История
  • 1395
  • Бунт КАВАЛЕРИХИ, Дело банды ХРИПАЧА, «БЕЛАЯ СВИТКА» /или беларуские антисоветские и криминальные страсти времен «Колхозного перелома»

    Андрей ТИСЕЦКИЙ

    МАТЕРИАЛЫ И ФОТО БУДУТ ДОПОЛНЯТЬСЯ!


    Летом 1941-го значительная часть милицейских и судебных архивов в Беларуси была уничтожена в пламени начавшейся большой войны. Бесследно сгинули материалы многих интереснейших, драматичных и кинематографичных сюжетов из нашей истории, в которых тесно переплелись дела криминальные и дела антисоветские. Или же наоборот.

    Но… иногда удается воссоздать их страницы при помощи воспоминаний бывших сотрудников органов внутренних дел, семейных преданий и личных архивов их потомков, а также простых людей.

    Несколько таких взаимосвязанных историй, имевших место во времена насильственной коммунистической коллективизации конца 1920-х – нач. 1930-х гг. в основном на пограничье Борисовского и Оршанского округов (согласно административно-территориального деления Белорусской ССР, существовавшего с июля 1924 по июль 1930 года[1]), я и представляю на суд читателей.




    «Большой перелом»




    В конце 1920-х гг. в СССР начался «Великий перелом» — выражение И. В. Сталина, которым он охарактеризовал свертывание НЭПа и начало новой коммунистической политики форсированной индустриализации и коллективизации сельского хозяйства[2].



    Какими бедами преступная авантюра по раскулачиванию и насильственной коллективизации сельских тружеников обернулась для народов страны победившего социализма, напоминать, я думаю, не стоит.

    Крестьянство ответило коммунистической диктатуре т.н. «кулацким террором».



    Беларуский советский плакат 1920-х гг.

    Так, согласно советской милицейской историографии, с целью подрыва колхозного строительства только в декабре 1928 года в Беларуси было совершено 24 убийства и попыток убийства колхозных активистов, 37 поджогов строений в коммунах, колхозах, совхозах, 27 «хулиганских выступлений на собраниях трудящихся»[3].

    Только за июнь 1930 г., по данным ОГПУ, в БССР произошло 64 террористических акта: 3 убийства, 4 ранения, 3 покушения, 6 случаев избиения активистов, 48 поджогов; арестовано 32 человека[4]. В августе произошло 26 поджогов, убито 3, арестовано 52 человека[5].

    В первой половине 1931 года в республике произошло 415 поджогов, имело место 76 случаев отравления скота, 247 нападений на активистов колхозов и более 430 актов «других форм вредительства»[6].

    В 1932 и частично в 1933 годах в БССР было совершено 752 поджога имущества колхозов и государственных учреждений, 220 террористических актов, в результате которых погибло 90 активистов колхозного строительства.[7].

    Как сообщает один из источников советской милицейской историографии: «в село Дреновичи Наровлянского района на собрание по организации колхозов прибыл представитель Президиума ЦИК БССР А.Г.Червяков".



    Фото: Червяков А.Г.

    Группа кулаков, узнав об этом, подпоила часть беднейших крестьян, спровоцировала беспорядки на селе и пыталась превратить их в мятеж. Потребовалось вмешательство оперативной группы мозырской милиции во главе с ее начальником Токеро. Беспорядки были ликвидированы, а их организаторы арестованы"[8].



    Фото Токеро из книги,, выданной в 1927 году к 10-летию беларуской милиции.

    Тремя выстрелами «кулаки» тяжело ранили председателя колхоза «Путиловец» Пуховичского района т.н. 25-тысячника Г.Ф.Бембенюка. Покушались на жизнь председателя колхоза имени Шестнадцати партизан Смиловичского района 25-тысячника С.В.Корчана, председателя колхоза имени В.И.Ленина Кормянского района Ю.И.Сенчило и других[9].

    А вот примеры по Крупщине — родине Ф.И.Прищепова.

    Справка

    Дмитрий Филимонович Прищепов (1896-1940) — народный комиссар земледелия БССР (1924-1929 гг.), одновременно с 1929 г — заместитель Председателя Госплана БССР.

    Родился 21 ноября 1896 г. в д. Колодница. В 1916 г. призван в армию, в звании подпоручика командовал ротой на Западном фронте.

    Сторонник новой экономической политики в деревне, свободы выбора крестьянами форм землепользования. Проводил в 1920-х годах в Белоруссии аграрную политику под лозунгом «Беларусь — красная Дания» и состоявшая в свободе выбора крестьянами форм землепользования, размещении крестьянских хозяйств на хуторах, впоследствии заклеймленную коммунистами как «прищеповщина».

    До марта 1924 года — председатель Исполнительного комитета Витебского губернского Совета рабочих и красноармейских депутатов.

    C апреля 1924 — заместитель народного комиссара земледелия Белорусской ССР.
    До сентября 1929 — народный комиссар земледелия Белорусской ССР.

    Арестован ОГПУ БССР в 1930 г. по т.н. Делу «Союза освобождения Беларуси». Осужден на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Отбывал наказание на строительстве Беломорканала, затем на Дальнем Востоке. Освобождён в июне 1937 г.



    Фото из уголовного дела.

    Через полтора месяца повторно арестован в Магадане. В 1939 г. этапирован в Минск и приговорён к расстрелу. Умер в тюремной больнице Минска.

    По первому приговору реабилитирован 14 июня 1988 г. Верховным судом БССР. По второму приговору реабилитирован 11 марта 1956 г. Военной коллегией Верховного суда СССР[10].


    В 1928 году в д.Лозовка 9 бедняцких хозяйств объединились в колхоз «Искра». За это их дома были сожжены.

    «Оршанский окружной суд приговорил к 5 годам заключения 4 кулаков дер.Лозовка Крупского района за поджог нового колхоза «Искра» и уничтожение 9 дворов колхозников», — писала об этом случае газета «Правда». Далее корреспондент газеты критиковал суд за рассмотрение этого дела только как уголовного, хотя на его взгляд, это преступление имело ярко выраженный политический характер.

    В 1930-м году был убит зажиточными крестьянами председатель колхоза «Городище» Родион Рубец. В д.Язбы братья Барсуковы, из зажиточных крестьян, по-зверски убили уполномоченного сельсовета. В д.Плиса под воздействием агитации против колхозов толпа женщин с вилами силой прогнала колхозников с поля, так же женщины поступили с колхозниками в деревнях Свиридовка, Малые Жаберичи. В д.Клен Федор Курьян из ружья ранил сельского активиста. В колхозах имени Ворошилова, «Нача» в д.Харитонцы были подожжены колхозные строения. В д.Денисовичи был сделан погром в доме комсомольца С.Клещенка, который не захотел выйти из колхоза.

    В марте 1930 г. в д.Узнацк был подожжен дом крестьянина-бедняка за то, что хозяин помогал в проведении коллективизации[11].

    В 1930 году сотрудниками милиции были расследованы дела по фактам уничтожения лошадей и крупного рогатого скота в совхозе «Гигант» Холопеничского района[12].

    Агитация против вступления в колхозы принимала разные формы.

    Так, на конференции групп бедноты весной 1930 г. житель д.Бобр Макаревич признался: «Мне, как бедняку, кулаки и зажиточные складываются по 5 рублей и поупают коня, говоря, чтобы только я не шел в колхоз».

    В Ухвальском сельсовете в дд.Захаровка, Узнаж, Старый Сокол, Ухвала перед крестьянами выступали приезжие агитаторы, ранее судимый советским судом М.И.Левуха и И.Цеховой. Они зачитывали выдержки из Библии, из книги пророчеств разъясняли их таким образом, что все беды из колхозов, агитировали также, чтобы родители не отдавали дочерей замуж за колхозников.

    В деревнях Игрушка, Выдрица агитационную работу против коллективизации возглавляли местные священники.

    Имел место случай, когда зажиточные крестьяне д.Игрушка создали лжеколхоз[13].

    Отдельная тема – это крестьянские антиколхозные бунты. В данной работе я приведу информацию по Витебщине за 1930 год.

    Восстание Кавалерихи. 1930 год.


    Из рассказа жителя г.Борисова Компеля Анатолия Иосифовича, 1945 г.р. (записано весной 2016 г.):

    «Мой отец, Компель Иосиф Михайлович родился в 1902 году на Гомельщине. До войны, в период с 1925 по 1938 гг., служил в милиции. Был сотрудником агентом уголовного розыска, начальником Кохановского, Дубровенского, Крупского, Борисовского отделов милиции. В 1941-1945 гг. воевал в действующей Красной Армии, а уже после войны с 1946 по 1960 он был прокурором Борисовского района, а потом, по 1963 год – заместителем Борисовского межрайонного прокурора.



    В 1930-м году, когда отец возглавлял Кохановскую милицию, а мать в то время работала в райисполкоме, в округе имел место антисоветское восстание, или бунт, который подняла какая-то Кавалериха. Подробности мне неизвестны».




    Фото: И.М.Компель — начальник Кохановского РОМ.



    Фото: он же, уже начальник Крупского РОМ. Первая пол. 1930-х гг.





    Фото: он же. Уже начальник Борисовского ГОМа





    Из фотоальбома И.М.Компеля. Возможно, та самая Кавалериха?!

    Справка

    Кохановский район — административно-территориальная единица в составе Белорусской ССР, существовавшая в 1924—1931 и 1946—1956 годах. Центр — местечко (с 1947 — городской посёлок) Коханово.

    Кохановский район был образован в 1924 году в составе Оршанского округа. По данным 1926 года имел площадь 902 км², население — 40,4 тыс. чел. В 1930 году, когда была упразднена окружная система, Кохановский район перешёл в прямое подчинение БССР. В 1931 году район был упразднён.

    Восстановлен в 1946 году в составе Витебской области.

    По данным на 1 января 1947 года район имел площадь 0,8 тыс. км². В его состав входили городской посёлок Коханово и 10 сельсоветов: Аленовичский, Гольцевский (центр — д. Облавацкое), Оболецкий, Переволочненский (центр — д. Заболотье), Полюдовский, Росско-Селецкий, Симоновский (центр — д. Замостье), Смолянский, Туминичский (центр — д. Лисуны), Шибекский.

    В декабре 1956 года район был упразднён, а его территория разделена между Оршанским и Толочинским районами[14].


    Ремарка

    Надо думать, Кавалериха – это вдова умершего, или жена репрессированного георгиевского кавалера, участника Первой Мировой (1914-1918), а может и русско-японской войны (1904-1905).

    Из воспоминаний Федора Квасовца, 1928 г.р., урож. хутора Схеда Лепельского района, жителя г.Толочин (записано в 2016 г.):

    «Может, я и доселе жил бы в Схеде рядом со своими потомками и наследниками, если бы не грянула коллективизация. Моего отца Антона Квасовца поставили бригадиром колхоза. В 1933 году его репрессировали по ложному доносу тайного агента ГПУ из числа местных жителей. Я его прекрасно знаю, но фамилию называть не хочу, поскольку в Волосовичском крае живут его дети. И хоть за родителей дети не отвечают, на них будут смотреть косо. А самого доносчика в 37-м расстреляли. А вот гэпэушника, который арестовывал моего отца, пожалуй, назову – Чаповский это.

    В 1938 году отец возвратился из заточения. Но жить в приграничной зоне, каковой тогда считалась Лепельщина, нам не позволили. Пришлось всей семьёй выбираться в Оршанский район. Когда войска СССР захватили Западную Беларусь, Схеда перестала быть пограничной зоной, и мы возвратились в родные края. Но не было уже самой Схеды. В 1938 году хутор разогнали. Расселились схедовцы по близлежащим деревням. Большинство выбрало Красащину. В ней стали жить и мы. По приезде узнали, что при разгоне Схеды раскулачили Красовского Стася за то, что содержал четыре коровы, три лошади и во время уборочной нанимал желающих подзаработать жителей Красащины…

    Во время насильственной коллективизации в нашем Волосовичском крае был антисоветский бунт. Восстала наша сторона. Центром бунта был комплекс хуторов Долгая Лужа, Главной зачинщицей была Виктория Ростовская. Её помощниками были Петрище, Костючик и ещё несколько человек. Когда конкретно проходил бунт, не знаю, но точно до ареста моего отца зачинщики уже были расстреляны, это значит – до 1933 года.

    Однажды на опушке я обнаружил провальную яму. Начал о ней расспрашивать знакомых. Сказали, что там был цыганский колодец. А у нас отродясь не было цыган. Решил, что обнаружил место захоронения зачинщиков бунта…»[15].


    Известно также, что в 1930 году произошло антиколхозное восстание-бунт в Бешенковичском районе Витебской области, который начали крестьяне д.Застаринье под предводительством Василя Гарькавого, а потом поддержали и дд.Ганкавич, Рубеж, Будники, Кривино Верхнее. Это восстание было жестоко подавлено властями с привлечением карательных подразделений войск ОГПУ[16].

    Не исключено, что все три указанных очага крестьянский волнений 1930 г. на юге Витебщины были взаимосвязаны, а Кавалериха и Виктория Ростовская – это одно лицо.

    На фоне рассмотренных событий 1930 года в рассматриваемой части БССР прогремело и Дело банды Хрипача.

    Дело банды Хрипача. 1930 год.


    В 1967-м, в год празднования 50-летия советской милиции, довоенный старший оперуполномоченный Оршанского окружного управления уголовного розыска Прокофий Аверьянович Козыренко вспоминал:

    «И сейчас вспоминаю своих боевых товарищей, друзей по службе, пишет он, — особенно хочу отметить моего помощника оперуполномоченного уголовного розыска тов.Щавлинского.

    1930 год. Глубокая ночь. Проводилась операция по ликвидации бандитской группы, действовавшей в районе Толочин-Круглое. Перед нами стояла задача взять живым ушедшего в лес бандита. На пути преследования протекала полузамерзшая речка. Берег крутой, на лошади спуститься нельзя. И тогда тов.Щавлинский в одежде бросился в воду. Переплыв речку, работник милиции настиг преступника и задержал. Впоследствии нам удалось выявить всех участников бандитской группы и ликвидировать ее…»[17].


    Из рассказа Ковалева Петра Александровича, 1957 г.р., урож. ст.Славное Толочинского района, жителя г.Минска (записано 31.05.2017 г.):

    «Эту в некоторой степени семейную историю я услышал уже в зрелом возрасте от своей тетки по отцу. Как я понял, была эта страшная семейная тайна. Ни до, ни после при семейных встречах те давние дела при мне никогда не озвучивались.

    История эта касалась брата моего деда Ивана Ковалева, а также самого местечка и станции Славное нашего Толочинского района. Время основного действия – 1930 год.

    Так вот. Действовала у нас тогда железнодорожная банда Хрипача. Было это уже после ликвидации атамана Монича. Было в банде человек 10, или даже больше. Славное до войны было большим людным местечком, население которого перед войной составляло две с половиной тысячи человек. Был тут свой рынок и паровая мельница. Часто проходили многолюдные ярмарки. На станции была водокачка (сохранилась до сих пор) и поэтому останавливались пассажирские поезда для заправки паровозов водой. Местные крестьяне возили продукты питания на продажи на базары в Оршу, Толочин, Борисов, и даже Минск. Поэтому в округе был развит частный извоз — ездовые. Были среди и них и члены банды Хрипача, которые предлагали свои услуги сходившим с поездов на ст.Славное местным крестьянам, везли их в лес, где грабили и убивали. Были среди этих ездовых такие Кулики, все родственники. А база бандитов была на хуторе возле р.Еленка (приток р.Бобр) уже в Крупском районе.

    Грабили бандиты и проходящие через ст.Славное поезда.



    Фото: зажиточная многодетная семья Халецких с хутора Обча возле ст.Славное. 1920-е гг. Из фотоальбома старожилки Славного Толкачевой Людмилы Семеновны, 1930 г.р., бывшего деревенского фельдшера, которая также слышала про банду Хрипача

    Была тогда в Славном железнодорожная школа. Директор и его жена, учительница той же школы, были по тем временам да по местным меркам людьми не бедными. А учитывая свою занятость, могли нанять себе прислугу, что-то вроде служанки, нянечки для детей, да поварихи в одном лице. И вот, такой служанкой устроилась к ним сестра Хрипача – Ванда. Надо думать, по заданию брата. И вот она узнала, что хозяин дома должен поехать в Оршу за зарплатой для своих учителей, и сообщила брату. В ту же ночь после его приезда, бандиты напали на дом и убили всех его обитателей. А вот с деньгами им не повезло. Оказывается, директор школы зарплаты для учителей не получил. Заметая следы преступления, бандиты сожгли дом своих жертв. После этого зверства в округе поднялся большой переполох, и милиция занялась бандитами всерьез. В банду был внедрен сотрудник НКВД, что и позволило ее ликвидировать.

    Был там такой эпизод, когда стояло человек 7 подозреваемых, а милиционеры привели собаку убитой директорской семьи. И собака стала кидаться на одного из них и громко лаять. Как выяснилось это действительно был член банды. Правда он поначалу пытался выкручиваться, дескать собака кинулась на него, т.к. у него в кармане было сало. В Крупках был показательный суд. На скамье подсудимых оказалось человек 10 бандитов, а также Ванда Хрипач. Часть подсудимых расстреляли, в том числе и сестру атамана. Часть получила большие сроки лишения свободы. Назад на родину они уже не вернулись.

    Среди расстрелянных был и брат моего деда – Иван Ковалев. Был он влюблен в Ванду и, надо думать на этом и погорел, т.к. ну никак не тянул на простого уголовника.

    К слову, семья моего прадеда была родом как-будто из России, и до революции 1917 года проживала в Прибалтике. Сам Иван по семейному преданию служил в жандармском корпусе, Каким образом Ковалевы оказались в Славном мне уже неведомо.

    Зятем одного из Куликов был Боровик. Я в детстве с его внуками водился. Так вот помню, как-то играя, залезли мы к ним на чердак дома. А там здоровенный сундук. Мы его приоткрыли, а там лежит красивая дорогая фарфоровая посуда. Уже в зрелом возрасте меня как-то вдруг прямо осенило! А ведь эта посуда, наверное, была разбойничьей добычей Куликов!»


    Из рассказа Козик Надежды Даниловны, 1930 г.р., уроженки и жительницы ст.Славное (записано 31.05.2017 г.):

    «Батька мой работал на железной дороге. Был сначала стрелочником, потом диспетчером. От него и знаю эту историю про банду Хрипача. И Пете Ковалеву многое из тог что мне запомнилось рассказывала. А зять одного из тех бандитов Куликов, Боровик, жил со своей семьей по соседству с нашим домом. Помню, как уже после войны жена одного из сосланных бандитов, к ним приезжала.

    А на потомков того Боровика надо думать легло за дела деда проклятье. Один внук повесился. Одного правнука зарезали по пьянке, а еще один сидит в тюрьме.

    Никто из тех Куликов-Боровиков в Славном давно не живет. Хата Боровиков давно сгнила и не так давно ее разобрали. Сейчас на этом месте остался заросший хмызняком пустырь».


    Из электронного письма от 13 февраля 2015 г. любителя родной истории Валерия Николаенко, пенсионера из Толочинского р-на Витебской обл., адресованного автору (пер. с бел. мой – А.Т.):

    «…Про Монича (я так думаю, что про него) рассказывала мне мать. По ее словам, в начале 20-х годов какие-то люди за ст.Бобр (относительно ст.Славное) остановили поезд, забрали все богатство из него и скрылись. Среди тех людей были и мужики из д.Куликовки (сейчас не существует) –деревня от Славного за Автюхами. Потом сотрудники НКВД (так в тексте. На самом деле тогда еще ОГПУ – А.Т.) их забрали. На 01.01.1925 г в застенке Куликовка было 13 хат (в 1924г. -7 хат, 60 жителей) Из 13 хат в 8 жили Пименовы».



    Фото: костяк Первого Беларуского партизанского отряда во главе с Лукашем Семенюком (в центре). По правую руку от него — Юрка (Георгий) Монич. За атаманом — Василь Муха. Д.Б.Стахово Борисовского уезда. 1919 г.





    Очень может быть, что речь в последнем свидетельстве речь идет идет и о «соловьях-разбойниках» из банды Хрипача, которые вместе с ним самим «хорошо погуляли» еще с атаманом Моничем. Скорее всего они являлись членами «пятерки» одного из ближайших соратников последнего, «правой руки» — Скаковского, который в 1923 году, в результате удачно проведенной милицейской операции, был задержан в километрах 15 от ст.Славное во время свадьбы одного из его свояков с одним же из его боевиков. Надо думать, что по решению суда атаман был расстрелян.

    А вот никого из людей Скаковского стражам порядка, во главе с сами начальником РКМ и УГРо БССР Кролем Е.М., тогда взять взять не удалось[18].



    Фото: местные ЧОНовцы начала 1920-х гг., которых привлекали к таким операциям



    Фото: Е.М. Кроль

    В истории же с Хрипачем меня заинтересовал Ивана Ковалев. Вероятно, что тайна его личности лежит в плоскости тайного же антисоветского противостояния в регионе.



    Фото(послевоенное): начальник Толочинского РОМ в 1923-1925 гг. Принимал участие в ликвидации антисоветских партизан под руководством Юрки Монича.



    Фото (послевоенное): один из официальных героев беларуской советской милиции уроженец Крупщины Василий Петрович Грязновский (1905-1949). С 1931 он участковый уполномоченный, пом. оперуполномоченного Толочинского районного отдела. Примерно до 1937/38 гг.

    «Белая Свитка»


    Где-то со второй половины 1920-х годов некоторые беларуские антисоветские партизаны стали действовать не только под эгидой «Зеленого Дуба», савинковского НСЗРС (Народный Союз Защиты Родины и Свободы) и опекой польской разведки, но, судя по всему, и под крылом перенявшего связи последнего, после ареста чекистами Бориса Савинкова, БРП (Братства Русской Правды)[19].



    Фото: Листовка БРП.

    Не исключено, что указанные выше антиколхозные агитаторы по Ухвальскому сельсовету Крупского района М.И.Левуха и И.Цеховой, имели связь именно с этой организацией. И между прочим, база банды Хрипача была как раз в той же части района!



    Фото: типажи крупчан того периода. Работники маслозавода м.Крупки. Конец 1920-х нач. 1930-х гг.

    По некоторым косвенным данным, к вооруженным формированиям БРП можно условно отнести отряд атамана Сокола, о котором мне удалось собрать немного информации.

    Так, в статье «Бандитское гнездо в Холопеничах» в газете «Звязда» за 10 июля 1928г. читаем (пер. с бел. мой – А.Т.):

    «Издавна Холопеничкий район имеет плохую славу бандитского гнезда. Кто не помнит известных банд Монича, Семенюка, которые теперь уже ликвидированы, кто не дрожит перед именем Сокола, главаря банды, которая теперь оперирует в районе.

    Жители Холопеничского района хорошо помнят об зверских налетах банд на Краснолуки, Холопеничи, или на еврейскую колонию Шамки. Теперь, после короткого затишья, над районом снова прошла гроза разбоев. В июне произошло дерзкое ограбление Холопеничского лесничества, в котором бандиты захватили привезенные для расплаты рабочим 3 тысячи рублей…

    Нужно всколыхнуть «тихое болото» Холопеничского райисполкома, т.к. в этом болоте водятся личности, которыми давно пора заинтересоваться

    В.Лисевич»[20].


    Какой-то командир отряда «Зеленого Дуба» — Сокол, вскользь упоминается в художественно-документальной повести фактического руководителя проекта БРП С.А.Соколова — Кречетова «Там, где еще бьются. Повести-были из жизни русского повстанчества».



    Атаман этот действовал под общим началом атамана Дергача и участвовал в боевом рейде из-под Мозыря к Игумену в 1921г.[21]. Судя по всему, под Холопеничами на 1928г. действовал тот же самый Сокол, т.к. информации о его поимке, или ликвидации, нет.

    За то, что так оно и есть, косвенно может говорить и свидетельство, которое я получил от краеведа с Крупщины Михаила Адамовича Бараули.

    Его двоюродный дед, Антон Владимирович Барауля, уроженец д.Гумны Велятичской волости Борисовского уезда (сейчас Крупского района), участник русско-японской войны 1904-1905гг., был арестован по надуманному обвинению в конце 1930-х гг. и находился в колоне заключенных-смертников, расстрелянных сотрудниками НКВД под г.Червень Минской области в ночь с 26 на 27 июня 1941г. Чудом ему удалось спастись от неминуемой смерти.

    После советско-германской войны «по недосмотру» НКВД не был повторно арестован и умер в преклонном возрасте в Москве, где жил у дочери. По жизни был ярым антикоммунистом и, если в разговоре речь заходила про них, любил приговаривать: «Няма на вас чэрцi «Белай свiткi»!». Эту присказку его двоюродный внук не раз слышал в детстве. Уже в более зрелом возрасте после смерти деда Михаил Адамович спросил уже у своего отца, что же эта за «Белая Свитка» такая, на что получил ответ, что эта была местная подпольная антисоветская организация.

    Реалии же таковы, что последнее название у людей могло отложиться в памяти в связи с одноименным фантастическим романом генерала П.Н.Краснова «Белая свитка», написанного в 1928 году, где речь идет об одноименном же антисоветском атамане-партизане. И хоть герой был и вымышленный, но действия в нем частично основаны на реальных событиях. Краснов был одним из создателей и членом во многом литературного и пропагандистского проекта БРП[22].





    Основным же направлением деятельности организации была антисоветская пропаганда через издаваемый за границей журнал «Русская Правда», экземпляры которого контрабандным путем поступали на территорию СССР[23].

    Вот через эту литературу, судя по всему, до нас и дошли отголоски деятельности таких атаманов, как Сокол под Холопеничами.

    За это же говорит и исследования видного представителя беларуской послевоенной эмиграции Юрки Витьбича. В своей книге «Антыбальшавiцкiя паустаннi i партызанская барацьба на Беларусi» он подверг резкой критике статью по материалам Я.Моисеенко и С.Полякова «Белорусские партизаны (Из прошлого антибольшевистской борьбы)", опубликованную русской эмигрантской газетой «Голос Народа»» (Германия Мюнхен) в №12 (62) за 1952 г., подробно расписав всю мифичность приведенных в ней «фактов»[24].

    Что же касается бывшего жандарма Ивана Ковалева, то по моей обоснованной версии он как раз таки и мог быть своим человеком БРП на ст.Славное. Как бывший жандарм (если это было действительно так, и этот факт тщательно скрывался), он был потенциальным врагом советской власти.

    Развивая свою мысль, могу предположить, что через железнодорожный транспорт поставлялась тогда со стороны «Панской» Польши в рассматриваемый регион и подпольная антисоветская литература. В обратную же сторону осуществлялась передача разведданных о состоянии дел в Советской Беларуси западным разведкам. И к этому мог быть причастен и сам Хрипач.

    Так в газете Звезда. №3(1913). 4 января 1925 г. С.6. можно найти заметку «САМОГОН В ЧЕМОДАНЕ»:

    «В поезде на перегоне Борисов-Минск агентом ГПУ МББ ж.д. была обнаружена у гр.Хрыпача М. в деревянном чемодане бидон с самогонкой весом в полтора пуда. Хрыпач вез самогонку в Минск для сбыта».



    Вполне вероятно, что это именно наш Хрипач (Матвей, Мацей, Михал, Михаил, Максим?). А вот сам «натурпродут» ;-) мог быть у него для прикрытия своих тайных дел, или же для обмена на что-то. А возможно и для решения вопросов по каким-то очень важным делам.

    Но это пока только мои догадки.

    P.S.


    Несмотря на массовые предвоенные «зачистки», сохранились в рассматриваемом регионе и разведывательные связи по линии польского польской разведки и связанных с нею антисоветских организаций. Об этом можно судить на примере русской эмигрантской антисоветской организации Народный Трудовой Союз (НТС). Для подготовки людей и переброски их в СССР были созданы особые школы. Это стало возможным в 1937 году после того, как председателем т.н польского отдела А. Э. Вюрглером по согласованию с идеологом организации М. Георгиевским была налажена связь с польским Генеральным штабом. Обе стороны были заинтересованы друг в друге.

    Члены Союза получали возможность, пройдя курс обучения на разведкурсах, «уйти по зелёной дорожке» в СССР для выполнения своей работы. Польские же власти при минимальных затратах получали неисчерпаемый источник сведений об обстановке в Советском Союзе[25].

    С началом советско-германской войны, первыми ее представителями, попавшими на территорию СССР в июле-начале августа 1941г., стали члены польского отдела. До осени 1941г. руководителем последнего А.Э.Вюрглером было организовано несколько пунктов перехода бывшей польско-советской границы в районе Брест-Литовска и Катовиц. Сеть была создана не без помощи бывших сотрудников Генштаба польской армии, и провалов на этой границе почти не было. Среди организованных Вюрглером на территории Беларуси явок были, в том числе, и находившиеся в Минске и Борисове[26].

    На оккупированной территории Беларуси в рассматриваемом регионе группа Союза появилась и в Орше[27].

    Известно также, что уже в послевоенный период в Толочинском районе, наряду с уголовными бандами, летом 1953 года в западной части Толочинского района, на территории Волосовского сельсовета, где находится и ст.Славное, была ликвидирована вооруженная антисоветская группа, командир которой, по некоторым косвенным данным, и мог быть причастен к НТС-овскому подполью на территории БССР.

    Но это уже тема другой моей исследовательской работы «НА ОРШАНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ / Из хроники послевоенного криминала и антисоветского сопротивления на Витебщине. 1945 – 1950-х гг.» Your text to link...[28].


    Ссылки:

    [1]https://ru.wikipedia.org/wiki/Белорусская_Советская_Социалистическая_Республика; ru.wikipedia.org/wiki/Борисовский_округ; ru.wikipedia.org/wiki/Оршанский_округ.
    [2] ru.wikipedia.org/wiki/Великий_перелом.
    [3]Очерки истории милиции Белорусской ССР. 1917-1987. Мн. «Беларусь», 1987. С.111.
    [4]НАРБ, Ф.4, Оп.21, Д.249, Л.68; Протько Т.С. Становление советской тоталитарной системы в Беларуси (1917-1941 гг.). Мн. Изд. «ТЕСЕЙ», 2002, С.545.
    [5]Там же. Л.82; Там же.
    [6]Очерки истории милиции Белорусской ССР. 1917-1987. С.111.
    [7]Там же. С.128.
    [8]Там же. С. 127.
    [9]Там же. С. 111-112.
    [10] ru.wikipedia.org/wiki/Прищепов,_Дмитрий_Филимонович/
    [11]Памяць. Крупскi раен. Мн. «Беларуская энцыклапедыя», 1999. С.125.
    [12]Очерки истории милиции Белорусской ССР.1917-1987. С.110.
    [13]Памяць. Крупскi раен. С.125.
    [14]https://ru.wikipedia.org/wiki/Кохановский_район.
    [15]http://blukach.lepel.by/post/571.
    [16] Юрка Вiцьбiч. Антыбальшвiцкiя паустаннi i партызанская барацьба на Беларусi. Вiльня. Gudas. 2006. С.153-157.
    [17]История милиции Белорусской ССР (1917-1967 гг.). Краткий очерк. Мн. 1967. С.69-70; Очерки истории милиции Белорусской ССР. С.126.
    [18]Чартоу М. 12 гадзiн з жыцця Крымвышуку. Кароткi нарыс з гiсторыi мiлiцыi Беларусi. Менск. 1927. С.208-211.
    [19]Там, где еще бьются/ Повести – были из жизни русского повстанчества/, Берлин, 1928(?)г.;http://elan-kazak.com/sites/default/files/IMAGES/ARHIV/Memuar/tam_gde-o_povstanchestve/tam_gde-o_povstanchestve.pdf.
    [20]Памяць. Яны праславiлi Крупшчыну. Мн., «ПЭЙПИКО», 2008, С.170.
    [21]Там, где еще бьются. Там же. С.137.
    [22]http://beloedelo.ru/researches/article/?363.
    [23]Стужынская Н. Беларусь мяцежная/ З гiсторыi узброенага антысавецкага супрацiву у 1920-я гг. Вiльня. «Наша будучыня». 2011. С.206-218; magazines.russ.ru/nlo/2003/64/budn9.html.
    [24]Юрка Вiцьбiч. Там же. С.179-184; www.emigrantica.ru/item/golos-naroda-miunkhen-new-york-19501961.
    [25] ru.wikipedia.org/wiki/Народно-трудовой_союз_российских_солидаристов.
    [26]Чуев С. Проклятые солдаты /Предатели на стороне III рейха. М. «Яуза». «Эксмо». 2004. С.253, 258.
    [27]Там же. С.260.
    [28] bramaby.com/ls/blog/history/9034.html.

    16 июля 2018 года
    • нет

    13 комментариев

    avatar
    О да! Анти-коммунисты 20х-30х, при ближайшем рассмотрении, оказываются редкими мразями. Забавно смотреть, когда «Моего бедного дедушку раскулачили», превразается в ступор от «Приговоорен к расстрелу за бандитизм»…
    0
    avatar
    Иди сериалы забавно смотреть. В 20-30-ые гг… забавного было мало.
    +1
    avatar
    Вы, таки, пострадавший или просто о трагизме того периода беспокоитесь?
    0
    avatar
    Вы, таки, пострадавший или просто о трагизме того периода беспокоитесь?
    Мы все беспокоимся о трагизме периода.
    А зачем вам 2 ника?
    0
    avatar
    За трагизм я не отрицаю. Сарказм относился к невежеству современников. А два ника мне затем же, зачем вам пять ников.
    0
    avatar
    А два ника мне затем же, зачем вам пять ников.
    У меня один ник всегда.
    На протяжении 10-ти приблизно лет.
    Мне нужно, что бы меня узнавали.
    А вы зачем меняете?
    0
    avatar
    Ну и мне, соответственно, два ника не нужны. «Ошиблась ты, солдатка. Не Назар я.» ©
    0
    avatar
    Это была проверка. Вы с честью её прошли.
    Но в книжечку господина Волка, вы всё же попали )
    +2
    avatar
    Нужно всколыхнуть «тихое болото» Холопеничского райисполкома, т.к. в этом болоте водятся личности, которыми давно пора заинтересоваться
    В.Лисевич
    Тремя выстрелами «кулаки» тяжело ранили председателя колхоза «Путиловец» Пуховичского района т.н. 25-тысячника Г.Ф.Бембенюка. Покушались на жизнь председателя колхоза имени Шестнадцати партизан Смиловичского района 25-тысячника С.В.Корчана, председателя колхоза имени В.И.Ленина Кормянского района Ю.И.Сенчило и других
    Імёны камунатэрарыстаў — Карчан, Бембенюк. А Лісевіч — можа псеўданім?
    І вось гэты упыр ідэалагічнага фронту таксама не названы:
    писала об этом случае газета «Правда». Далее корреспондент газеты критиковал суд за рассмотрение этого дела только как уголовного, хотя на его взгляд, это преступление имело ярко выраженный политический характер.
    Даношчык з газэты «Праўда». Можна параўнаць з цэлай тысячай няшчасных прастых даношчыкаў, прынуджаных да будаўніцтва камунізма.
    0
    avatar
    Был там такой эпизод, когда стояло человек 7 подозреваемых, а милиционеры привели собаку убитой директорской семьи. И собака стала кидаться на одного из них и громко лаять.
    сабака сведка!
    0
    avatar
    «Очень может быть», што сям'я Брандбрыгераў, разам з Э. Альберг, былі нямецкімі шпіёнамі! Упэўнена, што ніякія каштоўнасці ім вернуты не былі. А можа яны былі бальшавіцкімі агентамі? Тады іншая справа. Часць ім можа і вярнулі. Чытачы «Звязды» дакладна не паверылі б, што ім вярнулі усё іхняе, што знайшлося у банды сельсаветчыка. Магчыма яны былі падсаднымі — каб выкрыць старшыню Падмажскага сельсавета Старушку. Што такое «перайшлі граніцу»? Перайшлі савецкую граніцу! Бедныя зайчыкі, можа яны хацелі на камунізм паўзірацца, гэтая сям'я Брандбрыгераў, як ён, камунізм, будуецца… «Салідныя цэннасці» з сабой цягнулі… Сервіз?
    как-то играя, залезли мы к ним на чердак дома. А там здоровенный сундук. Мы его приоткрыли, а там лежит красивая дорогая фарфоровая посуда. Уже в зрелом возрасте меня как-то вдруг прямо осенило!
    Усё сходзіцца!
    0
    avatar
    Або во газэта тая ж ад 14-га кастрычніка:

    1.Камісія з Масквы вядзе праверку будаўніцтва ЛЯСНОЙ чыгункі ля Жодіна. Будаўніцтва павінна быць завершана праз 2 тыдні… Нейкія ж беларускія Паўкі Карчагіны там жылы рвалі — закаляліся.
    Усё цікава — хто краў, каго абкрадаў і хто жыццё паклаў на той чыгунцы. І для чаго яна будавалася? Якое нарабаванае вывозіць?
    2. З жыцця журпналюгі-даношчыка і замнача Чортава:
    Нейкі сведка распавёў Чортаву, а той — журналюзе савецкаму аб тым, што банда палякаў з белагвардзейскім афіцэрам на чале, калі грабіла цягнік на савецкай тэрыторыі, то паабяцала аднаму пасажыру, ваеннаму польскаму агенту, вярнуць нарабаванае потым, дзе-ніць у ціхім месцы. Усё проста. Хто быў абрабаваны, калі ласка, звярніцеся да таварыша Чортава, ён вам дапаможа.
    0
    avatar
    таварыш Чортаў верне частку, але толькі, калі вы не разумееце па-польску і калі ваша прозьвішча падобнае на Альберг або Брандбрыгер… А можа той, хто звернецца да таварыша Чортава, дык падпіша сабе прыгавор — бо бачыў сапраўдных злачынцаў. «Очень может быть»
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.