История
  • 370
  • Польский фронт холодной войны

    30.10.2018. Хвиля, Андрей Омельянчук



    Во время холодной войны Советский Союз развернул широкую идеологическую кампанию, направленную на население и общественность практически всего мира. Основная часть такой деятельности называлась активными мероприятиями и возлагалась на Службу “А” Первого главного управления (политическая разведка) КГБ СССР. Методы проведения активных мероприятий выбирались исходя из характера задач, а также наличия агентурно-оперативных возможностей. Наиболее распространёнными из них были: политическая дезинформация; разоблачение; компрометация; специальное позитивное воздействие.

    Объектом советских активных мероприятий выступали, главным образом, США, а также их союзники по военно-политическому блоку НАТО. И, несмотря на то, что такая работа в западных странах не прекращалась, практически с 20-х годов прошлого столетия, особое беспокойство американского правительства вызвало возрастание количества и эффективности активных мероприятий советской стороны к началу 1980-х годов. Тогдашний директор ЦРУ Уильям Кейси в своей докладной записке к американскому Конгрессу эмоционально утверждал, что “…большинство активных мероприятий со стороны СССР не являются чем-то новым, многие из них применялись ёщё Лениным, Сталиным и другими русскими/советскими лидерами на протяжении всей истории. Однако ещё никогда эти мероприятия не имели такого размаха и действенности, как сейчас”. А одна из рассекреченных оценок американской разведки утверждала, что “активные мероприятия по своей сути являются оскорбительным инструментом советской внешней политики”.

    Ответ администрации Рональда Рейгана
    В ответ на советские активные мероприятия администрация американского президента Рональда Рейгана сделала ставку на агрессивную, а по сути адекватную, кампанию против Советского Союза, в том числе в Восточной Европе, называемую в Америке “задним двором СССР”. Советом национальной безопасности США было разработано ряд директивных решений (NSDD) в сфере национальной безопасности, в которых излагалась суть агрессивной кампании по борьбе с Советами.

    20 мая 1982 года президент США Рональд Рейган подписал “Стратегию национальной безопасности США” (NSDD-32), которая ознаменовала новый поворот американской политики. Стратегия уполномочивала дипломатические, пропагандистские, политические и военные действия направленные на “…сдерживание и противодействие распространению советского контроля и военного присутствия по всему миру”. В документе также была закрытая часть, содержащая основные направления скрытых действий, таких как поддержка и финансирование “демонстраций, протестов, собраний, конференций, статей для прессы, телевизионных шоу, выставок и прочее”.

    Несколько месяцев спустя Рейган подписал ещё один документ под названием “Политика США в отношении Восточной Европы” (NSDD-54). Основным лейтмотивом документа был отрыв стран Восточной Европы от СССР и их возвращение в так называемую евроатлантическую колыбель. Документом также предусматривалось активизация в восточноевропейских странах политики “дифференциации”, которая включала поощрение либеральных тенденций, укрепление прозападной ориентации населения, подрыв военного потенциала Варшавского договора.

    В 1983 году американская администрация опубликовала следующий документ – “Отношения между США и СССР” (NSDD-75) утверждающий, что США больше не намерены мириться и сосуществовать с СССР, а будут стремиться изменить советскую систему. NSDD-75 прямо заявив, что политика США в отношении Советского Союза теперь будет состоять из трех взаимосвязанных целей: противодействие советскому экспансионизму; глобальная конкуренция на всех международных аренах и уровнях; содействие изменениям в СССР в сторону политического и экономического плюрализма.

    Для достижения этих целей документ предписывал использование широкого спектра военных, экономических, политических и других инструментов, в том числе идеологических: “Политика США должна иметь идеологическую направленность, которая четко подтверждает превосходство Америки и западных ценностей, личного достоинства и либерализма, свободы слова, профсоюзов и предпринимательства”.

    В дополнение к этим стратегическим документам администрация Рейгана создала рабочую группу по активным мерам для публичной идентификации советской пропаганды. Это был межведомственный орган, который фиксировал факты советской дезинформации, анализировал их с использованием компьютеризированной базы данных ЦРУ и экспертов по разведке, а также советских перебежчиков, публиковал результаты этой работы, о которых информировал широкую аудиторию журналистов, сотрудников правительства США, иностранных представителей. Главенствующую роль в рабочей группе играл Государственный департамент. По результатам работы были опубликованы многочисленные доклады по таким темам, как советские фронтовые организации, советская дезинформация и антиамериканские подделки (“фейки”) КГБ.

    Операция “Helpful”. Поддержка польского движения “Солидарность”
    Среди наиболее интересных и эффективных американских мероприятий стоит отметить операцию под кодовым названием “Helpful” (можно перевести как “Польза” или “Полезная помощь”), которая представляла программу скрытых действий, направленных на поддержку польского демократического движения “Солидарность”. В рамках операции “Helpful” ЦРУ предоставило “Солидарности” около 20 миллионов долларов, истраченных на проведение информационной кампании против советского правительства Польши. В отличие от американских активных действий в Афганистане или Центральной Америке, цели этой операции были достигнуты без предоставления оружия или участия в военных действиях.

    В 1981 году польское правительство преданно равнялось на Советский Союз, Польша была важным и активным членом блока государств Варшавского договора. Однако в этой стране наблюдалось растущее оппозиционное движение, которое, по мнению Рональда Рейгана, было “потенциальной проблемой советской империи”. Основой диссидентских групп Польши было движение профсоюзов “Солидарность”, возглавляемое Лехом Валенса, сумевшим сплотить вокруг движения разрозненные диссидентские группы Польши.

    Реагируя на такую внутреннюю общественно-политическую обстановку, Глава Польши Войцех Ярузельский принял меры для блокирования начинающихся в стране оппозиционных движений и в декабре 1981 года объявил военное положение. Ситуация в Польше подтолкнула президента США к пересмотру многолетней политики уступок советской экспансии.

    Для выработки единого подхода и разработки скрытых действий в Польше 4 ноября 1982 года Рейган провёл совещание с сотрудниками ЦРУ, результатом которого стало решение о выделении финансов и материальных средств для поддержки оппозиционных движений в этой стране. Предусматривалось, что такая помощь будет оказываться не напрямую, а через третьи страны, с целью сокрытия американских источников. Также на этом совещании было одобрено предложение ЦРУ об организации на территории Польше скрытого радиовещания. Кроме того, для ослабления репрессивных мер со стороны польских властей по отношению к оппозиционным движениям, было решено усилить политико-дипломатическое и информационное давление на режим Войцеха Ярузельского. При этом ни сотрудники администрации Белого дома, ни ЦРУ не планировали свержение действующей власти в Польше или развал всей коммунистической системы в Восточной Европе.

    При организации и проведении операции “Helpful” американские спецслужбы столкнулись с двумя серьёзными проблемами, связанными с непосредственной поставкой (проникновением) на территорию Польши финансов и материальных средств.

    Во-первых, правительство Польши, СССР и других участников Варшавского договора ясно осознавало, что западные спецслужбы (прежде всего США) и неправительственные организации непременно поддержат польские оппозиционные силы, будут пытаться организовать для них скрытое финансирование и поставку материальных средств. Учитывая это, скрытые мероприятия по поддержке польской оппозиции, и прежде всего движения “Солидарность”, было организовано по линии профсоюзов, религиозных движений и международных гуманитарных организаций.

    Польские власти, понимая, что подрывная деятельность Запада может привести к падению режима, действовали агрессивно и решительно. Из членов “Солидарности” вербовались агенты и провокаторы, раскрывались схемы поставок и склады материалов, совершались аресты.

    Тем не менее, в распоряжении ЦРУ были специальные каналы проникновения организованные через Швецию, ФРГ, Норвегию, Францию, Италию и другие европейские страны, а также большой опыт контрабанды книг и другой литературы через железный занавес. Разумеется, перемещение валюты было сложной задачей, но гараздо труднее было привести более крупные предметы, такие как пишущие машинки, копировальная и типографская техника, что потребовало отчаянной находчивости в использовании грузового траспорта.

    В рамках операции “Helpful” финансовые средства ЦРУ использовались на изготовление и поставку таких спецсредств пропаганды и информационного воздействия как листовки, плакаты, пишущие машинки, множительная техника, дубликаторы, бумага, а также на другую техническую помощь в подготовке и выпуске подпольных радиопередач.

    Во-вторых, перед ЦРУ ставилась задача на поставку (контрабанду) материалов таким образом, чтобы члены движения “Солидарность” не знали, что оказывает помощь США. Легитимность и общественная поддержка “Солидарности” была бы сильно подорвана, в случае обнаружения однозначных доказательств помощи ЦРУ. Режим Ярузельского был бы рад раскрыть четкое свидетельство “подрывной” роли США, которое позволило бы польским и советским правительствам обвинить “Солидарность” в прямом сотрудничестве с западными спецслужбами в качестве марионетки иностранных разведывательных структур. Бывший директор ЦРУ Роберт Гейтс признавал, что “захват сотрудника ЦРУ, который встречался с членом “Солидарности”, дал бы Ярузельскому отличный повод арестовать оставшихся лидеров и уничтожить всё движение”.

    Прямая помощь со стороны ЦРУ была очень рискованна, что вынудило создать множество тайных каналов сотрудничества, которые, выражаясь жаргоном ЦРУ, назывались “крысиными норами” (“ratlines”). Для организации скрытых поставок в Польшу сотрудники ЦРУ использовали контрабандистов, деятелей культуры, меценатов, издателей и других деятелей. Некоторые из них знали, что работают с сотрудниками ЦРУ, другие могли только догадываться, что американская разведка или другие западные спецслужюы вовлечены в работу.

    Большинство контрабандистов уже возили запрещённые материалы в Польшу или из неё. До того, как валюта или материалы попадали в “Солидарность”, они совершали долгий путь через сложную сеть компаний, людей, фондов и географических пунктов, что понять истинные источники их поступления было практически невозможно. Использование “крысиных нор” позволяло создать максимальную секретность, скрывающую ЦРУ и защищавшую “Солидарность”.

    Ниже представлен обзор основных “крысиных нор” (“ratlines”), которые проходили через такие города, как Мальмё и Стокгольм (Швеция), Борнхольм и Копенгаген (Дания), Турин и Рим (Италия), Осло (Норвегия), Париж (Франция), Западный Берлин (ФРГ), Брюссель(Бельгия).



    Успехи операци “Helpful” не остались незамеченным как польскими, так и советскими спецслужбами. В Министерстве внутренних дел Польши стала накапливаться оперативная информация об американской и другой западной помощи “Солидарности”. Был определен основной персонал движения, непосредственно участвующий в подготовке и распространении оппозиционных материалов. При помощи завербованных агентов внутри “Солидарности” польские спецслужбы смогли провести массовые аресты членов движения. В течение 1980 – х годов, польская полиция и контрразведывательные органы провели тысячи обысков, арестов и изъятий радиопередающих устройств, печатных машинок, листовок и других материалов. Внутренние отчёты службы безопасности Польши (Sluzba Bezpieczenstwa), находившейся в составе Министерства внутренних дел, указывают, что конфисковались миллионы листовок, журналов и других нелегальных материалов.

    В феврале 1985 года на польском национальном телевидении вышел в свет двухсерийный документально-публицистический фильм “Польская “Солидарность” и ЦРУ”. После этого на телевидении с заметной частотой начали демонстрироваться отдельные конфискованные предметы в качестве фактажа прямой поддержки ЦРУ.



    Однако проведённое позже польским Сеймом расследование пришло к выводу, что режим Ярузельского не смог перехватить большей части валютных поступлений и почти трёх четвертей других материалов, направленных ЦРУ для “Солидарности”. Один из отчётов службы безопасности кратко излагает основные мероприятия, что были проведены в период с декабря 1981 по декабрь 1983 годов.

    Отмечается, что “несмотря на значительные усилия и достигнутые результаты в обнаружении оппозиционеров, их аресты, конфискация печатного оборудования и других незаконных материалов, методы работы заговорщиков постоянно улучшаются. Значительную часть незаконной литературы, газет, журналов и листовок им удаётся перепрятать…”.

    КГБ был обеспокоен ещё сильнее. Там понимали, что подобная подрывная работа может начаться (или уже идёт) в других странах социалистического лагеря, а также на территории СССР. В документе под названием “План основных контрразведывательных мероприятий по усилению борьбы с разведывательными действиями спецслужб США” сотрудники КГБ признавали, что ЦРУ активно участвует в широкой идеологической войне, направленной на подрыв СССР и его союзников, в том числе Польши. По словам одного из сотрудников КГБ, Москва поняла, что помощь “Солидарности” оказывает именно ЦРУ, как только были раскрыты их возможности по использованию значительных объёмов валюты и иностранных технологий, недоступных в Польше или других соцстранах. Тогдашний глава миссии КГБ в Варшаве Вадим Павлов был убежден, что ЦРУ оказывает помощь “Солидарности”, рассматривая такую деятельность как целенаправленную кампанию по дестабилизации обстановки в Польше и других странах Восточной Европы. В одном из сообщений омечалось, что “…Первое главное управление КГБ СССР стремится помешать грубейшему вмешательству спецслужб США и других стран НАТО во внутренние дела Польши”.

    Несмотря на некоторые тактические провалы, результатом операции “Helpful” стало содействие и возможное ускорение краха коммунизма в Восточной Европе. “Железный занавес” рухнул, оппозиция победила, Лех Валенса и “Солидарность” открыли Польше свободу и демократию.

    В этом контексте хочется отметить, что агрессивная политика сегодняшней Российской Федерации в западных СМИ до 2018 года называлась “гибридной войной”. Однако приблизительно с лета 2018-го риторика коллективного Запада несколько меняется, агрессивные действия РФ снова всё чаще и чаще называются активными мероприятиями. Что это? Пересмотр субъектами Запада (прежде всего США) своей политики? Или, по мнению американских политиков и спецслужб, РФ именно в этом году вернулась к практикам советского КГБ? А может Запад начал подготовку к активным ответным действиям? Время покажет.

    В подготовке статьи использовались некоторые материалы сайта Center For Strategic & International Studies (www.csis.org).

    14 комментариев

    avatar
    Лех Валенса и “Солидарность” открыли Польше свободу и демократию. *lol*



    +1
    avatar
    Lech Wałęsa — TW «Bolek» ( tajny współpracownik ) SB ( Słuzby Bezpieczeństwa ) PRL. Bolszewicki agent i kłamczuszek *lol* W roku 1979/1980 został «przekazany» z SB do WSI czyli Wojskowych Służb Informacyjnych

    +1
    avatar
    Film Pana Grzegorza Brauna

    +1
    avatar
    Генерал Войцех Ярузельский спас Польшу от вторжения войск СССР и его союзников. Когда-нибудь поляки поставят ему памятник за то что ему удалось избежать большого кровопролития.
    -1
    avatar
    И если бы не эти «болеки» поляки продолжали бы лизать зады московитам. Пригибаясь и похихикивая от удовольствия.
    -1
    avatar
    Рекомендую почитать что-нибудь на историческую тему, только не блогеров и не коменты на форумах.
    Ну вот никак не получался у Москвы руссизм в отношении поляков. Где-бы они не находились и под какой верой- идеологией, но практически все были патриотами и за Польшу. А белорусы имея больше 20 лет государственной независимости избегают белорусского языка и до сих пор сосут московскую цыцку. Читаешь биографию кого-нибудь из польских лидеров 20 века и у всех одна общая тяжёлая судьба. Гражданская война и русско-польские войны, не расстреляли повезло и в сибирский лагерь с работой на лесоповале, с лесоповала добровольцем в польскую дивизию на войну с нацизмом. Потом в первых рядах на форсирование Вислы или штурм Монтекассино. Потом восстановление Польши, разрушенной в гору щебеня и угли. Не могу сытый, сидя в хорошем офисе, на кресле с кофе за нормальным компом и за нормальную зарплату жёстко критиковать их.
    0
    avatar
    To tak samo jakbym napisał że Wiktor Janukowycz uratował Ukrainę przed lizaniem dupy Moskali albo gdyby nie Aleksander Łukaszenka to Białoruś byłaby teraz Rosją. Ubawiłeś się bo ja też.
    +1
    avatar
    Opinie szefa KGB i szefa MON ZSRR

    Przejdźmy jednak do dokumentów radzieckich i rosyjskich, które odsłaniają pełną prawdę o motywach zorganizowania i ogłoszenia stanu wojennego w Polsce w 1981 roku. Rosyjski historyk Rudolf Pichoja, zajmujący się w sposób szczególny tym zagadnieniem zdecydowanie podkreśla, że w momencie katastrofalnej sytuacji gospodarczej, w jakiej znajdował się Związek Radziecki, a także w momencie trwającej od dwóch lat wyniszczającej wojny w Afganie, przeprowadzenie innej zbrojnej interwencji było zwyczajnie niewykonalne. Wyraźnie wskazuje, że „w żadnym z protokołów Biura Politycznego nie znalazła się bezpośrednia wzmianka o przygotowaniach do ewentualnego wkroczenia wojsk radzieckich do Polski".
    Jak wynika z zachowanych stenogramów rozmów prowadzonych na najwyższym szczeblu radzieckim, szef KGB Jurij Andropow w październiku 1981 roku mówił: „Powinniśmy twardo trzymać się swojej linii – nie wprowadzać do Polski naszych wojsk”. W podobnym zdecydowanym tonie wypowiadał się minister obrony ZSRR Dymitr Ustinow: „W ogóle należy powiedzieć, że nie powinniśmy wprowadzać do Polski naszych wojsk”.
    Minęły kolejne tygodnie, aby na trzy dni przed wprowadzeniem stanu wojennego Andropow powiedział: „Choć popieramy ideę internacjonalistycznej pomocy i jesteśmy zaniepokojeni sytuacją w Polsce, problem musi być rozwiązany własnymi siłami przez polskich towarzyszy. Nie zamierzamy wprowadzać wojsk do Polski”. Należy jednoznacznie wyjaśnić jednak, że głównemu wówczas czekiście bynajmniej nie chodziło o dobro naszego kraju, jego ocena sytuacji była podyktowana troską o kondycję systemu władzy w samym ZSRR, a tym samym o własny stołek. Z resztą sam Andropow obszernie uzasadniał decyzję o nie wysyłania wojsk radzieckich do Polski: „Nie możemy ryzykować. Nie zamierzamy wprowadzać wojsk do Polski. Jest to słuszne stanowisko i musimy się go trzymać do końca. Nie wiem, jak rozwinie się sprawa z Polską, ale jeśli nawet Polska będzie pod władzą «Solidarności», to będzie to tylko tyle. A jeśli na Związek Radziecki rzucą się kraje kapitalistyczne, a oni już mają odpowiednie uzgodnienia o różnego rodzaju sankcjach ekonomicznych i politycznych, to dla nas będzie to bardzo ciężkie. Powinniśmy przejawiać troskę o nasz kraj, o umacnianie Związku Radzieckiego”. Z kolei Ustinow nie pozostawiał wówczas żadnych wątpliwości co do radzieckich intencji wobec Polski: „W toku prowadzonych rozmów odpowiedzieć Polakom, że (…) my nie szykujemy się do wprowadzenia wojsk na terytorium Polski”.

    Opinie kierownika rezydentury KGB w Polsce

    Powyższe słowa Andropowa i Ustinowa znajdują potwierdzenie także we wspomnieniach Witalija Pawłowa, kierownika rezydentury KGB w Polsce. Odnosząc się do decyzji podejmowanych w tygodniach bezpośrednio poprzedzających ogłoszenie stanu wojennego w Polsce Pawłow pisał: „Ani jedna interwencja radzieckich wojsk – ani na Węgrzech, ani w Czechosłowacji, ani w Afganistanie – nie dokonała się bez uprzedniej decyzji politycznej. A w płaszczyźnie politycznej kwestia wkroczenia wojsk radzieckich do Polski nie była omawiana (...). Na Biurze Politycznym ani razu nie stawiano pytania – wkraczać do Polski czy też nie (...). Wiem z całą pewnością, że Andropow, Ustinow i Gromyko występowali kategorycznie przeciwko. Dzisiaj sądzę, że po prostu obawiali się, że w Polsce będzie o wiele trudniej niż w Afganistanie (...). Osobiście wiedziałem, że o żadnej interwencji nie może być mowy”.
    Pawłow wspomina również pewne zdarzenie z lata 1981 roku, kiedy to anonsował w centrali KGB nowego polskiego szefa MSW, gen. Czesława Kiszczaka. Epizod ten jest też ciekawym z punktu widzenia relacji zachodzących między polskimi dyspozyturami a radzieckimi mocodawcami, ponieważ jak się okazuje szef polskiego MSW zaraz po odebraniu nominacji w Warszawie musiał jechać do Moskwy, aby złożyć hołd lenny szefowi wywiadu sowieckiego. Wróćmy jednak do wspomnień Pawłowa, w kontekście potencjalnej agresji sowieckiej w Polsce. W czasie tego spotkania, mającego miejsce na pół roku przed wprowadzeniem stanu wojennego Andropow powiedział Kiszczakowi: „Drogi towarzyszu Kiszczak. Przekaż Stanisławowi [Kani] i towarzyszowi Jaruzelskiemu, że nie mamy najmniejszego zamiaru wprowadzać swoich wojsk. Nie chcemy i nie możemy tego zrobić. Mamy dość Afganistanu”. Jakim więc cudem Kiszczak może opowiadać bajki o tym, że polskie kierownictwo obawiało się radzieckiej interwencji, skoro sam szef KGB osobiście wykluczał możliwość takiej interwencji, nie mówiąc już o tym, aby takową miał straszyć?
    +1
    avatar
    Pokaż materiały archiwalne że Jaruzelski uratował Polskę przed inwazją ZSRR.
    +1
    avatar
    "Рекомендую почитать что-нибудь на историческую тему" Dla każdego Polaka tacy ludzie jak Jaruzelski, Kiszczak, Michnik, Kuroń i reszta tej bolszewickiej bandy to skurwy...ny i mordercy. Powinni wisieć na szubienicy bo rozstrzelanie to dla zdrajcy nobilitacja. Ale niestety w Polsce są rządy takich piździelców post PRL-u jak Sojusz Lewicy Demokratycznej (sic!), Platforma Obywatelska czy tacy debile jak teraz PiS i mamy Polskę pod niemiecko-brukselsko-moskiewskim protektoratem od 29 lat po «Okrągłym Stole». Niestety takie są realia. Gdyby dzisiaj powstali z grobów Ci Wielcy Bohaterowie, którzy ginęli w 1939 roku, w Syberii, pod Monte Cassino czy pod Lenino to myślę że gołymi rekami wydusiliby tych skurwy...nów. BTW. Żona «bohatera» Jaruzelskiego to córka podoficera Wermachtu.
    Sojusz bolszewików i hitlerowców wiecznie żywy.
    +1
    avatar
    Jaruzelski, Kiszczak etc i reszta tej bandy to nie Polacy tylko sowieckije ludzie

    +1
    avatar
    Co na temat Jaruzelskiego i Kiszczaka mówi prosta kobieta w Szczecinie, która pamięta strzelanie do robotników w roku 1970

    +1
    avatar
    Demokraci i Europejczycy pełna gębą

    +1
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.