Россия
  • 1124
  • Глава Комитета Думы по энергетике: «Южный поток» не нужен, но отказываться поздно


    Екатерина Алябьева

    Сегодня вице-премьер Сербии Зорана Михайлович заявила, что правительство откладывает строительство газопровода «Южный поток» вслед за Болгарией, которая объявила о приостановке вчера. Позже премьер-министр Сербии уточнил, что пока правительство не рассматривало этот вопрос. Окончательное решение зависит от Еврокомиссии. Сейчас ее не устраивает, что основным владельцем будущего газопровода окажется сам «Газпром», что противоречит «третьему энергопакету» законов, действующему в Евросоюзе с 2009 года – согласно ему, бизнес при добыче и транспортировке газа должен быть разделен между разными компаниями. Впрочем, это не исключает, что Еврокомиссия пойдет на тот или иной компромисс. Например, «Северным потоком» владеет Nord Stream AG, контрольный пакет которой принадлежит «Газпрому», а остальные 49% – европейским газовым компаниям.

    Но причины недовольства европейцев, возможно, глубже. Западные инвесторы давно проявляют интерес к украинским газопроводам и газохранилищам – обсуждались разные варианты их перехода под контроль иностранцев (в том числе с участием России). По данным «Коммерсанта», украинское правительство уже ведет переговоры о продаже с Shell, ExxonMobil и Chevron. Российский трубопровод в обход Украины им явно невыгоден.

    Slon попросил главу думского Комитета по энергетике Ивана Грачева объяснить, стоит ли нам и дальше бороться за «Южный поток» (к слову, бывший замминистра энергетики РФ Владимир Милов утверждает, что не стоит). Он считает, что сейчас судьба проекта зависит только от России – если мы договоримся с европейцами о совместном управлении украинской ГТС, они не будут возражать против «Южного потока».


    Иван Грачев,
    председатель Комитета Госдумы по энергетике


    – Приостановка «Южного потока» это для России плохо?

    – Конечно, плохо, потому что мы уже вложились в этот «Южный поток».

    – А есть точные оценки, сколько мы уже вложили денег?

    – Я достоверно не знаю, но думаю, что уже значительные цифры, поскольку отведение земли уже идет, морской участок начали строить. В Болгарии тоже начинали варить [трубопровод]. («Газпром» пока не ответил на запрос Slon о фактических затратах по проекту на сегодня. Аналитики East European Gas Analysis оценивают общую стоимость «Южного потока» в 56 млрд евро. – Slon.)

    – А по вашему личному мнению, стоит такая подстраховка [альтернатива транзиту через Украину] этих огромных трат на «Южный поток»?

    – Изначально мне казалось, что не стоило. Я считал, что приоритетнее договариваться с Украиной, подключив Европу. Я всегда исходил из того, что «Южный поток» – это история крайняя. Потому что Румыния и Болгария, куда мы входим [по этому проекту], ничуть не лучше Украины с точки зрения экономической, политической, какой угодно. Следовательно, если полностью отключиться от Украины и перейти туда, то риски будут ничуть не меньше. Следовательно, правильный вариант – это если мы с Украиной все-таки договариваемся. Я думаю, что в этом случае сопротивление «Южному потоку» резко уменьшится.

    – А зачем нам «Южный поток», если мы договоримся с Украиной?

    – На самом деле решение было принято, потому что было две войны, теперь третья (имеются в виду «нефтегазовые войны» с Украиной. – Slon). С учетом того, что экономическое положение Украины вряд ли существенно улучшится в ближайшие 15 лет, у них всегда будут проблемы с оплатой. И это означает, что всегда будут вопросы с транзитом.

    – Но ведь пока было всего две остановки транзита, и оба раза газ останавливала Россия...

    – Да. Было два случая сбоев поставок из-за того, что Украина осуществляла незаконный отбор газа.

    – А откуда это доподлинно известно?

    – Они и сами не отрицали это в период кризиса 2008 года, просто они интерпретировали иначе: мы – как воровство, а Украина – как непоставки со стороны «Газпрома». Но по факту до Европы доходило меньше, чем мы посылали.

    – А почему мы не расследовали это, в суд не обращались?

    – Потому что Европа занимала проукраинскую позицию, и мы бы ни один суд не выиграли. В лучшем случае там были бы какие-то затяжные истории на много лет.

    – Как вы оцениваете шансы, что мы с Украиной договоримся, и когда это может произойти?

    – Если бы наши так же, как они с Эттингером [еврокомиссаром по энергетике], начали говорить с Европой по украинским трубам (т.е. предлагать обмен долга за газ на долю в управлении газотранспортной системой Украины. – Slon), то договорились бы в считаные месяцы. Я не вижу принципиальных трудностей, потому что немцы заинтересованы, деловая часть Украины тоже заинтересована. Я совсем недавно на конференции в Мюнхене от нынешних украинских олигархов услышал, что они заинтересованы в этом варианте. Если бы и Россия четко и однозначно сказала, что этот вариант ее устраивает, договорились бы в кратчайшие сроки.

    – То есть сейчас весь вопрос только в жесте со стороны России?

    – И Европы, и России. Потому что если только Россия будет инициатором, то Украине из политических соображений будет трудно с этим соглашаться. Нужно выходить либо совместно, либо со стороны Европы.

    – А реально идут такие переговоры или нет?

    – Я знаю, что европейский бизнес по разным каналам выходит и на Украину, и на Россию, и на свои правительства. А как там наши переговорщики, этого я не знаю.

    – Думаете, Европа отменит положение о «третьем энергопакете», в которое сейчас как будто уперся «Южный поток»?

    – «Северный поток», по сути, и так частично выведен из «третьего энергопакета». И я думаю, что по «Южному» можно будет договориться. Я уверен, что «третий энергопакет» будут модифицировать, потому что европейский энергетический бизнес категорически против этой идеи – построить трубу, а потом половину отдать дяде из каких-то абстрактных соображений. На самом деле ни малейших доказательств, что это правильно, не существует в природе. Под него же попали реально все европейские энергокомпании.

    – «Газпром» ведь рассчитывал на заемные средства при строительстве «Южного потока», а сейчас видно, что денег ему не дадут, а тут еще затраты по китайскому контракту.

    – На мой взгляд, Россия вообще не нуждается ни в каких заемных средствах. У России лежат 500 млрд рублей в разных резервных фондах.

    – А с какой стати государственные резервы должны тратиться на частный проект «Газпрома»?

    – А почему частный? Когда говорят докапитализировать «Газпром», что в этом плохого, если государственный пакет при этом наращивается? Если так пойдет, «Газпром» через определенное время будет раз в пять больше по капитализации стоить. И почему бы не забрать часть пакета [государству]?

    – Вы не верите в снижение потребления газа в Европе?

    – Абсолютно. Я им всегда говорил, что это утопия и блеф. Что они будут еще по 100 млрд кубометров дополнительно нуждаться.

    – А почему же мощности «Северного потока» только на 60% примерно загружены?

    – Там же с его ответвлением в Германию, с «Опалом», есть проблемы, и до конца они не решены. (OPAL – это немецкая часть газопровода, по которой российский газ идет дальше в Европу. Из-за ограничений по «третьему энергопакету» «Газпром» может использовать OPAL только наполовину. Сейчас Еврокомиссия обсуждает варианты, как расширить поставки. – Slon.) Проблемы опять-таки из-за «третьего энергопакета», а не из-за того, что Германии нельзя было дальше нужные объемы поставлять.

    0 комментариев

    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.