных с незавершенностью национального строительства – и отсутствием ясности относительно того, как его завершать. А это означает и затрудненность поиска своей роли в мире – в период, когда происходит глобальный пересмотр таких ролей.

    Концепция «русского мира», которая в наибольшей мере ассоциируется с идеологическими установками правящего сегодня в России режима, настолько расплывчата и эклектична, что сложно понять, идет ли речь о националистическом или имперском проекте – или же о новом «издании» своеобразного имперского национализма (концепции «триединого русского народа»), существовавшего в Российской империи[27]. Политическая практика современных российских властей позволяет предположить, что их идеологический выбор – несколько эклектичный ностальгический империализм. Он сочетает консервативные социокультурные установки («духовные скрепы»), милитаризм и политику памяти, пытающуюся «синтезировать» опыт царской и советской империи на основе патриотизма и государственничества как некоего общего знаменателя. Это внутренне противоречивая, но прагматичная политика, позволившая Владимиру Путину в разные годы:

    восстановить государственный гимн советских времен,

    перезахоронить прах генерала Деникина,

    отложить на неопределенный срок перезахоронение Ленина,

    неоднократно осудить большевиков за их «антигосударственную» деятельность, приведшую к поражению России в Первой мировой войне и революции,

    довести до небывалых масштабов культ победы СССР в Великой Отечественной войне – с весьма заметной реабилитацией Сталина как ключевой фигуры, эту победу обеспечившей,

    способствовать укреплению в массовом сознании образа дореволюционной России и ее правителей как олицетворения «традиционных русских ценностей» и т.д.

    Исторические оценки и идейные установки неимперского русского национализма весьма далеки от образа мыслей российской элиты, а само это течение остается в целом маргинальным. Вряд ли из уст кого-либо из представителей правящих слоев РФ могло бы прозвучать, например, следующее: «Империя питалась соками русского народа, существуя и развиваясь эксплуатацией русской витальной силы; русские, даже ощущая (не всегда осознавая!) субстанциальную враждебность империи, вынуждены были взаимодействовать и сотрудничать с ней»[28]. Подъем этнонационалистических настроений, наблюдавшийся в России около 10 лет назад (помнит ли кто еще весьма популярный на рубеже прошлого и нынешнего десятилетий «уличный» лозунг «Хватит кормить Кавказ»?), оказался недолговечным. Он был отчасти «смикширован» психологическим эффектом присоединения Крыма, отчасти сведен на нет жестким разгромом националистических организаций – в отношении их лидеров власти действовали порой более жестко, чем против либеральной или левой оппозиции.

    Российская Федерация «зависла» в постимперском состоянии. Являясь страной с явным преобладанием одного этноса (80% населения – русские), она не стала национальным государством русского народа, сохранив административную структуру РСФСР с ее национальными автономиями. В то же время не слишком успешен и проект «общероссийской» гражданской нации – хотя некоторые его сторонники утверждают иное. Так, по мнению Валерия Тишкова, «в России сложилась реальная общность россиян на основе исторических и социальных ценностей, патриотизма, культуры и языка»[29]. Но для того, чтобы принять на веру этот постулат, надо вынести за скобки слишком многое. Например, то, что «в [автономных] республиках, особенно там, где титульное население составляет большинство, совершенно другая идентификация. На первом месте – мы татары. Далее – наш Татарстан. И уже на третьем месте – мы россияне»[30]. Не говоря уже о существовании такого феномена, как нынешняя Чечня, чей реальный статус сильно отличается от формального: де-факто это нечто вроде ассоциированного с Россией государства с почти неограниченной автономией во внутренних делах и, наоборот, с весьма ограниченным действием на его территории российских законов.

    Таким образом, и в российском случае мы видим явную незавершенность процесса национального строительства. Она усугубляется, с одной стороны, унаследованной от советской эпохи административной конструкцией государства, с другой – спецификой нынешнего режима, выхолостившего демократические институты, в рамках и с помощью которых могли бы рационально решаться вопросы национальной политики. Наконец, играет свою роль и фактор «стихийной имперскости»[31]большинства российского общества, на которую опирается эклектичный идеологический курс властей. Нынешняя РФ – бывшая метрополия последней из распавшихся великих европейских империй. Но за прошедшие после краха СССР без малого 30 лет выбор между империей и национальным государством в России не то что не был сделан – он не был даже как следует артикулирован. Иной вопрос, что, возможно, в российском случае история играет особенно сложную игру, когда этот выбор окончательно сделан быть просто не может.

    Выводы

    1. Нынешний этап мировой истории характеризуется столкновением глобалистских и антиглобалистских трендов. Кризис модели глобального неолиберального капитализма, пик которой пришелся на 1990-е годы, вызвал к жизни в США и Европе волну популистских движений, выступающих под изоляционистскими, антимигрантскими и отчасти националистическими лозунгами. Общая ситуация внешне напоминает происходившее на рубеже 1920-30-х годов: «Серьезные проблемы лабильной и несбалансированной мировой экономики, усиленные националистическим протекционизмом и превозносимыми эгоистическими интересами [отдельных стран], не способствовали появлению барьера на пути волн экономического шока, шедших с другого берега Атлантики. В результате культурного раскола возникло множество предрассудков и сложилась общая атмосфера недовольства, которое можно было легко использовать в политических целях… Демократические, либеральные идеи всюду были в глухой обороне. И уже в начале [Великой депрессии] значительная часть Европы бросилась в объятия авторитаризма или готовилась к этому»[32].

    2. Это сходство, однако, скорее поверхностное – по нескольким причинам. Во-первых, политические системы в большинстве демократических стран, прежде всего развитых, сейчас значительно более стабильны, чем 80-90 лет назад. Стабильность эта, конечно, относительная и не исключает возможности не только серьезного кризиса, но и краха – если появятся действительно мощные деструктивные факторы. Однако это должны быть куда более серьезные силы, чем современный популизм в том виде, в котором он возник и развивается в последние годы.

    Во-вторых, популистские движения сегодня имеют ясную антиэлитарную направленность. Среди их требований – не сворачивание демократии, а наоборот, возврат к принципам широкого участия гражданских «низов» в политических процессах, расширения механизмов прямой демократии и т.д. Это не означает, что такие движения не могут в будущем поддаться соблазну очередных вождистских экспериментов. Но на данный момент наиболее последовательные попытки трансформировать демократию в сторону «мягкого» авторитаризма предпринимают не аутентичные низовые популистские движения, а вовремя сориентировавшиеся и «возглавившие процесс» представители прежних элит, вроде Виктора Орбана в Венгрии.

    В-третьих, на западной политической сцене сейчас отсутствуют мощные радикальные идеологические проекты левого или правого толка, которые могли бы лечь в основу агрессивных диктатур, непосредственно угрожающих мировым демократиям. А имеющиеся авторитарные режимы, даже наиболее влиятельные на международной сцене, как китайский или российский, при определенных экспансионистских устремлениях не обладают и долей агрессивности нацистской Германии, сталинского СССР, фашистской Италии или имперско-милитаристской Японии.

    3. Националистическая риторика в той или иной мере является частью политических программ современных популистов. Но суть национализма в Европе по сравнению с ХХ веком, особенно его первой половиной, кардинально изменилась. Современный европейский национализм является в первую очередь инструментом выражения социального протеста тех слоев общества, которые считают, что их экономические интересы, политические взгляды и культурные ориентиры не учитываются глобализованной либеральной элитой и/или находятся под угрозой со стороны сил, от которых эта элита по тем или иным причинам не желает их защищать (мигранты, меньшинства и т.п.).

    Изначально это протест «неудачников глобализации», т.е. тех социальных групп, на чьем благосостоянии непосредственно и весьма негативно сказались экономические процессы последних 20 – 30 лет. Однако под влиянием ряда событий недавнего времени, прежде всего кризиса еврозоны и наплыва мигрантов в 2015 году, круг недовольных начал быстро расширяться за счет значительной части среднего класса. Тем не менее евроскептицизм и приверженность национальному государству служат для этих носителей протестных настроений не более чем символами антиглобализма, а национализм – реакционной, а не революционной идеологией, что коренным образом отличает его от национализма XIX и первой половины ХХ столетия. Прежний национализм наступал, нынешний – почти исключительно обороняется.

    4. Причиной тому, очевидно, служит эволюция самих европейских наций во второй половине прошлого и начале нынешнего века. В каждом из трех крупнейших геополитических регионов «большой» Европы эта эволюция имела свои особенности.

    В Западной Европе под влиянием культурной революции 1960-х годов, глобализации и ускоренной евроинтеграции гражданские нации фактически преобразовались в мультикультурные сообщества с во многих случаях проблематичной самоидентификацией[33]. В результате кризис национального самосознания, сопряженный с обострившимися социальными проблемами последних лет, ведет к появлению пестрого спектра протестных субъектов разной степени институционализации – от «старых» (Национальное объединение во Франции, Партия свободы в Австрии) и «новых» («Движение 5 звезд» в Италии) популистских и евроскептических партий до совершенно стихийных движений вроде «желтых жилетов». Однако чисто националистическая составляющая в их политике и идеологии играет лишь фоновую роль.

    В Центральной и Восточной Европе первые посткоммунистические годы характеризовались определенным ренессансом национализма, «замороженного» при коммунистах. В то же время ориентация большей части стран региона на либеральный евроинтеграционный проект смягчила эту тенденцию. Ситуация вновь изменилась лишь в последнее десятилетие, когда евроскептицизм, расширившийся в результате объективных проблем ЕС и завышенных ожиданий, которые связывались в ЦВЕ с евроинтеграцией, принял форму национал-популистской волны. Однако и здесь речь идет опять-таки о реакции, а не революции, о провинциальном и оборонительном по сути национализме образа жизни, при всех своих возможных – пока, к счастью, немногочисленных – эксцессах сильно отличающемся от национализма крови и почвы, который господствовал в регионе в 1930-40-е годы. В этом смысле проевропейские тенденции 90-х и политико-правовые рамки, определяемые членством стран региона в ЕС после 2004/07 годов, сыграли и до сих пор играют важную роль сдерживающего фактора. Это то, чего, увы, оказались лишены после распада Югославии Балканы – и это обернулось трагедией.

    В постсоветском регионе большая часть национальных проектов выглядит незавершенной, а строительство современных национальных государств осложняется разными обстоятельствами. Важную роль здесь играет чрезмерная зависимость этих проектов от внешних факторов, «внешнеполитическая идентичность», ведущая порой к появлению альтернативных, не сочетаемых и не дополняющих друг друга концепций национальной идентичности, политической идеологии и исторической мифологии. В Молдове эта ситуация привела к консервации общественного раскола и политической напряженности, в Беларуси – к фактическому насаждению одной из таких концепций господствующим авторитарным режимом. В наиболее сложном украинском случае на объективно существующие проблемы национального строительства в полиэтничной, мультикультурной стране со сложным историческим наследием наложилась политическая драма 2014 года и последующий конфликт с Россией.

    Что касается самой России, то она, будучи преемницей двух империй, потерпевших крах в ХХ веке, с одной стороны, выступает в качестве фактора национальной самоидентификации («значимого Другого») для целого ряда стран пост-СССР и ЦВЕ. С другой – Россия представляет собой пример страны, где и структура государства, и историческое наследие, и специфика общественного сознания препятствуют транзиту от имперской модели к национальному государству. В результате современная РФ обладает чертами обеих моделей.

    Не будучи национальным государством русского народа (в том смысле, в каком, допустим, современная моноэтничная Польша есть государство прежде всего поляков), Россия с ее унаследованными от советской эпохи национальными автономиями не является и гражданским nation-state в западном смысле слова. Специфика нынешнего правящего режима – чрезмерная для столь огромной страны централизация политической власти, выхолащивание роли демократических институтов и превращение реальной демократии в «имитационную»[34] – препятствуют выработке разумной национальной политики, ведут к консервации нынешнего промежуточного положения, что грозит в случае серьезного внутриполитического кризиса его перерастанием в кризис государственности.

    5. Таким образом, логично говорить не о подъеме национализма и национал-популизма в «большой» Европе как о признаке кризиса либеральной демократии, а о параллельном кризисе и той модели демократии, которая сложилась в период после окончания «холодной войны», и феномена нации и национального государства.

    Специфика мирового экономического развития в конце ХХ – начале XXI века позволяет утверждать, что остановить или всерьез затормозить глобализационные процессы способна разве что некая катастрофа планетарного масштаба. Но корректировка тех проблем, которые порождены глобализацией, может оказаться долгой и болезненной. В ходе этой корректировки демократии угрожают новые манипулятивные информационные технологии, концентрация власти и собственности в руках всё более ограниченного круга лиц, углубление социального неравенства и в связи с этим – дальнейший рост протестных настроений и соблазн авторитарных политических решений.

    Поэтому национальное государство и идея нации какое-то время еще будут обладать символическим капиталом, достаточным для объединения определенной части антиглобалистских сил. Но поскольку нарастает количество и глубина проблем, которые требуют скоординированных усилий разных стран, – климатические изменения, роботизация экономики и связанные с нею перемены на рынке труда, миграция, новые биотехнологии, очередная энергетическая революция и многое другое, – очень скоро станет ясно, что для их решения неизбежен выход за рамки распадающихся или, наоборот, недооформленных национальных сообществ. Всё это может сопровождаться серьезными кризисами и потрясениями, в том числе на пространстве «большой» Европы. Однако это не меняет того факта, что постнациональная эпоха уже началась – хотя знамена наций подняты еще достаточно высоко для того, чтобы зияющие на них дыры выглядели издалека маленькими и почти незаметными.

    [1]Цит. по: Fenby, J. The History of Modern France. From the Revolution to the War with Terror. L – NY, 2016. P. 175.

    [2]Э. Геллнер. Пришествие национализма. В сб.: Нации и национализм. М., 2002. С. 160.

    [3]И. Крастев. Парадокс европейской демократии: gefter.ru/archive/3288

    [4]В. Гавел. Сила бессильных. В сб.: Мораль в политике. М., 2004. С. 303.

    [5]Ситуация изменилась лишь в самое последнее время – в связи с приходом к власти в США Дональда Трампа, уровень недоверия к которому в правящих кругах ФРГ, очевидно, настолько высок, что канцлер Ангела Меркель наконец поддержала французскую инициативу по созданию европейской армии. См., напр.: Armée européenne: Merkel et Macron solidaires face á Trump. Libération, 13.XI.2018 www.liberation.fr/planete/2018/11/13/armee-europeenne-merkel-et-macron-solidaires-face-a-trump_1691909

    [6]Крастев, ук. ст.

    [7]Я. Шимов. Недоимперия. Неопределенность, помноженная на единство: идея Европы и запрос на «новых консерваторов»: gefter.ru/archive/23527

    [8]Ж. Тощенко. Прекариат – новый социальный класс. «Социологическиеисследования», 2015. № 6. С. 6.

    [9]Priestland, D. Merchant, Soldier, Sage. A New History of Power. L., 2013. P. 16.

    [10]А. Тесля. «Истинно русские люди». История русского национализма. М., 2019. С. 16.

    [11]М. Оукшотт. Быть консерватором. В сб.: Рационализм в политике. М., 2002. С. 30.

    [12]Цит. по: Judis, J. The Populist Explosion. How the Great Recession Transformed American and European Politics. NY, 2016. P. 14.

    [13]Negri, A. French Insurrection www.versobooks.com/blogs/4158-french-insurrection

    [14]Так, гомофобия характерна лишь для весьма небольшой доли сторонников популистских движений Западной Европы, а религиозный фактор проявляет себя скорее в настороженном или отрицательном отношении к исламу, нежели в нарочитом акцентировании христианского наследия европейской культуры (последнее более характерно для национал-популистов ЦВЕ).

    [15] „Kein Mensch kann auf dauer ohne Anerkennung leben“. Süddeutsche Zeitung, 15. November 2018 www.sueddeutsche.de/politik/wachsender-autoritarismus-kein-mensch-kann-auf-dauer-ohne-anerkennung-leben-1.4203226

    [16]Исключением тут могут считаться разве что румынская и албанская диктатуры, создавшие специфические национал-коммунистические модели.

    [17]Например, в Польше идея возрождения национальной государственности после 1989 года проявляется даже в общепринятой нумерации польских республик. Нынешняя, возникшая после демонтажа коммунистического режима, считается «Третьей Речью Посполитой» (Rzeczpospolita = «общее дело» = res publica), после польско-литовской «Речи Посполитой обоих народов» (1569 – 1795) и межвоенной «Второй Речи Посполитой» (1918 – 1939). Коммунистическая Польская народная республика из этого ряда удалена, поскольку считается марионеточным режимом, существовавшим в период, когда национальный суверенитет Польши был де-факто утрачен.

    [18]Э. Паин. «Нация заинтересована в интеграции, а империя живет по принципу – разделяй и властвуй»: republic.ru/posts/92396

    [19]См., напр.: Jen třetina lidí v Česku chce směřování na Západ, 41 procent chce být někde mezi forum24.cz/jen-tretina-lidi-v-cesku-chce-smerovani-na-zapad-41-procent-chce-byt-nekde-mezi/

    [20]Тутэйшыя (бел.) – местные. Так называется пьеса классика белорусской литературы Янки Купалы (1882 – 1942), где в аллегорической форме описываются проблемы формирования белорусского национального самосознания.

    [21]Укрепление социальной сплоченности и общей идентичности в Республике Молдова. Основные вопросы и практические рекомендации. Кишинев, 2017. С. 15 iep-berlin.de/wp-content/uploads/2018/02/Social-Cohesion-and-Common-Identity-RU.pdf

    [22]М.О. Маринин. «Внешнеполитическая идентичность страны» в регионоведении www.regionalstudies.ru/journal/homejornal/rubric/2012-11-02-22-03-27/347---ql--r--q.html

    [23]Подробнее см., напр.: Ю. Дракахруст. Чаму Беларусь такая савецкая? Радыё Свабода, 5.I.2019 www.svaboda.org/a/29691787.html

    [24]Как отмечает белорусский политолог Петр Рудковский, «произошли несомненные сдвиги в восприятии культурной составляющей национальной идеи (акцент делается на белорусский язык и историческую память), однако внимание по-прежнему концентрируется на роли государства в нациестроительстве». См.: Rudkouski, P. Soft Belarusianization. The Ideology of Belarus in the Era of the Russian-Ukrainian Conflict. Center for Eastern Studies. OSW Commentary #253, Nov. 3, 2017 www.osw.waw.pl/sites/default/files/commentary_253-tv.pdf

    [25]По данным представительного опроса, проведенного этой осенью Центром Разумкова и социологической группой «Рейтинг», за вступление Украины в НАТО выступали 40% респондентов, против – 36%. При этом если в западных регионах страны в подержку членства в НАТО высказались от 82 до 94% опрошенных, то в причерноморском регионе соотношение сторонников и противников было 33:43, на востоке – 42:38, в контролируемой Украиной части Донбасса – 40:43. При этом 47% опрошенных выступили в поддержку присоединения Украины к Евросоюзу, 30% были против. (См.: Моніторинг електоральних настроïвукраïнцiв, 13.11.2018http://ratinggroup.ua/research/ukraine/354a0dde7bc4bd5e6fa291b0bd1dc997.html). Не менее любопытно отношение украинцев к деятелям прошлого. По данным другого опроса, 47 и 43% респондентов положительно или скорее положительно относятся соответственно к Леониду Брежневу и Петру I, 21% – к Сталину (его «антирейтинг» – 58%). Соотношение положительно и отрициательно относящихся к Симону Петлюре – 30:30, к Степану Бандере – 36:34. (См.: Каждый пятый украинец положительно относится к Сталину – опрос. Ліга.Новости, 20.11.2018 news.liga.net/society/news/kajdyy-pyatyy-ukrainets-polojitelno-otnositsya-k-stalinu---opros).

    [26]Л. Бызов. Российское общество в постмобилизационной «ломке» rueuro.ru/item/54-rossijskoe-obshchestvo-v-postmobilizatsionnoj-lomke

    [27]Вот как выглядит представление о «русском мире» патриарха Кирилла – одного из главных пропагандистов этой концепции: «Русский мир — это не мир Российской Федерации, это не мир Российской империи. Русский мир — от киевской купели крещения. Русский мир — это и есть особая цивилизация, к которой принадлежат люди, которые сегодня себя называют разными именами — и русские, и украинцы, и белорусы. К этому миру могут принадлежать люди, которые вообще не относятся к славянскому миру, но которые восприняли культурную и духовную составляющую этого мира как свою собственную… Сохранение цивилизаций, в том числе Русского мира, — это наша общая задача. Не для того, чтобы воссоздавать какие-то политические конструкции, строить новые империи, создавать военные блоки, совсем не для того. А для того, чтобы хранить величайшее наследие, которое мы получили от наших предков». См.: Святейший Патриарх Кирилл: Русский мир – особая цивилизация, которую необходимо сберечь www.patriarchia.ru/db/text/3730705.html

    [28]Т. Соловей, В. Соловей. Несостоявшаяся революция. Исторические смыслы русского национализма. М., 2009. С. 46.

    [29]В. Тишков. Российский народ и национальная идентичность. «Россия в глобальной политике», 2008. № 4. globalaffairs.ru/number/n_11152

    [30]Паин, ук. ст.

    [31]По данным недавнего (конец 2018 г.) опроса, проведенного «Левада-центром», доля россиян, сожалеющих о распаде СССР, достигла рекордного уровня – 66%. Среди главных причин того, почему им не хватает СССР, опрошенные назвали разрушение единой экономической системы (52%) и потерю чувства принадлежности к великой державе (36%). См.: 66% россиян сожалеют о распаде СССР. Это максимум за 10 лет meduza.io/news/2018/12/19/66-rossiyan-sozhaleyut-o-raspade-sssr-eto-maksimum-za-10-let

    [32]Kershaw, I. To Hell and Back: Europe 1914 – 1949. Цит. по чешскому изданию: Kershaw, I. Do pekla a zpět. Evropa 1914 – 1949. Praha, 2017. S. 193.

    [33]Характерен в этом отношении пример Германии, где национальное самосознание отягощает культивируемое политической и культурной элитой чувство «наследственного греха» – преступлений нацизма, определяющее подчеркнуто «аллергическую» реакцию на любые националистические проявления.

    [34]См., напр.: Д. Фурман. Проблема 2008: общее и особенное в процессах перехода постсоветсих государств www.polit.ru/article/2007/10/19/furman/
    • нет
    • 0
    • +13

    129 комментариев

    avatar
    Подобным, хоть и несколько менее конфликтным образом развивается ситуация в Беларуси. С момента обретения государственной независимости в 1991 году в этой стране конкурируют два альтернативных национальных проекта.

    А конкурируют ли? Я бы тут поспорил. Белорусскоязычный национальный проект, имхо, потерпел поражение. Думаю навсегда.
    -5
    avatar
    Белорусскоязычный национальный проект потерпел поражение.
    Белорусский национальный проект потерпел поражение — так правильнее. В этом случае не обязательно указывать «язычность», так как она подразумевается сама собой.

    С другой стороны, можно ли сформулировать мысль так — русскоязычный национальный проект выиграл? Тогда, собственно о какой нации идет речь?
    +5
    avatar
    С другой стороны, можно ли сформулировать мысль так — русскоязычный национальный проект выиграл?

    Выиграл. Еще давно. Думаю еще в середине 20-го века выиграл.

    Тогда, собственно о какой нации идет речь?

    А ты вот задай этот дурацкий вопрос первым попавшимся тебе на встречу белорусам, да получи от них ответ, так и сам поймешь.
    0
    avatar
    Тогда, собственно о какой нации идет речь?
    А ты вот задай этот дурацкий вопрос первым попавшимся тебе на встречу белорусам, да получи от них ответ, так и сам поймешь.
    Причём здесь первый встречный? Пан woolf задал вопрос «этническому националисту» Монру, которое только что втирало, что «выиграл Х-язычный национальный проект». Вот и мне интересно, уж не разочаровалось ли Монро в идее «гражданского национализма», коль скоро заявляет такие вещи?

    Да я всегда догадывался, что, клеймя позором «белорусскоязычных мовных националистов», Монро, по сути, такой же «этнический», только в тылу неприятеля, так сказать. *lol* Трудно найти более озабоченного националиста (в данном случае — за русский язык).
    +4
    avatar
    Пан woolf задал вопрос «этническому националисту» Монру,

    А я и не этнический националист. Я скорее буржуазный автократ. Мне разглагольствования пана Вульфа чужды, представляются архинаивными и архиненаучными. *Angel*

    Не разочаровался ли я в гражданском национализме? Нет. НО я постоянно разочаровываюсь, что в Беларуси нет капитализма, из которого неизбежно в будущем разовьется и гражданский национализм. И ваще, я помру при господстве русского языка тута. Вы, кстати, помрете при нем же. :D
    0
    avatar
    Русский этнический националист, отчаянно борющийся за свою русскую идентичность. Достаточно посмотреть да посчитать всё написанное Монром на эту тему на разных сайтах. Озабоченный. Очень.
    +5
    avatar
    Кум, хочу чтобы вы поняли одну простую вещь.

    Навешивание ярлыков на оппонента на форуме- это хамство и быдлячество.
    Навешивая на меня постоянно некие ярлыки, разбирая мое «персональнео дело» с прочими недоумками на форуме, вы лишь демонстрируете свою некультурность, малообразованность и хамство. Я тут не на суде. А вы не судья.

    Так что пошел вон!
    -1
    avatar
    Так что пошел вон!
    Как-то обтекаемо у Вас получилось, неконкретно.
    «Вон» — это куда?
    И главное – вон откуда? Отсюда, что ли, с Брамы, которую пан Курманбек лично у Вас (и не только у Вас) украл?

    У Вас есть полминутки времени? Я Вам сейчас быстренько расскажу что такое «свобода слова».
    В это понятие входит не только право на высказывание своего мнения, но и право на высказывание своего мнения о чьем-то мнении.

    А про «ярлыки» — Вы ножку-то кокетливо не отставляйте и губки не надувайте.
    Вы тут на форуме всех белорусов называете православными раздолбаями, по пассионарности ниже плинтуса, полными лузерами, дерьмом, гнилыми приспособленцами и потенциальными предателями. Ссылочками по выделенному курсивом побаловать?

    Это ж не «ярлыки», не?

    Представьте, что Вы решили возразить, подискутировать по высказанному автором цитат мнению обо всех белорусах. Сможете вступить в глубокую содержательную полемику? Или конструктивнее, с целью экономии времени название этому «автору» какое-нибудь присвоить коротенькое? Вариантов-то много. Неплохой – «ляпальщик языком». «Моральный урод» — тоже неплохо. Но лично мне не нравится: длинновато.
    +3
    avatar
    Свободу для поливания оппонентов оскорблениями вам тут никто не давал.
    Вы же этим занимаетесь периодически. Значит вы- провокатор и хам в таком случае.
    -3
    avatar
    Свободу для поливания оппонентов оскорблениями вам тут никто не давал
    Точно. Никто не давал. Особенно в адрес «оппонента», который НИКОГДА не позволяет себе и ПРЕДЕЛЬНО корректен в «общении» с участникам форума:

    вас точно пора в дурку сажать., Ну, дурик дуриком., вы как маленькая брехливая сучка брешете,, клоун., предатели и перевертыши, коли не нравится проваливай с*ать обратно, Ты свой писк называй «я», вы бредите, мне с вами тогда все ясно. Неизлечимы., Пшла вон, шелудивая!
    Ссылочками на авторство приведенных цитат побаловать?
    +2
    avatar
    Не поможет. Только целлюлозы зря накушаетесь: гугль помнит. Никто не забыт, ничто не.
    Готовьтесь. Продолжение следует.
    Есть небольшой шанс, что не последует. Покайтесь прилюдно, поклянитесь чем-нибудь святым для Вас (например, здоровьем Путина), что не будете свинячить на форуме и хамить оппонентам – и всё, game over.
    Или по примеру обозовских ура-патриотов кучкуйтесь с единомышленниками, падайте в ножки модераторам – с просьбой о защите. А вдруг поможет. На обозе же помогло.

    Кароч, варианты есть. Выбор за Вами.
    0
    avatar
    Ссылочками на авторство приведенных цитат побаловать?
    Не старайтесь, это у деда Генки стандартная тактика: гадить больше, чем весит — а потом всех ответивших ему на его языке обвинять в оскорблении величества )) Раньше еще интересней было: когда за перманентное хамство получал подсрачник — визжал, что его мучують по политическим (sic!) мотивам. Сейчас поистрепался уже, гундит как-то не смешно, без огонька…

    0
    avatar
    Не старайтесь
    Больше? Больше чем?! Больше чем весит?!!!
    Так-так-так… Обстоятельства меняются, выше моих сил отказаться от такого зрелища. Не кайтесь, А.Генри, и не клянитесь.
    Уж три ночи, три ночи, пробиваясь сквозь тьму,
    Я ищу его лагерь, и спросить мне некого.
    Проведите ж, проведите меня к нему,
    Я хочу видеть этого человека!
    ЗЫ. Из забавного. Писал в пред.комменте game over, не переключив клавиатуру на латиницу. Получилось что-то очень певуче-оскорбительное и эмоционально-звучное. Цікава.
    +1
    avatar
    Белорусскоязычный национальный проект, имхо, потерпел поражение. Думаю навсегда.
    Он не состоялся. Возможно, пока. Не знаю, возможно навсегда (никогда не говори никогда ©).
    А терпит поражение у нас на глазах его антипод под девизом «навеки с Россией». «Навеки» во всем: в мракобесии, в общем культурном пространстве без культуры, в войне со здравым смыслом, но и как, оказывается, в нищете. Зарплаты в 150 уе в «центре Европы» 21 века хош-не-хош рано или поздно вынесут на повестку дня актуальный вопрос «где же мы будем харчеваться?» А далее невольно последуют действия в направлении Белорусскоязычного национального проекта — жить на свои, своей жизнью и своим умом. Эти шаги уже предпринимаются, причем, главным его оппонентом. Когда «спасители-освободители» с Востока перестанут кормить здешних душителей всего национального, вот тогда будет ясно, что состоялось, а что нет.
    +5
    avatar
    Прерывать отношения с Россией (торгово-экономические, пограничные, культурные, военно-оборонительные) пока никто не собирается.

    Зарплаты в 150 уе в «центре Европы» 21 века хош-не-хош рано или поздно вынесут на повестку дня актуальный вопрос «где же мы будем харчеваться?» А далее невольно последуют действия в направлении Белорусскоязычного национального проекта

    Не понимаю почему мова даст белорусам зарплату не в 150 у.е., а в 500-1000. Не считайте белорусов за идиотов. Если бы мова давала белорусам зарплату в 1000 уев, давно бы все ломанулись вучыць мову. А вот не ломанулись.
    0
    avatar
    почему мова даст белорусам зарплату не в 150 у.е., а в 500-1000
    Экий звериный материализьм! :) Но и русская мова, скоро ваще будет не нужна, только чтобы смотреть программу время (местную и московскую). Уже сегодня для работы нужна ангельская, польская, китайская и многие прочие… А что касаемо местного плебса, то он ничего учить не хочет, ни физику-математику, ни любую мову, и возводить в абсолют знание его сокровенных желаний не стоит, всё просто: поменьше работать, побольше пива и баб.
    … А вот не ломанулись.
    Зато ломанулись душить тех, кто хотел бы на ней говорить. Заткнули рот за зарплату от душителей. Перестанут платить душители, начнут говорить те, кто хочет говорить забесплатно. Вокруг меня такие тоже есть
    +6
    avatar
    Экий звериный материализьм!

    Скорее рационализм. Не забывайте, мы все вышли из шинели Гоголя СССР. Бытие определяет сознание. А кто считает иначе, тебе, значит, дубленка и не положена. :D Питайся «духовными скрепами».

    Но и русская мова, скоро ваще будет не нужна,
    Пока подавляющая часть белорусской экономики повязана на Россию, русскому языку в Беларуси ничего не угрожает.
    А вот если повяжемся на Польшу, Германию, Англию, вот тогда и будет ему угроза- придется учить польский, немецкий, английский. Но пока все так как есть, иностранные европейские языки будет учить молодежь, при том не вся, и стараться драпать отсюда. В любом случае из всех вариантов будущее мовы мне представляется трагической. Ее носителям тем более. Они у нас и так ходят среди нас почти как прокаженные. А будет еще хуже.
    0
    avatar
    Не будет хуже. Тех, кто ничего не хочет учить, задвинут на подобающее им место в жизни. Как и экономику, завязанную на Россию.
    0
    avatar
    Тех, кто ничего не хочет учить, задвинут на подобающее им место в жизни.

    Кто задвинет? Вы? Или такие как вы? Ну, вот идите и начинайте с Лукашенко, потому как с него вся пирамида вниз начинается. Я посмотрю как вы его и с него вниз кого задвините, начиная с языка и кончая должностями.
    0
    avatar
    да пишут что не душат
    people.onliner.by/opinions/2019/02/01/belmova
    проблем много, но все решаемо

    ситуация с мовой — следствие школы 70 — 80х годов.
    когда учить начинали с 3го класса и 2 раза в неделю. и полкласса освобождение.
    сейчас либо поровну, либо мовы больше.
    если в начале 90х крики — зачем она мне надо встречала массовый одобрямс, то сейчас на таких смотрят как на дебилов. живешь в Беларуси — значит учи и не выступай.
    +2
    avatar
    У меня одноклассник был освобожден от мовы, тк папа — изобретатель ссср, и прочий секретный физик-ядерщик (с мовой, само собой, несовместимо :U, хотя сам из местных поляков), говорит сейчас бы заговорил, да особо не с кем. Ребенок охотно говорит дома, и в школе у мелких нет отторжения).
    Думаю, Монрам будет трудно бегать рты затыкать, желающих ГЭкать-ЧЭкать наберется достаточно, русские будут кипеть разумом, колхозники, жаждущие рвать грамотных (это и есть Монры) — их главная надежда
    +2
    avatar
    если в начале 90х крики — зачем она мне надо встречала массовый одобрямс, то сейчас на таких смотрят как на дебилов. живешь в Беларуси — значит учи и не выступай.

    Одно дело учить мову в школе (правда непонятно на кой ляд, если в жизни мова не востребована)

    И совсем другое дело навязывать мову в качестве второго или даже единственного государственного и переводить на нее производство.

    Как будто от знания мовы наши трактора лучше станут. Люди знают что не станут. Стали бы- давно перешли бы… и без белорусизаторов.

    Так что филологов ф топку. Не мы, так экономика заставит.

    Думаю, Монрам будет трудно бегать рты затыкать, желающих ГЭкать-ЧЭкать наберется достаточно,

    А мы бегаем? Или желаем бегать?%) Полноте! Неуловимый националист «белорусизатор Джо» Янка, Рыгорка, потому и неуловимый, на форумах типа Брамы, потому как на фик никому не нужен. И не только здесь. А было бы иначе, вы бы тут на мове шпарили на Браме, а не нарусском языке давили бы русскоязычных монр. Сижу и просто смеюсь.:D

    Для начала сами на мову перейдите. А я постмотрю на долго ли вас хватит.*lol*
    +1
    avatar
    Одно дело учить мову в школе (правда непонятно на кой ляд, если в жизни мова не востребована)

    это все достаточно просто, но я сильно сомневаюсь что ты поймешь
    +3
    avatar
    А ты попробуй.
    И большинству русских белорусов в Беларуси тоже придется объяснить.
    А еще главное- убедить.

    Так что давай. Но шпарь на мове. А иначе есть подозрение, что фарисей ты.*lol*
    0
    avatar
    вернись на пару постов и перечитай внимательно что я написал
    0
    avatar
    Где мова, фарисей? Пиши на Браме на мове. Слабо? Тогда грош цена твоей пропаганде за мову.:D
    0
    avatar
    я совневаюсь что ты и на мове поймешь
    0
    avatar
    Увиливаешь. Сливаешься.:P

    Потому как сам по жизни ты русскоязычный.

    А вся твоя болтовня за белорусизацию- это просто дешевый треп.
    0
    avatar
    вернись и перечитай — почему так
    0
    avatar
    Ты не увиливай. Читаешь меня? Давай на мове.
    Слабак ты.
    0
    avatar
    Где мова, фарисей? Пиши на Браме на мове. Слабо? Тогда грош цена твоей пропаганде за мову
    Сам же верещал как резаный, что нельзя, мол, заставлять насильно и как ты исстрадался по их прихоти, а теперь туда же? Нет браток, этак не годится.
    0
    avatar
    Ты давай сам на мове пиши, коли так вписываешься за мову.

    А раз писал, что я за деньги и китайцем обзовусь, так чего проще- заплати мне чтобы я на Браме на мове писал. Я соглашусь.
    Давай. Вопрос в цене и в твоей искренности.:D Я вот считаю, что ты просто трепач. А коли нет, давай, заплати мне. Слабо? С какой суммы начнем, чтобы ты не подавился? :J
    0
    avatar
    Вот и смыло «идейных белорусизаторов» с русским языком общения на Браме. Стоило только припомнить им слова о «заплати, так Монро и монры мигом продадутся». Я им и предложил заплатить сами, чтобы проверить:
    а) их самих идейность
    б) как быстро и за сколько продастся Монро.

    Мигом свалили.

    Что и требовалось доказать: трепачи. :P
    0
    avatar
    Стоило только

    Много лет развлекался предлагая беларусикам в индивидуальном порядке «избавиться от зависимости от РФ» — подав заявление о желании платить за коммуналку по цене соседней Польши.
    0
    avatar
    Если отстегивать в фонд им. Сами знаете кого больше денег зависимость меньше станет?
    У вас эпичные проблемы… Ну вы в курсе с чем
    0
    avatar
    С какой суммы начнем
    Сто баксов — красная цена. За стовку ребе был готов писать программу Центристской партии алкашам и нарикам, правда они его кинули. Ну, зато мы поржали с его визгов )))

    Только вот кому надо, ребе, чтобы Вы тут писали на мове или вообще писали? Скрипач не нужен, шлак, ни идей, ни образования, ни особых способностей. За что платить? Предъявите, я заплачу за годноту.
    0
    avatar
    Инфляция. Предлагаю 1500. Уев.
    0
    avatar
    Monro:
    … чего проще- заплати мне чтобы я на Браме на мове писал. Я соглашусь.
    У меня есть возможность раз в месяц передать в Минск бачёнок «Будвайзера». Сошло бы для оплаты? ;)
    0
    avatar
    Скорее это для Пела.
    0
    avatar
    У меня есть возможность раз в месяц передать в Минск бачёнок «Будвайзера»
    решили споить нашего всеобщего любимца?
    совсем у вас совести нет *lol*
    0
    avatar
    решили споить нашего всеобщего любимца?
    Такой мелкой дозой?
    +1
    avatar
    но я сильно сомневаюсь что ты поймешь
    В точку. Предложат ему считать себя негром или китайцем и заплатят соответственно, и будет кем скажут. Не зря постоянно он суммы называет причем в долларах. А если приплатят еще, то и обрезание можно сообразить. Об уважении к себе самому и своему прошлому речь не идет. А без этого всегда быть тебе, монроша, негром у кого-то в услужении, каким марксизьмом-онанизьмом не прикрывайся.
    0
    avatar
    . Предложат ему считать себя негром или китайцем и заплатят соответственно, и будет кем скажут.

    Так заплати мне, чтобы я считал себя и общался с вами на мове. Слабо? Тогда все от вас это просто дешевка. Трепачи вы.%)
    0
    avatar
    Пиши на Браме на мове. Слабо?
    Многие могут, и вы это знаете, Монро.
    А те, кто не может/не понимает, они тоже ведь наша аудитория, междусобойчик нам устраивать не хотелось бы. Разве это фарисейство? Это прагматизм типа: если вы всё ещё кипятите — тогда мы идём к вам©. В этом есть выгода
    +2
    avatar
    Многие могут, и вы это знаете, Монро.
    Не знаю. Настрочить пару строчек могут. А вот чтобы хотя бы с месяц- три-шесть- год писать на мове. Притом свободно- не видел ни разу. Кроме ушедшего ранее Наца тут почти никто особо не блистал свободным владением мовы.

    О чем это свидетельствует?
    А вот о чем: мова- не есть их родной язык. Они не могут изъясняться на ней свободно.

    Тогда к чему все их пинки мне про мову? Про необходимость белорусизации?

    А просто фарисейство. Дешевый треп.
    -2
    avatar
    Не знаю… Но могу за себя сказать. Иногда написанное на беларусском языке кто-то пропускает, не читает вовсе — я такое замечал. А ведь хочется свои мысли донести до каждого. Вот и всё.

    И нет никакого противоречия, если при этом мне хотелось бы жить в обществе, где такой проблемы не было, где мову понимает и адекватно отвечает любой и каждый.
    +4
    avatar
    К сожалению, мы живем в социуме, где мова по факту умерла. Но признать это многие ботаники не могут в принципе. Так как это противоречит их идейным представлениям. Так как они по факту не умеют рационально мыслить, потому что верующие.

    Что можно сделать с верующими? Рационально на них повлиять нельзя, они же верующие, т.е. нерационально мыслящие.
    Остается одно- игнорировать, обходить стороной.

    Вот так этнические националисты Беларуси по свобственной вине оказались в самоизоляции. В БНФ я их наблюдал многократно. Критиковать Позняка там было сродни критике Иисуса Христа. Критиковать руководство БНФ- сродни критике Римского папы.

    Подвергать ревизии идейные основы программы БНФ по части белорусизации или там стремления войти в ЕС и НАТО- святотатство.

    В итоге наступает момент, когда ты сам делаешь себе приговор: с верующими ничего сделать нельзя, самое время предоставить их самим себе. И уходишь. Молча, по-английски.

    Вот так большинство и ушло. Остались одни «правадыры». П аствы почти нет. Массовой во всяком случае.
    -2
    avatar
    И уходишь. Молча, по-английски

    … написав многостраничный донос на бывших соратников властям в тщетной попытке перекинуть тушку в новую кормушку. Так вот оно чо, это по-английски, оказывается, это Вас в Англии на стажировке научили… *lol*
    +1
    avatar
    Вовремя предать- это не предать. Это предвидеть.

    Кто из БНФовцев старших годков не были коммунистами? Комсомольцами?
    Все почти были. А пошто предали коммунистические идеалы?
    Предатели.
    0
    avatar
    Пан кум, вам оно надо?
    Не ну если что-то сказать про мову, то почему бы и нет. Но не этому же. Этому оно. Мовосрачному.
    -2
    avatar
    Срач па мове тут кроме меня желающих есть до куевой тучи. Белорусизаторов тьма. Правда сами они на русском за белорусизацию пишут. Да и ваы сами всраться еще тот охотун.
    0
    avatar
    Пан кум, вам оно надо?
    Так оно же нам пред'являет. Если говоришь на мове — обзывает верующими, сектантами; не говоришь на мове — фарисеями. И всё в течение одного часа. :J
    +1
    avatar
    Так оно же нам пред'являет. Если говоришь на мове — обзывает верующими, сектантами; не говоришь на мове — фарисеями. И всё в течение одного часа
    Дилемма, блин, от вихреватости персонажа…
    Оно тут выстроило такой «симпатичный» и «цельный» образ русофоба-антипутинца и мовофоба. Ну чо, нормально. Свобода слова-мнений типо, цельная натура. Плюсики собирает, марксистско-ленинскими цитатками тематическими сыплет. По делу и часто вполне уместно сыплет, кстати. Я тут надысь вслух поразмышлял, что с этим персонажем делать-то: то ли заняться им (пан Джин подчистил), ловить за язык брехливое перевертышное стукаческое существо, напоминая цитатами (чем я до недавнего времени на обозе занимался в отношении отъехавших лживых пропагандистов) ему его же недавнее мнение про молодого и перспективного путина, про российскофильство, то ли оставить его как объект для отвешивания щелбанов и вытирания ног брамчанам.
    В итоге дилемма возникает, где-то даже этическая. Чо делать-то: поднять нетленку тырнетовскую, утопить нахрен в его же какашках существо или оставить его как объект для вытирания ног и развлекухи брамчан? С учетом, естественно, что ссыкливое существо утирается вполне периодически от божьей росы и, истерично хлопнув дверью, бочком и приставными шажочками таки возвращается на «его» Браму.
    +3
    avatar
    Я на тя тоже досье составил. Че с тобой будет делать новая власть. Хорошо так получилась. На вышку тянешь. Все твои поганые слова тебе супротив меня у стеночки отольются.
    -1
    avatar
    Я на тя тоже досье составил. Че с тобой будет делать новая власть. Хорошо так получилась. На вышку тянешь. Все твои поганые слова тебе супротив меня у стеночки отольются.
    Спокойно, хлопающее дверью и никуда не уходящее. Меряться высотой табуреток под виселицей попозже будем. Если общество «ваше», от лица которого Вы здесь вещаете, решит что пришло время, попозже будем меряться, лады? Я брамчан имею в виду.

    Опять же – фактор времени, если Вы понимаете о чем я: мне же фактологию Вашей личностной убогости и гнилости подсобрать надо. Систематизировать, по-нОучному говоря.
    Ну а пока суть да дело, чтоб ожидание не было тягостным, можете выдать что-нибудь своё обычное убогенькое, истерично-трусливое.
    Итак.
    +1
    avatar
    Спокойно смотрю на хамящее существо. Жду реакции Админа. Вероятно напрасно.
    0
    avatar
    Спокойно смотрю на хамящее существо. Жду реакции Админа. Вероятно напрасно.
    Это всё? Божья роса? Тук-тук в адрес модераторов, примитивное стукачество, типо как Ваш недавний кумир, обращающийся к мировому сообществу в поисках справедливости и «соблюдения международных правооснований»?
    Не, ну я так не играю.
    Больше креатива, стукачок А.Генри.
    Вынужден повторить: итак.
    0
    avatar
    Пан Росинский. Не переходите на личности. Не уподобляйтесь.
    На это раз вас отредактировал.
    Или не отвечайте, или отвечайте культурно.
    Нас читает КГБ и АП.
    +3
    avatar
    … отвечайте культурно.
    Нас читает КГБ и АП.
    *lol* плюсую…
    0
    avatar
    отвечайте культурно.
    Нас читает КГБ и АП.
    Уверен, что сотрудникам перечисленных вами ведомств никто не обещал, что будет легко. Когда они выбирали свою профессию. Также как и нам, дзярждэпаўцам, тоже никто не обещал.

    Не надо нас жалеть. Мы за вредность общих условий труда имеем льготы и соответствующие надбавки к окладу. Пан Пел подтвердит.
    8-)
    0
    avatar
    Мы за вредность общих условий труда имеем льготы и соответствующие надбавки
    Читаю Пелов расчетник.
    За сложность и напряженность — вижу. За вредность — нет. Недоработочка бухгалтерии, или диверсия москальская, как считаете? Ибо печень у пана Пела отнюдь не казенная, целулоидная…
    0
    avatar
    Читаю Пелов расчетник.
    Ибо печень у пана Пела отнюдь не казенная, целулоидная…
    Печень у пана Пела правильная, проверенная и закаленная в боях – это когда он еще «на земле» работал, в наружке.
    А вот про то, что он разбрасывает где ни попадя секретные документы (расчетники), мне придется написать по инстанции какое-нибудь музыкальное произведение. Например, оперу. Или руководителю службы внутренней безопасности.
    Ничего личного, пан Пел. Вы же знаете: стандартный способ продвижения по служебной лестнице.

    Расчетник хоть и секретный документ, но даже в нем пишется и не всё, и иносказательно. К примеру, в строчке «за напряженность» на самом деле указана сумма компенсаций за моральный ущерб, полученный при фотографировании злачных мест гейропы.
    Нет, что-то разболтался я, секреты выдаю. Вычеркнул.
    0
    avatar
    Или руководителю службы внутренней безопасности
    И что я узнаю нового из Вашей докладной? Впрочем, пишите, мы такие вещи любим. Не Пела- так Вас прижмем при случае, за донос ;)
    0
    avatar
    Не Пела- так Вас прижмем при случае, за донос ;)
    Оёёй, как страшно. Напугали кое-кого кое-какой жёпой. Да на меня у вас, у крывавай гэбни, столько компромата… Монро вон надысь проболтался. Одним доносом меньше, одним больше. Прорвемся. Где наша не.
    Главное, чтобы совесть была чиста.
    0
    avatar
    Пасля такога дыягназу еўрапейскім 1920-м і 1930-м, роўна як і 1918-у, — нічога іншага, акром фанатычнай адданасці камунафашыстоўскай справе савецкіх дзядоў і прадзедаў, сваіх, або чужых — ня важна, чакаць не прыходзіцца:
    1918 год, на первый взгляд, принес торжество двух сопряженных политических идей – демократии и национализма. Но очень скоро всё оказалось иначе: в 1920-30-е годы радикальные националистические движения похоронили почти все «молодые демократии», возникшие в результате Великой войны, и проложили дорогу ко Второй мировой. В межвоенный период кризис либеральной демократии сопровождался взлетом национализма в его самых радикальных формах: фашизм, нацизм, милитаристский национал-традиционализм.

    Пасля лютаўскай рэвалюцыі узнікла «маладая дэмакратыя»?

    І які «нацыяналізм» яе пахаваў? Закапаў яе Камінтэрн, які пагалоўна складаўся з асоб адной нарадовасці.

    І менавіта ён пракладаў дарогу да новай вайны, сцелючы мільёны жыццяў сабе пад ногі — на катаржнай працы ў рудніках, на лесапавалах, калхозных палях і на будаўніцтве ваенай прамысловасці. У саюзе з кім ён гэта рабіў?
    Ну ніяк не ў саюзе з нямецкім нацыянал-сацыялізмам. Гэта быў асноўны вораг на шляху заваявання Еўропы. А саюзнікам былі капінтэрнаўцы розных краін.
    0
    avatar
    Вялікая вайна была з'арганізаванай правакацыяй камунафашыстоўскіх сіл, якія скарысталі нацыянальныя памкненні народаў для таго, каб расчысціць дарогу для свайго менавіта панавання. Не ўсюды ім гэта удалося. І менавіта дэмакратыя — сапраўдная, а не дэмагагічная — не дала ўсталяваць уладу камунабандытаў у Еўропе — у 1918-м.
    Але якраз заакіянская, і заморская, дапамога родных братоў, ад імя амерыканскай нацыі, як і брытанскай, дазволіла камунабандытам усталявацца на тле няшчаснай Расейскай імперыі — у шэрагу іншых прыёмаў, як то: спекуляцый нацыянальнымі пачуццямі паняволеных імперыямі народаў і, таксама, сацыяльнай крыўдай — на сярдзітых воду возяць — так плакальшчыкі за лёс абяздоленых расселіся на гарбе тых самых абяздоленых.

    А вось, калі брат брату дамагае — гэта нацыяналізм? У памеры краін — так. Гэта можна назваць нацыяналізмам.
    І гэта быў галоўны нацыяналізм у ХХ-м стагоддзі, які быў бокам вайны за міравую рэвалюцыю.
    У вайне са Светам. З усім Светам.
    Вайна прадаўжаецца.
    А чаму? А таму што без свету падохнуць самі. Ім святло таксама патрэбна. :)
    0
    avatar
    Чем дальше на восток, тем более запутанной и неоднозначной становится картина национального самосознания в отдельных странах.
    Нацыянальнасць перажаваных дыктатурай пралетарыяту як вызначыць?
    Прыдумалі нейкую маразму з вызначэннем нацый і носяцца. Што нацый раней не было… Блаблабла. Пофіг, як там назавеце — важна што людзі усведамлялі сваю этнічную прыналежнасць і гэта нельга сцерці праз стагоддзі. Нават мову літвінскую так і не знішчылі. Сакатуны.
    0
    avatar
    Национал-популизм рвет привычные шаблоны. В политическом и социокультурном плане он выглядит отчетливо правым: требования ограничения иммиграции, интеграции национальных меньшинств, укрепления безопасности и правопорядка, во многих случаях – приверженность консервативно-традиционалистским моделям семейных и гендерных отношений и т.д. Но в социально-экономических вопросах он склоняется влево. Лишь на первый взгляд может показаться удивительным то, что во Франции значительная часть избирателей Марин Ле Пен и ее партии – бывшие сторонники коммунистов.
    Што гэта, як не сведчанне палітычнай маніпуляцыі — тое, што «староннікі» Марын — былыя камуністы? А былых камуністаў — не бывае. Яны каяцца не ўмеюць.

    Усе гэтыя крыкі супраць мігрантаў — з адначасовым насыланнем іх на Еўропу — гэта вайна за захаванне ўлады з боку акупантаў Еўропы. Жоўтыя жылеты — найманцы знешніх сіл. Макрон сказаў пра еўрапейскую армію. Вось вам і жылеты.
    І сакатанне пра іх у тэлехунтаўскіх СМІ.
    0
    avatar
    А тая «Альтэрнатыва для Германіі» — сябра Крамля?
    Гэта ж такая лапша на вушы…
    Каторы дзень паказваюць пра «еўраньюс» пра згаладамораных нямецкіх бяздомнікаў, або пра тое, як польская газэтка сучасных польскіх дэмакратаў — сынкоў камунагэбні — раскапала пра мяса дохлых кароў, якое ідзе у ежу… Або што Зяленскі ўзначаліў рйтынгі. Ой будуць няспынна трындзець за Зяленскага — слугу народа. Тэлехунта працуе за межамі РФ і працуе даўно. Яна на вайне — яна на вайне і з украінскім народам. На яе рахунак можна запісаць бальшыню з тых ужо болей ніж 10 000 тысяч ахвяр вайны.
    0
    avatar
    постнациональная эпоха уже началась – хотя знамена наций подняты еще достаточно высоко для того, чтобы зияющие на них дыры выглядели издалека маленькими и почти незаметными.
    Такой взгляд автора — «издалека» — он как-то слишком издалека, все флаги сливаются для него в один пёстрый венегрет, и уже совсем не видна фактура их ткани. Приглядись он чуть ближе, увидел бы, что знамёна наций «латают» себя сами, потому что людям нужна ясно описуемая идентичность. Для сообщества людей это базовая потребность, а демократия или авторитаризм и проч. структурные формы — уже как придётся, вторичны.
    +2
    avatar
    кум:
    … людям нужна ясно описуемая идентичность. Для сообщества людей это базовая потребность, а демократия или авторитаризм и проч. структурные формы — уже как придётся, вторичны.
    +1
    Я хочу иметь свою, собственную идентичность, которая отличает меня от соседей.
    Как и сосед я хочу жить в собственном доме, но он не должен быть однотипным, проектным клоном.
    Зимой, как и сосед, я одену пальто, но оно должно быть другого кроя.
    Возможно, как и сосед, я буду меломаном, но я хочу слушать свою музыку, а не его.
    Естественно, мы с соседом будем покупать одинаковые продукты в магазине за углом, но я буду готовить из них другие блюда — свои…
    постнациональная эпоха уже началась...
    о которой пишет автор, это иллюзия. Этого никогда не будет. Мир не переживет однообразия и однотипного универсализма.
    Может поэтому природа плодит десятки родов и семейств животных одного отряда а не довольствуется однообразием.
    Простой пример на базе европейского автопрома. Когда то более сильные автомобильные бренды Германии, Франции скупили деградирующие предприятия Вост.Европы — Шкоду, Дачию и вдохнули туда новую жизнь. Однако, вопрос — почему на тех предприятиях не начали выпускать уже налаженные и раскрученные собственные модели, а занялись развитием именно исторических брендов?
    Думаю потому, что и немцы и французы понимают — разнообразная палитра моделей и брендов более интересна, более живая, чем однотипный универсализм.

    Что касается нас, то надо ставить вопрос прямо — мы хотим жить дальше как государство или нет. Если да, то надо заниматься дальше развитием собственного «бренда», который отличал бы нас от других. Для того, что бы раскручивать этот бренд дальше у нас есть все ингредиенты — собственная территория, историческая память, культура, язык, традиции.
    Нужно только достать все это с пыльной полки, протереть и вдохнуть новую жизнь…
    +2
    avatar
    достать все это с пыльной полки
    Не на «полцы» гэта ўсё. У бруд утаптана. Старанна. З мэтай знішчыць назаўсёды.
    0
    avatar
    Нужно только достать все это с пыльной полки, протереть и вдохнуть новую жизнь…
    Сначала на эту полку необходимо положить лидера и ближайших функционеров.
    0
    avatar
    Что касается нас, то надо ставить вопрос прямо — мы хотим жить дальше как государство или нет.
    Каким боком государство к нации?

    Если да, то надо заниматься дальше развитием собственного «бренда», который отличал бы нас от других.

    Спросите об этом у белорусов. Уверен, большинство вас просто не поймут.

    Для того, что бы раскручивать этот бренд дальше у нас есть все ингредиенты — собственная территория, историческая память, культура, язык, традиции.
    Нужно только достать все это с пыльной полки, протереть и вдохнуть новую жизнь…
    Очень примитивные суждения.

    Собственная территория есть? Вроде есть.
    Историческая память есть?
    А вот с этим уже сложнее. Что вы вкладываете в понятие «историческая память»? Что учителя истории вдолбят ученикам в школе, преподы в ВУЗах, телевизор в головы. то там и осядет.

    А что они все вместе вдалбливали в головы последние лет 40?
    Коммунизм- светлое будущее человечества.
    Мы живем в самом справедливом государстве- СССР.
    НАТО-это враг.
    Буржуазные белорусские националисты- продавшиеся агенты империализма, Запада.

    Потом бац- и не стало СССР.
    Потом бац- и уже пошла другая пропаганда. И у белорусов, прежде всего у молоды- сплошная каша в головах.
    То есть нету некой единой ист. памяти.

    Культура. В основном советская, Постсоветская. Не белорусская.

    Язык.
    В основном белорусы говорят на русском языке. Белорусский удел маргиналов. Националистов. Которые свою борьбу за умы белорусов, борьбу за власть проиграли. А никто не хочет быть лузером, присоединяться к лузерам. Все хотят быть с победителями.

    Традиции.
    В основном советские. Все празднуют Новый Год. На минуточку- праздник, введенный в Москвии Петром Первым.
    Все празднуют 23 февраля, 8 марта- праздники, введенные в СССР, при Сталине.
    Все отмечают так или иначе 9 Мая- праздник, возвращенный в обиход в СССР Брежневым.
    В июле РБ отмечает День Особождения МИнска, как общенацион. праздник. Эту дату ввел в обиход традиции Лукашенко.

    А что ввела в обиход бел. оппозиция?
    Гуканне весны. Кто празднует? Не знаю. Маргиналы и празднуют.
    День Воли.
    Кто празднует. В основном маргиналы.

    Так что вы там собрались с полки пыльной снять, протереть, вдохнуть и навязать белорусам советского и постсоветского розлива? :D Почему раньше не вдохнули?
    0
    avatar
    Однако, вопрос — почему на тех предприятиях не начали выпускать уже налаженные и раскрученные собственные модели, а занялись развитием именно исторических брендов?
    Думаю потому, что и немцы и французы понимают — разнообразная палитра моделей и брендов более интересна, более живая, чем однотипный универсализм.
    у вас однако зоркий взгляд, если вы видите разнообразие в нынешних обмылках современного автопрома :)

    Этого никогда не будет. Мир не переживет однообразия и однотипного универсализма.
    почему? практически одна на всех операционная система уже есть.
    +2
    avatar
    у вас однако зоркий взгляд, если вы видите разнообразие в нынешних обмылках современного автопром
    это да
    но зато гордое название Дачия.
    пока на рено не переделали — все шарахались *lol*
    0
    avatar
    … гордое название Дачия.
    пока на рено не переделали — все шарахались
    Это только для России все эти дустеры-логаны-сандрики рено, в Европе оне завсегда только дачии:



    Что ни говори, любят русские шикарные вещи. Но всё-таки не додумались, чтобы специально для них на сандрика бляшку бентли приколачивали 8-)
    0
    avatar
    я про это и говорил
    там так называют, в постсовке реношками
    0
    avatar
    Потому что это и есть рено. :)
    Разработан в рено, детали рено, сборочные линии рено.
    0
    avatar
    ну шильдик дачия — значит возродили дачию *lol*
    0
    avatar
    Ага, а ещё ниссан «возродили». Это как китайцы «возродили» вольво, купив у шведов акции… *lol*

    Глобализация в автопроме проявилась как нигде — тут пан woolf дал маху.
    +2
    avatar
    Это как китайцы «возродили» вольво, купив у шведов акции…
    Вольво, в отличие от Шкоды, возрождать не надо было.
    Американцы в кризис избавились от лишнего, только и всего.
    Китайцы перехватив актив предоставили шведам полную самостоятельность и получили доступ к технологиям.
    Для не хватающего звезд с неба Geely покупка Volvo открыла доступ к уникальным технологиям безопасности и другим разработкам. Но вместе с тем сделка позволила стать Geely первой китайской автомобильной компанией, развернувшейся не только на рынке Европы и США, но и в развивающихся странах, став глобальным брендом.
    0
    avatar
    Для не хватающего звезд с неба Geely покупка Volvo открыла доступ к уникальным технологиям безопасности и другим разработкам. Но вместе с тем сделка позволила стать Geely первой китайской автомобильной компанией, развернувшейся не только на рынке Европы и США,
    это свидетельствует о том, что:
    Мир не переживет однообразия и однотипного универсализма.
    ?
    0
    avatar
    естественно, если поставить Вольво и Джилли рядом чего будет больше подобий или различий?
    0
    avatar
    рядом чего будет больше подобий или различий?
    разные ценовые ниши, на данный момент будет больше различий…
    но китайцы работают над этим ;)
    0
    avatar
    , на данный момент будет больше различий
    Я рад, что Вы поняли :)
    0
    avatar
    Я рад, что Вы поняли
    ну да, в перспективе volvo и geely будут различаться лишь шильдой, я и до сегодняшнего разговора об этом подозревал.
    0
    avatar
    было


    стало


    будет

    0
    avatar
    jin:
    было, стало, будет...
    Если смотреть на жителей африканского континента и говорить, что они все выглядят одинаково, потому, что у каждого, по две руки, две ноги, одна голова и черная кожа.
    Но если присмотреться пристальнее, то они далеко не одинаковые. У каждого своя среда обитания, своя культура, свои традиции, свой язык.
    С авто то же самое.
    БМВ собранное в Германии и Калининграде из немецких машинокомплектов, какому отдадите предпочтение Вы и почему?
    Ну а авто под разными шильдачками как VW и Шкода, да еще и собранные в разных странах, тем более разные.
    0
    avatar
    БМВ собранное в Германии и Калининграде из немецких машинокомплектов, какому отдадите предпочтение Вы и почему?
    ясное дело, БМВ на заводе в Калининграде собирает бракованные машины, т.к. это соответствует запросам местных жителей *lol* там еще в комплекте кувалда и сборник матерных выражений в багажник кладут…

    в Мексике все концерны делают специальные ниши для кокаина…
    в Африке крепление для калаша…

    Ну а авто под разными шильдачками как VW и Шкода, да еще и собранные в разных странах, тем более разные.
    аха, у них разная душа.
    +1
    avatar
    Это только для России все эти дустеры-логаны-сандрики рено

    не только :)

    Logan…
    В зависимости от специфики рынка продаётся под марками Dacia, Renault и Nissan. В странах Европы (за исключением России) и в Марокко продаётся Dacia Logan, собираемая в Румынии и в Марокко. В России автомобиль продаётся под маркой Renault. Также под маркой Renault продаётся в Латинской Америке, в Индии и с сентября 2009 года — на Украине[2]. В Иране он известен как Renault Tondar. На рынке Мексики Logan продаётся под названием Nissan Aprio. На индийском рынке продаётся под маркой Mahindra Verito[3]. В России выпускается универсал Dacia Logan MCV 2006 года под именем LADA Largus.
    вики

    это видимо то, что пан Woolf называет разнообразием *lol* шильдочку нужную прилепить…
    0
    avatar
    Слушайте, какое мне дело под какой шильдой что продаётся в Индии, Марокко или Украине.
    У меня в городе стоит автосалон в котором продают Дачии, произведенные в Румынии ( хотя могли бы быть и Рено).
    Кстати, а по Шкоде тоже можете провести исследования в какой стране под какой шильдой продаётся? :)
    0
    avatar
    Слушайте, какое мне дело
    этот убойный аргумент я уже слышал *lol*
    У меня в городе стоит автосалон в котором продают Дачии, произведенные в Румынии ( хотя могли бы быть и Рено).
    и шо? ;)
    а мог быть ниссан,… но маркетологи с рекламщиками и т.п., решили что лучше\сойдет «dachia»…
    им виднее, кто ж поспорит.
    Кстати, а по Шкоде тоже можете провести исследования в какой стране под какой шильдой продаётся?
    а смысл, вас забанили в гугле?
    конкретно по РБ, тут продается «шкода», а «каждый» ;) белорус знает, «шкода» — это VW, — можно брать *lol*
    +1
    avatar
    каждый» белорус знает, «шкода» — это VW, — можно брать
    Ну да, это как Pilsner Urquell сваренное в Рязани, можно считать чешским :)
    Не шутите так больше :)
    0
    avatar
    Не шутите так больше
    как именно? переубедить белорусов? или лично я не должен покупать отличающуюся по качеству в худшую сторону «шкоду»?
    0
    avatar
    Просто сравните стоимость Шкоды и Фольксвагена.
    0
    avatar
    Шкода неплохой автомобиль.
    +1
    avatar
    Шкода неплохой автомобиль.
    откуда вам знать, если у вас и прав (в\у) нет?
    0
    avatar
    Откуда вы знаете что нет?
    В отличие от вас, яйцеголовых, права профессионала, замечу, я получил в 17 лет. От так от!
    0
    avatar
    Откуда вы знаете что нет?
    предположение на основе ваших же высказываний, что вы не пользуетесь авто.
    0
    avatar
    Засуньте ваше предположение обо мне в свое интимное место сзаду.
    Если я не покупаю тарантас с гайками, то это не значит, что:

    а) у меня его не было (были и аж 2)
    б) что у меня никогда не было водительских прав (есть, категории «В» и «С».)

    И вообще не судите о человеке по трындежу на форуме.
    0
    avatar
    Засуньте ваше предположение обо мне в свое интимное место сзаду.
    ваш личный опыт по засовыванию мне не подходит у меня другая ориентация

    Если я не покупаю тарантас с гайками, то это не значит, что:
    а чё вы так возбудились? вас обидело мое предположение?
    а если вас к примеру послать куда-нибудь как вы это любите делать, вам вообще крышу сорвет?
    берегите себе, нельзя так близко к сердцу принимать «форумный трындеж» *lol*

    И вообще не судите о человеке по трындежу на форуме.
    вы хотите об этом поговорить?
    0
    avatar
    а чё вы так возбудились? вас обидело мое предположение?
    Нет. Меня удивила ваше неглубокость. Проще говоря, глупость. Судить о людях по трындежу на форуме (ах)- это ж каким идиотом надо быть, а? :D

    Нет, в разведку таких не берут. Напрочь отсутствуют аналитические способности.
    -1
    avatar
    Меня удивила ваше неглубокость
    предлагаете глубоко вникать в «трындеж на форуме»? оно мне надо?

    Проще говоря, глупость. Судить о людях по трындежу на форуме (ах)- это ж каким идиотом надо быть, а?
    клиническим, судя по вам, так возбудиться из-за отсутствия\наличия в\у, тут же рассказать с каких лет оно у вас, на какие категории и сколько машин у вас было…

    вас даже допрашивать не нужно, сами во всем сознаетесь *lol*

    Напрочь отсутствуют аналитические способности.
    зачем мне анализировать ваш «форумный трындеж»? это профессиональная обязанность людей в белых халатах *lol*
    +3
    avatar
    Трынди дальше, клоун.
    -2
    avatar
    Трынди дальше
    *lol* Будущий Буржуазный Диктатор разрешил свободу слова!
    +3
    avatar
    До прихода к власти. Потом с тобой разговор будет короткий.
    +1
    avatar
    До прихода к власти. Потом
    «приди и возьми»© *lol*
    +1
    avatar
    Просто сравните стоимость Шкоды и Фольксвагена.
    и? должна открыться какая-то истина?
    о чем вы спрашиваете, стоимость моделей, акций, брендов..?
    0
    avatar
    Ну да, это как Pilsner Urquell сваренное в Рязани, можно считать чешским
    согласен.
    кстати, а зачем вы обманываете рязанских(российских)\белорусских потребителей?
    0
    avatar
    о чем вы спрашиваете, стоимость моделей, акций, брендов..?
    Разговор зашел куда то в сторону.
    Вы пытались меня убедить, что глобализация сделала все марки авто одинаковыми, а я Вам отвечал, что даже в рамках одного концерна, одного класса авто производимые в разных странах имеют различия, порой приличные.
    0
    avatar
    Разговор зашел куда то в сторону.
    вы сами заговорили о пиве, не знаю почему

    Вы пытались меня убедить, что глобализация сделала все марки авто одинаковыми, а я Вам отвечал
    никогда никого не убеждаю — это бессмысленно
    не «сделала», а делаЕТ, они над этим работают и на мой взгляд это очень хорошо видно по авто 80-х и 2000-х

    даже в рамках одного концерна, одного класса авто производимые в разных странах имеют различия, порой приличные
    а бывает не имеют, как приведенный выше пример с Рено
    0
    avatar
    Obyvatel:
    у вас однако зоркий взгляд, если вы видите разнообразие в нынешних обмылках современного автопрома
    Я не только вижу это разнообразие, но и создаю его, работая в компании, которая является производителем и поставщиком деталей для ведущих автоконцернов Европы.
    практически одна на всех операционная система уже есть.
    — как долго она существует? Вы уверены, что в таком виде навсегда сохранится порядок вещей и не будут созданы другие системы?
    0
    avatar
    практически у любой железяки есть куча машинок к которых она подходит.
    даже из разных концернов
    за очень редким исключением.
    да и выглядят все (почти) уныло одинаково
    0
    avatar
    практически у любой железяки есть куча машинок к которых она подходит.
    Я тоже так думал по-дилетантски, пока не окунулся в атмосферу автопрома.
    0
    avatar
    Я не только вижу это разнообразие, но и создаю его, работая в компании, которая является производителем и поставщиком деталей для ведущих автоконцернов Европы.
    заметьте не для стран, с учетом национальной специфики, а для концернов, каждый из которых присутствует во всех странах и максимум что меняет — шильдочки…

    как долго она существует?
    более 20-и лет
    Вы уверены, что в таком виде навсегда сохранится порядок вещей и не будут созданы другие системы?
    лично я ни в чем не уверен, поэтому меня удивляют люди уверенные на 146% :)
    0
    avatar
    а мне вот интересно, кому и для чего пани Людмила выложила эту простынь, которую даже просто промотать занимает довольно много времени? сама она ее хоть прочитала? шота сомнительно. очучение такое, или абы на очередной мовный срач развести форумчан, или для поддержки рейтинга. тем более «своих», из т.н. основателей брамы, найдется доброжелателей, «голоса» у них весомые, не +1 измеряемые. самое прикольное, выложить выложила, а сама ни гугу. ну а паны за неимением чем заняться более полезным устроили срач, особенно изгнанный с обоза пан Росинский постарался. фууу, как в дерьмо наступила, пока ветку почитать попыталась. тут модеры чем занимаются, интересно мне? их же вроде чертова куча много, но только один разошедшегося лингвиста-самоучку слегка пожурил. ну, Курманбек понятно, на такое внимание никогда не обращает, поскольку сам не прочь нахамить корректными высказываниями не отличается. в общем, выделишь немного времени, чтобы типо умных людей почитать (как они себя сами рекламируют) — и горько потом пожалеешь, наткнувшись на такую ветку.

    зы. насчет высказывания одного из форумчан

    если в начале 90х крики — зачем она мне надо встречала массовый одобрямс, то сейчас на таких смотрят как на дебилов. живешь в Беларуси — значит учи и не выступай.
    что тут можно сказать? все это из разряда «мечты, мечты, где ваша сладость» — мечтайте дальше, это в любом возрасте не вредно. но правда в том, что беларускамовной Беларуси не быть. полностью, имеется в виду. отдельные экземпляры представители будут имитировать оргазм пытаться внедрить мову в русскоговорящей стране, но без особого успеха. да даже те, кто ратует вроде бы за нее здесь, тот же пан Кум, к примеру, признает, что не пишет на ней потому, что читать комменты на мове мало находится желающих. и таки да, мне хватает с лихвой пани Алины — еще тот квест, кстати. но ее читаю, правда не все, выборочно, но это только ей такая привилегия. единственной и неповторимой.

    зызы. к народцу ближе нужно быть, паны брамчане, вылазьте хоть изредка из своего кокона на свет божий. и лицо попроще сделайте темы подбирайте более насущные, штоле. а то и хартия забанена, и на тутбае телефончик нужно свой афишировать, а народец-то все равно на браму не торопится хлынуть ширнармассами. некогда народцу в облаках витать.
    -3
    avatar
    Их брамчане-националисты отпугивают. Кому охота из-за мовы с брамчанами ломать копья?
    0
    avatar
    еще тот квест, кстати. но ее читаю, правда не все, выборочно, но это только ей такая привилегия. единственной и неповторимой
    Зайшла тут да другой беларускай пенсіянеркі. На 20 год старэйшай. Сядзіць перад кампом. Каменты не піша. :)
    Але шо яна слухае?
    Нейкага ваеннага Івашова. Пра рэвалюцыю у РФ. Напэўна гэтым генералам натхняецца пан Аўгур.
    Я к пачула я таго генерала :p дык і падумала, шо з такімі пенсіянеркамі М(аскоўская)арда павінна знайсці розум і болей не сунуцца — сюда.
    :)
    0
    avatar
    хлынуть ширнармассами. некогда народцу
    Все не читал, но плюсик поставил за упоминание меня %)
    Чувствую -замутим мы с Вами, пани Дарина! ;)
    0
    avatar
    пан Росинский постарался. фууу, как в дерьмо
    Пани Дарина, помните вы спрашивали, что будет когда замечу? Ну так вот вам примерчик штришочками.
    Увы, ваши мысли и оценки я даже дерьмом назвать не могу. Даже в качестве ответки. Даже не пробуйте уговаривать.
    Больно уж вы похожи на А.Генри, истеричку, уходящую с форума и как ни в чем не бывало раз за разом возвращающуюся. Точно так же взвываете к модераторам в поисках справедливости. Точно так же переиначиваете, искажаете слова форумчан, подгоняя их под персональную комфортность мировоззрения в своей красивой (уверен) головушке: как слова пана Кума о мове в этом комменте.

    И да. Аккуратнее, осторожнее прислоняйтесь к Монро. Он хоть и типа единомышленник, но оплеушечку, щелбан «по-дружески» выписать – не заржавеет. Вот как здесь – бымк.
    +2
    avatar
    тот же пан Кум, к примеру, признает, что не пишет на ней потому, что читать комменты на мове мало находится желающих
    Насамрэч нямала, калі мы маем Браму на ўвазе. Толькі навошта мне пераконваць сваіх жа аднадумцаў? — насупраць, мэтавай аўдыторыяй для мяне часцей тыя, да кого на беларускай не дагрукаешся.

    Адолець рэплікі пані Аліны, як гэта злёгку робіце вы, шаноўная Darina, пагатоў не кожны дасць рады. Вось жа, не ўсё ў вас так блага з успрыманнем беларускай мовы, як спрабуеце нам давесці. ;)
    +1
    avatar
    Вось жа, не ўсё ў вас так блага з успрыманнем беларускай мовы,..
    Чалавеку бракуе якасная адукацыя.
    Паводле Агамемнона — образованка.
    0
    avatar
    Пакіну па-за дужкамі акасць атрыманай ёю адукацыі, заўважу адно, што заўсёды паважаю імкненне чалавека да самаўдасканалення, навучання, засваення новага — а вось гэтага спадарыні бракуе. Не магу ўзгадаць, каб чуў ад яе: «хачу вывучыць» штось, — толькі адваротнае «нафіг нада...» Прынамсі на Браме. Асабіста мы не знаёмыя, і магчыма, у жыцці ўсё інакш…
    0
    avatar
    Пакіну па-за дужкамі акасць
    Асабіста я супраць любых ўніверсалізацый, схематызацый і спрашчэнняў, але вымушаны ў дадзеным выпадку прапанаваць універсальную фармулёўку: Ён (яна) б'ецца за тое, каб ні за што ня біцца © сп. maxxximus. Плюс колькасць згадак пра сябе як пра само што ні ёсць «прадстаўніка народу». Што як прынамсі выклікае. Падштурхоўвае да абагульненняў.:)
    0
    avatar
    Што як прынамсі выклікае. Падштурхоўвае да абагульненняў.
    Манро апранулася ў спадніцу? :Q
    0
    avatar
    Манро апранулася ў спадніцу?
    Не ведаю. Можа, і наадварот — зняло.
    Яно ж атрымала еўрапейскую адукацыю, у Оксфардзе ў свой час вучылася. А як там у іх, у эўропах, належыць, у якіх выпадках здымаць, а ў якіх апранаць — не ведаю.:)
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.