История
  • 901
  • «Пусть белые красным за все отомстят…»


    Валерия Новодворская «Прощание словянки»

    (фрагмент)

    ХУДОЙ МИР

    «На той единственной, гражданской»

    Власть, разделившаяся сама в себе, не устоит. Запустив (причем на самотек) механизм модернизации, Горби создал начатки двое-, даже троевластия. Во всех структурах, включая КГБ и армию, контингент поделился и рассчитался по порядку номеров: кто — за Россию, кто — за Союз, кто — за Украину. Один — к Горби, другие — к Ельцину, третьи — к Лигачеву. А когда Ельцин гениально подбросил им под ноги еще и противостояние СССР — Россия, Белый дом — Кремль, а наученные и вдохновленные им регионалы-феодалы намертво вцепились зубами в свои суверенитеты и захрустели некогда общей Кремлевской стеной, как вафлями, — вот здесь и возникла наша странная война. Мы дрались с властью, но с какой? Она растроИлась и дралась междуусобно. Им было не до маленького ДС: друг друга топтали и кололи бивнями большие слоны. Нас они смахивали с себя в четверть силы, как маленькую Моську. Мы выжили благодаря тому, что структуры играли в покер, а мы встревали в игру со своим водным поло. Наши удары не отбивали как следует (иначе от нас осталось бы мокрое место), потому что сильные мира сего играли в свою игру. ДемРоссия умела попадать в резонанс, и поэтому кое-что ей перепадало. Должности, портфели, свет софитов, заграничные поездки. Лидеры ДемРоссии всю жизнь имели дело с властью, были при власти, искали ее протекции и ей писали письма вроде «Письма к вождям». Даже Солженицын не готов был обращаться к народу, потому что и демороссы (и выбороссы впоследствии), и Солженицын, и межрегионалы знали, что народ не участвует в игре, а присутствует на стадионе как зритель и разве что делает ставки в тотализаторе.

    Демократическая элита раньше нас поняла, что решают — консулы, а народное собрание только кричит или рукоплещет, и чаще всего им можно управлять, нажимая на педали, как в автомобиле. А мы-то хотели быть народными трибунами. Но мы забыли, что даже в Риме трибуны были частью элиты, ели с ней общий властный пирог, входили в номенклатуру, сидели за хорошо накрытым столом и решали, в общем-то, свои вопросы, используя народ как механизм давления на сенат, на консулов, на армию (кидая, конечно, клок и народу, демонстрируя при этом свою щедрость, компетентность и великодушие). Этот механизм заработал в 1988 году, и ДемРоссия грамотно вошла в обойму, вскочила на ходу, просчитала обороты. Что-то перепало им, что-то дали из их рук всей интеллигенции. Выковывались механизмы воздействия на власти, создавались политические репутации.

    Мы не хотели вникать в работу механизма, не хотели приспосабливаться. Пока над страной болтались со змеиным шелестом красные флаги, пока формально правила КПСС, пока действовала советская власть, такая позиция была невыгодна, но хотя бы почетна. Но в 1991 году по реке поплыл лед, она вскрылась, треск стоял от верховий до устья. Это была уже не оттепель. Это была космическая катастрофа, взрывающая и созидающая миры, хотя отдельные планеты могут участвовать в этом лишь бессознательно. Космическая катастрофа, как и буржуазная революция в России в августе 1991-го, всегда совершается сверху. Или сбоку. Словом, со стороны. Космические силы сродни историческим. Неподотчетны, неконтролируемы, непредсказуемы. Но если уж началось, если ты видишь язык лавы, садись сверху и погоняй, чтобы сгорело то, что лишнее, но не то, что необходимо, что должно остаться. Именно это не сделали когда-то предтечи демократов широкого профиля — кадеты. Не сумели сесть на исторический процесс, взнуздать и погонять. И он их растоптал. А ДС не хотелось оказаться ни под конем, ни на обочине — в стороне от скачек. И 20 марта 1993 года, когда Ельцин произнес пароль («Мы с тобой одной крови — ты и я!»), когда он заговорил как антисоветчик и антикоммунист, для нас кончился этап «странной войны» с властью и начался период «худого мира».

    Собственно, мы готовились к этому с августа 1991-го. За 2 года мы успели остыть и понять, что революции снизу по нашей формуле здесь не будет никогда. Народ не поднять под лозунгами социального неравенства, индивидуальных усилий, протестантской этики строгого и трезвого труда, свободы победить или проиграть в жизненной игре, свободы ни у кого не просить хлеба, свободы покаяния и ненависти к прошлому, к СССР, к коллективу, к парткому и продовольственным заказам к 7 ноября. Уже создавалась олигархия «владельцев заводов, газет, пароходов». Мир раскололся надвое. Возникли два берега, две стороны баррикад, два народа.

    Мы, не колеблясь, выбрали капиталистический свет в конце олигархического туннеля. Через несколько дней после обращения Президента, еще до конца марта, мы безжалостно исключили из партии давних соратников, авторов программ ДС, подписантов «Письма двенадцати». В огне брода нет. Занималось зарево, и мы не хотели, чтобы нам стреляли в спину из рядов собственной партии.

    Буржуазная программа у ДС уже была. 6 ноября 1993 года она будет принята как общепартийная, уже не фракционная, и все недомолвки, все отголоски социал-демократических пережитков уйдут из нее. Как на таблицах децемвиров, в нее будут врезаны слова «капитализм» и «антикоммунизм».

    Она станет хрустальной и прозрачной до самого дна, как холодные воды ледяных горных озер; отчаянной, как полет зимородка; твердой, как улыбка воина; и блестящей, как вынутый из ножен меч. Война — а мы гораздо раньше других поняли, что март 1993-го закончится октябрем — имеет свои законы. Тыл и фронт должны быть едины. Оппозицию на войну не берут.

    Всю долгую весну и лето мы тянули за рукав президента, упрашивали, уговаривали, даже хамили с горя. Мы ничего не боялись и ждали, когда же он ударит в набат. Уже потом мы узнали, что другие, куда более многочисленные руки тянули его назад, хватали за ноги, запугивали кровью и гражданской войной. Сергей Филатов «не советовал», Егор Гайдар считал, что опасно и рискованно. Борис Николаевич был очень одинок. Он хотел, чтобы кто-то разделил с ним тяжесть и ответственность Указа № 1400.

    И вот проходит апрельский референдум, и получен мандат на разгон Советов. В последний раз демократы выводят на площади, улицы и спуски десятки тысяч людей. Митинг на митинг, идея на идею, лозунг на лозунг… «Пусть белые красным за все отомстят…» Все выше пена в бокалах шампанского, вот-вот перельется через край. У нас — шампанское, у них — дешевая водка; у нас — шелковые стяги, у них — примитивный кумач; у нас — стихи Бродского, Высоцкого, Волошина, у них — примитивные советские песни и партийные гимны времен Эжена Потье. Наша буржуазная революция была великодушна, хорошо одета, благоухала дорогим одеколоном. Нас вел вдохновенный смычок Ростроповича; они внимали сигналам, примитивным и однозначным сигналам поднятой в фашистском приветствии длани Баркашова. Тогда еще многочисленные, резвые и боеспособные демократы готовы были покидать красно-коричневых (Женя Прошечкин, гениальный систематик, почище Ламарка, вошел с этим термином в историю) своими руками в Москву-реку. Митинги приходилось разделять, как материю и антиматерию, чтобы не было аннигиляции.


    Рядовые, нестатусные демократы, не зараженные кремлевским вирусом трусости и соглашательства, требовали, начиная с 20 марта, чтобы депутатов переловили, не впуская в Белый дом, а съезд и ВС запретили. Люди с Васильевского спуска готовы были вынести нардепов из Кремля вручную (за руки и за ноги). И не было бы осады Белого дома, не было бы танков.

    Но Ельцина обступали соглашатели и трусы, и эта проволочка — с 20 марта по 21 августа — вытянула из нас все жилы. В это время Борис Николаевич протрубил в рог, и возник ОКДОР — комитет всех демократических организаций несовдеповского подчинения. Когда демократы нужны президенту, он собирает их в одном теплом помещении (в мэрии, скажем), ставит перед ними бутылки фруктовой воды и задает им тему для обсуждения (иногда надо и решение подсказать, потому что иначе, как это с ОКДОРом и произошло, разговоры будут длиться вечно и попусту и без всякой конкретики уйдут в песок). Так все и вышло. ОКДОРовцы произносили пламенные речи, но не делали того, что ждал от них президент: не брали на себя ответственность за силовой разгон Советов. А ведь после 1 мая, после выходки красно-коричневых, аналогичной июльскому большевистскому выступлению (только что без пулеметов), президент имел законную возможность арестовать зачинщиков прорыва по ст.79 («Массовые беспорядки») в порядке расплаты за В.Толокнеева и навсегда запретить уличные акции экстремистов красного толка. Это предотвратило бы грядущую кровь. По рукам надо давать вовремя, тогда не придется стрелять.

    Но, очевидно, Генпрокуратура не очень-то проявляла готовность арестовывать «своих». И она, и милиция, и суды, и КГБ — все это было против нас. Баранников, Макашов, Дунаев — все это были одного поля ягоды. Тогда, в апреле, я в последний раз пожалела врага и заступилась за А.Лукьянова, которому угрожал суд за ГКЧП. И он, и его дочь, хотя и отъявленные коммунисты, были так жалки, они так боялись, что Ельцин после референдума с ними расправится и придется ответить за август, что мне стало стыдно. Неужели теперь будут бояться нас, неужели при нашей власти нашим врагам придется так же выкручиваться, лгать и доказывать свою лояльность, неужели мы повторим КПСС? Увидев лукьяновскую кошечку по имени Варя и узнав, что у него есть внук, я почувствовала горячее желание его защитить. Тем более что он так доказывал, что помогал диссидентам, что спасал ДС от расправ, что любил «своего друга А.И.Яковлева»… Кронид Любарский мне этого не простил до самой смерти, но я сделала ласковое интервью и защитительную статью с предложением учредить «эру милосердия».

    О, я была за это достаточно наказана. Убедившись в том, что после референдума Ельцин никого не тронет, что 1 мая тоже сошло с рук, Лукьянов отрекся и от меня, и от собственного интервью в коммунистической печати. Он понял, что мы лопухи, что нам не выжить в гражданской войне (4 октября никто не предвидел), а от покойников какая же защита? Спасибо Лукьянову: он объяснил мне, что на сострадание имеет право только побежденный и сдавшийся противник. Что неумолимый закон войны гласит: сначала — победа, потом — жалость к побежденным. Но не наоборот.

    В том апреле ДС состряпал листовку. Боже, сколько самых изысканных листовок я написала за свою жизнь, и какой переполох возникал от них в тех курятниках, куда я их забрасывала! Листовка называлась «Добейте гадину!» и выходила под общим грифом «Долой Советскую власть!».


    Эксклюзивное интервью «Кругозору» Ильи Борисовича Бурштына, впервые заговорившего с прессой о своей легендарной Лере
    — Илья Борисович, как вы познакомились с мамой Валерии?

    — Отец Нины Фёдоровны — потомственный дворянин, очень симпатичный человек Фёдор Новодворский — жил в Москве. Нина приехала к нему из Белоруссии, где жила с матерью, и поступила в Первый Медицинский институт, в котором учился мой друг. Я после демобилизации в 1947 году поступил на радиофизический факультет Московского Энергетического института. Так мы познакомились с Ниной Фёдоровной и поженились в Москве. А рожать Нина поехала к матери в Барановичи, на сносях — её чуть с поезда не сняли, но доехала домой и через несколько часов родила дочку.

    Было это 17 мая 1950 года. Мы с супругой ждали сына, но родилась девочка — ладная, здоровенькая — и то хорошо. Вскоре я сдал летние экзамены и тоже приехал в Белоруссию к семье, впервые взял дочь на руки. В конце августа мы с супругой оставили Леру бабушке и уехали в Москву. Я продолжал учиться, а Нина вышла на работу. Она была врачом-педиатром, впоследствии работала в Московском управлении здравоохранения.

    К дочке мы наведывались два раза в год. Бабушка Леры очень её любила и много сил отдала её воспитанию. Звали её Марья Владимировна, была она строга, но ко мне расположена, доверяла гулять с Лерой, катать дочку зимой на санках. После нашего с Ниной Фёдоровной развода в 1967 году, Марья Владимировна переехала в Москву и жила с дочерью и внучкой. Я бывал у них в гостях, мы подолгу беседовали. Она прожила долгую достойную жизнь и умерла, когда я уже жил в Америке.

    — Почему Валерия Ильинична носила фамилию матери?

    — Время такое… Непопулярны были еврейские фамилии. Уже набирало обороты Дело врачей-отравителей, которое в материалах следствия носило откровенное название: «Дело о сионистском заговоре в МГБ». Раскручивался маховик «Дела Еврейского антифашистского комитета», особенно после убийства Михоэлса по приказу Сталина в 1948-м году. Отношения СССР с недавно образованным государством Израиль были весьма прохладными — слишком восторженной была реакция советских евреев на визит Голды Меер в Москву. Сталин строил свои каверзные планы переселения всех евреев СССР на Дальний Восток.

    — Разве Бурштын — это еврейская фамилия? Скорее, польская…

    — Всё верно. Родители мои — Соня и Борух — были родом из Польши, они приехали в Москву из Варшавы в 1918 году. Потом хотели вернуться, но поляки организовали собственное независимое государство и родители остались в Советской России. Мои старшие сестра и брат родились в Варшаве, и этот «анкетный» факт очень мешал им впоследствии, хотя на момент их рождения Польша была частью Российской империи. Своих дедушку и бабушку я не знал — они погибли в Варшавском гетто. Помню лишь, как ходил перед войной с отцом на почту, отправлял им посылки — уже в гетто…

    Я своего еврейства не скрывал никогда. В документах всегда было указано: Илья Борисович Бурштын. И в военном билете то же. Что означает моя фамилия, я в детстве не знал. Уже работая, приехал в командировку в Вильнюс (там тогда было много поляков) и услышал удивившую меня фразу:

    — Почём этот ваш бурштын?
    Оказалось, что в переводе с польского «бурштын» означает «янтарь».

    Лера была отличницей. Не единственной в классе: надо отдать должное, среди пролетариев отличники тоже были. Дочь росла независимой и самостоятельной, взрослой не по годам. У нас с ней сложились хорошие отношения, дружеские и доверительные. Конечно, она не могла не замечать критических замечаний в адрес власти и партийной системы, которые мы с Ниной Фёдоровной себе позволяли высказывать дома. Дал дочери прочесть повесть Солженицына «Один день Ивана Денисовича».
    • нет
    • 0
    • +11

    26 комментариев

    avatar
    Генадзь Самусевіч: Я закончыў гістфак і аспірантуру. Тэма маёй дысэртацыі была звязаная з беларускімі радыкаламі пачатку века — эсэрамі. Мой навуковы кіраўнік — намесьнік дырэктара Інстытуту гісторыі Біч. Але абараняцца я ня стаў, бо ад мяне патрабавалі абараніць дысэртацыю ў рамках той ідэалогіі, якая з’яўлялася тады абавязковай. А я ўжо ў 1989 годзе, працуючы ў архівах у Маскве, удзельнічаў там у апазыцыйных мітынгах на Пушкінскай плошчы, я слухаў Ельцына — і калі я вяртаўся ў Мінск, гэтае соннае царства, то я раздаваў тут прывезеныя з Масквы ўлёткі… Таму я ня мог пісаць дысэртацыю так, як ад мяне патрабавалася. Таму, у сілу адукацыю і досьведу — бо я быў у свой час на стажыроўцы ў Оксфардзе, паўтара году працаваў у Галандыі — мяне зьбіць стандартнымі форумскімі прыёмамі нельга. Я маю сваю думку, якая адрозніваецца ад думкі большасьці вашых чытачоў.
    nn.by/?c=ar&i=20204
    рысы твару падобныя нейкія :)
    0
    avatar
    рысы твару падобныя нейкія
    Сумуеце, спадарыня Аліна? Не трэба маркоціцца. Трэба дзейнічаць. Складайце прашэнне. Ці зварот? Калі што, я таксама гатовы падпісаць.%)
    0
    avatar
    Ні прашэньня, ні звароту. Я вунь пра камунафашыстаў нядаўна даведалася. Гэта ж зусім не тое, што мелася пад чырвона-карычневымі… Бо што там мелася?
    Автором термина “красно-коричневые” считается писательница Алла Гербер. Необходимо признать, что лица, употребляющие термин “красно-коричневые”, осознавали некорректность данного термина. Безусловно, всех носителей социалистических ценностей можно было смело называть “красными”, но приписывать гражданам нашей страны, многие из которых с оружием в руках бились на фронтах Великой Отечественной Войны с “коричневой чумой” коричневый цвет, было крайне некорректно
    і во!:
    Писатель и публицист Александр Проханов издал в 1999 году роман “Красно-коричневые”. Любое художественное произведение – это творческое осмысление окружающей тебя действительности, и вполне определенных исторических событий, в том числе и в символьно-знаковых полях. Назвав роман “Красно-коричневый”, Александр Проханов де-факто согласился с искусственно навязываемым символом и признал его реально существующим.

    Гадоў 15 я пражыла зусім без палітыкі, можна сказаць. Як Зянон — у эміграцыі. Да восені 2010-га. Нават хто такі Кургінян даведалася толькі на Браме — нехта даў спасылку — вінаваціў Хадаркоўскага.
    Якія высновы можна было рабіць НІЧОГА насамрэч не ведаючы пра вайну — бо НІЧОГА і не думаючы. Проста спажываючы натоўчанае ў галаву за ўсё жыццё.
    Але ж прыйшла пара паспрабаваць вызначыць, што гэта было ўвогуле. І цяпер свет змяніўся.
    Пан Монро паўтарае ўсё адзін у адзін — з таго 2003-га:
    Погляды мае выкрышталізаваліся. Я лічу, што тут — не Эўропа.

    Наталка Бабіна: А што ж тут, калі не Эўропа?

    ГС: Эўраазія. Эўропа — гэта найперш каталіцкае ці пратэстанскае веравызнаньне. А тут дамінуе праваслаўная царква і расейскамоўнасьць. Не я гэта выдумаў, так склалася. Адзіны спосаб беларусізаваць беларусаў — гэта каб нашыя захаднікі прыйшлі да ўлады і ўстанавілі аўтарытарны рэжым.
    nn.by/?c=ar&i=20204
    ну як бы зразумелы ход думак — Эўропа зайдзе сюды толькі праз калена… Але беларусізацыя — гэта як бы пэўны лек, які праз гадоў 20 даў бы здароўе грамадству — ацаліў бы яго. Адзін з многіх складнікаў. Але вельмі важны. І сапраўды самазабойчы, калі будзе прымяняцца праз гвалт.
    Ну і што маем? 20 гадоў прайшло. Пры чым да сёняшняга стану мова і Пазьняк? Пры чым толькі іх адсутнасць. А пан паўтарае 15 год тое самае. А розныя паны і пані ажно трасуцца ад тэмы размовы толькі — пра мову — паралельна з нянавісцю да «народца». Сапраўды нейкі кот адсутнасці. :)
    І гэтая дзятлаўшчына — што тут не Эўропа… Праваслаўе ці што яшчэ — усё выкаранялася паўстагоддзя. Чаму, як і навошта — вось пытаньні! А не хрысціянства, укрыжаванае, яшчэ і вінавата саўкам, шо тут не Эўропа.
    0
    avatar
    Раньше казалось, что она слишком преувеличивает, а оказалось — всё правда. Всегда её уважал и уважаю.
    +9
    avatar
    Крепкая личность, цельная. А слог каков…
    мы безжалостно исключили из партии давних соратников, авторов программ ДС, подписантов «Письма двенадцати». В огне брода нет. Занималось зарево, и мы не хотели, чтобы нам стреляли в спину из рядов собственной партии.
    0
    avatar
    А в БНФ даже Монро околачивалось. И потом в спину стреляло.
    +1
    avatar
    А в БНФ даже Монро околачивалось.
    Это когда в развевающейся над люком юбке?
    0
    avatar
    А в БНФ даже Монро околачивалось. И потом в спину стреляло.

    Судя по интервью в ссылке спадарыни Алины, сначала сам “сышоў”, а потом только пулять начал. Причем пулять навесным, через Хадыку, т.е. неприцельно. А уж куда там попадало… Может, и в спину. История умалчивает.
    0
    avatar
    З тых часоў мінула сем гадоў, для мяне — траціна жыцця. Але падзеі таго дня і прэзідэнцкую кампанію ў цэлым я памятаю вельмі добра. Памятаю выступ Статкевіча па ТБ, пасля якога бабуля сказала мне з перакрыўленым ад жаху тварам: «Маіс, навошта ён гэта кажа, яго ж пасадзяць!»

    Галасаваць я не мог, мне тады было 15, але нават калі б і была ў мяне такая магчымасць — не ведаю, за каго аддаў бы голас: мне амаль аднолькава сімпатычныя былі Някляеў і Саннікаў.

    Мая маці тады жыла і працавала ў Егіпце і вырашыла забраць мяне да сябе перад зімовымі канікуламі, амаль на месяц. Вучыўся я дома, вучыўся добра, праблем з тым, каб адпусціць мяне, не ўзнікла.

    Маці разумела, што я цікаўлюся палітыкай, і разумела, што пачнецца акцыя пратэсту — я пайду. Нягледзячы ні на што. Гэта цяпер я разумею, што з маімі нагамі і маім зрокам я не вулічны баец, а тады мне было 15. І пайшоў бы.

    За некалькі дзён да выбараў мы паляцелі. Здаецца, пасля гэтага я не размаўляў з ёй некалькі тыдняў, душа рвалася прэч, але…

    Надыходзіць дзень выбараў. Ноўтбука ў мяне тады не было, інтэрнэту ў тэлефоне таксама. Маці працавала на пляжы, прадавала экскурсіі рускім турыстам. У яе быў цудоўны начальнік па імені Мухамед, у яго ноўт быў. Калі я распавёў пра тое, што адбываецца ў мяне на радзіме, разумеючы, што акцыя пратэсту будзе, ён проста аддаў мне свой ноўт з флэшкай для інтэрнэту, сказаўшы «вернеш, як будзе зразумела, што ў вас там. Вось бы нам пратэсты тут…» (да звяржэння Мубарака заставалася два месяцы, але тады ніхто і падумаць не мог).

    Забраў ноўт, Мухамед мяне папярэдзіў, што ў ім не працуе батарэя — толькі ад сеткі.

    Надыходзіць вечар. Інтэрнэт павольны, анлайн не паглядзець, толькі тэкставы.

    Далей адбываецца нешта, вартае апісання ў прозе, я б не паверыў, што так бывае, сказаў бы, што плёткі.

    Я чытаю тэкставае паведамленне на навінах мэйл.ру (чаму там, Божа?): «Пратэстоўцы ў Мінску пайшлі на штурм Дома ўрада».

    І тут выключаецца электрычнасць. На ўсю ноч.

    Я не магу апісаць свае пачуцці, мне не хапае ні журналісцкага, ні пісьменніцкага ўмення… Пішу, рукі дрыжаць, а ў вачах — слёзы. Я верыў у тое, што вярнуся ў іншую краіну.

    Я не вернік, я не ўмею маліцца «як трэба», таму, стоячы перад акном, маліўся: «Ну хай усё будзе добра, Госпадзе». Ведаеце, якія цёмныя ночы ў той частцы свету і якія яркія зоркі? А я ведаю.

    Раніцай святло далі. Я кінуўся да тэлевізара, уключыў «Еўраньюс» і ўбачыў страшныя кадры разгону, бліц-інтэрв'ю з Вольгай Някляевай у слязах… Памятаю — як сёння.
    На маю думку, тады я плакаў мацней за ўсё ў жыцці.
    nn.by/?c=ar&i=202055
    у нашым доме святло не прапала, але я плакала ўжо за тыдзень
    0
    avatar
    К дочке мы наведывались два раза в год. Бабушка Леры очень её любила и много сил отдала её воспитанию. Звали её Марья Владимировна, была она строга, но ко мне расположена, доверяла гулять с Лерой, катать дочку зимой на санках.
    Короче, Новодворская была воспитана своей беларусской бабушкой. Это важно помнить, чтобы понять такой её характер. Не была бы она Новодворской, разреши баба Маша этому Янтарю катать Леру на санках чаще двух раз в год.
    +2
    avatar
    Не знаю, но один день ивана денисовича навеял скуку, этот рассказ читаешь словно тебе самому дали срок и ты мотешь его изнывая от небходимости это терпеть, девочке это просто не осилить )
    0
    avatar
    адмовілася чытаць у маладосці — пра што? — нууу, зэкі… — Зэкі? Не, ні нада!
    Пашанцавала мне — спрацаваў інстынкт самазахавання.
    Апавяданьне магутнае. А пачала чытаць Салжаніцына ўжо пасля 2008-га. «Дзень » быў ці не апошнім творам. Вайновіча чытала раней!
    0
    avatar
    А пачала чытаць Салжаніцына ўжо пасля 2008-га.
    Да что там почитать, не тот эффект всё равно. Вам бы посидеть в каком из лагерей гулага, лет восемь, не больше. Вот тогда бы я в вашу ненависть к коммунофашистам поверил, а так… слабовато.
    Я в детстве очень сказку обожал, Золотой ключик или Приключения Буратино. И Карабаса Барабаса с Дуремаром ненавидел примерно так же, как вы, понарошку.%)
    0
    avatar
    Вот тогда бы я в вашу ненависть к коммунофашистам поверил
    Назваць пэўную з'яву адпаведнымі словамі — не значыць ненавідзець. Маўчаць аб злачынствах савецкай улады, як гэта рабілася апошнія 10 год — гэта значыць паважаць савецкую ўладу. Гэта азначае «храніць вернасць ідэалам зашчытніка эссэсэру». Гэта нават горш ніж быць калхазанам, які лопаецца ад злосці, плюючы на беларускую мову, напрыклад.
    Я в детстве очень сказку обожал, Золотой ключик или Приключения Буратино
    Казка цікавая, вобразная, але перакладзеная на русскі язык, калі я не памыляюся, для зусім дзетак.

    Савецкая ўлада стругала гаварашчых бурацін на патрэбны распал. Нас з вамі. Гэта іншая казка. На зАсланцы намаляваны райскі краявід, а за засланкай — самі панімаяця, што.
    0
    avatar
    Маўчаць аб злачынствах савецкай улады, як гэта рабілася апошнія 10 год — гэта значыць паважаць савецкую ўладу. Гэта азначае «храніць вернасць ідэалам зашчытніка эссэсэру». Гэта нават горш ніж быць калхазанам, які лопаецца ад злосці, плюючы на беларускую мову, напрыклад.
    Смешались в кучу кони, люди.
    0
    avatar
    Смешались в кучу кони, люди.
    Бураціны. Але бураціны бурацінам — рознь. Сталіністы, што лічаць працаўнікоў з НКВД героямі, бо яны нашу родзіну зашчышчалі ад врагоў народа і спаслі ад Гітлера, больш паслядоўныя. Адны і тыя ж «рубілі лес» — у 20-я, 30, і 40-я. Вайна ім была патрэбна для таго, каб «спісаць» камуняцкую тыранію над народамі былой Расейскай імперыі, каб захаваць сваю уладу і нават пашырыць, каб даць магчымасць сваім саюзнікам з Амерыкі і Брытаніі выглядаць героямі, разбураючы Еўропу. Ну ляцелі шчэпкі ўнутры, ну трэба ж было і нечым ахвяраваць дзеля агульнай мэты — старыя-малыя былі прыгавораныя менавіта героямі НКВД. Нясвіжскія старыя і малыя згарэлі ў сваіх дамах дабравольна — абы 25-і «маладым» удалося перайсці ў які атрад імя Хрукава. Надакучыла ім працаваць на збройным складзе за пайку(што гэта была за пайка — маўчаць архівы?), ці атрымалі каманду дэманстраваць злачынствы «Гітлера»? Беларускія вяскоўцы падчас нямецкай акупацыі наросцілі ім на скварку і на чарку, і таксама сталі аб'ектам для далейшых дэманстрацый. Зрэшты, ужо ж яны былі запланаванымі ахвярамі з самага пачатку. Ім ужо ж не свяціла ніякага перамяшчэньня, акром як у сырую зямлю.
    Менавіта героі НКВД дагэтуль ахоўваюць архівы НКВД і Аўшвіца, і берагуць таямніцу гары Броннай.
    «Гітлер» і «Сталін» таксама засланкі. Штампы савецкай прапаганды — штампы, дзейсныя дасёньня. За імі сташныя рэчы — так.
    0
    avatar
    Пасля гэтага Гігін дадаў ад сябе яшчэ рэмарку. «Значны ўклад у тое, што Беларусь стала асобнай савецкай рэспублікай, унёс Іосіф Сталін. І ў скліканні з'езда, і ва ўтварэнні БССР, потым яе ўзбуйненні, і ў далучэнні Заходняй Беларусі ён адыграў вялікую ролю. Так, гэта быў крывавы дыктатар і тыран, але ж без яго ўявіць развіццё беларускай дзяржаўнасці немагчыма», — адзначыў гісторык.
    nn.by/?c=ar&i=202174
    Троцкі пісаў пра Сталіна, што той зусім не быў скіраваны на кастрычніцкі пераварот — лічыў, што лютаўская рэвалюцыя якраз вяршыня поспеху і далей трэба удзельнічаць у выбарах. А пасля прыехаў вагон пераваротчыкаў і пачаў рыць запланаваны катлаван — для рабоў.
    Троцкі быў галоўным арганізатарам тэрору. Сталін быў камісарам па нац. пытанням. Гігін мае рацыю. Акром Сталіна быў яшчэ легіён местачкоўцаў, якім тая БССР была пофіг. Пілсудскі, што адваяваў палову краіны, вось хто спрычыніўся да стварэньня нашай дзяржаўнасці. Інакш камунафашыкі гарантавана прадоўжылі б імперскія традыцыі, проста скарыстаўшыся з нацыянальных імкненняў. Скарысталі гаварашчых бурацін для выстаўлення сябе абаронцымі прыніжаных, а потым у печ.
    0
    avatar
    Пілсудскі, што адваяваў палову краіны, вось хто спрычыніўся да стварэньня нашай дзяржаўнасці.
    Ух какой лютейший бред. Пилсудский был как раз идейным вдохновителем и проводником «паланiзацыi крэсаў». «Отвоевал» тоже не совсем верно. Бодался с комуняками за те же кресы — на белорусов ему было так же срать, как и русакам.
    +2
    avatar
    кажыце пра сраць за сваю дупу.
    0
    avatar
    пракальшчыкі за паланізацыю знайшліся! Адначасова — аматары на русакоў усё скінуць.
    0
    avatar
    кажыце пра сраць за сваю дупу.
    О, вы прибегли к любимому приему камунафашистов ватников :) Подтверждаете мой тезис о том, что вата=вышивата :)
    0
    avatar
    ну прыбегла, а шо? падзейнічала затое.
    і тэзісы вашы пра вату якраз для тых жа патрэб.
    Камуняцкія «беларусы» ўсе мелі заданне бурыць Польшчу. Іх нашчадкі акцэнтуюць пінскія масакры, але замоўчваюць злачынствы камунякаў — маўляў гэта былі такія нявінныя пушысцікі, што сабраліся амерыканскую дапамогу атрымваць. Дзе камунякі, а? Нету! Эта беларусы букетамі красных сустракалі.
    0
    avatar
    Насельніцтва Пінскага раёну
    Колькасць насельніцтва складае 60,2 тыс. чалавек. Адміністрацыйны цэнтр — горад Пінск (130 тыс. чалавек). Раён адміністрацыйна падзелены на 1 пасялковы і 24 сельсавета, у склад якіх уваходзіць 181 населены пункт.

    Według spisu ludności w grudniu 1919 roku powiat piński okręgu brzeskiego ZCZW zamieszkiwały 222 018 osoby. Na jego terytorium znajdowało się 551 miejscowości, z których 6 miało 1–5 tys. mieszkańców, 1 miała 5–10 tys. mieszkańców i 1 powyżej 10 tys. mieszkańców. Był nią Pińsk z 21 436 mieszkańcami
    0
    avatar
    Зх… Баба Лера верила в то, что буржуазная революция в РФии состоялась и победила. Однако не тут то было. В итоге победила контрреволюция. Как сейчас контрреволюция победила и в Украине.

    Из всей оппо-тусы в РФии она была одной из немногих настоящих Революционеров…
    +3
    avatar
    Настоящий Человек эта Новодворская.
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.