Rzeczpospolita
  • 3387
  • [RU] Соединенные Штаты Межморья, или геостратегическое значение польско-белорусского союза

    К. Волох, www.bramaby.com

    Обсудить на форумe

    В первые дни апреля произошло малозаметное для Беларуси событие на другом конце света, которому, тем не менее, суждено стать началом цепочки глобальных процессов, влияющих на нашу республику самым фундаментальным образом. 3 апреля в аэропорту австралийского города Дарвин приземлился рейс авиакомпании Дельта. Из самолета вышло 200 морских пехотинцев США при полном вооружении. Эта группа стала первой ласточкой в предстоящей череде передислокаций контингента из 2500 американских морпехов, которые должны прибыть в Австралию до 2017 года. Данная переброска сил является не столько армейской операцией, сколько посланием. Получатель послания — Пекин.

    Перефразируя классика: «Эволюция, о необходимости которой так долго говорили геополитики мира — свершилась»! 17 ноября 2011 года в своем выступлении перед Австралийским парламентом президент США Барак Обама открыто и официально обозначил то, о чем раньше можно было прочитать только лишь в книжках аналитиков уровня Збигнева Бжезинского: азиатско-тихоокеанский регион становится приоритетным объектом американской стратегии, [и далее между строк] отодвигая на второй план все остальные регионы, и в первую очередь — Европу.

    Изменяющаяся геостратегическая реальность

    Пробуждение Азии является глобальным феноменом нашего века. Превращение Китая из небытия во вторую, а к 2030-му году в первую экономику мира невозможно переоценить. При этом Китай не является инноватором данных процессов. До него подобный экономический скачек (хоть и не в таких масшатабах) уже проделали Япония и Южная Корея. После него — стремится поспевать не менее колоссальная Индия. Новую рельность Азии тот же Бжезинский сравнивает с европейским раскладом перед Первой Мировой Войной: растущий Китай все более неудовлетворен своей долей пирога, как некогда была пробудившаяся кайзеровская Германия; Индия, уже однажды проиграв Китаю в открытом конфликте, усиленно напоминает озабоченную Францию после ее поражения в прусско-французской войне 1870г.; островная Япония сравни островной Британии — пытается изподволь влиять на континентальные процессы в своих интересах; ну а сбоку — как и век назад — грозящая треснуть очередным гражданским конфликтом Россия.

    Не стоит насмерть пугаться данными параллелями — в отличие от Европы, азиатские страны имеют многовековую привычку балансирования в таком состоянии. Если в европейской истории максимальный рекорд без войн исчислялся всего одним веком, то в тысячелетиях азиатской политической традиции встречались периоды мира по 300 лет. Однако, можно себе представить те гигантские ресурсы, которые будут вовлечены в обеспечение данного баланса. И неотъемлемую сдерживающую роль в этой азиатской игре «перетягивания паутины из канатов» вынуждена будет играть Америка, которая уже в значительной степени надорвала свои силы в Ираке и Афганистане, и которой лишь только предстоит столкнуться с цунами внутренних проблем, связанных с ее грядущими долговым и структурным кризисами.

    США усиленно понимают, что они не смогут больше оплачивать весь банкет по всему миру (за китайские деньги, кстати). Придется некоторых из приемных детей оставлять на самообеспечение. Наиболее взрослыми в семье являются европейцы, которые и будут выпущены на вольные хлеба первыми. К сожалению, движимая внутренней бравадой и дешевым популизмом Америка полностью упустила шанс в 90-х выстроить в Европе самодостаточную политическую систему и перетянуть Россию (и Турцию) в «глобальный Запад». Но теперь уже ничего не поделаешь: поезд ушел, а Путин пришел.

    Америка вынуждена «уходить из Европы», поскольку она нужнее в Азии, а Азия нужнее ей. С ее уходом Европейский Проект имеет все шансы еще больше трещать по швам. Европе предстоит самостоятельно определиться с одним из двух путей: либо начинать сдавать политическую независимость стран-членов в обмен на более сбалансированную общеевропейскую экономическую политику, либо сдавать евро, а вместе с этим превращать ЕС в джентельменский клуб “любителей демократии по пятницам”. Ситуация ухудшается тем, что и.о. Америки в Европе назначается Германия, которая за последние три века так и не придумала лучшей стратегии, чем завязывать свой рост на российские ресурсы.

    В самой России, тем временем, бушует демографический кризис. Пустеющая Сибирь тихо заполнятеся миллионами китайцев. И этот процесс мог бы и дальше течь вдали от глаз, дожидаясь естественного мирного распада России, если бы не одно «но». Нынешний китайский рост — это гонка со временем. Китайское население усиленно стареет. К 2050-му году процент пожилых людей в Китае превзойдет показатель развитых стран. Все это огромное бремя окажет гигантское влияние на экономику. Идеология «обогощайтесь!» больше не будет в состоянии затыкать молодые жаждущие рты. На смену ей придет совсем иная идеология, ростки которой видны уже сегодня. Эта идеология — китайский национализм.

    Сегодня главным храмом и хранителем китайского национализма является китайская армия. И хоть формально она подчиняется компартии, на самом деле ни Политбюро, ни правительство не имеют четкого контроля над китайскими военными. В случае социального надлома в Китае армия является единственной силой, способной на контроль общества. Естественно, будет велик соблазн сплочения нации через образ врага. Вариантов для этой роли всего четыре: Америка, Япония, Индия, Россия. «Дранг нах Сибирь» решает для китайцев слишком удобное количество проблем сразу: моментально ослабляются Индия и Америка, обретается контроль над глобальными ресурсами, а также возвращаются «исторические китайские земли» для внутреннего пропагандистского пользования.

    Новая Речь Посполитая

    Итак, сложившийся глобальный контекст:

    — Ослабление европейского проекта в силу ухода американской поддержки;
    — Расслоение Европы на главных и второстепенных игроков;
    — Переключение российского внимания на Сибирь и Дальний Восток под давлением Китая;
    — Сближение России и Германии вне рамок «глобального Запада»;
    — Заинтересованность как Америки, так и Китая в наличии точки приложения силы на германо-российский альянс.

    Война в Грузии показала, что НАТО не хочет рисковать по-серьезному за «мелкие восточные страны». Более того, Афганистан и Ливия, не говоря уже про Ирак, поставили большой вопрос на самом факте существования общей натовской солидарности, в которой Германия с завидной периодичностью выступает штрекбрейхером. Закон джунглей остается в силе — никто тебя не защитит так, как ты сам. Именно поэтому Польша, Словакия, Венгрия и Чехия смогли переступить через семейные склоки и старые обиды, и 12 Мая 2011 года сформировали Вышеградскую Боевую Группу под командованием Польши, которая должна стать на боевое держурство к первой половине 2016 года. В глаза бросились два факта: во-первых, группа была сформирована вне юрисдикции НАТО, что означает ее формальную независимость от европейских коллег; во-вторых, возникновение группы было весьма позитивно воспринято в Америке, которая рада поенциалу вызревания новой значимой военной единицы в Европе, независимой от «брюссельских бюрократов».

    Однако, сближение стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) продиктовано не только, да и не столько военными причинами. Реальность современного европейского расклада такова, что вопросы решаются между большими игроками. А если ты маленький, то остается только ждать, что за тебя решат. Раньше странам ЦВЕ еще удавалось отстаивать свои интересы через протекцию Штатов. Но с уменьшающейся поддержкой из Вашингтона вопрос становится ребром — что-то надо делать самим. И раз уж Германия все-равно намекает, что независимость придется сдавать, то не лучше ли ее сдать туда, где твой голос будет заметен и весом. У стран ЦВЕ нет иного пути эволюции, кроме как найти формулу для игры командой.

    Проблема региона Межморья — или Интермариума, как его еще называют — в его раздробленном историческом наследии. Однако, так ли это уж плохо? Межморье — это страна «крепких орешков». Это земля народов, которые напрочь отказались умирать. Баварцы превратились в немцев, бургундцы — во французов, поморы — в русских, но народы Межморья мечем и кровью, правдами и неправдами дожили до наших дней. Они отвоевали свое право жить не для того, чтобы стоять в конце очереди. Наоборот, разнообразие их исторического ДНК — залог устойчивости вида в его многообразии, а также источник будущего развития.

    Создание польско-белорусского союза по прообразу Речи Посполитой Обоих Народов, имеющей новую цивилизационную демократическую основу с соответствующими институтами и механизмами, несет ключевое значение для возрождения всего региона Межморья. Именно конфедерация Польши с Беларусью может открыть прямую дорогу в такой союз для Украины. При этом без Беларуси будет практически не реально вовлечь современную Украину в более тесный союз с Польшей не рискуя расколоть страну.

    Именно Беларусь, наученная опытом предыдущих интеграций, способна делегировать достаточно полномочий наднациональным органам, чтобы показать пример для Чехии и Словакии о том, какие выгоды несет в себе более сильное объединение, способное говорить на международной арене одним голосом от лица входящих в него народов.

    Именно сочетание латинского и русского, католического и православного, «внутри-ЕСного» и «вне-ЕСного» мира создаст необходимую формулу, способную открыть данную интеграцию для всех стран Межморья.

    И наконец, именно белорусы в данный момент своего исторического развития находится в такой ситуации, когда они готовы серъезнее всех остальных стран региона отнестись к данному предложению. Ведь для Беларуси альтернативой созданию Новой Речи Посполитой выступает вовсе не самостоятельное существование, а поглощение Россией и растворение белорусов в глобальной стагнирующей массе русских.

    Соединенные Штаты Межморья

    "… заявляем, что эти Соединенные Колонии являются и по праву должны быть Свободными и Независимыми Штатами, что они освобождаются от всякой зависимости по отношению к Британской Короне и что все политические связи между ними и Штатом Великой Британии должны быть полностью разорваны, что в качестве Свободных и Независимых Штатов они полномочны объявлять войну, заключать мирные договоры, вступать в союзы, вести торговлю, совершать любые другие действия и все то, на что имеют права независимые государства." Декларация Независимости тринадцати Соединенных Шатов Америки, 4 июля, 1776 года.

    Ранние государства Северной Америки объединились в общий демократический союз, призванный отстаивать интересы всех его членов в мире состоящем из могучих империй. Как минимум одна из этих империй была очень недовольна сим событием, другая — оказывала всяческую поддержку, а остальные были заняты разделом Речи Посполитой, которая опоздала создать подобный союз равных у себя. Это ли не исторический урок для государств Межморья?

    Сегодня в Межморье можно обозначить три ключевые под-группы: 1. Вышеградская (Польша, Чехия, Словакия, Венгрия), 2. Днепровская (Беларусь, Украина) и 3. Балканская (Румыния, Болгария, Сербия). Остальные страны — территория своеобразного перехода от одной группы к другой.



    Триединая основа Межморья — это устойчивый фундамент для сбалансированного существования и развития. Однако, нет необходимости гнаться за всем сразу. Точно также как США начались с Севера и Юга и только потом приросли Западом, так и Межморье должно с чего-то начаться. Предки белорусов и поляков уже однажды объединились в союз, который спасал Восточную Европу от крестоносцев, турок и восточной орды на протяжении 400 лет. Неумение этого союза развиться в демократическую конфедерацию всех составлявших его народов привел к его историческому поражению. Пришло время выучить данный урок и усердно начать с самого начала. Только на этот раз использовать все достижения атлантической цивилизации в построении демократической конфедерации равных народов.

    Однажды начавшись, Соединенные Штаты Межморья окажутся в нужное время в нужном месте. Даже союз только лишь Польши, Беларуси и Украины уже станет крупнейшим европейским государством, сравнимым с Россией. Дальнейшее расширение СШМ, присоединение к нему остальных государств Вышеградской группы, Румынии позволит союзу занять реальное доминантное место в мире (и Европе), стать главным геостратегическим союзником не только Штатов, но и Китая, обеспечив глобальный баланс сил.

    В зависимости от внутренней политической ситуации, Россия и Германия могут проявить некоторое изначальное сопротивление данному процессу, но на самом деле подобное развитие отвечает и их интересам в том числе. Объединение мириада мелких государств ЦВЕ — которые сегодня создают больше проблем своим существованием, чем помощи — под единым демократическим лидерством значительно упростит и облегчит все процессы в регионе. Точно также как Великий Шелковый Путь стал возможен лишь после объединения всей Центральной Азии под лидерство монголов, также и «путинская мечта» о едином пространстве от Лиссабона до Владивостока осуществится лишь в том случае, когда в цепочке из Испании, Франции, Германии и России свое место займут равновеликие Соединенные Штаты Межморья, став одной из главных — если не самой главной — несущих опор трансевропейской оси.

    В свое время СССР предпочел путь оккупации, «переваривания» и «подкармливания» Восточной Европы после 1945 года, и тем самым стал на путь собственного распада от экономического истощения. У Кремля есть шанс поступить мудрее и не ввязывать свои ресурсы в стоительство новых пустых империй, направив их вместо этого на развитие собственной страны.

    Конечно, не дальновидно уповать лишь на историческую мудрость стратегов в кабинетах Берлина и Москвы. Куда надежнее опираться на интересы стран, имеющих свои аргументы по отношению к этим кабинетам. Поддержка Китая в отношениях с Москвой, и поддержка Америки в отношениях с Берлином сегодня являются ключевым фактором, почему Соединенные Штаты Межморья становятся возможны впервые со времен крестовых походов и оттоманских войн. Геостратегический баланс глобальных игроков выстроился в уникальный «парад планет», бывающий раз в тысячелетие. Звучит как шанс достойный попытки.

    Тем более, что для открытия этой возможности нужна лишь воля двух народов — польского и белорусского — о проведении референдума по объединению Польши и Беларуси в единое конфедеративное государство.

    0 комментариев

    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.