Политика
  • 535
  • Виктор Пелевин спрашивает PRщиков. Десять вопросов "на засыпку"

    Предлагаю вниманию заинтересованных старую публикацию Пелевина В.О., возникшую в ходе полемики на форуме ГУ-ВШЭ чуть-ли не в конце 90-х (точной информации не удалось получить) и ранее опубликованную на сайте писателя. Растущая актуальность темы чуть-ли не обрывает паруса общественного интереса, в то время как сама статья почему-то исчезла с аутентичного места размещения. А когда-то ссылка на нее выглядела так: pelevin.nov.ru/texts/
    Буду благодарен за всякий содержательный отклик мыслящего грамадзянина или ответ профессионала адресованного направления. Итак.

    «Я обращаюсь к вам, чтобы попытаться вместе ответить на некоторые вопросы. Ответить на них, как мне кажется, довольно нелегко — ответ здесь подразумевает не «да» или «нет», а, скорее, некоторый анализ. Я хотел бы услышать мнение профессионалов, именно потому, что у нас самих нет ответов, а только предположения. Основная тема разговора, если поставить ее максимально широкко, это соотношение реальности и имиджа. Меня так же интересуют вопросы, связанные с определением того, что такое общественное сознание с точки зрения PR-технологов и где лежат границы допустимого манипулирования им.

    1. Информационное пространство переполнено имиджами, которые давно живут собственной жизнью. С экономической точки зрения имидж — это коммерческий продукт, имеющий определенную стоимость, причем стоимость тем выше, чем выше эффективность этого имиджа. С другой стороны, общество до некоторой степени верит в имиджи, считая, что это информационные образы реальности. Но если имидж не отражает реальность, а модифицирует ее, его уже нельзя назвать имиджем, то есть образом. Возникает вопрос — если это образ, то образ чего? Мы имеем дело с феноменом труднопостигаемой природы — отражением, существующим незавимсимо от отражаемого. Этот феномен правильнее называть не имиджем, а «виртуальным информационным объектом». У этого выражения, кстати, такая же аббревиатура, как у «временно исполняющего обязанности», «врио». Кроме того, ясно чувствуется связь со словом «врать». Именно виртуальные информационные объекты и заполняют центр политической жизни — голосуя, люди выбирают из их набора. Корректно ли вообще употреблять слово «имидж» по отношению к достаточно произвольной галлюцинации, наведенной политтехнологами на основе уловленных ожиданий избирателей? Что это такое — «имидж»? Не получается ли так, что наши родители должны были выбирать из одного полумертвого, но настоящего Брежнева, а мы выбираем из десяти разных галлюцинаций, не зная, что за этим стоит? Можно ли назвать такую систему направления демократией, не имеем ли мы дело, скорее, с имагократией, если воспользоваться термином Чеслава Милоша, или с PR-кратией? Как вы относитесь к тому, что политическая жизнь эволюционирует в эту сторону и к чему, по-вашему, может привести эта эволюция?

    2. То, что имидж является коммерческим продуктом, приводит к тому, что происходит инфляция имиджей. Они выцветают, если постоянно не вливать в них новые деньги. Кроме того, они постепенно разрушаются компроматом и перестают вообще вызывать в людях какие-то чувства, кроме глухого омерзения. Не ведет ли инфляция имиджей к тому, что у людей окончательно пропадает вера в продукты политтехнологий? Не замечают ли профессионалы этой тенденции, которая может проявиться, например, в растущей непредсказуемости и неуправляемости электората, в том, что отработанные и надежные технологии вдруг дают сбой? Не проявляется ли эта тенденция в том, что технологии становятся одноразовыми, как шприцы?

    3. В силу своей природы человек не имеет прямого контакта с общественным мнением — он может лично ознакомиться только с мнением другого человека. Общественное мнение — одна из глосс информационного пространства. О содержании общественного мнения люди узнают из СМИ, причем рейтинг считается его единственной объективной характеристикой. Картина общественного мнения, созданного на основе рейтингов, внедряется в сознание электоральной единицы, которая всегда подсознательно отождествляет себя с большинством, поскольку в массовом сознании именно большинство является носителем моральной истины. Возникает положительная обратная связь, которая ведет к дальнейшему росту рейтинга, и т. д. Не является ли общественное мнение, созданное имиджмейкерами на основе рейтинг-технологий, имиджем общественного мнения? Не ведут ли рейтинг-технологии к формированию в сознании электоральной единицы имиджа избирателя, который впоследствии и будет выбирать между имиджами политиков? И не правильнее ли в таком случае говорить не о выборах, а об имидже выборов? Насколько прозрачны и доступны для общества способы сбора информации о состоянии общественного мнения? Зачем, с коммерческой точки зрения, вообще заниматься изучением того, что дешевле изготовить? Должны ли технологии определения рейтингов быть прозрачными для общества?

    4. Если расширить предыдущий вопрос — принято считать, что в советском обществе общественное мнение являлось высшим моральным критерием. Именно в этом его ценность. Это некая главная инстанция, причем иерархически она в некотором смысле даже серьезней, чем государственная власть. В идеале демократия — это самоуправление общества на основе общественного мнения. Но мы уже говорили о том, что в реальном кошмарном мире общественное мнение существует только в качестве медиа-продукта, или сообщения о состоянии общественного мнения. По сути, общественное мнение и есть это сообщение. Насколько ценно для общества сформированное за деньги общественное мнение? Должно ли так быть при демократии? На что мы опираемся на самом деле, когда сначала формируем общественное мнение, а потом говорим, что опираемся на него? Как может общество защитить себя от попыток подделать его мнение?

    5. Насколько осознают сами политтехнологи возможные результаты своей работы? Не имеем ли мы дело с разработкой и производством оружия массового информационного поражения, о мощности которого могут не догадываться даже его разработчики? Не являются ли современные технологии обработки массового сознания развитием разработок геббельсовской и сталинской пропаганды?

    6. В средствах массовой информации часто пишут, что будущие выборы станут парадом новых политтехнологий. Не поясните ли вы, как профессионалы, о чем идет речь? Чего нам ожидать и как нам защищать свой разум?

    7. Известно, что среди технологий, используемых в PR, имеются методики принудительного управления сознанием, такие, как НЛП. Хороший коммуникатор вроде Рейгана или Жириновского пользуется техникой НЛП неосознанно. Поэтому к таким людям не может быть претензий — эти своего рода талант, кторый человек применяет интуитивно. Но совсем другое дело, когда методики шизоманипулирования изучаются и применяются сознательно. Мы говорим о таких технологиях НЛП, как reframing, confusion (разрыв шаблона), double bind и более серьезных. Вопрос для профессионалов, потому что мы не собираемся здесь обучать этим техникам тех, кто с ними не знаком. Люди, подвергающиеся действию этих технологий, не должны о них знать — в противном случае применение этих методов теряет смысл. Нормально ли такое положение вещей? Должны ли быть PR-технологии полностью прозрачны для общества и возможно ли это? Можно ли создать независимую структуру, которая информировала бы общество о том, как на него действуют PR-технологии и как обрабатывается общественное сознание?

    8. Вопрос о внутреннем мире политтехнолога. Известно, что для того, чтобы заставить поверить во что-либо других людей, необходимо хотя бы на секунду поверить в это самому. PR-специалисты поочередно обслуживают силы противоположные или серьезно несовпадающие друг с другом. Не приводит ли к крайнему цинизму или шизофрении профессиональная необхоидмость последовательно (а в идеальном для бизнеса случае — одновременно) отождествляться с таким количеством полярных мнений? Как защищают себя PR-технологи от этого психически опасного аспекта собственной деятельности? Можно ли говорить о внутренней PR-работе с самим собой? Доставляет ли им наслаждение осознание того, что они могут привести к власти любого идиота? Презирают ли они своих клиентов?

    9. Общественным мнением манипулируют в интересах тех, кто платит за это деньги. Но при этом объектом манипуляций становится сознание других людей. Любого человека возмутило бы, если бы по чьему-то заказу ему вдруг сделали татуировку на лбу. Но почему общество должно разрешать татуировать свое сознание, да еще бесплатно? Почему заказчик любого вида рекламы не платит отдельным гражданам за размещение своей информации в их сознании? При установке рекламного щита происходят отчисления городской архитектуре, ГАИ, охране президента, балансодержателю и т. д. — все в доле, кроме членов target group. С ними этот вопрос даже не обсуждается. В чьей собственности вообще находится сознание человека в условиях рыночных отношений? Может быть, есть смысл создать союз граждан, принудительно подвергнутых PR-воздействиям? Кто защищает интересы и права граждан как объектов PR-манипулирования?

    10. Как получилось, что PR-технологи стали так трепетно относиться к своему имиджу в общественном сознании, что даже провели PR-акцию с подписанием некой хартии? Ведь никто еще не проводил черных PR-кампаний против PR как такового, значит, специалистов не устраивает тот образ, который сложился в обществе объективно. С другой стороны, некорректно обвинять во всем политтехнологов — у них такие заказчики, и их деятельность — просто опрос. Целью большинства политиков не является утверждение таких ценностей, как экология или либерализм, патриотизм или почвенничество. Цель — получить ресурс власти под ресурс денег. Поэтому PR-специалисты не могут быть моральнее или порядочнее своих заказчиков. Или все-таки могут?»
    /Пелевин В.О./

    13 комментариев

    avatar
    Но почему общество должно разрешать татуировать свое сознание, да еще бесплатно?
    Вось гэтае «бесплатно» і ёсць дазвол.
    Тэкст вельмі цікавы. Напэўна, пачынаць трэба з піяршчыкаў папоў.
    Папы за тое, што ты будзеш чалавекам, абяцалі жыццё вечнае — пасля смерці. А тут ужо дар веры.
    +1
    avatar
    Вось гэтае «бесплатно» і ёсць дазвол.
    Полагаю, пани Алина, что этот оборот — дань «красному словцу». К тому-же, если мое предположение правильное, то текст был написан в конце 90-х, т.е. еще при «детской болезни» коммерциализации всего и вся во всея. Поэтому, это может выглядеть и как социально выверенное ударение на том, что инженеры людского сознания обошли-объегорили (и продолжают это делать) не за понюх.
    0
    avatar
    Поэтому это может выглядеть как социально выверенное ударение на том, что инженеры людского сознания обошли-объегорили не за понюх
    Ужо тады была такая упэўненасць у «аб'егораньні»?
    Вы прыслухайцеся да гэтага слова. Да слова "бесплатно" у такім кантэксце. Прыглядзіцеся да яго «краснаты».
    У мяне розны фармулёўкі ўзніклі — па тэксту. Трэба падумаць. А гэта кінулася ў вочы.
    0
    avatar
    Ужо тады была такая упэўненасць у «аб'егораньні»?
    Боюсь, что оно было расхожим еще раньше, в среде простолюдин и крестьянства. Люблю такие словечки, иногда они пристают, потому что время от времени почитываю сибирскую/таежную прозу авторов 19-го — первой половины 20-го веков. Этимологию можно посмотреть в тырнете, но главный смысл на поверхности.
    0
    avatar
    А гэта кінулася ў вочы.
    Один из лаконичных комментариев к толкованию:
    «Юрьев, или Егорьев (В старину 23 апреля называлось Юрьевым днем, по-народному – Егория)== день был датой расчета с крестьянами за работу.
    При этом их часто обманывали. Потому имя данного святого и вошло в народную речь в таком неблагоприятном контексте.
    В более южных районах нашей страны день расчета приходился на день святого Козьмы и брата его Дамиана. Поэтому там говорили не объегорить, а подкузьмить.»
    В контексте, этот термин можно понимать в более узком смысле, как обман от того от которого каким-либо образом зависишь, от отношений с которым трудно отказаться.
    0
    avatar
    а я падумала, што вы мелі пра «аб'егорагайдарылі» — калі 90-я
    :)
    1. Мы, постсаўкі, пражылі ўжо 100 год у… тэроры! — ну бо як дакладней сказаць? — у кіслаце савецкай прапаганды. Выбары былі фікцыяй. Таму і нельга разважаць так, як быццам мы раптам такія людзі, як людзі, паўсталі перад піяршчыкамі — мы ужо абмежаваны, хоць, кажу, нас і выхоўвалі ў дабрыні, бач, — як тыя "ізделія" ў фільме «Востраў»(толькі з іншай мэтай).
    2. Маніпуляцыя іміджамі будзе прысутнічаць, але я спадзяюся, што сучаснасць дасць новыя «гаджэты» :) — для абароны чалавечнасці праз дэмакратыю без маніпуляцый галасамі забітых прапагандай тэлехунты.
    Аўтар як бы і кажа якраз пра ўладу тэлехунты сёняшняй.
    Нейк жа чалавек зможа ўрэшце галасаваць не проста за дэпутата, а за пэўнае дзеяньне з пэўнымі наступствамі. А хто не захоча думаць на гэтую тэму — ну дык і хай не галасуе. Па добрай сваёй волі. Вось тут і узнікне невялічкі экзамен — каб галасаваць за пэўны ўзровень праблем.
    Празрыстаць павінна быць на 100%. Ніякага торгу і ніякай платы за дазвол на маніпуляцыю. Наадварот, адразу — пакараньне піяршчыку. Як за сексуальнае дамагальніцтва. :)
    3. Піяршчыкі не богі, а людзі на зарплаце. Калі амаральныя па сваёй сутнасці — тэстэр не пройдуць.
    4. Піяршчыкі ідэй проста неабходныя — гэта прафесія. Паважаная.

    вось такі я невылечны аптыміст. :)
    +1
    avatar
    а я падумала, што вы мелі пра «аб'егорагайдарылі» — калі 90-я
    Хорошая находка. Усиление значения этого термина с учетом новейшей истории постсовка.
    Піяршчыкі ідэй проста неабходныя — гэта прафесія. Паважаная.
    Возможно, это могло бы быть и так, но со многими «НО». Первое «но» состоит в том, что при государственном укладе собственно капитализма, а его олигархической или колониально-компрадорской степенях разложения, — тем паче, пиарщики, политтехнологи являются исполнителями воли особых работодателей, стоящих особнячком от интересов общества/нации, и с разной степенью окрика диктующих волю аппарату (читай государству). То есть, понимая, что теория «государства общего блага» (а вместе с этим и либеральной демократии!) осталась за бортом мейнстрима от наднациональных господ (типа неофициального органа глобального согласования и координации сверхкрупного капитала/ТНК по Фурсову)и нижестоящих в пирамиде собственности-власти, то работнички этого направления, априори, — инструменты де-факто официализированной плутократии. Т.о. по-народному — профессиональные брехуны на службе у тех, кому необходимы манипуляции общ. сознанием и/или его прямая подмена в СМИ.
    +1
    avatar
    Один из лаконичных комментариев к толкованию:
    А есть ли какое толкование типа
    "… в этот день русские никого не кидали, не обманывали и не егорили..."? )
    0
    avatar
    А есть ли какое толкование типа
    Ну скажу я нет, а толку? — Вы же сразу такой комментарий добавите. Понимаю, бизнес, — ничего личного.
    0
    avatar
    Задачей тех, кто создает фейковые новости, является «завоевание умов людей». Об этом спикер Верховной Рады Украины Андрей Парубий заявил в Италии во время встречи с главой Палаты депутатов Италии Лаурой Болдрини, сообщается на сайте украинского парламента.

    «А уже потом приходят танки. Авторы фейковых новостей пользуются теми достижениями, которые создал ЕС: свободой слова и свободой информации. Нужно останавливать те фейки, которые пропагандируют ненависть», – сказал Парубий.

    Спикер Верховной Рады отметил, что будучи секретарем Совета национальной безопасности и обороны Украины, он изучал, как появляются дестабилизирующие информационные волны и фейки.

    Он сообщил, что более 10 тыс. человек получают зарплату за распространение фейков, в частности, через социальные сети.
    0
    avatar
    І на Катар нават зараз напалі праз фэйк з каментаром пра Трампа. Што робіцца!
    0
    avatar
    Спикер Верховной Рады отметил, что будучи секретарем Совета национальной безопасности и обороны Украины, он изучал, как появляются дестабилизирующие информационные волны и фейки.
    Ездил в учебную командировку в Великобританию? Именно она, как самая великая в прежнем (да и сейчас, хоть и не самая) метрополия, империя — «владычица морей» генерировала технологии захвата и контроля колоний.
    Он сообщил, что более 10 тыс. человек получают зарплату за распространение фейков, в частности, через социальные сети.
    Но вот, хотя бы часть своего «столба» трудоустроили. В эРФе, полагаю, еще больше оплачиваемых «бригадных». Но плюс к этому, — у нас еще большая армия общественников: студентов — деток ментов и чиновников, мало задействованных аппаратчиков, пиарщиков госмонополий и прочей бездельной блатоты, соревнующихся в лояльности и великодержавности друг перед другом (и перед «товарищем майором») в соц. сетях. Некоторые из них вполне искренни в своих мотивах, ибо рентно-распределительная система служит их интересам несколько лучше чем остальным, другие-же только стремятся попасть в кадровый резерв, ибо уже смолоду сообразили: честью в сегодняшней эРФе не заработаешь на платье, которое следует беречь «с нову».
    0
    avatar
    генерировала технологии захвата и контроля колоний.
    нуу… там зброя ж еўрапейская — громавержная сваю ролю сыграла… Важна, што не хлусілі як марксісты-паскуды, прабачце…
    Некоторые из них вполне искренни в своих мотивах, ибо рентно-распределительная система служит их интересам несколько лучше чем остальным, другие-же только стремятся попасть в кадровый резерв
    ээ…
    Пане, вы нейк занадта глыбока ўсугубляеце… Не б на палічкі раскласці — кожнаму свая шыльда.
    Блатаце ж, каб сядзець троліць, найперш трэба пакліканне. І вось гэтае пакліканьне чым выклікана — вось, я думаю карысна б вызначыць.
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.