История
  • 2022
  • НА ОРШАНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ / Из хроники послевоенного криминала и антисоветского сопротивления на Витебщине 1945 – 1950-х гг.

    Андрей ТИСЕЦКИЙ

    К 100-летию беларуского уголовного розыска

    В редакции на 27 апреля 2018 года

    Несмотря на то, что послевоенная Витебская область в границах 1944 – 1954 гг. в оперативном и криминальном плане, судя по всему, являлась самой спокойной в БССР, тем не менее, разгул криминала и проявления антисоветского противостояния имели место и на ее территории. Мне удалось собрать и обобщить некоторые устные и письменные свидетельства и документы по данной тематике по этому региону.


    Общий обзор по области


    Банда Грома

    Из воспоминаний Юшкевич (Микуленок) Антонины Борисовны, 1939 г.р., урож. д.Дуброво Лепельского района, жительницы д.Углы Борисовского района. Записано мною в ноябре 2015 г.:

    «Уже после войны ходила у нас в округе на Лепельщине банда Грома. Был он с хутора Громовщина. Грабили местное население. А с Громом был связан Кисель Александр, наш местный. Его потом где-то в 1945 г. арестовали и в тюрьму посадили за то, что взял у бандитов кусок мяса от украденной ими телушки, а милиция ту свеженину и нашла. Как и когда тех бандитов половили, да сколько их было, я уже не помню".


    Приходилось мне слышать, что после операции по ликвидации «лесных братьев, действовавших на пограничье Борисовского, Крупского и Березинского районов, часть из них подалась в район глухих болот Березинского биосферного заповедника. Подробно об этом будет написано в моей отдельной исследовательской работе.

    Лазуко

    Согласно свидетельств бывшего сотрудника Борисовского ГОВД Станкевича Николая Владимировчиа, 1937г.р., где-то в 1950(?) году на его родине в районе д.Трояновка теперь Борисовского, а тогда Холопеничского района (существовал до 1960-го года и включал в том числе и территорию современного Чашницкого р-на Витебской области), молодой тогда участковый инспектор милиции Орленок Леонид Васильевич, 1928г.р., пришедший на работу в РОМ в 1949-1950гг. после службы в армии, задержал вооруженного бандита Лазуко, ранив последнего в перестрелке в плечо и шею.



    Фото: УИМ Орленок Л.В.

    А вот послевоенный фельдъегерь (начальник Холопеничского отделения спецсвязи) Николай Семенович Гацуро, 1925 г.р., бывший партизан отряда «За победу» п/б «им.Кирова», 05.01.2017 года свидетельствовал автору этих строк о том, что Лазуко взяли в районе д.Черная Лоза Краснолуцкого сельсовета нынешнего Чашницкого района, откуда он, якобы, и был родом. А в операции по его поимке принимал участие (тогда еще помощник оперуполномоченного) Дмитрий Гаврилович Авласенко.



    Фото: Авласенко Д.Г.

    Судя по всему, именно про дела Лазуко свидетельствовал в середине 1990-х годов крупскому краеведу, родом из м.Холопеничи, Алехновичу Андрею Петровичу тогда уже старик лет 85 от роду по фамилии Семеник, уроженец и житель Трояновки (и уж не родственник ли антисоветского атамана Лукаша Семеника?) рассказывая, что как раз в указанное время на деревьях у лесной дороги возле указанной деревни крестьяне (где-то в течение лета) нашли несколько рукописных антисоветских листовок на беларуской мове, суть содержания которых сводилась к лозунгам: «Не плацiце падаткi!» и «Смерць камунiстым!" А это на самой границе с нынешними Лепельским и Чашницким районами Витебщины.

    Не исключено, что делом рук Лазуко являлось убийство довоенного участкового Косточко, который вернувшись то ли из партизан, то ли с фронта стал организовывать работу одного из сельсоветов района. Был убит то ли в 1944-м, то ли в 1949-м гг. И уж не обстоятельства ли его убийства описаны в свидетельствах некоторых старожилов Холопеничкого района. А именно, они вспоминали, что как будто в первые послевоенные годы один ответственный советский служащий или милиционер ехал по лесной дороге на телеге и был перенят бандитами. Его убили, отрезали голову и привязали ее к хвосту коня, который в таком виде и пришел в деревню, или сами Холопеничи[1].

    Ремарка

    Имеются сведения, что в 1946 году на Витебщине (как будто на Пепельщине — А.Т.)при дорогах на деревьях и столбах находили рукописные плакаты неизвестного авторства с лозунгами: «Далоу чырвоны фашызм!», «Няхай жыве Вольная Радзiма!», «Смарць бальшавiцкiм катам!»[2].

    Известно также о нескольких изданиях (на 1949 год) нелегальной печатной антисоветской брошюре «За што мы змагаемся», одно из которых было тайно сделано в издательстве советской газеты «Витебский рабочий»[3].

    Пушкарев и др.

    Из воспоминаний Толара Петра Кирилловича, 1925 г.р., урож. д.Русилки Бешенковичского района, бывшего партизана, в 1968-1975 гг — начальника следственного отдела УВД Миноблисполкома, полковника милиции в отставке. Записаны в мае 2008 г.

    «Было начало июля 1944 г. Был зачислен в истребительный батальон. Вылавливали оставшихся фашистов и отводили в лагеря военнопленных…

    … В Бешенковичах уже были созданы органы власти и управления. Много было россиян. Как разведчика меня сразу назначили на офицерскую должность, помощником оперуполномоченного МВД (тогда еще НКВД — А.Т.). Офирмлял Москаленко, начальник Бешенковичского РО НКВД, разумнейший руководитель и организатор. Вскоре мне присвоили звание младшего лейтенанта, выдали форменную одежду из английского сукна. В РОВД тогда работников было не много: начальник, заместитель, по одному оперативнику в каждой службе, один участковый на 2 сельсовета, паспортист. Одна трофейная грузовая машина, несколько лошадей и велосипедов. Трудились круглосуточно. Бумагой были немецкие военные карты.

    Население района — в основном женщины, старики, инвалиды. Бывшие полицейские всячески старались навредить. Приходилось действовать, отлавливать бывших полицаев, бандитов и отправлять их в лагерь.

    Я стал применять элементы науки психологии. Например, летом 1944 г. возвратившийся в деревню Рубеж инвалид, ставший бригадиром, подал заявление о вооруженном нападении на него. МГБ задержало подозреваемого соседа, но он ничего не рассказывал. Когда срок задержания истек, В Рубеж направили меня. Я начал с потерпевшего. Он лежал раненый дома на кровати. Рассказал, что сосед выстрелил в него, когда он выходил из бани. Полагая, что убил, убежал в сторону своего дома. Когда я стал выяснять у потерпевшего, в чем он был одет, предложил показать одежду, заметил, что он заволновался. Ранен он был в левую голень. На военном бушлате я увидел обожженное отверстие, а на новых кальсонах следов пули не было. Я применил внезапность. Со словами: „Пожалел новых? — потребовал сдать оружие. Захваченный врасплох, он не стал отрицать и повел меня к бане, откуда вынес завернутый в тряпку и смазанный наган. Оформив с понятыми факт выдачи оружия и записав показания “потерпевшего», я позвонил в МГБ. Там мне не поверили, пока я не привез оружие и оформленные документы о лжезаявлении. Так неприятен был ему сосед, что сам себе выстрелил в ногу и заявил на него.

    Или в местечке Островно на границе с Витебским районом долго свирепствовал бывший полицай. Даже приходил к председателю колхоза, забирал все необходимое, а тот молчал, боялся. Бандита поддерживали две учительницы. Он был неуловим. Поручили мне. Я расставил свои силы, и вскоре мне поступил условный сигнал о местонахождении бандита. Руководство РОВД отсутствовало. Взяв дополнительно немецкий карабин, я на велосипеде выехал в Островно, расстояние 21 км. В деревне мне подсказали, что бандит прячется в бане у ручья. Я понимал, что одному мне его не взять, поэтому решил держать его под прицелом. Но вскоре на автомашине подъехал милиционер Пристунович, посланный мне на помощь. Мы тихонько стали приближаться к бане. Хозяйка, одна из его подруг-учительниц, заявила, что ключа от замка у нее нет. Я из-за косяка ударил прикладом по замку — и дверь открылась. Бандит, соскочив с чердака бани, стреляя по мне, выскочил на улицу и прыгнул через ручей. Я выстрели в нижнюю часть тела, так как он нужен нам был живым, и попал ему в ягодицу. Подскочил к нему и выбил оружие. Перевязав бандита полотенцами, мы отвезли его в больницу. Это еще один из многочисленных примеров умения метко стрелять.

    Особое значение для улучшения оперативной обстановки в районе имела поимка мной совместно с участковым Высоченко Василием Андреевичем бывшего бургомистра Бешенковичского района Пушкарева, имевшего разветвленную резидентуру, помогавшую ему длительное время скрываться и вредить. (Высоченко впоследствии возглавлял Минскую милицию, дослужился до заместителя министра внутренних дел Азербайджана, недавно умер). М МГБ не получалось, пришлось заниматься нам. Зимой 1945 г. я получил информацию, что он может быть на свадьбе родственника в д.Куриловщина. Я на закрепленной за мной лошади на легковых санках выехал в поселок Яновиль, где жил Высоченко и был там участковым. Он тоже охотился за Пушкаревым, но не получалось. На его лошади в санях мы ночью в шубах, под видом заготовителей, прибыли в Куриловщину. Повадки бургомистра я знал. С Высоченко мы договорились. Он пойдет по деревне в сторону свадьбы, а я — к лесу. Услышав и заметив бегущего человека, я притаился. Когда он приблизился ко мне, я твердым голосом скомандовал: «Руки вверх!». Он тут же в ответ: «Вы Толар? Не стреляйте, я без оружия!.. Сдаюсь!». Оказалось, что и он следил за мной через своих, но я его перехитрил. Мы возвратились в Яновиль. Хотя Высоченко и возражал, я пошел на очень рискованный шаг: повез бургомистра в райцентр один. Уложив его в передок пролетки (наручников не было), предупредил, что при малейшей попытке бежать, убью. И тут я использовал психологический прием: «Отбудешь наказание и будешь спокойно жить».

    К утру благополучно доставил Пушкарева в РОВД. Предварительно допросив, я передал его в МГБ, где было множество материалов на немецкую агентуру. Надо было его разоблачить и обезвредить.

    Тут же поднялась целая буря за эту передачу. Тогда было стремление побольше разоблачить. Прибыли из УВД. Меня хотели арестовать и отправить на фронт. Между МВД и МГБ (тогда еще НКВД и НКГБ) была борьба за каждого изобличенного. Но я был очень нужным, занимался не только оперативно-розыскной работой, но и успешно вел расследование уголовных дел. Меня оставили, а потом даже повысили.

    С повышением должности и звания меня перевели в Ореховский РОВД (был тогда такой район в Витебской области). Оттуда в октябре 1948 г. направили в созданную в Минске двухгодичную спецшколу МВД...[4]".


    Ремарка

    14 декабря 1947 г. в Бешенковичском районе вооруженным бандитом был застрелен оперуполномоченный уголовного розыска местного РОВД старший лейтенант милиции Овчиников Николай Михайлович, 20 мая 1922 г.р., урож. д. Ворохобки Бешенковичского района, бывший партизан. С октября 1944 года по ноябрь 1945 года работал участковым уполномоченным, с ноября 1945 года — оперуполномоченный уголовного розыска [5].

    Тышкович, Вакиновский

    Из спецдоносения наркома внутренних дел СССР Л.П. Берия И.В. Сталину, В.М. Молотову и Г.М. Маленкову о результатах операций по очистке западных районов БССР от антисоветского националистического подполья (г.Москва, 22 февраля 1945г.):

    «В Витебской области вскрыта и ликвидирована группа участников антисоветской «Национал-социалистической трудовой партии России».

    По делу арестовано 5 человек, в том числе Тышкович, 1890 года рождения, белорус, бывший штабс-капитан царской армии, в период оккупации работал директором сенненского банка; Вакиновский, 1890 г.р., белорус, при немцах был бургомистром г.Сенно.

    Все арестованные являются активными участниками «НСТПР», проводили вербовки в эту организацию, подписали обращение с призывом оказывать помощь немецкой армии в борьбе с коммунистами. Находясь на службе в оккупационных учреждениях, способствовали проведению мероприятий немецких властей»[6].

    Что касается самого Витебска и района, то известно, что в 1946 году сотрудники местного РО МВД арестовали 19 грабителей, н счету которых числилось 20 тяжких преступлений[7]. В самом областном центре весной 1947 года воровская группа, возглавляемая уголовником-рецидивистом, совершила 16 крупных краж со складов и магазинов[8].





    Фото: задержанные милицией беларуские послевоенные воры.


    В административном здании Витебского РОВД возле дежурной части установлена мемориальная доска, надпись на которой гласит: «Вечная память сотрудникам отдела милиции Витебского района, погибшим в борьбе с врагами нашей Родины». Указано также, что в период 1944-1946 гг. погибли Карманов Е.Е., Ященко В.Г. И если в отношении первого известно, что 30 июля 1946 г. он подорвался на мине[9], то информации о причине гибели последнего пока установить не удалось. Не исключено, что он мог погибнуть и от бандитской пули.

    15 октября 1947 г. «при исполнении служебного долга» погиб старший надзиратель тюрьмы №1 УНКВД Витебской обл. Пименов Иван Минович[10]. Обстоятельства его гибели мне также пока установить не удалось.

    Известно, что в Витебской области органам милиции в первые послевоенные годы активно помогали бороться с уголовным бандитизмом и 864 бригадмильца[11].





    Фото: послевоенные милиционеры г.Витебска и района


    Петр Гаевич (псевдоним)

    Имеются сведения о том, что, в том числе, и на территории Витебской области в границах 1944-1954 гг. действовали партизаны и подпольщики антисоветской организации «Черный Кот» (группа «Беларусь – Север»), которыми командовал Петр Гаевич. Они дислоцировались между Полоцком, Докшицами, Бегомлем и Лепелем.

    Справка

    «Петр Гаевич» (псевдоним), руководитель беларуского национального подполья и партизанского движения на севере Беларуси в 1944-1948 гг. Уроженец Полоччины. офицер Красной Армии, воевал во 2-й ударной армии генерала Власова, в 1942 г. попал в плен. С весны 1943 г. командовал противопартизанским отрядом, который тактично и административно подчинялся беларуской полиции в Минске. Весной 1944 г. был назначен командиром отряда «Витебск» организации «Черный Кот», который проходил подготовку на базе СД в Колдычеве под Барановичами (в лагерь подготовки он прибыл под конспиративными документами на имя «Петра Гаевича». Несмотря на недокомплект отряда, в июле 1944 г. направляется в определенный ему район – на Витебщину. Исполнял обязанности территориального руководителя «Беларусь – Север». Подчиненные ему партизаны, активную боевую деятельность начали в феврале – марте 1945 г.[12].

    Отряды группы «Беларусь – Север» вели бои с войсками НКВД/МВД. По некоторым сведениям, в начале весны 1946 года партизанами Гаевича около Городка на Витебщине был разбит антипартизанский отряд, только убитых было 17 человек[13].


    Из воспоминаний генерал-майора КГБ СССР в отставке Николая Петровича Гуденя известно, что в 1952 году после окончания Могилевской школы МГБ СССР, он приступил к оперативной работе.

    Боевое крещение будущего генерала произошло в Витебске. Здесь разрабатывали операцию по ликвидации главаря одного из отрядов литовских «лесных братьев». Невеста бандита училась на четвертом курсе в Витебском мединституте, ее подруги — на третьем. По оперативной информации, скоро должна была состояться свадьба в лесу.

    Со слов Николая Петровича, чтобы попасть на это торжество, нужно было очаровать подруг невесты:

    — По легенде, меня и Виктора Бондаренко перевели на третий курс в Витебский мединститут из Ростова–на–Дону. Мы парни были красивые, бравые. Поэтому за две недели понравились девушкам и получили официальное приглашение на свадьбу. Задание было такое: взять главаря банды живым, а если не получится, ликвидировать его и соратников. Праздник был запланирован в лесу с участием нескольких десятков боевиков, поэтому реально мы отправлялись на верную смерть. Упаковали в сумки по два рожковых автомата, пистолет, нож, со всеми попрощались. А мне ребята и говорят: «Ты, Коля, вернешься, ты — везучий». В лицо главаря бандитов никто не знал, должны были ориентироваться на невесту. Приехали мы с девчонками на вокзал, тут подлетает милиция, меня с Витей заломали — и в машину. Оказалось, бандитский главарь попал на станции Гудогай в засаду и был убит. Признаюсь, тогда вздохнул с большим облегчением[14].







    Фото: послевоенные чекисты Витебской области

    В результате печально известной т.н. «бериевской амнистии», резко обострилась криминогенная обстановка по всей республике. В частности, по Витебщине в третьем квартале 1953 года уровень преступности увеличился на 114% — больше чем во всех остальных областях БССР и г. Минске. В связи с ростом более чем на 30% таких видов преступлений, как убийства, разбои, кражи, совершавшиеся воровско-грабительскими бандами, Управление милиции МВД БССР направило в города и крупные населенные пункты новые оперативные группы. Такие группы действовали в Витебской, Могилевской и Минской областях[15].

    В районе Орши

    Из самых криминальных городов Беларуси, безусловно, следует назвать и Оршу – наш восточный форпост с Россией, один из крупнейших железнодорожных узлов на пути к ней. В советские времена это был перевалочный пункт для всякого рода «гастролеров» из БССР и соседней РСФСР. Именно в районе Орши находился эпицентр послевоенного бандитизма, а также элементов антисоветского противостояния послевоенной же Витебской области в границах 1944-1954 гг.

    Во многом этому способствовал и факт концентрации тут объектов уголовно-исполнительной системы.

    Справка

    В соответствии с циркуляром МВД СССР от 19 июля 1946 г. лимит наполнения Оршанской тюрьмы (размещавшейся в здании бывшего иезуитского коллегиума) устанавливался в 300 человек заключенных[16].





    Ранее, в течение 1944-го г. в Орше было образовано ИТК-6 на 400 осужденных (начальник Хорнюхов)[17], а также пересыльный пункт (позднее пересыльная тюрьма) на 1500 человек[18]. К 1 мая 1946 г. начальником тут был некто Петров[19] и фактически содержалось 3610 заключенных[20]. В это же время в ИТК-6 содержалось 482 заключенных[21]. По характеру производства колония являлась промышленной[22].



    Фото: лагерная администрация оршанского пересыльного пункта. Первые послевоенные годы.

    Во исполнение приказа МВД СССР от 2 января 1947 г. УИТЛК в феврале реформировало ряд исправительно-трудовых колоний МВД БССР в лагерные отделения (ЛО) и отдельные лагерные пункты (ОЛП) с целью обеспечения надлежащих условий режима и изоляции содержащихся осужденных на срок от трех и более лет лишения свободы[23].
    В частности, на базе ИТК-6, с лимитом наполнения 600 человек, был образован 8-й ОЛП (мужской), а на базе ИТК-22 (Орша), с лимитом наполнения 500 человек – 9-й ОЛП[24].


    В книге «Память. Сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга ПОСВЯЩАЕТСЯ», приведена в том числе следующая информация:

    Ландырев Иван Иванович. Родился в 1905 г. в с.Новая Калита Новокалитского района Воронежской обл. РСФСР. С 1927 по 1929 гг. служил в Красной Армии.

    С 1929 по 1931 гг. служил в органах милиции Лабинского района Майкопского округа в должности ведмилиционера, с 28 января 1933 г. – в Ярославском кавалерийском эскадроне командиром отделения, с 12 апреля 1937 г. – оперуполномоченным УР г.Ярославля, затем в 5-м ГОМ на этой же должности, с 1942 г. направлен в ЦШМ НКВД СССР, после работал в Москве, с 1943 г. – начальник ОУР Оршанского горотдела НКВД. Специальное звание – старший лейтенант милиции.

    Погиб 12 января 1944 г. при исполнении служебного долга[25].

    Даты явно искажены, т.к. Орша была освобождена войсками Красной Армии в результате наступательной операции «Багратион» только 27 июня 1944 г.[26]. Поэтому погибнуть милиционер мог не ранее 12 января 1945 г., еще до окончания советско-германской войны 1941-1945 гг.

    «Гастролеры» из банды Пыжова и барановичской «Черной Кошки»

    В один из мартовских дней 1946 года в Горецкий райотдел милиции УВД МВД Могилевской области поступила оперативная информация о том, что бандитская группа, которая совершила несколько дерзких ограблений с применением оружия в Мстиславском, Дрибинском и Горецком районах, будет ехать поездом на Оршу через станцию Погодино.

    Было известно и то, что у главаря банды была сожительница в деревне Задорожье. Это стало известно из письма, перехваченного у этой женщины на имя главаря Пыжкова.

    Для ликвидации бандитов милиция создала специальную оперативную группу, которую возглавил начальник райотдела Н.С. Колюмочкин. В группу вошли участковый уполномоченный Николай Ефимович Коробкин, начальник паспортного стола Некрасов и помощник начальника пожарной команды Аниськова.

    Перед группой была поставлена задача спровоцировать главаря банды на поездку к сожительнице, и там его арестовать. 28 марта 1946 года группа захвата выехала к месту дислокации банды. Сотрудница Аниськова, представившись тетей сожительницы, передала бандитам письмо. На следующий день банда на поезде выехала в сторону Орши. В соседнем вагоне ехала опергруппа.

    На рассвете 30 марта Пыжов сошел с поезда вместе с Аниськовой. За ними незаметно следовали Коробкин и Некрасов. При попытке захвата бандита в завязавшейся схватке Николай Коробкин был прошит автоматной очередью и умер на месте. Некрасов был тяжело ранен. Однако, спустя некоторое время милиционеры захватили «гастролеров».





    Фото: ж.д. вокзал Орши

    22 сентября 1946 года Горецкая районная газета информировала: «Выездная коллегия областного суда, рассмотрев уголовное дело по обвинению Пыжова и его банды, по ст.80 УК БССР приговорила: Пыжова к высшей мере наказания – расстрелу… Приговор приведен в исполнение»[27].

    В марте 1947 года из УВД Витебской области на помощь коллегам в Барановичи для ликвидации банды «Черная Кошка» была направлена специальная оперативная группа НКВД в количестве 8 человек во главе со старшим лейтенантом Домашневым Иваном Григорьевичем. С поставленной им задачей оперативники справились успешно и в кратчайшие сроки, однако была получена оперативная информация о том, что двое из остававшихся на свободе бандитов подадутся на поезде в Россию к своим подельникам. Тогда было принято решение легендировать витебских оперативников как поездных проводников на время ставшего им известного рейса.



    Фото: Мачаховский А.Р. 1947 г.

    Уже ближе к Орше обоих бандитов скрутили в тамбуре и стали «колоть», пытаясь выведать информацию про тех, на «стрелку» с которыми они и ехали. Но задержанные упорно молчали и тогда, учитывая их особую опасность для общества и по законам фактически военного времени, одному из них пустили пулю в лоб и выкинули из тамбура по ходу движения поезда в присутствии второго, «Яшки-артиллериста», помощника, задержанного ранее, главаря банды. Такой оперативный ход дал свои плоды, и Яшка без промедления сдал своих оставшихся подельников, которых, взяла, уже на станции в РСФСР в Курской области при посадке их на поезд, местная милиция[28].



    Фото: иллюстративное

    Банды Лихачева, Романенко – Романовича, Сидоренко

    В голодные 1946 — 1947 годы на Оршанщине и близлежащих районах не проходило недели без дерзких налетов, ограблений и убийств. Банда была хорошо законспирирована, вооружена, в ней действовала жесткая армейская дисциплина. Искали ее долго. Опытные сотрудники милиции в основном затерялись в пекле войны, а молодые сотрудники, все больше бывшие партизаны, да списанные из рядов Красной Армии по тяжелому ранению фронтовики, еще не обладали хваткой профессионалов и только постигали азы розыскного дела. Оршанские стражи порядка и представить себе не могли, что костяк банды составляли вчерашние фронтовики, позванивающие медалями на гимнастерках. Вычислили и разоблачили ее лишь к осени 1947 года.

    К сожалению, те, кто вплотную занимался ее ликвидацией уже давно отошли в мир иной, поэтому обратимся к немногочисленным письменным источникам.

    В статье майора милиции А. Белоуса «Заслоновцы» в №99 (1372) за 15.12.1967 г. (С.3, 4) ведомственной газеты МВД БССР «На страже Октября» представлены и моменты биографии на тот момент начальника Оршанского ГОВД бывшего партизана майора милиции В.К. Ширкевича. В частности, там приведена и такая информация:

    «… И наступил на освобожденной земле период освобождения. Во многих местах восстанавливать было нечего, все надо было начинать заново. Еще бушевала война, и там гибли люди. Но не только на фронте гибли они. Отступая, фашисты оставили на белорусской земле вою агентуру. Затаились в лесах и оврагах предавшие родину отщепенцы, фашистские холуи. Теперь этот сброд организовывался в бандитские группы, грабил, убивал, распространял всякие небылицы…».

    Ремарка

    Как далее увидит читатель, формулировка «предавшие родину отщепенцы, фашистские холуи» в данном конкретном случае не соответствовала действительности.

    «… Августовские дни 1944 года внесли большие изменения в жизнь Василия Кузьмича Ширкевича. Его пригласили в горком комсомола и предложили стать чекистом. На освобожденной территории создавались отряды для борьбы с бандитизмом.

    На Оршанщине в это время орудовала банда Лихачева. В ней насчитывалось около полусотни головорезов. Пригодился Василию Ширкевичу богатый партизанский опыт. Умелыми действиями банда была выслежена, а ее главарь Лихачев приговорен к расстрелу (на самом деле нет, но об этом ниже – А.Т.).



    Фото: Ширкевич В.К.



    Вслед за этим были также разгромлены банды Романенко и Сидоренко. Спокойнее стало в окрестностях Орши. Но в жизни Василия Ширкевича покоя не наступило. Как только было покончено с бандами, Василию Кузьмичу предложили перейти поработать в милицию. И он пошел, не колеблясь ни минуты…».


    Справка

    От рук банды Романенко (Романовича-?[29]) 9 октября 1946 года погиб участковый уполномоченный Оршанского ГО МВД Садовничий Владимир Степанович, 1921 г.р., урож. м.Городок Сенненского р-на Витебской обл. В Красной Армии служил в 40-м гвардейском полку. В органах внутренних дел с марта 1946 г.[30].
    К сожалению, про банду Романенко-Романовича, а также банду Сидоренко, никакой информации пока найти не удалось.


    Ровно 70 лет назад ведомственная газета МВД БССР «На страже Октября» в №2 (93) за 10 января 1948 г. сообщала:

    ЗА УПОРНЫЙ ТРУД – ПОЧЕТНАЯ НАГРАДА

    «На территории Белорусской республики продолжительное время действовала крупная уголовная бандитская группа, возглавляемая отъявленным бандитом Лихачевым.

    В последнее время эта группа действовала на территории Оршанского района Витебской области.
    Работники Оршанского ГО МВД приложили много усилий и энергии к тому, чтобы изолировать банду. Их упорный труд дал положительные результаты. В ноябре 1947 года эа бандитская группа была ликвидирована.

    За успешное проведение оперативных мероприятий, проявленную смелось и находчивость при ликвидации банды приказом Министра Внутренних Дел Союза ССР генерал-полковника товарища Круглова награждены знаком «Заслуженный работник МВД» — полковник Мыслицкий Юлий Семенович – начальник Оршанского ГО МВД, майор милиции Архангельский Анатолий Иванович – заместитель начальника ГО МВД по милиции.

    Награждены именными часами – мл.лейтенант Ширкевич Василий Кузьмич – старший оперуполномоченный ОББ Оршанского ГО МВД, лейтенант милиции Гостев Петр Иванович – начальник ОУР, младший лейтенант Малов Иван Дмитриевич – старший оперуполномоченный ОУР УМ УМВД по Витебской области.

    Объявлена благодарность и выдано денежное вознаграждение в размере месячного оклада – старшему лейтенанту Соколову Александру Васильевичу – начальнику штаба МПВО Оршанского ГО МВД, младшему лейтенанту милиции Драбову Ивану Ивановичу – оперуполномоченному ГО МВД, старшине милиции Рудакову Филиппу Сергеевичу – оперуполномоченному ОУР ГО МВД, старшине милиции Демьянову Петру Павловичу – оперуполномоченному ОУР ГО МВД.
    Объявлена благодарность младшему лейтенанту Кевлову Прокофию Миновичу – старшему оперуполномоченному Оршанского ГО МВД, лейтенанту милиции Дорофеенко Иосифу Титовичу – оперуполномоченному ОУР Оршанского ГО МВД.
    Эта награда и поощрения обязывают вышеуказанных сотрудников Оршанского ГО МВД к тому, чтобы в 1948 году работать еще лучше, свести преступность в Оршанском районе к нулю. Таков должен быть ответ на приказ Министра Внутренних Дел Союза ССР».
















    Фото: на месте преступления, совершенного членами банды Лихачева

    А вот уже сообщение в Оршанской районке «Ленiнскi Прызыу» №21 (424) за 20 февраля 1948 г. (С.4) (пер. с бел. мой – А.Т.):

    СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС НАД БАНДОЙ ЛИХАЧЕВА

    «17 февраля в помещении городского Дома соцкультуры начался судебный процесс над бандитской группой Лихачева, действовавшей на территории гор.Орша, Оршанского, Кохановского, Сенненского и Богушевского районов Витебской области, Круглянского и Шкловского районов Могилевской области, Крупского и Борисовского районов Минской области.

    На скамье подсудимых – 39 преступников, обвиняющихся в бандитских налетах с оружием в руках на жилища советских граждан, на пассажиров железнодорожных станций и проезжающих в поездах.

    Преступников судит судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Белорусской ССР под председательством члена Верховного Суда БССР Новика И.М. в составе членов суда: народных заседателей Верховного Суда БССР Рудакова С.Е. и Иващенко П.М.".


    Государственное обвинение поддерживает помощник прокурора Витебской области юрист 1-го класса Шерстнев С.Н. и прокурор Оршанского района юрист 1-го класса Савченко В.И. Защищают подсудимых адвокаты Гарачун, Перцовский, Радько, Юдин, Дрейцер. Пескин, Пиманов, Семенов, Кожевникова, Познанский».





    О том насколько большой резонанс на нищей, разоренной войной и послевоенным голодом 1946-1947 гг. Витебщине и, в частности, на Оршанщине, имело Дело банды Лихачева, свидетельствует тот факт, что Приговор суда был отпечатан в местной типографии в количестве 100 экземпляров! Объем каждого – восемь страниц машинописного текста. Для того, чтобы прочувствовать всю атмосферу происходивших тогда событий следует обратится к тексту.

    ПРИГОВОР

    Именем Белорусской Советской Социалистической Республики


    Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда БССР по уголовным Делам Верховного Суда БССР в составе председательствующего – члена Верховного суда БССР – Новикова; народного заседателя Иващенко и Рудакова; при секретаре Шелухо; с участием прокуроров – юристов 1 класса Шерстнева и Савченко и адвокатов: Горячун, Пименова, Дрейцера, Познанского, Перцовского, Редько, Семенова, Кожевниковой, Пескина и Юдина, рассмотрев 17-28 февраля 1948 года в городе Орша дело по обвинению:

    1. Лихачева Михаила Титовича – 1921 года рождения, уроженец дер. Латунино, Смоленского района, Смоленской области, грамотный, образование имеет за 5 кл., беспартийный, несудимый, женат неоднократно, участник Отечественной войны;

    2. Тарасевича Дмитрия Васильевича – 1927 года рождения, уроженец дер. Пурплево, Сенненского района, Витебской области, белорусс, грамотный, образование имеет за 5 кл., беспартийный, несудимый, холост, работал охранником угольного склада ст. Орша;

    3. Дмитриева Михаила Трофимовича – 1924 года рождения, уроженец деревни Сычево, Сенненского района Витебской области, белорусс, имеет образование за 5 кл., беспартийный, холост, несудимый, инвалид II группы (без правой руки), работал сторожем в конторе госсортфонда;

    4. Кочанова Егора Андреевича – 1906 года рождения, уроженец деревни Домовичи, Мстиславского района, Могилевской области, белорусс, грамотный, беспартийный, женатый, имеет двое детей, участник Отечественной войны с 1941 по 1945 год, работал поваром ДН-4 ст.Орша;

    5.Солдатова Сергея Тимофеевича – 1928 года рождения, уроженец деревни Сельцо, Пречистенского района, Смоленской области, образование имеет за 6 классов, русский, беспартийный, холост, несудимый, работал пом. машиниста на ст.Орша.

    6. Слевцина Виталия Сергеевича – 1924 года рождения, уроженец гор. Орша, белорусс, беспартийный, несудимый, женат, работал пом. Машиниста на ст. Орша;

    7. Гомбалевского Петра Васильевича – 1928 года рождения, уроженец деревни Старинки, Кохоновского района, Витебской области, белорусс, образование имеет за 6 классов, беспартийный, несудимый, холост, работал начальником караула военизированной охраны нефтебазы в гор.Орша;

    8. Бугаева Аркадия Дмитриевича – 1912 года рождения, уроженец деревни Чирино, Дубровенского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женат, на иждивении 1 ребенок в возрасте 1 год и 2 месяцев, в Советской Армии служил с 1941 по ноябрь 1945 года, имеет награды: орден «Красная Звезда» и медали «За отвагу», «За оборону Москвы», работал шофером Оршанского горпищекомбината;

    9. Бабичева Михаила Ефремовича – 1924 года рождения, уроженец деревни Чирино, Дубровенского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, во время оккупации в 1943 году был вывезен в Германию, после репатриации работал лудильшиком;

    10. Борисова Анатолия Михайловича – 1929 года рождения, уроженец деревни Курск, Вышне-Волоцкого района, Калининской области, русский, грамотный, беспартийный, несудимый, воспитанник детдома, являлся учеником в столярной мастерской ст. Орша;

    11. Машинского Сергея Семеновича – 1920 года рождения, уроженец деревни Юдиничи, Богушевского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женат, на иждивении 1 ребенок в возрасте 7 месяцев, в Советской Армии служил с 1939 по 1945 год, награжден орденом «Красная Звезда» и медалями «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне», работал кочегаром на ст.Орша;

    12. Свиридова Михаила Прокофьевича – 1928 года рождения, уроженец деревни Путятино, Оршанского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, Холост, работал пом. Машиниста на ст.Орша;

    13. Федоровича Анатолия Аверьяновича — 1915 года рождения, уроженец деревни Кривино, Руднянского района, Смоленской области, русский, образование имеет за 7 классов, беспартийный, судимый в 1947 году нарсудом 1 уч. гор. Орша по ст. 241Б УК к трем годам лишения свободы, служил в Советской Армии с 1941 по 1945 год, женатый, имеет трое детей в возрасте от 1 года до 11 лет, работал механиком связи;

    14. Гречихо Леонида Лукича – 1929 года рождения, уроженец деревни Стайки, Богушевского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, работал кочегаром на ст. Орша;

    15. Мишкорудного Тимофея Ильича – 1921 года рождения, уроженец гор. Орша, белорусс, член ВЛКСМ с 1944 года, образование имеет среднее (10 классов средней школы), женатый, на иждивении имеет 4 детей в возрасте от 3-х лет до 4-х месяцев, во время Отечественной войны находился в плену у немцев, возвратившись из плена поступил на службу к немцам на железную дорогу в качестве рабочего и одновременно вместе с другими содержал закусочную-ресторан;

    16. Кочанова Константина Васильевича – 1927 года рождения, уроженец деревни Ефремово, Бельского района Велико-Лукукской области, грамотный, член ВЛКСМ с 1944 года, несудимый, холост, работал кочегаром на ж.д. ст. Орша;

    18. Скрипкина Владимира Ильича – 1928 года рождения, уроженец города Сычевка, Смоленской области, русский, грамотный, беспартийный, несудимый, работал надсмотрщиком связи;

    19. Гуревича Якова Исаковича – 1925 года рождения, уроженец города Орша, еврей, грамотный, судим в 1946 году по Указу от 26.XII.1941 года, холост, по профессии слесарь, в Советской Армии служил с 1941 по 1945 год;

    20. Усовского Анатолия Исаковича – 1910 года рождения, уроженец деревни Казечино, Ореховского района, Витебской области, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, имеет 2-едетей в возрасте от 1 года до 4-х лет, работал мастером в паровозном Депо ст. Орша;

    21. Хлусевича Трофима Арсентьевича – 1914 года рождения, уроженец деревни Козечино, Ореховского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, имеет трое детей в возрасте от 7 до 17 лет, работал машинистом на паровозе, во время войны находился в оккупации, работал сцепщиком поездов на ст. Орша;

    22. Горностаева Аркадия Никифоровича, уроженец гор. Витебска, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, работал машинистом углеподъемного крана
    — всех в преступлениях, предусмотренных ст.80 УК БССР и ч.II ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4.IV-47 года «Об усилении охраны личной собственности граждан».

    23. Дембовицкого Петра Дмитриевича – 1913 года рождения, уроженец деревни Голошевка, Кохоновского района Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, имеет четверо детей в возрасте от 11 лет до 8 месяцев, во время войны находился на оккупированной территории и работал стрелочником на ст.Орша;

    24. Шульгина Виктора Павловича – 1928 года рождения, уроженец деревни Измайлово, Оршанского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, судимый в 1947 году по ст.241б УК БССР к 2 годам лишения свободы, работал кочегаром паровозного Депо;

    25. Васильева Сергея Петровича – 1924 года рождения, уроженец деревни Шостак, Шкловского района, Могилевской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, на иждивении один ребенок в возрасте 10 месяцев, работал пом. Машиниста на паровозе;

    26.Трушко Николая Игнатьевича – 1921 года рождения, уроженец гор. Орша, русский, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, во время Отечественной войны с 1943 по 1945 год находился в плену у немцев;

    27. Мишкорудного Илью Яковлевича – 1881 года рождения, уроженец деревни Добрино, Дубровенского района, Витебской области, белорусс, малограмотный, вдовец, житель гор. Орша;

    28. Соболевского Ивана Андреевича – 1913 года рождения, уроженец деревни Большие Липовичи, Чашникского района, Витебской области, белорусс, грамотный, кандидат в члены ВКП(б);

    29. Красновского Виктора Алексеевича – 1929 года рождения, уроженец деревни Сычево, Сенненского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, работал на ст. Орша, являлся бойцом военизированной охраны
    — всех семерых в преступлении, предусмотренном ст.80 УК БССР.

    30. Гомбалевскую Евгению Васильевну – 1926 года рождения, уроженка деревни Старинки, Кохоновского района, Витебской области, белорусска, грамотная, беспартийная, несудимая, до сожительства с Лихачевым работала весовщицей на ст. Орша.

    31. Максимову Матрену Дмитриевну – 1911 года рождения, уроженка города Смоленска, русская, малограмотная, несудимая, замужняя, имеет ребенка в возрасте 7 лет, работала сторожем Депо на ст. Орша;

    32. Максимова Владимира Марковича – 1908 года рождения, уроженец деревни Латунино, Смоленского района и области, русский, малограмотный, беспартийный, несудимый, женат, по профессии слесарь, житель гор. Орша;

    33. Маслакова Федора Максимовича – 1915 года рождения, уроженец деревни Зуи, Лиозненского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, имеет четверо детей в возрасте от 10 месяцев до 9 лет, работал грузчиком на ст. Орша;

    34. Радецкую Брониславу Игнатьевну – 1920 года рождения, уроженка деревни Ломачино, Оршанского района, Витебской области, белорусска, грамотная, беспартийная, несудимая, замужняя, на иждивении дочь в возрасте 3 лет, работала ветинструктором;

    35. Князеву Викторию Викентьевну – 1883 года рождения, уроженка деревни Ломачино Оршанского района, Витебской области, белорусска, неграмотная, беспартийная, несудимая, домохозяйка;

    36. Пинчука Василия Михайловича – 1929 года рождения, уроженец деревни Буховцы, Кохоновского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, работал кочегаром в Оршанском Депо
    — всех семерых в преступлении, предусмотренном ст.24-80 УК БССР.

    37. Хлусевича Павла Миновича – 1910 года рождения, уроженец деревни Казечино, Ореховского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, женатый, имеет пятеро детей в возрасте от одного года до 13 лет, работал машинистом на ст. Орша, в преступлении, предусмотренном ст.24-242б и 145а УК БССР;

    38. Криштоб Александра Игнатьвевича — 1921 года рождения, уроженец деревни Кашино, Ореховского района, Витебской области, белорусс, грамотный, беспартийный, несудимый, холост, колхозник – в преступлении, предусмотренном ст.242б УК БССР,

    Судебная коллегия

    УСТАНОВИЛА:


    Лихачев, являясь начальником военизированной охраны угольного склада на ст. Орша, организовал в 1946 году широко разветвленную банду, в которую входило около 30 разбойников. Они в различном составе нападали на граждан гор. Орша и близлежащих районов Витебской, Могилевской и Минской областей. Под силой оружия на улицах раздевали встречных людей, врывались в жилые дома, вязали жильцов и забирали деньги и вещи.

    До августа 1947 года Лихачев участвовал в 21 разбойном нападении, напр.: в ночь на 20 декабря 1946 года он выстрелом из пистолета «ТТ» ранил в руку гражданку Кузнецову, проживающую в дер. Ферма, Оршанского района; в ночь на 7 мая 1947 года бандиты во главе с Лихачевым ворвались в землянку гражданки Виштель, проживающей в гор. Орша, забрали у нее вещи, изнасиловали ее двух дочерей.

    В ночь на 13 августа 1947 года Лихачев вместе с Тарасевичем проникли в дом гражданина Щербо, проживающего в деревне Н-Вервойша забрали вещи под силой оружия и в присутствии отца изнасиловали его дочь.

    Это подтверждается признанием Лихачева, показанием подсудимых Тарасевича, Дмитриева, Бабичева, Дембовицкого и др., показаниями свидетелей-потерпевших, опознавших его.

    Тарасевич являлся активным исполнителем всех преступных замыслов Лихачева. Он вместе с Лихачевым насиловал и грабил девушек Виштель и Щербо, он выставил окно и проник в дом к знакомой Лихачева гр-ке Шавня, которую было связал по рукам, но она, когда грабители пошли грабить имущество, развязалась, выскочила в окно и, опознав Лихачева, начала проситься у него, но Лихачев двумя выстрелами из пистолета убил гр-ку Шавня.

    Вместе с Лихачевым в ночь на 9 мая 1947 года Тарасевич Ограбил на ст. Орша Харкевич Елену и Гурбо Петра, забрав у них две пары сапог, дамские туфли и 350 руб. денег.

    В ночь на 30 мая 1947 года Тарасевич вместе с Лихачевым и др. ворвались в дом гражданки Дюбкиной, проживающей в гор.Орша, связали всех 5 человек жильцов дома, посадили их в подпол и забрали 13 тысяч рублей денег, 2 пуда сала и ценные вещи – всего на сумму 30 тысяч рублей.

    В ночь на 3 августа 1947 года Тарасевичу вместе с Лихачевым, Дмитриевым и другими прибыли в дер.Ставры Оршанского района, проникли путем взлома окна в дом гражданки Гришанова, положили жильцов дома на пол, связали их по рукам и ногам и начали грабить имущество. В это время по улице проходил гр-н Свиридов. Разбойники, стоявшие на карауле, задержали его, доставили в дом Гришанова, где также связали и потом, сняв сапоги – скрылись.

    Аналогичных разбойных нападений Тарасевич совершил 21, каковые по делу доказаны признанием Тарасевича и подтверждены показаниями его соучастников и свидетелей по делу, допрошенных в судебном заседании.

    Также доказано в судебном заседании, что подсудимый Дмитриев состоял в банде и принимал участие в разбойных нападениях на гражданку Харкевич и Гурбо на ст. Орша, на гр-ку Шавня в дер. Старина, на гр-ку Виштель, живущую в землянке на ст. Орше.

    22 июня 1947 года он вместе с Лихачевым, Тарасевичем, Бабичевым и Слевпиным путем разбоя завладел деньгами и вещами Сивцовой Елены и ее квартиранта Серкутьева, проживающих по Садовой улице на ст. Орша. Всего Дмитриев принимал 11 раз участие в разбойных нападениях.

    Подсудимый Кочанов, будучи вооруженным пистолетом «Вальтер», в ночь на 23 августа 1947 года принимал участие в нападении на дом гр-на Борздова, проживающего в дер.З амышки, Круглянского района, Могилевской области, у которого забрали два пуда сала, поросенка весом около трех пудов и наличными деньгами 6200 рублей, причем Кочанов пытался изнасиловать дочь Борздова.

    В ночь на 1 августа 1947 года он вместе с Солдатовым, Мишкорудным и др. завладел велосипедом и др. ценными вещами, принадлежащими гражданке Соколовой Марии, жительнице дер. Рукли, Кохоновского района, Витебской области.

    В ночь на 3 августа 1947 года совместно с Лихачевым и др. Кочанов участвовал в разбойном нападении на дом гр-на Гришанова в дер. Ставры, Оршанского района.
    В ночь на 26 августа 1947 года Кочанов совместно с другими ограбил гражданина Хальманович в дер. Заболотье, Оршанского района.

    Подсудимый Солдатов являлся одним из активнейших участников банды. Он принимал участие вместе с Кочановым, Лихачевым и другими в нападении на гр-на Борздова.

    В ночь на 29 июля 1947 года выстрелом из пистолета Солдатов ранил в грудь и руку гр-на Несон. Он участвовал в дневном нападении на гражданина Зюзькова. При нападении на дом гражданина Гришанова Солдатов вместе с другими разбойниками задержал проходившего по улице гр-на Свиридова, которого завели в дом к Гришанову, связали по рукам и ногам, как и всю семью Гришанова и сняли с него сапоги.
    Солдатов принимал участие в 7 случаях разбойного нападения и отрицал ранение гр-на Несон, однако Несон уличил и опознал его.

    Подсудимый Слевцин, являясь участником банды, в ночь на 1 мая 1947 года принял участие в нападении на дом гражданки Гуриновой Ирины, проживающей в дер. Шибеки, Кохоновского района, у которой забрали 2 тыс. рублей денег, сало и носильные вещи.

    В ночь на 20 мая 1947 года он совместно с Лихачевым и Тарасевичем ограбили гр-на Дюбкина Василия, проживающего в гор. Орша, у которого забрали сало и носильные вещи. В ночь на 22 июля 1947 года Слевцин совместно с Лихачевым, Дмитриевым, Бабичевым и Тарасевичем напали на дом гражданки Сивцовой, у которой вместе с ее квартирантом Серкутьевым забрали 17 тыс. рублей денег и вещи, всего на сумму 27 тыс. рублей.

    Слевцин признал участие в пяти случаях разбойного нападения шайкой, Тарасевич же изобличает его участие в семи случаях, а Дмитриев – в 11 случаях.

    Подсудимый Бабичев участвовал в разбойном нападении на гражданку Сивцову, на гражданку Виштель, на гр-на Зюзькова и вместе с Лихачевым, Солдатовым, Слевциным, Тарасевичем и Дмитриевым пытались насильно завладеть имуществом гражданина Кудымова: уже было отняли окно, один из разбойников вошел в дом, но убежавший хозяин поднял шум, и грабители скрылись.

    Подсудимый Мишкорудный Тимофей, являясь заведующим снабжением Оршанского горпищекомбината, вместе с шофером Бугаевым использовали вверенную им автомашину для целей разбойных нападений на граждан. Например: в начале июля 1947 года они вместе с Кочановым, Солдатовым и другими выезжали в дер.Замышин с целью грабежа, но намерения своего не осуществили.

    Вторично в ночь на 23.VII-47 года они вместе с Лихачевым, Тарасевичем, Искрой прибыли в эту деревню, напали на дом гр-на Борздова, забрали 6200 руб. денег, два пуда сала, трехпудового поросенка и носильные вещи.

    В ночь на 1 августа 1947 года они в составе банды: Мишкорудный Тимофей, Кочанов, Бугаев, Солдатов, Мишкорудный Николай, скрывшийся от органов следствия и суда и Свиридов прибыли на автомашине в дер. Рукли, Кохоновского района, напали на дом Соколовой, у которой забрали 10 тыс. рублей денег, велосипед и другие ценные вещи.

    В ночь на 26 августа 1947 года Мишкорудный Николай вместе с Кочановым, Лихачевым, Тарасевичем, Дмитриевым и другими участвовал в ограблении гр-на Хальманович Андрея, проживающего в дер.Заболотье, Оршанского района.

    Доводы Бугачева о том, что выполнял волю своего начальника Мишкорудного, по требованию которого он ездил он ездил на заработки по найму, необоснованны, так как он неоднократно участвовал в разбойных нападениях.

    Подсудимый Искра вместе с Гуревичем и Скрипкиным сначала совершли кражи. Путем взлома замков в амбарах и окон в квартирах, они похищали вещи и продукты, например, у гр-на м-ко Крупки Козак В. Они похитили 3 пальто, пиджак и плащ. У жительницы м-ка Бобр Милонович Марии также похитили носильные вещи. Искра, Скрипкин и Гуревич сознались в совершении четырех аналогичных краж в июне м-це 1947 г.

    Впоследствии, наладив связь с участниками банды Лихачева, Искра, совместно с Мишкорудным Тимофеем, Кочановым и др. принимал участие в ограблении гр-на Борздова в дер. Замышки.

    В ночь на 27 июля 1947 года совместно с Солдатовым, Тарасевичем, Дмитриевым, Гуревич и Скрипкиным совершили нападение на дом гр-ки Осветимской, проживающей в гор. Орша, по Красноармейской улице, у которой грабежом забрали носильные вещи.

    В августе месяце 1947 г. в Оршу в Оршу возвратился Федорович, который, будучи осужденным, бежал с места заключения.

    В ночь на 19 августа 1947 года Искра, Скрипкин, Гуревич и Федорович ворвались в дом гр-на Захарченко, жителя гор. Шклова, связали Захарченко и его жену, забрали предметы одежды, но гр-н Захарченко быстро сумел развязаться и на ст. Скрипкин был задержан с вещами. По его указанию впоследствии были задержаны и остальные участники разбойного нападения, причем у Федоровича был изъят револьвер «Наган».

    Подсудимые Гуревич, Искра и Скрипкин не отрицают своей вины в совершении краж и разбойных нападений, но изменили свои показания в отношении Федоровича, которого изобличили в участии при вооруженном нападении на Захарченко.

    Во время судебного разбирательства дела Федорович начал категорически отрицать участие в этом эпизоде, однако свидетель – потерпевший Захарченко определенно и безсомненно указал на участников разбоя, быстро опознав их среди 39 человек подсудимых, указав при этом, что Федорович был с наганом в руках и пытался изнасиловать его жену. Кроме того, потерпевший Захарченко опознал за свою медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.г.», которая была изъята у подсудимого Федоровича, что вполне подтверждает его виновность.

    Подсудимый Борисов при проведении предварительного следствия признал свое участие в трех эпизодах разбойных нападений: на гр-ку Гуринову Ирину, проживающую в дер. Шибеки, Кохоновского района, на гр-ку Козловскую в дер. Подберезье, Кохоновского района и на гр-на Борздова в дер. Замышки.

    Однако впоследствии на суде он начал отрицать данные обстоятельства, но изобличается показаниями подсудимого Солдатова, данными им как на предварительном следствии, так и на суде, и показаниями других участников грабежей (Слевцина, Качанова) на предварительном следствии. При наличии таких данных суд принимает показания Солдатова за достоверные, так как причин к оговору в них не усматривается.

    Подсудимый Машинский признал участие в разбойном нападении, совершенном им вместе с другими в ночь на 13 июля 1947 г. в дер. Подберезье, Кохоновского района, где грабителями забрано 4 пуда сала и ряд других ценных вещей, каковые обстоятельства подтвердил и подсудимый Слевцин.

    Подсудимый Свиридов принимал участие в ограблении гр-на Гришанова в дер. Ставры, Оршанского района в ночь на 3 августа 1947 года, куда завел банду, возглавлявшуюся Лихачевым, которая ворвалась в дом, повязала жильцов и забрала сало, швейную машину и др. предметы. Это обстоятельство не отрицает сам Свиридов.

    Таким образом действия Лихачева М.Т., Тарасевича Д.В., Кочанова Е.А., Дмитриева М.Т., Слевцина В.С., Солдатова Б.Т., Мишкорудного Т.И., Бабичева М.Е., Бугаева А.Д., Борисова М.Е., Машинского С.С., Свиридова М.П., Федоровича А.А., Искра А.Т., Скрипкина В.И., Гуревича Я.И., предусмотрены ст.80 УК БССР и ч.II ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 года «Об усилении охраны личной собственности граждан».

    Подсудимый Дембовицкий, будучи вооруженным немецким автоматом, в течении трех месяцев 1946 года (сентябрь-ноябрь), принимал участие с Лихачевым и другими в шести разбойных нападениях на граждан, в том числе они в ночь на 2 сентября 1946 года ограбили два дома в дер. Ферма, Оршанского района. У граждан Шибеко Анны и Соколовой Василисы они забрали различных вещей на сумму 15 тыс. рублей.

    В ночь на 4 сентября 1946 года Дембовицкий вместе с Лихачевым, Тарасевичем и Шульгиным ограбили Маньковского Николая.

    В 6 аналогичных случаях Дембовицкий признал себя виновным, а также изобличается Лихачевым и Тарасевичем.

    Подсудимому Шульгину вменяется в вину 3 случая грабежа, однако в судебном заседании установлено участие его в одном случае – это ограбление Маньковского Николая, проживающего в дер. Галошевке. Кохановского района в ночь на 4 декабря 1946 года, каковое обстоятельство подтверждено подсудимым Дембовицким в судебном заседании, показания которого не вызывают сомнения. Действия обоих предусмотрены ст.80 УК БССР.

    Подсудимая Гомбалевская отрицает свое соучастие в банде, ссылаясь на то, что она даже не знала, что Лихачев занимается разбоем вместе с другими и, что награбленное имущество она не принимала. Эти доводы необоснованны, т.к. судебным следствием установлено, что Гомбалевская сожительствовала с Лихачевым более года: жили в своем собственном отдельном доме, всем имуществом пользовались сообща.

    Из протоколов изъятия и опознания вещей явствует, что Гомбалевская пользовалась платьями, часами, машиной и другими вещами, добытыми Лихачевым преступным путем.

    Свидетель Щербо Никифор показал, что он опознал свой чемодан с вещами, причем этот чемодан был опознан не по его наружному виду, т.к. Лихачев с Гомбалевской успели его перекрасить., а по внутренней оклейке.

    Свидетель Щербо Надежда опознала свой материал (мануфактуру) как в чемодане, о котором Гомбалевская говорила, что это вещи Лихачева, так и в корзине, принадлежащей безспорно — Гомбалевской.

    Вышеизложенное подтверждает виновность Гомбалевской, как пособницы, содействовавшей выполнения преступления.

    Подсудимые супруги Максимовы, являясь односельчанами Лихачева, пособничали его бандитской деятельности и посредством сокрытия награбленного имущества и его реализации.

    27 августа 1947 года, после ограбления гр-на Хальманович в дер. Заболотье, Тарасевич принес свою долю имущества, добытого преступным путем разбоя на квартиру к Максимовым. Максимов, узнав, что Тарасевич арестован, спрятал мешок с вещами в сарай, закрыв его сеном, причем, когда явились работники милиции и потребовали выдачи этих вещей, то Максимов ответил, что таковых у него нет. На суде Максимов признал только свою халатность, но не объяснил, в чем она заключается и не пояснил ничего в свое оправдание. Максимова же вовсе отрицает свою вину, каковая усматривается в том, что Максимова часто разъезжала по городам реализуя награбленное имущество, причем она также знала о наличии вещей в доме, принесенных Тарасевичем.

    Подсудимому Пинчук предъявлено обвинение в том, что он явился наводчиком шайки разбойников на ограбление квартиры Буховец Николая в дер. Буховцы, Кохановского района.

    Хотя в судебном заседании Пинчук и не признал себя виновным, но он достаточно изобличается противоречивостью своих показаний: сначала, например, он показал, что в ночь грабежа он не был в своей деревне, но, будучи уличенным свидетелем Буховец Натальей, которая его видела в этот день в 6 часов утра на ж.д. станции, он признал факт своего преступления, но опять же отрицал, что он вел с ней разговор о грабеже, а Буховец категорически утверждает данное обстоятельство и резонно находит подозрительным его вопрос: «Что, вас ограбили?», считая, что в такую раннюю пору он ни от кого не мог узнать о происшедшем, кроме как то, что он знал заранее о совершенном. Эти показания свидетеля Боховец Натальи уличают его в пособничестве разбойникам, в котором он сознался на предварительном следствии.

    Подсудимому Усовскому предъявлено обвинение в том, что он в октябре 1946 года совместно с Хаусевичем Трофимом и Криштоб Александром похитили корову у гр-ки Алантьевой Марии, проживающей в дер. Стайки, Богушевского района, а также, что он вместе с Лихачевым, Качановым, Тарасевичем и др. участвовал в разбойном нападении на дом гр-на Хальманович в дер. Заболотье; на дом гр-на Гречихо в дер. Стайки совместно с Логвиновым, Хлусевич Трофимом и Гречихо Леонидом и в попытке на ограбление гр-ки Боридич Марии в гор. Орша.
    Учитывая, что никто из участников указанных разбойных нападений не указал на участие в них Усовского и поскольку по делу не добыто достоверных доказательств, уличающих Усовского в совершении данных преступлений, то суд находит таковые недоказанными. Однако судебным следствием установлено, что Усовский один похитил корову у гражданки Алантьевой Марии в 1946 году, имея при этом при себе пистолет, каковые действия предусмотрены ст.ст. 242-а и 145-а УК БССР.

    Подсудимому Соболевскому предъявлено обвинение в том, что он совместно с Солдатовым и Пинчуком 14 мая 1947 года ограбил гр-на Буховец Николая, каковое обстоятельство по делу не доказано в судебном следствии, но установлено, что Соболевский в апреле 1947 года на ст. Смольяны из замкнутого погреба похитил у неизвестного гражданина полтора пуда картофеля, каковые действия предусмотрены ст.240-б УК БССР.

    Ничем по делу не доказано, что подсудимый Хлусевич Павел принимал участие в краже коровы у гр-ки Алантьевой Марии, но установлено судебным следствием, что он незаконно хранил у себя пистолет «ТТ».

    Предъявленное обвинение Лихачеву, Качанову, Тарасевичу, Слевцину, Солдатову, Мишкорудному Тимофею, Гомбалевскому и Гринкевичу в убийстве Шапчиц Екатерины и супругов Лавренковых с целью ограбления не нашло своего подтверждения во время судебного разбирательства, каковое обстоятельство подлежит исключению из формулы обвинения.

    Также подлежит исключению из обвинения, предъявленного Мишкорудному Тимофею, эпизоды убийства во время его работы на транспорте при сопровождении поездных составов угольных кольцевых маршрутов, тем более тогда, когда по делу не установлено, имели ли место подобные случаи.

    Не установлено судебным следствием участие Мишкорудного Т. В убийстве граждан Зеленковых в гор. Могилеве в 1942 году, в убийстве одной женщины в гор. Минске и каких-то стариков-супругов в гор. Борисове с целью их ограбления.

    Подсудимому Гомбалевскому предъявлено обвинение в том, что он совместно с Лихачевым, Тарасевичем и др. принимал участие в разбойном нападении на Шапчиц и Лавренковых в 1946 году, был наводчиком бандитов на гр-ку Шавня, участвовал в ограбелении гр-на Хальманович и гр-ки Кузнецовой. По материалам предварительного следствия в данных преступлениях он изобличается показаниями Тарасевича.

    Во-первых, дело об убийстве Шапчиц и Лавренковых вообще по делу не раскрыто и в судебном заседании не установлено участие кого-либо из подсудимых в данном преступлении;

    Во-вторых, другие участники ограбления гр-н: Кузнецовой, Шавня и Хальманович, например, Лихачев, Дмитриев, Кочанов не изобличают Гомбалевского, как участника данных, совершенных ими разбоях и;

    В-третьих, во время судебного разбирательства не было добыто улик виновности Гомбалевского, поскольку подсудимый Тарасевич отказался от своих первоначальных показаний, не упомянув ни разу Гомбалевского в 21 эпизоде, в которых он вместе с другими сам участвовал.

    Не может служить уликой то обстоятельство, что Гомбалевский в ночь на 27 августа 1947 года ночевал у Лихачева. При всестороннем и детальном исследовании в суде данного факта весьма правдоподобными и убедительными кажутся объяснения Гомбалевского, что он, из дому в гор. Оршу и, идя на станции на нефтебазу, где он работал охранником и должен был заступить на пост, зашел к своей сестре Гомбалевской переночевать, что не имеет никакой связи с бандитскими действиями Лихачева.

    Подсудимому Гречихо предъявлено обвинение, что он, якобы, участвовал в ограблении односельчанки Гречихо Ольги.

    Гречихо по этому поводу пояснил на суде, что однажды он как кочегар на паровозе, которым управлял машинист Хлусевич Трофим, некоторое время стояли на ст. Стайки.

    В разговоре пом. Машиниста Логвинов, скрывшийся от следствия и суда, спросил у него, к кому бы тут в дер. посвататься, чтобы жить спокойно оженившись. Поскольку по делу не установлено, кто ограбил Гречихо Ольгу, нельзя признать как участника данного ограбления Гречихо Леонида и только потому, что он когда то рассказал о Гречихо Ольге.

    Подсудимому Кочнову предъявлено обвинение в том, что он вместе с Солдатовым и Соболевским воровал картофель в м. Смольянах, уворовал у неизвестного гр-на в гор. Орша 11/2 пуда соли и в ночь на 7.VII-47 г. пытался ограбить жителя гор. Оша Бородич.

    Данное обвинение на суде не подтвердилось. Кочнов, как родственник Тарасевича, будучи арестованным по делу и, боясь ответственности за совершенные его родственником чудовищные преступления мог на предварительном следствии признаться в более мелком преступлении.

    Поскольку на суде не добыто никаких улик его виновности и учитывая положительную характеристику, данную ему с места работы, Судебная Коллегия считает его показания на предварительном следствии – самооговором.

    Подсудимому Хлусевичу Трофиму предъявлено обвинение в том, что он вместе с Усовским и Криштоб похитил корову и вместе с Лавгиновым и Гречихо ограбил гр-ку Гречихо Ольгу.

    Поскольку судебным следствием установлено, что кражу коровы совершил Усовский без участия Хлусевич Трофима и, поскольку не установлено, кто ограбил гр-ку Гречихо Ольгу, постольку предъявленное обвинение Хлусевич Трофиму необоснованно.

    Подсудимому Горностаеву предъявлено обвинение в том, что он участвовал в попытке на ограбление в дер. Замышки и похитил у Буховец Николая 6 кроликов, каковое в судебном следствии ничем не подтвердилось.

    Также не подтвердилось в судебном заседании участие Васильева в попытках на ограбление вместе с Лихачевым, Тарасевичем и др. квартир гр-н Гуминского, Стаховского и Жуковской.

    Отсутствуют улики участия Трушко в ограблении гр-ки Красновской в дер. Сычево, поскольку подсудимый Лихачев заявил, что на предварительном следствии он оговорил Трушко по злобе, сославшись при этом на достоверный факт, когда он толкнул Трушко, ехавшего на машине, за что был оскорблен последним.

    Версия о том, что Мишкорудный Илья, как близкий знакомый, оставшись ночевать у Шапчиц, открыл дверь разбойникам, которые убили его и забрали имущество, в судебном заседании не подтвердилось.

    В судебном заседании не собрано никаких улик в отношении участия в банде Красновского Виктора.

    Также никем и ничем не подтверждено, что Маслаков влялся наводчиком банды Лихачева на ограбление гр-на Щербо Никифора и, что Криштоб Александр Участвовал в краже коровы вместе с Усовским.

    Не доказано в судебном заседании предъявленное обвинение Князевой Виктории и ее дочери Родоцкой Брониславе, сводящейся к тому, что они содействовали бандитам в реализации награбленного имущества, а Князева еще и указывала бандитам дома, в которых имеются большие материальные ценности.

    По показанию Дембовицкого, Радецкая продала беличью шубу на рынке в 1948 г., которую ей передал Лихачев. Даже если принять данный факт за достоверный, то не установлено знала ли Родецкая о том, что эта шуба добыта посредством грабежа. Также не добыто никаких доказательств в отношении того, что Князева знала о преступной деятельности Лихачева и Тарасевича и являлась подстрекателем.

    Заявленный по делу гражданский иск потерпевшими подлежит удовлетворению в следующих суммах:

    Борздову Николаю Романовичу – 13.200 руб.
    Серкутьеву Василию Николаевичу – 7.680 руб.
    Виштель Ефросинье Юлиановне – 4.000 руб.
    Осветимской Надежде Кузьминичне – 4.000 руб.
    Щербо Никифору Климовичу – 5.000 руб.
    Хальмановичу Андрею Петровичу – 5.200 руб.
    Шафрун Ивану Петровичу – 5.700 руб.
    Козловской Марии Карповне – 3.500 руб.
    Кузнецовой Анне Александровне – 4.100 руб.
    Шибеко Анне Павловне – 4.200 руб.
    Маньковской Марии Васильевне – 8.700 руб.
    Соколовой Марии Яковлевне – 6.750 руб.
    Шавня Сергею Марковичу – 4.600 руб.
    Сивцовой Елене Федоровне – 3.650 руб.
    Гришанову Николаю Ефимовичу – 4000 руб.
    Дюбкиной Надежде Васильевне – 4.500 руб.
    Козловскому Кузьме Григорьевичу – 3.900 руб.
    Соколовской Василисе Степановне – 3.000 руб.

    Заявленный иск Шпчиц Гавриилом Кондратьевичем и Сташкевич Андреем Карповичем не подлежит удовлетворению, так как по делу не установлено, кто нанес им материальный ущерб.

    На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 319 и 320 УПК БССР Судебная коллегия

    ПРИГОВОРИЛА:

    Лихачева Михаила Титовича, Тарасевича Дмитрия Васильевича, Качанова Егора Андреевича, Дмитриева Михаила Трофимовича, Солдатова Сергея Тимофеевича, Бабичева Михаила Ефремовича, Мишкорудного Тимофея Ильича и Федорова Анатолия Аверьяновича на основании ст.80 УК БССР с санкцией Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 года «Об отмене смертной казни» к двадцати пяти годам заключения в исправительно-трудовых лагерях каждого, с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет.

    Их же по ч.II ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4-VI-1947 г. «Об усилении охраны личной собственности граждан» к заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на двадцать пять лет каждого, с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет, с конфискацией всего имущества.

    По совокупности преступлений на основании ст.54 УК БССР к отбытию определить двадцать пять лет заключения в исправительно-трудовых лагерях каждому с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет, с конфискацией всего имущества.

    Приговор народного суда 1 уч. гор. Орша от 10 февраля 1947 года, коим Федорович Анатолий Аверьянович осужден по ст.241б УК БССР к трем годам лишения свободы под фамилией Федорова Анисима Аверьяновича, на основании ст.55 УК БССР поглотить настоящим приговором.

    Слевцина Виталия Сергеевича, Искру Александра Николаевича, Скрипкина Владимира Ильича, Гуревича Якова Исаковича на основании ст.80 УК БССР подвергнуть лишению свободы сроком на десять лет каждого, с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет, с конфискацией всего имущества.

    На основании ч.11 ст.2 Указа Президиума Верховного Совета БССР от 4-VI-1947 г. «Об усилении охраны личной собственности граждан» к двадцати годам заключения в исправительно-трудовом лагере каждого, с последующим поражением в правах на пять лет, с конфискацией всего имущества.

    По совокупности преступлений на основании ст.54 УК БССР к отбытию всем определить двадцать лет заключения в исправительно-трудовом лагере, с последующим поражением в избирательных правах сроком на 5 лет каждому, с конфискацией всего имущества.

    Вопрос о поглощении меры наказания по ранее вынесенному приговору Гуревичу Якову разрешить впоследствии в порядке ст.461 УПК БССР после истребования приговора.

    Бугаева Аркадия Дмитриевича, Борисова Анатолия Михайловича, Машинского Сергея Семеновича, Свиридова Михаила Прокофьевича, на основании ст.80 УК БССР к десяти годам лишения свободы с последующим поражением в избирательных правах сроком на три года каждого, с конфискацией всего имущества.

    На основании ч.II ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета БССР от 4-VI-47 года «Об усилении охраны личной собственности граждан» к пятнадцати годам заключения в исправительно-трудовых лагерях с последующим поражением избирательных права сроком на три года, с конфискацией имущества каждого.

    По совокупности преступлений на основании ст.54 УК БССР к отбытию ими определить пятнадцать лет заключения в исправительно-трудовом лагере каждому, с последующим поражением избирательных права сроком на 3 года, с конфискацией всего имущества.

    Дембовицкого Петра Дмитриевича и Шульгу Виктора Павловича на основании ст.80 УК БССР обоих подвергнуть к десяти годам лишения свободы каждого, с последующим поражением в избирательных правах сроком на три года, с конфискацией всего имущества.

    Приговор нарсуда Оршанского района от 29-IX-47 года, коим Шульгин Виктор осужден к двум годам лишения свободы, поглотить настоящим приговором.

    На основании ст.24-80 УК БССР Максимова Владимира Марковича подвергнуть лишения свободы сроком на пять лет с последующим поражением в избирательных правах сроком на три года с конфискацией всего имущества.

    Гомбалевскую Евгению Васильевну, Максимову Матрену Дмитриевну и Пинчук Василия Михайловича всех троих подвергнуть к трем годам лишения свободы каждого, без поражения в правах и без конфискации имущества.

    Усовского Анатолия Павловича на основании ст.242 п «а» УК БССР подвергнуть лишению свободы сроком на два года, без поражения в правах. Его же на основании ст.145 п «а» УК БССР подвергнуть к пяти годам лишения свободы, без поражения в правах.

    По совокупности преступлений на основании ст.54 УК БССР определить к отбытию пять лет лишения свободы без поражения прав.

    По ст.242б УК БССР Усовского оправдать.

    Хлусевича Павла Миновича по ст.145 п «а» УК БССР подвергнуть к трем годам лишения свободы без поражения прав.

    По ст.24-242 п «б» УК его оправдать.

    Соболевского Ивана Андреевича на основании ст.240-б УК БССР подвергнуть к двум годам лишения свободы, без поражения в правах.

    По ст.80 УК БССР его по суду считать оправданным.

    Меру отбытия наказания осужденным исчислять со дня содержания их под стражей: Лихачеву, Тарасевичу, Качанову, Дмитриеву, Мишкорудному – с 27 августа 1947 года.
    Слевцину, Бабичеву, Бугаеву, Максимову – с 28 августа 1947 года.
    Искра и Скрипкину – с 25 августа 1947 года.
    Федоровичу и Гуревичу – с 23 августа 1947 года.
    Борисову, Машинскому и Гомбалевскому – с 29 августа 1947 года.
    Солдатову – с 7-IX-1947 года.
    Свиридову – с 30-VIII-1947 года.
    Усовскому – с 16-IX-1947 года.
    Дембовицкому – с 12-IX-1947 года.
    Шульга – с 15-IX-1947 года.
    Соболевскому – с 16-IX-1947 года.
    Максимовой – с 15-X-1947 года.
    Пинчук – с 16-X-1947 года.
    Хлусевич – с 12-X-1947 года.

    Кочнова Константина Васильевича, Трусевич Трофима Арсентьевича, Горностаева Аркадия Никифоровича, Гречихо Леонида Лукича И Гомбалевского Петра Васильевича оправдать в предъявленном им обвинении по ст.80 УК БССР и ч.II ст.2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4-VI-47 г. «Об усилении охраны личной собственности граждан» и из-под стражи освободить:

    Васильева Сергея Петровича,
    Трушко Николая Игнатьевича,
    Мишкорудного Виктора Александровича,
    Красновского Виктора Александровича
    Оправдать по ст.80 УК БССР, освободив их из-под стражи.
    Оправдать по ст.24-80 УК БССР Маслакова Федора Максимовича, Радецкую Брониславу Игнатьевну и Князеву Викторию Викентьевну, освободив из-под стражи.

    Взыскать с осужденных солидарно: с Лихачева, Тарасевича, Кочанова, Дмитриева, Слевцина, Солдатова, Бабичева, Мишкорудного, Бугаева, Борисова, Машинского, Свиридова, Федоровича, Искра, Скрипкина, Гуревича, Дембовицкого, Шульгина, Гомбалевской, Максимовых – Владимира Марковича и Матрены Дмитриевны и Пинчука в пользу потерпевших:

    Борздова Николая Романовича дер. Замышки, Круглянский район) – тринадцать тысяч двести двадцать руб.
    Серкутьева Василия Николаевича (ст. Орша, ул.Садовая д.№44) – семь тысяч шесть сот восемьдесят руб.
    Виштель Ефросиньи Юльяновны (г. Орша, ул.Вокзальная д.№2) – шесть тысяч пятьсот руб.
    Осветимской Надежды Кузьминичны (ст.Орша, Краснофлотская 35) – четыре тысячи руб.
    Хальманович Андрея Петровича (дер. Заболотье, Оршанского р-на) – пять тысяч двести руб.
    Шафрун Ивана Петровича (дер. Заболотье, Оршанского р-на) – пять тысяч семьсот руб.
    Козловской Марии Карповны (дер. Ферма, Оршанского р-на) – три тысячи пятьсот руб.
    Кузнецовой Анны Александровны (дер. Ферма, Оршанского р-на) – четыре тысячи сто руб.
    Шибеко Анны Павловны (г. Орша, Советская д.101) – четыре тысячи двести руб.
    Соколовой Марии Яковлевны (дер. Рукли, Кохоновскогор-на) – четыре тысячи шестьсот рублей.
    Шавня Сергея Марковича (дер. Старинки, Кохоновского р-на) – четыре тысячи шестьсот рублей.
    Сивцовой Елены Федоровны (ст. Орша, Садовая 44) – три тысячи шестьсот пятьдесят руб.
    Гришанова Николая Ефимовича (дер.Ставры, Оршанского р-на) – четыре тысячи рублей.
    Дюбкиной Надежды Васильевны (гор. Орша, Лагерная №33) – четыре тысячи пятьсот руб.
    Козловского Кузьмы Григорьевича (дер. Подберезье, Кохоновского р-на) – три тысячи девятьсот рублей.
    Соколовской Василины Степановны (дер. Ферма, Оршанского р-на) – три тысячи рублей.

    В заявленном иске Шапчиц Гаврилу Кондратьевичу и Сташкевичу Андрею Кирилловичу отказать.
    Предоставить право остальным потерпевшим предъявить иск в возмещении ущерба в общеисковом порядке.
    Взыскать с Лихачева, Борисова, Машинского, Кочанова, Шульгина, … (2 фам. неразб., затерто),… ского, Дембовицкого, Васильева, Красновского, Пинчук, Слевцина, Криштоб, Гомбалевской, Максимова, Маслакова, Радецкой, Князевой в пользу Минской юридической консультации по пятьсот рублей с каждого за выступления адвокатов.

    В пользу Витебской юридической консультации по пятьсот рублей с Тарасевича, Дмитриева, Горностаева, Солдатова, Гомбалевского, Бугаева, Бабичева, Кочнова, Искра, Скрипкина, Свиридова, Усовского, Гречихо, Мишкорудного Тимофея, Гуревич, Федорович и Трушко.

    Изъятые по делу вещи возвратить оправданным.

    Приговор окончательный и обжалованию в кассационном порядке не подлежит.

    Председательствующий НОВИК

    Народные заседатели: ИВАЩЕНКО
    РУДАКОВ

    КОПИЯ ВЕРНА: председательствующий (НОВИК)


    Ремарка

    Вчитываясь этот в приговор, невольно напрашивается мысль о том, что, если бы у первых послевоенных оршанских сыщиков было побольше розыскного и оперативного опыта, наверняка были бы доказаны описанные тут убийства, да, возможно, многие другие преступления. И, несмотря на суровый приговор, чувствуется работа столичных адвокатов.

    Интересно было бы узнать о дальнейшей судьбе осужденных. От смертной казни их костяк вместе с Лихачевым спас только указ об отмене смертной казни. А через пять лет последовала знаменитая бериевская амнистия, и, возможно, все они снова оказались на свободе.

    Кстати, собирая в 2017-м году материал по этой исследовательской работе, мне поступила информация о том, что где-то в Оршанском районе живет сын Лихачева, и фамилия его – Сидоренко. Интересно было бы узнать, не имеется ли тут родственная связь с указанным выше (в свидетельствах Ширкевича В.К.) главарем банды Сидоренко?


    После Бериевской амнистии 1953 года в Орше начала действовать воровско-грабительская банда в составе четырех молодых парней, которую возглавлял рецидивист, выпущенный по амнистии[31]. Не исключено, что именно членами этой банды была в том же году ограблена квартира и убиты хозяева – оршанский дантист и его жена, брат которой, Компель Иосиф Михайлович, на стыке 1920-1930 – х гг. был начальником милиции Кохановского района, а в послевоенные годы (1946-1960) являлся прокурором Борисовского района. Об этом убийстве в 2016 году мне свидетельствовал сын последнего, житель г.Борисова.

    Мустипан и Джуринский

    Последнее громкое уголовное дело, которое расследовали сотрудники оршанской милиции в рассматриваемый период, имело место уже во второй половине 1950-х годов и носило чисто экономический характер.

    Полковник милиции в отставке и член Союза журналистов РБ Александр Коссовский в свое время вспоминал:

    «С 1957-го до августа 1958 года я работал старшим следователем Линейного отдела на станции Орша. Пришлось вести следствие по обвинению жителей Украины Мустипана и Джуринского, матерых деляг-расхитителей леса, вступивших в преступную связь с начальником станции Лепель Кириным и его заместителем Миллером.

    Последние за получение крупных взяток незаконно предоставляли вагоны Мустипану и Джуринскому для перевозки краденого первосортного леса, который преступники доставляли Одесскую область (станции Котлобух и Дзенилор), где по спекулятивным ценам втридорога реализовывали его отдельным гражданам. В расследовании мне огромную помощь оказал старший оперуполномоченный ОБХСС Дорожного отдела милиции Юрий Михайлович Сазонов – смекалистый инициативный оперработник. Он
    потом в течение многих лет возглавлял отдел ОБХСС Управления внутренних дел белорусской столицы»[32].

    «Пацаны с районов»

    В 50-е годы на Оршу навалилась еще одна беда — молодежные хулиганствующие группировки. Наверное, нет города, где «пацаны с вокзала» не враждовали бы с «микрорайонщиками». Но в Орше этот мордобой считался признаком героизма. Город был разделен на части. Границы четко охранялись, и никто из противоборствующих сторон не имел права их нарушать. Побоища между группировками нередко заканчивались смертельным исходом. Увечья, переломанные руки, ноги, пробитые головы в расчет не брались — бои велись без правил. Упал — забивали насмерть.

    Милиция сбивалась с ног, пытаясь предотвратить драки. Удавалось не всегда. Группировки не были стихийным, пьяным стадом. У каждой был лидер, чьи приказы выполнялись беспрекословно, нарушившие устав жестоко наказывались. Система оповещения работала быстро и слаженно, как государственный телеграф. За полчаса лидер мог собрать «бойцов» и повести их во вражеский стан.

    Расцвет таких группировок пришелся уже на 70 — 80-е годы[33]. Но это уже совсем другая история.

    Толочинские разбойники и «лесные братья»




    Между Крупским районом Минской области и Оршанским — Витебской, вдоль линии Оршанской дистанции пути Беларуской железной дороги расположен Толочинский район.

    Согласно свидетельству ветерана Толочинского РОВД А.Р. Мачаховского, после освобождения района от гитлеровских оккупантов вернулись с фронта и стали работать в местной милиции С.С. Беланович, И.И. Козлов, И.Ф. Мясников, М.М. Поляков, С.М.Плескач. Однако кадров не хватало, а работы было много. В лесах еще скрывались бывшие полицейские, остатки разгромленных немецких частей и власовцев, появились бандитские группы, которые терроризировали население, занимались грабежами. При больших усилиях работников милиции и помощи общественности все эти банды в скором времени были разгромлены милицией. В районе стало спокойно. В конце 1940-х и начале 1950-го года районный отдел милиции пополнился демобилизованными из Советской Армии бывшими фронтовиками и партизанами. Среди них В.П. Ермашкевич, А.Ф. Ермаков, М.В. Григорович, Р.Ф. Галимович, А.П. Красовский, М.В. Мясников, И.Д. Сморчков и другие. Многие сотрудники милиции одновременно работали и учились в школе рабочей молодежи. Учиться было нелегко, временами приходилось прерывать занятия и выезжать на происшествия, а доучиваться по ночам. Однако трудностей не боялись. Были и потери – погиб при исполнении служебного долга госавтоинспектор Виктор Присмыков. В 1950-1954 гг. начальником Толочинской районной милиции работал И.Г. Шихов, член КПСС, бывший фронтовик, в органах милиции работал с 1934 г., капитан милиции, награжденный орденами и медалями СССР[34].

    Из воспоминаний ветерана Толочинского РОВД Холодинского Константина Константиновича, 1941 гр., урож. Мостовского района, майора милиции в отставке (записано летом 2017 года):



    «В пору моей работы сельским участковым, от местных жителей и старых сотрудников нашего отдела милиции (например, М.М. Полякова, начальникf РОВД П.М. Хиленкова) неоднократно приходилось слышать, что в послевоенные годы в районе участков дороги д.Волосово –г.Толочин — д.Гончаровка, а также в районе дороги д.Озерцы — д.Воронцевичи — д.Волковичи действовали лесные разбойники, которые перенимали и грабили крестьян, возивших на базар домашнюю скотину, свиней, птицу и продукты питания. В частности, происходило это недалеко от д.Лунная (Озерецкий с/С), где возле дороги росли три дуба, у которых бандиты перенимали свои жертвы. Но не убивали. От тех дубов по лесу до дороги на Круглое был большой ров среди курганов, по которому они (разбойники) незаметно перемещались. Рядом с целебной криницей возле урочища Скрипутево в районе д.д. Кривое и Волковичи были у разбойников вырыты землянки – «волчьи-норы» (Теперь там комплексный ландшафтно-гидрологический заказник «Скрипутево» — А.Т.).

    Слышал, что, когда грузовые машины райпотребсоюза развозили товары по сельским магазинам и, заезжая на Лысую гору, замедляли скорость, сзади, из леса в кузов запрыгивали те разбойники и скидывали на обочину мешки и коробки, после чего и сами выпрыгивали, после чего уносили свою добычу в лес. В случае, если бы водители увидели, что их грабят и остановили машину, надо думать их могли и убить. Бандиты, действовавшие в указанных местах Толочинщины, имели между собой связь. Действовали они по линии оршанской дистанции беларуской железной дороги.

    Летом 1953 года проводилась операция по задержанию атамана банды (фамилию запамятовал) в районе д. Стуканы Волосовского сельсовета. А дело обстояло так.

    Человек 25-30 местных колхозников косили траву. Они были уже ориентированы о том, что в определенное время из леса должен выйти разыскиваемый бандит, сам из местных уроженцев д. Волосово. Тот действительно вышел, подошел к косцам, завязал с ними беседу и стал угощать американскими сигаретами. Была на нем сверху одета то ли куртка, то ли пиджак, и косцы, среди которых были и бывшие фронтовики с партизанами, увидев, что у парня под мышкой на шлейках висит пластмассовый(?) кожух – кобура с парабеллумом", взяли, да и скрутили разбойника.
    Ремарка
    Возможно кобуру можно было использовать и как приклад под пистолет. Получался укороченный карабин, как у маузера. Ниже приводятся некоторые варианты такой конструкции спецоружия от «люгера-парабеллума», в отличие от стандартного «маузера» с приставной деревянной кобурой, не имевшие широкого распространения.













    А вот вариант американских сигарет, поставлявшихся США в СССР вместе с другой продукцией самого широкого профиля в годы советско-германской войны 1941-1945 гг по ленд-лизу, а в первые послевоенные годы по линии ЮНРРА.



    «Что там дальше произошло, я уж не знаю, но пока вызывали милицию, да пока та приехала, кто-то из косцов из пистолета задержанного его же и застрелил. Тело атамана забрал приехавший на место происшествия майор (то ли милиции, то ли МГБ, а находились они тогда в едином ведомстве), который, надо думать и проводил эту операцию. Фамилию его я не помню, но где-то в Толочине у него живет дочь.

    Остальных разбойников, а было их человек 7 потом быстро переловили, или они сами из леса вышли и сдались. Я уже точно не помню. В Волосове был показательный суд. Интересный факт. Оказывается, что один из тех бандитов потом стал военным и дослужился до полковника. Надо думать, что это был «засланный казачек» и именно благодаря ему и была тогда ликвидирована банда.

    Когда я одно время квартировал в д. Стуканы Волосовского сельсовета, местные жители, в том числе Юзик Нарчук, кажется он еще живой, мне рассказывали эту историю и то, что тут живет брат того убитого атамана лесных разбойников, которого все звали по прозвищу – Лёкса. Был он простым колхозником, жил, как помниться, возле местной дивчины Любы Кубарской и за дела брата судим не был».


    Из воспоминаний Юшковского Антона Антоновича, 1929 г.р., уроженца Толочинского района, жителя пос. Смоляны Оршанского района, майора милиции в отставке (записано в феврале 2017 г.):



    Фото: Юшковский А.А., 2-я пол. 1960-х гг.

    «В 1953 году после демобилизации из Советской Армии я пошел на работу в толочинскую милицию. Сначала был помощником дежурного по РОМ МГБ, а в 1960-м стал участковым по Славновскому и Плосскому сельским советам. С 1974-го года и до самого ухода на пенсию в 1986-м году работал участковым в Оршанском РОВД по Смольянскому и Запольскому сельсоветам.

    Смутно помню, как в самом начале моей работы в милиции я выбывал в Озерицкий сельсовет, откуда конвоировал в РОВД задержанных бандитов. Подробностей я уже не помню, да и в курс дела меня тогда, простого младшего милиционера, особо никто не вводил».




    Фото: сотрудники Толочинского РОВД. 2-я пол.1960-х

    Судя по всему, задержанные в 1953-м году разбойники были не простыми уголовниками, а настоящими антисоветскими «лесными братьями». На это указывают следующие факты.

    Это и американские сигареты (если конечно они были не из старых запасов американской гуманитарки, что поставлялась первые послевоенные годы в БССР по линии ЮНРРА, но что мыслиться маловероятным) и специфический спецкомплект парабеллума с пластиковой(?) кобурой-прикладом у атамана, что может говорить и за его связь с западными разведками.

    Как я уже указывал выше, имеются сведения и о том, что по территории Витебской области рейдировали и боевики из «Черного Кота».

    За это же говорят и данные, почерпнутые мной у главного редактора толочинской районной газеты «Наша Талачыншчына» В.Н.Бирюкова (беседовали летом 2017 года). Сам Виктор Николаевич местный уроженец и автор многих статей по истории района. Так вот, по его информации, в д. Вальки Плосского сельсовета, что находится рядом с Озерицким, на границе с Крупским районом, брата жены некоего Ахрема Халецкого звали Стась, и в ходе одного из послевоенных рейдов беларуских «лесных братьев», он присоединился к ним. Его дальнейшая судьба неизвестна.

    Опять же плодить заклятых врагов среди своего же народа советская власть всегда умела. Например, даже не касаясь раскулачивания и репрессий 1920/30-х годов, по информации, поступившей мне в 2017 году от потомков первых послевоенных толочинских милиционеров, где-то сразу по окончании войны в район железнодорожного вокзалы Толочина был пригнан один, или даже несколько товарных эшелонов – готовилась очередная депортация — высылка в Сибирь какой-то части местных крестьянский семей. Конвоировали их и местные милиционеры. Особенно много «спецонтингента» было со стороны Коханово, который в 1946 был восстановлен как райцентр и просуществовал в этом статусе до 1956 года.

    Взять с собой в ссылку очередным жертвам преступного советского режима, только-только пережившим гитлеровскую оккупацию, позволили совсем немного. Однако в последний момент откуда-то сверху поступила команда отбой, и конвоируемым, которые приготовились к погрузке, или даже уже были погружены в вагоны, позволили возвращаться по домам, где представители местной власти, с большего, их имущество уже успели разграбить.

    P.S.

    В рассмотренной тематике еще много белых пятен, на которые надо искать ответы в архивных источниках, а также устных и письменных свидетельствах. Надеюсь, что вместе с вами мы сделаем картину тех событий более полной и многогранной, узнаем новые имена, фамилия и факты.

    Приложение: скан Приговора по делу банды Лихачева

















    Ссылки:

    [1]Андрей Тисецкий. Был такой райотдел / Из истории отделов милиции, ликвидированных районов Беларуси. Милиция Беларуси. №3(63) за июль 2016 года, С.37; bramaby.com/ls/blog/history/4619.html.
    [2]Антысвецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. Даведнiк. Пад рэдакцыяй Алега Дзярновiча / Архiу найноушае гiсторыi / Менск. 1999.С.177.
    [3]Там же. С.175.
    [4]Владимир Дорошевич. Смотреть на мир добрыми глазами / Рассказы и очерки о сотрудниках милиции Минской области, малоизвестных и забытых фактах, событиях / Мн. «Артия Групп». 2010. С.46-49.
    [5]http://uvd.vitebsk.gov.by/otdely/go-rovd-ovdt-oblasti/beshenkovichskij-rovd/.
    [6]Память. Внутренние войска МВД Республики Беларусь / Историко-документальная
    хроника / Под общей редакцие полковника В.Г.Рожнева. Мн. «ФУАинформ». 2008. С.218.
    [7]Очерки истории милиции Белорусской ССР 1917-1987. Мн. «Беларусь». 1987. C.264.
    [8]Там же.
    [9]Память. Сотрудникам органов внутренних дел и и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга ПОСВЯЩАЕТСЯ. Мн. БЕЛТА. 2006. С.59.
    [10]Там же. С.104.
    [11]Очерки истории милиции Белорусской ССР 1917-1987. С.267.
    [12]Сяргей Ерш, Сяржук Горбiк. Беларускi супрацiу. Львоу.2006. С.361.
    [13]Мы святкуем Вялiкдзень. Вольны селянiн. 1946, №3; Сяргей Ерш. Збройны антысавецкi супрацiу у Беларусi у 1946 годзе. Беларускi Рэзыстанс. №2(11)/2011. С.25; pdf.kamunikat.org/21156-1.pdf.
    [14]Станислав Галковский. Контр – разведчик / Генерал КГБ рассказал о спецоперациях в послевоенной Беларуси / Советская Белоруссия №81 (24464). Среда, 30 апреля 2014 года; www.sb.by/articles/kontr-razvedchik.html.
    [15]Очерки истории милиции Белорусской ССР 1917-1987. С.269.
    [16]Уголовно-исполнительная система МВД Республики Беларусь. 90 лет. Мн. «Позитив-центр». 2010. С.57.
    [17]Там же. С.50.
    [18]Там же.
    [19]Там же. С.51.
    [20]Там же. С.53
    [21]Там же.
    [22]Там же. С.51.
    [23]Там же. С.55.
    [24]Там же.
    [25]Память. Сотрудникам органов внутренних дел и и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга ПОСВЯЩАЕТСЯ. С.77.
    [26]https://ru.wikipedia.org/wiki/Орша.
    [27]Владимир Лившиц.При попытке захвата бандита был прошит автоматной очередью и умер на месте — horki.info/navina/7643.html.
    [28]Андрей Тисецкий. Разгром неуловимых. Милиция Беларуси, №2(68) за май 2017 года, С.26-29; bramaby.com/ls/blog/history/6219.html.
    [29]Память. Сотрудникам органов внутренних дел и и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга ПОСВЯЩАЕТСЯ. С.116; Книга памяти участковых инспекторов милиции. Мн. 2013. С.48.
    [30]Там же.
    [31]Очерки истории милиции Белорусской ССР 1917-1987. С.268.
    [32]Александр Коссовский. Памятные годы. Транспортная милиция / История и современность. Мн. «ФУАинформ». 2004. С.104.
    [33]Андрей Евменов. Пика проблем. «Беларусь Сегодня», 27.12.2001 г.;
    www.sb.by/articles/kriminal-21.html.
    [34]Памяць. Талачынскi раен. Мн. Изд. «Беларуская савецкая энцыклапедыя iмя Пятруся Броукi», 1988. С.624.

    18 апреля 2018 г.
    • нет

    0 комментариев

    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.