История
  • 8327
  • БЕЛАРУСКИЕ АНТИСОВЕТСКИЕ / УГОЛОВНЫЕ АТАМАНЫ и НЕЛЕГАЛЫ / БОЕВИКИ / ТЕРРОРИСТЫ / БАНДИТЫ – ОДИНОЧКИ / ВОРЫ / ШПИОНЫ ЗАПАДНЫХ РАЗВЕДОК / ЧЛЕНЫ ПОДПОЛЬНЫХ АНТИСОВЕТСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ / 1944-1950-х гг.

    Андрей ТИСЕЦКИЙ

    ВНИМАНИЕ! МАТЕРИАЛЫ ПЕРИОДИЧЕСКИ ПОПОЛНЯЮТСЯ!


    В редакции 20.01.2018 г.

    ИСТОРИКО-КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ ЭЛЕКТРОННЫЙ НАКОПИТЕЛЬНЫЙ СПРАВОЧНИК


    Собирая материалы по истории криминала и антисоветского сопротивления в послевоенной Беларуси, часто сталкиваешься с проблемой формата подачи собранных и обработанных данных, а именно, встает вопрос о том, преподносить их читателю как хронику событий определенного района, региона, или области, или же акцентировать внимание на наиболее значимых уголовных делах, антисоветских и уголовных организациях, вооруженных формированиях, атаманах, нелегалах/боевиках/террористах/бандитах — одиночках, а также шпионах западных разведок. Получается по-разному. В данной, задуманной как черновой вариант накопительного электронного справочника, работе, я время от времени буду добавлять тематическую информацию на ту, или иную персоналию по настоящим, или упраздненным административным областям, которая сама по себе не тянет на полноценную историческую статью-исследование, потому-что, как правило, исходит только из одного-двух специфических источников, но тем не мене представляет большой исторический, или даже регионально-туристический интерес, а также задел под будущие, более глубокие исследования, т.к. является новым и ранее, с большего, нигде не использованным источником историографии.

    Молодеченская область


    Дыро


    В книге «Герои белорусской милиции» приведены сведения о гибели Трубача Ивана Яковлевича (1922-1950):

    "… В июле 1944 года настал радостный день избавления от фашистской навалы. Иван Трубач (бывший партизан-разведчик) просится на фронт. Но ему ответили, что не менее горячие дела остаются и здесь, в родных местах. Его зачисляют бойцом истребительного батальона, привлекают к участию в борьбе с бандитами, которых завелось немало в окрестностях Свири.

    В апреле 1945 года сообразительного, преданного долгу паренька рекомендуют на работу участковым уполномоченным милиции Свирского районного отдела (Молодеченской области).

    Недобитые враги чем могли вредили трудовому народу. Уже шел пятый год без войны. Но раз за разом звучала команда о выезде на боевое задание.

    Поступил сигнал, что в деревне Сняглица Вишневского сельсовета (сейчас Мядельского района Минской области) объявился бандит Дыро. Оперативная группа, в которую вошел и Трубач, выехала из свири в считанные минуты. Схватка была жестокой. Бандит, решив не сдаваться живым, отстреливался до последнего. Одна из вражеских пуль пробила горячее сердце участкового уполномоченного милиции"[1].



    Тумаш


    Из воспоминаний бывшего работника Вилейской милиции Т.А.Шабаловского (Исторический формуляр Вилейского РОВД):

    «С освобождением Вилейки от немецко-фашистских захватчиков в июле 1944 года было восстановлено городское отделение милиции, которое разместилось в одном и том же здании с областным управлением милиции.

    Начальником городского отделения милиции был назначен Кириллов, затем Астапенко. В сентябре 1945 года областным центром стал Молодечно, а Вилейка — центром Вилейского района Молодеченской области ( с 1963-го года Минской области). Тогда же на базе Вилейского городского отделения милиции был создан Вилейский районный отдел милиции. Оперативная обстановка в районе была сложной. Бандиты грабили магазины, нападали на работников партийно-советского актива, терроризировали население. Особенно неспокойно было в Русскосельском и Чурленском сельсоветах, куда из Видзовского и Сморгонского сельсоветов проникала банда Тумаша. Поимкой банды занималась оперативная группа. Вооруженная банда была настигнута и окружена в Мулярском болоте. На предложение сдаться бандиты ответили стрельбой. Завязался упорный бой. Благодаря умелым действиям сотрудников милиции банда была уничтожена. никто из милиционеров не пострадал. Вскоре и на территории бывшего Ильянского района была захвачена банда, которая грабила население Рабуньского сельсовета...».




    Фото: сотрудники Вилейского РОМ. 1948 г.



    Фото: сотрудники Вилейского РОМ. 1957-1965 гг.

    О некоторых атаманах можно найти сведения в милицейских некрологах.

    Габрук


    Побединский Геннадий Антонович. В годы Великой Отечественной войны сражался в партизанском отряде «Победа» бригады Ворошилова. Службу в органах внутренних дел начал с 25 октября 1950 года в должности участкового уполномоченного Поставского РОМ МТБ Молодечненской области. Погиб 5 октября 1951 года в возрасте 23 лет при исполнении служебного долга — убит бандитами из банды Габрука. Похоронен в г. Поставы[2].

    Куксо


    Глебкин Сергей Дмитриевич. Службу в Вооруженных Силах начал во время войны, демобилизовавшись в 1951 году, с 8 июня 1951 года проходил службу в органах внутренних дел. Младший лейтенант милиции. Служил в должности участкового уполномоченного Поставского РОМ МТБ Молодечненской области. Погиб 19 мая 1952 года в бою с бандой Куксо в д. Теплые Поставского района в возрасте 24 лет[3].

    Иван Слуцкий (Янка Филистович)


    Согласно сведениям из беларуской послевоенной эмигрантской прессы, в 1955/56 гг. на Вилейщине действовал партизанский отряд полковника Беларуской Освободительной Армии Ивана Слуцкого. Председателем Рады БНР М.Абрамчиком он был награжден орденом «Железного Рыцаря»[4].

    На самом деле «полковник» — это Янка Филистович[5], которого после трёхмесячной подготовки в американской разведшколе недалеко от Мюнхена 24 сентября 1951 года нелегально на парашюте забросили на территорию БССР. В его первоочередные задачи входила и организация подпольной типографии для тиражирования антисоветских листовок и прокламаций. Филистович занимался шпионажем во многих городах Белоруссии, отправлял за рубеж донесения о количестве войск, аэродромах и т. д.

    В апреле 1952 года ему удалось наладить связь с группой бывшего палицая С. Микулича из 6 человек, которая с 1949 г. находилась в лесах Вилейского района, совершая грабежи и налёты на магазины и граждан, и возглавить её. Филистович дал ей звучное название «Национально-освободительные вооружённые силы» и попытался придать действиям банды идеологическую подоплёку, однако все его усилия наталкивались на равнодушие и непонимание участников. Из наиболее известных налётов банды — налёт на двух финагентов и похищение 6 тысяч рублей, а также налёт на типографию с целью захвата оборудования для выпуска подпольных газет. Попытки наладить их выпуск, однако, не имели результата.

    Кроме того попытки наладить связь с остатками организованного антисоветского сопротивления на территории БССР, чтобы превратить свою группу в военную единицу организации также не имели успеха.

    Советские контрразведчики упорно охотились за Филистовичем, но задержать его долгое время не удавалось.

    Наконец, в ночь на 5 сентября 1952 года сотрудники МГБ окружили лагерь бандитов в лесу. Четверо бандитов, в том числе бывший главарь сдались без сопротивления, и сообщили, что ещё двое вместе с Филистовичем ушли в ближайшую деревню за продуктами. Сотрудники МГБ решили организовать засаду. Утром в лагерь вернулись все трое, включая Филистовича. Однако, почувствовав засаду, бандиты оказали вооружённое сопротивление, в результате которого оба сообщника Филистовича были убиты, а самому ему, несмотря на ранение, удалось скрыться в лесу. Арестовать его получилось только четыре дня спустя — 9 сентября 1952 года — человек, у которого раненый Филистович скрывался, оказался осведомителем МГБ СССР.

    Во время суда, начавшегося 17 октября 1952 года, заключённого Филистовича возили на заводы и другие гражданские объекты, чтобы показать, что жизнь в Советской Белоруссии отнюдь не так ужасна, как думают на Западе.

    9 сентября 1953 года военный трибунал приговорил Филистовича к расстрелу, а остальных участников подпольной группы — к различным срокам тюремного заключения от 15 до 25 лет.

    11 ноября 1953 годa Филистович написал прошение о пересмотре дела в Верховный Суд БССР, 21 ноября 1953 года прошение было отклонено.

    Вероятнее всего, приговор был приведён в исполнение на следующий день в Пищаловском замке в Минске, где находился Филистович. Однако точная дата смерти Филистовича оспаривается, есть версии, что он был казнён ещё весной или в сентябре 1953 года. Самой поздней возможной датой смерти считается март 1954 года[6].

    Хильман


    Из воспоминаний Зайковской Людмилы Ивановны, 1941 г.р., урож. д.Токаревщина Молодеченского района, прож. г.п. Алехновичи. Записано в апреле 2017 г.

    «В послевоенные годы в районе Алехнович у нас были бандиты из местных: Антось Малькевич, Шевухи. Уводили у людей коров, овечек, свиней. Эти из токарревщинских были. За главаря у них был Хильман. Были в банде и его сыновья. Всего банда была — человек пять. Хильмана все в округе боялись. Только батька мой его не боялся, его и не трогали. Банду сдал один из ее членов Антось Малкевич. Его жонка подбила, которой надоела такая его жизнь. Всех бандитов выловили и посадили. Когда они вышли на свободу, то как-то скоро все и поумирали.

    Там, где хата Хильманова была, а это в 3-4 км от Алехнович, были у них тайные каменные подземные переходы-ровки. Была там в них и криница. Мы, детвора там потом ползали и нашли даже исправный патефон.

    Были в округе и другие бандиты: в Гойжеве, Еленце. Почти все местные».




    Фото: учебные сборы участковых инспекторов Молодеченской области в Молодечно. 1949 г.

    Барановичская — Бобруйская области


    Из выписок с приказов по УНКВД/УМВД/УМГБ по Барановичской области по Новогрудскому и бывшему Любчанскому РОМ и личных дел милиционеров этих отделов.

    Парнявский, Капторович, Гринберг и др.


    ПРИКАЗ по Управлению НКВД Барановичской области №79 от 7 апреля 1945 г. г.Барановичи


    Объявлена благодарность участковому уполномоченному Новогрудского РО НКВД тов Жавнерко.

    23 февраля в 24 час. уч.уполном. Новогрудского РО НКВД тов. Жавнерко по подозрению в спекуляции задержал ехавшего на своей подводе из Новогрудка в местечко Вселюб гр-на Парнявского, которого доставил в Райотдел РК милиции. При личном обыске у последнего было обнаружено 2122 руб. соетских денег и 2 анонимных на еврейском языке записки.

    В процессе следствия было установлено, что Парнявский имел тесную связь с группой спекулянтов Капторовичем, Гримбергом и др. в количестве 5 человек, которые через Парнявского реализовали по спекулятивным ценам более 800 кг сахару и др. продуктов. Группа спекулянтов в количестве 6 человек арестована и привлечена к уголовной ответственности по ст.155 УК БССР.

    Приказываю:

    Уч.уполн. Новогрудского РО НКВД тов. Жавнерко за проявленную оперативную находчивость и инициативу в деле борьбы со спекуляцией, объявить благодарность.

    Нач. УНКВД по Барановичской области к-н госбезопасности Крысанов.

    Гладкий


    Из личного наградного листа на Костюк Геннадия Николаевича, 1922 г.р., урож. д.Ждановичи Новогрудского района,, бывшего партизанского связного, участкового уполномоченного Новогрудского горотдела НКВД (с июля 1944 г.), погибшего при исполнении служебных обязанностей 07.01.46 г.

    "… обслуживал Куровичский с/сов. Организовал комсомольскую организацию, группу содействия милиции. 14 сентября (год? — А.Т.) задержал главаря бандгруппы Гладкого. Задержал 16 человек уголовного бандитствующего элемента. Костюк заслуживает представления к правительственной награде. Зам. Нач. УНКВД подп-к мил. Горячев".



    Фото: первые послевоенные новогрудские милиционеры. 1945 г.



    Фото: первые после освобождения Новогрудчины милиционеры.

    Абремский Э.К.


    Из приказа нач. УМВД Барановичской обл. №0410 (5 сентября 1946 г./ г.Барановичи):

    Сод объявл. благодарности и выдачи денежного вознаграждения милиционеру Новогрудского горотдела МВД Урбановичу Борису Аспаповичу.

    6 августа 1946 г. милиционер стр. отд. Новогрудского г/о МВД Урбанович Б.А., находямь на посту в районе ж/д ст.Новогрудок в 4 часа утра на перроне вокзала заметил Абремского Эдуарда Константиновича, бывшего заместителя коменданта полиции Вселюбского гарнизона, скрывавшегося от органов Сов.власти и разыскиваемого органами МВД, которого задержал и доставил в г/о МВД.

    ПРИКАЗ:

    За проявленную бдительность и инициативу во время несения постовой службы милиции Новогрудского г/о МВД Упр. Барановичской обл. объявить благодарность и выдать денежное вознаграждение в размере месячного оклада.

    Нач. УМВД Клименко.

    Тарашкевич, Минько, М.Крупич


    Согласно одного из архивных чекистских сообщений:

    «7 января 1946 г. в деревне Куровичи, Новогрудского района, при проведении чекистско-войсковой операции участковый уполномоченный милиции – КОСТЮК зашел в дом местного жителя ВЕРБИЦКОГО. Находившиеся в доме родственники ВЕРБИЦКОГО -, ТАРАШКЕВИЧ, вернувшийся из войска польского, МИНЬКО, уклоняющийся от воинского учета, и КРУПИЧ Мечеслав — обезоружили и убили KОCTЮKA. Принятыми мерами преступники и хозяин дома арестованы. Ведется следствие»[7].

    Белуш


    Приказ №0314 от 3 декабря 1946 г.

    «6 ноября 1946 г. нач. Любчанского РО МВД л-нтом Богомяковым было дано распоряжение уч.уполномоченному РО МВД Дедовец К.С. выехать в д.Раховец, которая находилась на расстоянии 15 км от центра, задержать бандита Белуш и доставить в РО. Благодаря проявленной оперативной находчивости и личной инициативе уч.уп. Дедовец, бандит был задержан и доставлен.

    Приказываю:

    За проявленную инициативу и оперативную находчивость при задержании бандита, уч.уп. Любчанского РО МВД Дедовец Константину Степановичу объявить благодарность и выдать денежное вознаграждение в размере 200 руб.


    Нач. УМВД п-к Клименко.



    Фото: послевоенные милиционеры Любчанского РОМ.




    Фото: любчанский милиционер Володик. 1948/49 гг.

    Юрдель


    Из рукописных материалов по факту смерти о/у ОБХСС Любчанского РОМ К.М.Крезо.



    Фото: Крезо К.М.




    Фото: он же справа.

    »В ночь с 27 на 28 апреля 48 г. в дер.Зеневичи Любчанского района Барановичской области в доме уч.упол. Тиханович убиты о/упол. мл. л-нт Крезо и инструктор — ревизор Любчанского РПСС Дивойно Владимир.

    При следующих обстоятельствах.

    С 20 по 25 апреля проводилась проверка правильности отпуска товаров потребителям во всех торговых организациях. В Зеневичском сельпо в водку подмешивали самогон. Для расследования этого дела 27.IV. выехали Крезо и Дивойно. В 23 ч. 15 мин. Тиханович пригласил их к себе на ужин. В доме были жена и двое детей, зав. избой-читальней Киреева, член истребит. группы МГБ Игнатович и жительница Данченкова.

    Как только Крезо, Дивойно и Тиханович сели за стол, с улицы в два окна произвели выстрелы. Дивойно в затылок был убит и разбита лампа.

    Все залезли под печь (Киреева, Игнатович, Данченкова и семья. Крезо отбежал за печь и стал отстреливаться из пистолета «ТТ», а Тиханович с автоматом выскочил через окно и ушел. Дочь также выскочила в окно, но бандиты заставили ее возвратиться обратно, что она и сделала. Тогда, по словам сидевших под печью, бандиты вскочили в окно и в упор расстреляли Крезо, о чем свидетельствует копоть от порохового нагара. При нем был пистолет, 3 патрона и пустая обойма.

    Тиханович дал очередь по бандитам (около 3 чел.), пришел к предсельпо Балбатум, рассказал о случившемся и об ограблении магазина сельпо".


    А вот более позднее письменное свидетельство по вышеуказанному факту бывшего участкового Тихановича.

    «28/IV-48 г. Крезо вместе с Тевойно (инструктор райпотребсоюза) под вечер прибыли в д.Зеневичи по магазину, где работала завмагом Бобровская (сейчас Жиромская) Мария Викентьевна. В настоящее время проживает в г.п.Любча.

    В 23:00 мы все втроем прибыли ко мне домой. В доме кроме семьи были Мардуль Анастасия Афанасьевна (Дуся), Игнатович Иван Иванович. Мы сели ужинать. Примерно через полчаса из двух окон нас стали обстреливать, и в это время свет погас.

    Я сразу бросился в спальню, где лежал мой автомат, но его на месте не оказалось, т.к. дочь Вера, при уборке комнаты, автомат днем вынесла в кладовую. Я спросил у дочери, где мой автомат. Она мне ответила, что автомат в кладовой. Я пошел, взял автомат и предложил семье выходить через окно. Я вышел первым, а за мной вышла моя дочь Вера. Я обстрелял несколькими очередями банду и ушел. Крезо в комнате отстреливался, а потом убил сам себя и в его пистолете осталось 1, или 2 патрона после его смерти. Банда обобрала магазин и ушла.

    Банду возглавлял Юрдель, а вел — Ложанский Антон Клементьевич. В настоящее время работает трактористом в колхозе „Неман“ и проживает в д.Плисе».


    Из рассказа ветерана Новогрудского РОВД Гущи Флилиппа Федоровича, 1936 г.р., урож. Новогрудского района.

    «Кое-какие подробности той истории рассказывал мне Протосеня Архип Георгиевич, который в свое время был секретарем Любчанского райкома партии по сельскому хозяйству. Так, бандиты те базировались за Неманом в районе хутора Осовые. Крезо Константин Михайлович был участковым по Асташинскому сельсовету Любчанского района. Собрались ехать в Зеленичи, где участковым был Тиханович. Крезо предлагали взять с собою автомат, однако он отмахнулся. Застрелился же он оттого, что побоялся, что бандиты возьмут его живьем и будет ему как милиционеру Горину, которого бандиты схватили и страшно издевались перед тем как убить — резали живьем».

    Сурко А.А., Ждан, Купцевич Бондарь


    «22 августа 1949 г. от замнач. УМ УМВД к-на милиции Яковлева было получено распоряжение об установлении и задержании гр-на Сурко Александра Александровича, который в дер.Дубово Новомышского района Барановичской области участвовал в убийстве зав. избы-читальни и должен был прибыть с участниками этого убийства Купцевичем в село Щорсы к родителям.

    27 августа о/уп. мл.л-нтом Бушмич были получены данные, что Сурко находится у родителей. Бушмич, уч.уполн. по Щерсовскому с/с Гриц выбыли на место, чтобы задержать Сурко.



    Фото: Бушмич. 1950 г.

    В 15:00 час. этого же дня, прибыв в село Щорсы, Бушмич, Филимонов (Герасим Парфенович) и Гриц, взяв с собой двух понятых, задержали Сурко. На вопрос Бушмича, где Кунцевич, бандит ответил, что еготут нет. После чего стали производить обыск в доме и подворных пристройках, не зная о том, что есть другие участники банды.

    Зайдя в гумно Сурко, где находилось сено, сложенное на высоте 3-х метров, Гриц поставил лестницу, залез и стал просматривать его. Дойдя до середины, Гриц обнаружил скрывавшихся неизвестных лиц и сразу дал сигнал Филимонову, который также по лестнице влез на сено, направив оружие (автомат) на место, где Гриц обнаружил неизвестных лиц, дал команду „Руки вверх. Сдавайтесь“. После команды Филимонова, два бандита, Ждан и Купцевич, вылезли из сена и с поднятыми руками сдались без боя.

    В то время, когда два бандита слезли с сена, третий бандит, Бондарь, находившийся на сене, имевший при себе пистолет „ТТ“, произвел в Филимонова выстрел, которым смертельно ранил его. Но Филимонов в горячке произвел в Бондаря автоматную очередь, который его ранил. Гриц, видя, что Филимонов убит, из пистолета произвел в Бондаря два выстрела, а тот, имея патрон, набросился на него и стал бить по голове, отчего и умер, выкрикивая угрозы в адрес милиции.

    Бушмичем через понятого Строк из Любчи была вызвана опергруппа во главе с нач. РОМ лейтенантом Петровым.

    При осмотре места происшествия, на месте нахождения Бондаря были найдены: „ТТ“ с перекошенным патроном в кожухе пистолета и граната РГД-42 с оборонительным чехлом.

    Все доставлены в РО».



    Фото: сотрудники Новогрудского РОМ. 1950-е гг.



    Фото: вход в здание Новогрудского РОВД. 1960-е.



    Фото: мемориальная доска на входе в Новогрудский РОВД с фамилиями погибших при исполнении служебных обязанностей новогрудских и любчанских милиционеров.

    Станислав Мануйла


    Родился в 1923 г. на Ляховиччине, учитель. Назначен поветовым руководителем СБМ в Ляховичах, а в феврале 1944 г. окружным руководителем СБМ в барановичах на место отозванного Федора Шпака. Член подпольной БНП. После войны — участник антисоветского партизанского движения в Барановичской области. Арестован органами госбезопасности. Дальнейшая судьба неизвестна[8].

    Михась Сымоник. Романович.


    По данным историка Юрия Грибовского, родился он примерно в 1920 г. в д.Сенненское Загорье Новогрудского повета. Участник вооруженного антисоветского послевоенного сопротивления на Новогрудчине. Убит во время боя с советскими карательными органами осенью 1951 г.

    Происходил из беларуской православной семьи. Во время гитлеровской оккупации был в Новогрудском конном эскадроне Бориса Рогули. По приходу Красной Армии в 1944 г. вместе с рядом некоторых других беларуских солдат вынужден был скрываться от новой власти в лесу. Потом был в составе партизанского отряда в Налибоцкой пуще. Вместе с Сымоником в одном отряде партизанили несколько человек из Армии Крайовой и солдат летувисского генерала Плехавичуса. Партизаны любили слушать западные радиостанции.

    Согласно свидетельств, отряд, где был Сымоник, грабежем среди населения не занимался и даже пользовался поддержкой крестьян. Во время ликвидации отряда в 1951 г. все его участники погибли, в том числе и Сымоник[9].

    В этом же отряде, по данным Ю.Грибовского партизанил и еще один бывший солдат эскадрона Бориса Рогули Романович, прим. 1920 г.р., урож. д. Ляхово Новогрудского района. Также, как и М.Сымоник, погиб в 1951 г. в бою, в котором погибли все бойцы отряда[10].

    О нескольких антисоветских и уголовных атаманов Кореличского и ликвидированного Мирского районов можно узнать из исторического формуляра Кореличского РОВД.



    Фото: первые после освобождения от гитлеровцев Кореличского и Мирского районов местными милиционеры.

    Скороход


    «Алексей Елизарович Парфенов приехал в Кореличи сразу после освобождения района и был назначен на должность старшего оперуполномоченного по борьбе с бандитизмом. Многое он успел сделать за четыре месяца.

    1 декабря 1944 года под его руководством близ озера Свитязь была выслежена и окружена банда Скорохода — одиннадцать человек. Грабителей разгромили, а Скорохода взяли в плен. Парфенов первым ворвался в бандитское логово, подняв за собой людей. В завязавшейся перестрелке он был тяжело ранен в голову. В тяжелом состоянии товарищи доставили его в Валевскую больницу, где он и скончался».


    Тур и Орлич


    «В январе 1945 года на территории района орудовала вооруженная националистическая банда (200-300 человек), главарями которой являлись Витольд Орлик по кличке „Тур“ и второй бандит по кличке „Орлич“. По свидетельству очевидцев, бандиты передвигались на лошадях верхом и санным обозом. Среди них были поляки, немцы, русские, украинцы. Вели себя нагло, сопротивления не ждали, поэтому смело пробирались через наш район к государственной границе. На своем пути грабили и убивали людей, жгли дома и исчезали.

    28 января 1945 года бандиты объявились в дер.Антонево. Ими был убит при исполнении служебных обязанностей председатель Синяво-Слободского сельсовета Арсений Степанович Наумович и ранен бывший секретарь Мирского райкома комсомола Иван Иванович Чижик. (Впоследствии судом будет установлено, что бандиты орудовали с июля 1944 года по январь 1945 года в Молодеченской и Барановичской областях, совершив 16 убийств).

    Вечером 29 января банда ворвалась в дер.Ровины, что возле Кореличей. Кто-то из жителей пробрался до райцентра и сообщил в милицию о появлении незваных „гостей“. Дежурным по отделу в тот день был Константин Константинович Збрилевич. Доложив обстановку начальнику отдела и направив участкового уполномоченного Федора Константиновича Таболу, милиционеров Ефима Гавриловича Судоренко и Ефима Израиловича Гальперина в Ровины, он поднял по тревоге бригадмильцев, оставив их за себя, и убыл на помощь товарищам.

    Неожиданная атака милиционеров ошеломила бандитов, вызвала панику. Помог и сильный мороз: запотевшее в теплых хатах оружие промерзало, едва оказавшись на улице и отказывало своим хозяевам. Во время четырехчасового боя было убито более 80 бандитов, изъято 75 винтовок, 6 автоматов, 5 пулеметов, 1 миномет, задержано 25 бандитов, из которых 1 умер от ран, 24 привлечены впоследствии к уголовной ответственности. Остальным бандитам удалось скрыться. В операции по ликвидации банды также участвовали бойцы 284 стрелкового полка внутренних войск НКВД.

    В неравном бою под Ровинами погибли работники милиции Константин Збрилевич, Ефим Судоренко, Федор Табола, Ефим Гальперин, два красноармейца и четыре ранено».


    Ремарка

    Из спецдонесения наркома внутренних дел СССР Л.П.Берия И.В.Сталину, В.М.Молотову и Г.М.Маленкову о результатах «операций по очистке западных областей БССР от националистического подполья» от 22 февраля 1945г. можно узнать, что:

    «В конце января с.г. на территории Ивьевского и Ивенецкого районов Молодеченской области была проведена операция по ликвидации банды, насчитывающей до 200 человек, возглавляемой поручиком бывшей польской армии Орликом, по кличке «Тур». В результате проведенной операции убито 89 и захвачено в живых 26 бандитов.

    Изьято 6 ручных пулеметов, 9 автоматов, 55 винтовок, 2 пистолета, мины, гранаты, патроны, 13 лошадей, 14 подвод.

    Среди убитых опознаны: поручик польской армии «Демон», ранее занимавший должность шефа медицинской службы в бандсоединении «Юг»; поручик польской армии «Подкова», главарь бандгруппы, насчитывающей 60 человек и действующей на территории Полоцкой области (выделено мною – А.Т.)…»[11].

    Аполоник


    «Из партизанского отряда пришел в милицию Иван Казимирович Захарчук, который служил участковым уполномоченным. Он был не только грозой для бандитов, но и проводил среди населения большую общественную работу (бывший ВеликоКосичский сельсовет Новогрудского района).

    5 мая 1945 года прибыл в дер.Гончары, чтобы организовать среди жителей подписку на государственный займ. Остановился на ночлег у одного из знакомых. Когда стемнело, зажег керосиновую лампу, окна наглухо завесил одеялами, так как поблизости гуляла банда Аполоника. Она и выследила местонахождение участкового уполномоченного. Отдохнув, Захарчук сел за стол, начал делать некоторые записи в тетради, как вдруг прогремели выстрелы. Посыпались стекла в окнах, брызнули на белый лист капли крови. Жизнь юноши оборвалась.

    Участники бандитской группы Аполоника, совершившие убийство Захарчука, впоследствии были арестованы и осуждены».




    Фото: памятник погибшим при исполнении служебных обязанностей милиционерам Кореличского (и Мирского) РОМ у старого здания Кореличского РОВД.

    Герасимчик Николай


    Из воспоминаний Киселя Владимира Ивановича, 1925 г.р., урож. д.Хлюпичи Новогрудского повета (теперь Кореличского района), ветерана ВОВ и МВД, жителя г.Барановичи. Записано летом 2017 г.



    Фото: Кисель В.И. 2-я пол.1960-х.

    «Последним, из числа ликвидированных органами в послевоенные годы бандитов на Новогрудчине, был мой земляк из д.Хлюпичи (теперь Кореличский р-н) Коля Герасимчик. Было это уже в 1950-е годы. Ходил он по округе со своим двоюродным братом, как его звали я уже забыл. Говорят грабили и убивали. Брат этот в конце концов сдался милиции, а Коля Герасимчик нет. Помню рассказывали мне про случай, как он в д.Задзвее (теперь Барановичский район) уворовал быка, обув в лапти. А семья его потом его продавала. Застрелили Герасимчика милиционеры на чердаке дома. Мать его похоронила и сделала на памятнике надпись: „Погиб от рук лиходеев“. Об этом сначала рассказали мне, а я моему старшему брату Николаю, 1911 г.р., который был тогда начальником Молодеченской областной милиции (до 1960.г.). Местная милиция стала настаивать, чтобы мать бандита эту надпись убрала. Приезжал туда и мой брат, поговорить с матерью бандита. В конце концов надгробие разбили. Однако мать Герасимчика восстановила его с той же надписью, и его уже не трогали».



    Фото: Кисель Н.И. 1940/50-е гг.

    Лазовский


    Из машинописных воспоминаний бывшего заместителя Несвижского отдела внутренних дел Янчевского Марьяна Иосифовича, 1924 г.р., урож. д.Домачево Брестской обл. (Исторический формуляр Несвижского РОВД):



    Фото: справа — Янчевский М.И. 1950-е.

    «В июле 1944 года, когда Красная Армия освободила Белоруссию от немецких захватчиков, Барановичский обком партии направляет меня (бывшего партизана диверсионной группы бригады им.Чапаева) на работу в органы государственной безопасности в Несвижский отдел НКГБ, где я работал по сентябрь 1953 г. В сентябре 1953 г. был переведен в МВД, где проработал по ноябрь 1972 года. Работал на следующих должностях: уч.уполномоченный, оперуполномоченный ОБХСС, нач.отделения уголовного розыска, зам.начальника отдела внутренних дел.

    Оперативная обстановка в Несвижском районе была напряженной. В районе действовала террористическая грабительская банда в составе 60 человек. Состояла она из местных жителей, бывших немецких полицейских, пособников, дезертиров Советской (тогда еще Красной) Армии и членов БКО. Банду возглавлял местный житель Сейловичского с/Совета Лазовский. Вооружена она была автоматами, пулеметами и гранатами. Имела гужевой транспорт и верховых лошадей. Бандиты постоянно терроризировали население района. Убивали советский партийный актив, занимались грабежами. Все эти действия продолжались в течении 16 месяцев. Бандиты скрывались в лесах и на хуторах Несвижского и Копыльского районов.

    Для поимки и ликвидации банды Лазовского был создан спец.отряд из работников НКГБ и НКВД, в котором принимал участие автор этих строк. Руководил спецотрядом начальник НКВД капитан Кузнецов. Отряд постоянно находился в ночных засадах. Прочесывали лесные массивы, хутора и населенные пункты: Бузуны, Бучное, Цегельня, Андруши, Сейловичи, Славково, леса Копыльского района.

    Весной 1946 года банда Лазовского была окружена в лесу у дер.Бузуны. На предложение сдаться они открыли огонь, пытаясь выйти из окружения. Завязался бой, более 40 участников банды были убиты и 12 человек захвачены в плен. При ликвидации банды было взято 11 повозок, оружие, боеприпасы, более 200 гранат, материальные ценности, крупный рогатый скот и 14 верховых лошадей. В этой операции принимали участие весь личный состав НКГБ, НКВД, пожарная команда и советский партийный актив. В бою погибло 2 сотрудника НКВД и 4 человека получили ранения".


    Антонович А.Н.


    Из воспоминаний Янчевского М.И.:

    «В 1959 (?) году в районе появилась вооруженная банда Антоновича А.Н., уроженца д.Оношки Несвижского района. Бывший немецкий управляющий имением Малево, Антонович А.Н. лично застрелил двоих рабочих этого имения. Банда состояла из 4-х человек (в рукописных тезисах доклада ветерана на 80-летие милиции указано, что их было 8 чел.), занималась террором, грабежами и поджогами общественного и личного имущества граждан.

    Для поимки этой группы была создана оперативная группа, которую возглавил начальник отдела милиции Федор Иванович Пушкарев. Обезвредить и захватить главаря банды Антоновича А.Н. было поручено мне и милиционеру Голубеву.

    Оперативным путем нами было установлено в какое время главарь и его банда появятся на хуторе близ д.Тарейки у гр-на Слабко, где должны будут совершить ограбление. На подступах к хутору была устроена засада. Возглавил ее нач.милиции Пушкарев Ф.И. Мне и Голубеву было предложено незаметно пробраться днем на хутор и спрятаться в гумне. Операция прошла успешно. Бандиты были задержаны и обезоружены. При задержании были изъяты пистолеты марки «Вальтер», более 70 шт. патронов (к ним), финка».


    Из машинописных воспоминаний бывшего начальника Несвижского отдела милиции подполковника милиции Пушкарева Федора Ивановича (возглавлял отдел в 1946-1959 гг.) (Исторический формуляр Несвижского РОВД):

    «Вооруженная грабительская группа Антоновича состояла из 5 человек. В июне или июле месяце 1957 года при ликвидации банды Антоновича тов. Янчевский М.И. и другими работниками ББ (?) был в засаде в гумне, в которое ночью должны (были) прибыть бандиты. Через некоторое время к этому гумну подошла группа лиц и начали открывать замок, но было очень темно и открывающих было не видно. Когда неизвестные открыли гумно и вошли, из засады на них врукопашную напали тов. Янчевский М.И., Голубев и проводник с собакой. Я лично тоже участвовал в этой операции. Главарь бандгруппы Антонович, с парабеллумом в руке и кинжалом на поясе, нами был задержан. Операцию возглавлял нач.РО КГБ подполковник тов.Аршинов».

    Судя по всему, рассмотренное действо имело место именно в июне или июле 1957г. а не в 1959 годы, как пишет М.И.Янчевский, так как принимавший участие в операции Ф.И.Пушкарев ушел на пенсию в феврале 1959 г., а в 1958 году в Несвижском районе имели место события, о которых я еще напишу далее и о которых он также упоминает.



    Фото: М.И.Янчевский с начальником автоинспекции ст.л-нтом Пахомовым.



    Фото: М.И.Янчевский в Погорельцах. 1953 год.

    Калевич – Романович

    Согласно документов Центрального архива КГБ Республики Беларусь, 26 августа 1949 года в д.Месенковщина (Месемковщина) Николаевского сельсовета Столбцовского района в доме депутата сельсовета В.Ф.Корнея во время собрания по вопросу организации колхоза выстрелом из винтовочного обреза был убит заведующий отделом сельского колхозного строительства Столбцовского райисполкома Николай Степанович Дмитриенко, 1910 г.р., уроженец Ростовской области, беспартийный, и легко ранен в плечо секретарь Столбцовского РК РКСМБ Иван Ярославович Климаш, 1921 г.р., уроженец д.Болтичи Мирского района, член ВКП(б).
    В совершении теракта подозревались осужденные за хулиганство жители хутора в д.Месенковщина братья Николай и Евгений Маркевичи, в доме которых сотрудниками Барановичского управления МГБ был найден обрез с боевыми патронами. Баллистическая экспертиза подтвердила, что выстрел в Н.С.Дмитриенко был произведен из этого оружия.

    24 августа 1949 года в лесном массиве «Замковый лес» у д.Заречье Столбцовского района в ходе агентурно-оперативных действий были убиты бандиты Степан Калевич («Роберт», «Баран») и Юльян Романович («Фриц»). Третий участник бандгруппы Иосиф Цвирко скрылся. В результате агентурно-оперативных мероприятий было установлено, что С.Калевич, 1926 г.р., урож. д.Заречье, в 1946 году дезертировал из Советской Армии, перешел на нелегальное положение и вступил в банду, возглавляемую Владимиром Калевичем, 1922, урож. д.Заречье, в прошлом сотрудником бригады милиции Столбцовского РО МВД. В составе бандгруппы были также жители д.Вязовец Столбцовского района Мартин Ивашко, 1915 г.р., и Иван Ивашко, 1914 г.р… В годы войны они служили в БКО, а после войны в 1946 г. перешли на нелегальное положение.

    24 июня 1948 г. в результате операции, проведенной сотрудниками УМГБ Барановичской области, были убиты В.Калевич, И.Ивашко, М.Ивашко. У убитых бандитов были изъяты 3 винтовки и 1 граната. С.Калевичу и Ю.Романовичу удалось скрыться. В 1949 г. к ним присоединился житель д.Судники Столбцовского района Иосиф Цвирко, 1922 г.р., который в 1946 г. бежал из спецпоселения в Карело-Финской АССР. После гибели С.Калевича и Ю.Романовича И.Цвирко, захватив оружие бандгруппы и сумку с документами, продолжал скрываться до своего ареста 2 февраля 1950 г.

    В ходе следствия над арестованными участниками и пособниками бандгруппы, а также в результате агентурно-оперативных мероприятий было установлено, что 10 мая 1947 г. в лесном массиве «Несвижская дача» у д.Жигалки Столбцовского района бандиты убили члена истребительного батальона Станислава Антоновича Янского и ранили его отца, уполномоченного д.Жигалки Антона Антоновича Янского. 31 мая 1947 года бандгруппа под видом работников милиции ограбила и ранила жителя д.Месенковщина Столбцовского района В.В.Довнара.

    В феврале 1948 г. в лесу Ужанка бандиты убили лесничего Винклеровского лесничества Козела. 10 апреля 1948 г. бандгруппа совершила теракт в отношении председателя Говезнянского сельсовета Столбцовского района Мазурова, ранив его. 12 июля 1948 г. в результате повторного теракта Мазуров был убит. 2 октября 1948 г. бандиты ограбили в лесном массиве Шишки финагента Николаевского сельсовета Столбцовского района Олешкевич. В ноябре – декабре 1948 г. бандиты дважды пытались взорвать толовыми шашками здание Говезнянского сельсовета, в результате нанеся постройке тяжелые повреждения. 31 декабря 1948 г. бандгруппа в д.Судники Столбцовского района убила члена истребительного батальона Столбцовского РО МВД Пукача.

    В 1948-1949 гг. бандиты совершили несколько терактов на территории Несвижского района, а также ограбили 15 магазинов в Столбцовском, Несвижском, Копыльском и Узденском районах. На местах преступлений С.Калевич часто оставлял письма угрожающего характера, а также направлял их в адрес членов партийно-советского актива и их родственников[12].



    Фото: одни из первых послевоенных милиционеров Столбцовского РОМ.

    Из воспоминаний ветерана Столбцовского РОВД бывшего начальника паспортного стола Марии Казимировны Хлоповской, 1936 г.р. (записано в марте 2017 г.):

    «Банда «Барана» базировалась где-то в районе д.Вишневец. Ликвидировали банду Барана милиционеры и ястребки в районе д.Круглица. В Погорелом у него девушка жила. Через нее его и взяли. От него и сына родила. Ее не посадили. Сын жил в Акинчицах. Он уже умер. Самого Барана после поимки по суду расстреляли».

    Один из свояков С.Калевича, в приватном разговоре пояснил мне, что «Баран» — это деревенское прозвище атамана.

    Согласно воспоминаний М.И.Янчевского:

    «Бандой Калевича (в Несвижском районе) был убит председатель Сейловичского сельсовета т.Пажитко И.А. и другие активисты».


    В историческом формуляре Несвижского РОВД бывший его начальник Пушкарев Ф.И. акцентирует внимание, что «банда Калевича под кличкой „Баран“» занималась террором и была вместе с еще одной (о которой я упомяну ниже, и которая требует отдельной исследовательской работы) наиболее опасной. Также в формуляре указано, что «банда Калевича-Романовича» занималась убийством партийно-советского актива и грабежами госимущества". Т.е. по этой группе можно смело говорить, что она имела четкий политический антисоветский, а не уголовный характер.

    В свое врем бывший начальник Столбцовского РОВД подполковник милиции Матвеев А.И. и начальник наружной службы МВД (райотдела?) Пирогов И.Е. вспоминали также, что в послевоенные годы в районе сотрудниками милиции был обезврежен террорист Шпаковский. В задержании последнего принимал участие сотрудник уголовного розыска Стаселько Н.П.

    Цвирко – «Чайка»


    А вот история про еще одного бандита Цвирко, правда уже уроженца Копыльского района.

    Из воспоминаний ветерана Копыльского РОВД Адама Адамовича Перегуда, 1937 г.р., урож. д.Н.Докторовичи Грозовского с/С Копыльского р-на(записано в июле 2017г.):



    Фото: А.А.Перегуд во время работы в милиции


    «Я в свое время долго работал участковым на районе. В том числе обслуживал д.Якубовичи, откуда знаю подробности истории про бандита Чайку.

    Так вот, Чайка — это псевдоним. Фамилия его была Цвирко, а Чайкой назвался от одноименной реки, что течет возле его родной деревней Якубовичи. Был он фронтовиком, ранен в руку и, надо думать, списан по ранению. Поработал немного в милиции. Как-будто был в офицерском звании. По неизвестным мне обстоятельствам был уволен из органов и затаил обиду на власть, встав на путь бандитизма. Грабил магазины. про него в округе широкая поголоска шла.

    Был Чайка — Цвирко очень дерзким. Так, рассказывали, что как-то пришел он посреди белого дня в столовую в Копыле, сел никем не опознанный за стол отобедать, а где-то рядом с ним за другим столом только отобедал начальник районной милиции Белько М.Е. Дождавшись, когда тот выйдет из столовой, и сам поев, Чайка присел за стол, где до этого сидел офицер, и на салфетке написал: «Михаил Еремеевич, хотел тебе 100 гр. налить, да ты уже ушел". Шуму потом было… Ходил он по округе один, но были у него и подельники. Действовали они, в частности в Бобовнянском сельсовете. Знаю также, что у меня на родине в Клецком районе действовала банда Здрока. Доходили они до дд.Филиповичи и Мацкевичи нашего Копыльского района.




    Фото: слева — начальник Копыльского РО МВД Белько М.Е, справа — Федоров П.И. начальник РО МГБ.



    Фото: Бабареко Владимир, Слонимский Леонид В. (ОУР), Станкевич Николай. Сотрудники Копыльского РОМ. 1950г.



    Фото: военнослужащие, задействованные в операции по задержанию Цвирко-Чайки. 1949г. д.Гулевичи Копыльского района.

    Много шуму в районе наделало убийство Чайкой офицера Советской Армии Черных, родом из д.Зараковцы».

    Справка

    Черных Георгий Васильевич. На самом деле урож. д. Савичики. Был убит в 1949 году[13].

    «А их трое братьев было Черных и все старшие офицеры Советской Армии. Тот шел куда-то по лесу, присел по нужде, а недалеко по своим делам в лесу оказался Чайка. Погоны у армейца были золотистыми, и когда они сверкнули издалека перед глазами бандита, то он подумал, что это милицейская, или чекистская засада, да ссходу и выстрелил, убив того майора. Потом понял, что ошибся, но было уже поздно. Чайка забрал у бездыханного Черных находившийся при нем пистолет, который у него и найдут потом опера из УВД Бобруйской области, которые его в конце концов и взяли. Как-будто по суду Чайку потом расстреляли».



    Фото: братья Черных. Георгий Васильевич Черных справа.



    Фото: Бобруйские милиционеры. Нач.1950-х.

    А согласно исторического формуляра Копыльского РОВД руководил операцией по задержанию Чайки и принимал личное участие в ней еще довоенный милиционер отдела оперуполномоченный уголовного розыска Владимир Низакович Бобореко. Там же указано, что Чайка был рецидивист, и по мимо того, что убил майора Советской Армии Черных, приняв его за сотрудника милиции, ограбил в Копыльском районе несколько магазинов.

    По воспоминаниям старейшего на лето 2017 года копыльского милиционера Макова Михаила Ивановича, 1925 г.р… уроженца Случчины, фронтовика, бандита и поймали во время очередной магазинной кражи. При этом он пытался шутить: «Да, был чайкой, а оказался вороной». Связанного по рукам и ногам его охраняли четверо сотрудников милиции[14].

    А старейший сельский участковый инспектор Копыльщины Зинкевич Георгий Никодимович, 1928 г.р., проживающий в д.Гулевичи Копыльского района, изложил мне июле 2017 года следующую версию убийства Г.В.Черных:

    «Я знал сестру убитого майора Черных, Веру Комаровскую (по мужу), которая работала в Братковичах в магазине. К ней и пошел из Раковцев, находившийся на побывке на родине офицер. Шел он туда не один. И вот на лесной дороге в районе Савичей им на пути попался шедший навстречу Чайка. Тот увидев блеск погон на плечах майора, подумал, что это милиция и выстрели в офицера, убив того наповал».

    А вот из сохранившихся в семейном архиве рукописных тезисов доклада к 80-летию беларуской милиции бывшего начальника ОУР Несвижского РОВД Марьяна Иосифовича Янчевского (ныне, к сожалению, уже покойного), бывшего партизана, одного из первых послевоенных чекистов Несвижского района, следует, что банда Чайки состояла из 7 человек и действовала она в том числе и на Несвижчине. В машинописных же воспоминаниях Янчевского М.И. из исторического формуляра Несвижского РОВД Чайка фигурирует как атаман одной из банд, действовавших в районе в период 1951-1953 гг.

    Согласно исторического формуляра Несвижского РОВД всего на территории в период с момента освобождения района от гитлеровских оккупантов в 1944 году и до февраля 1959 года было ликвидировано 9 банд, а также воровские группы, которые занимались грабежами магазинов и населения проживающего на территории района.

    Если говорить о персоналиях то это, помимо вышеуказанных формирований:

    Свистунович

    Согласно воспоминаний М.И.Янчевского:

    «В конце 1944 г. в Погорельцовском сельсовете действовало польское военное формирование АК (около 25 человек) под командованием поручика Свистуновича из д.Своятичи».

    Шарапа/Сивко


    Из воспоминаний М.И.Янчевского:

    «Летом 1946 года на территории района появилась вторая банда, которой руководил Шарапа по кличке „Сивко“. Банда состояла из 5 человек. Методы преступников были те же: террор и грабежи. В районе ими было убито 6 человек советских работников.

    Для поимки бандитов была создана оперативная группа под руководством начальника милиции Пушкарева Федора Ивановича и в августе 1946 года бында Шарапа была ликвидирована. В этой операции особенно отличился бывший участковый уполномоченный НКВД Тихон Иван Игнатьевич, который был поощрен Министерством Внутренних Дел».


    Кроме того упоминаются банды: Черкас-Казимирский (3-4 чел.), Смольский-Шкутько (6 чел. Отличился Павлющик. Бандой был убит активист Цвирко Иосиф Степанович, житель д.Раковичи), а также Романьчук-Демух. (По последнему антисоветскому формированию будет моя отдельная исследовательская работа — А.Т.).



    Фото: милиционеры Несвижского РОМ. Конец 1940-х — нач. 1950-х гг.

    Из воспоминаний бывшего начальника Несвижской милиции Пушкарева Ф.И.:

    «В марте или апреле 1958 года в м-ко Снов прибыла на автомашине бандгруппа в количестве 3 человека, вооруженная автоматом и пистолетами. Об этой бандгруппе сообщили тов.Янчевскому М.И., который доложил по телефону мне, и до прибытия оперативной группы преследовал бандитов 7 км, но бандиты отстреливались и спешили в лесной массив, где они и скрылись. Через некоторый период эта группа была ликвидирована в одном из районов Минской области».



    А вот еще один случай из милицейской практики Янчевского М.И., имевший место осенью 1957 года, описан в журнале «Советская Милиция» за январь 1958 года:



    А в это время в СССР уже готовились осваивать космос (см. тыльную иллюстрацию обложки номера журнала).



    Шидюк, Кулеш, Казакевич, Климко


    Из исторического формуляра Клецкого РОВД:

    Первоочередными задачами в тот период были борьба с дезертирами, воровско-грабительскими бандами, конфискация оружия у населения, проведение паспортизации, фильтрация репатриированных лиц, взятие их на учёт и под контроль. Так, только в Синявском и Слободском сельских советах (участок И. Воронецкого) за ноябрь-декабрь 1944 г. было задержано 60 дезертиров и уклонистов от службы в армии. В 1945-46 гг. у населения этих сельсоветов было изъято 26 винтовок и 8 автоматов. За 1944 – 48 гг. здесь же было ликвидировано три банды – Шидюка, Кулеша и Казакевича – в которых был 21 человек. И это только два сельских совета. Основная нагрузка в этой борьбе ложилась на плечи участковых милиционеров, которым приходилось обслуживать большие участки. Так, бывший партизан-подрывник Михаил Миронович Погоцкий обслуживал три сельских совета – Морочский, Заостровечский и Старосельский. В ноябре 1945 г. его внимание привлекли трое неизвестных. При обыске у них был изъят револьвер системы “наган”. Дальнейшее следствие показало, что они виновны в убийстве с целью грабежа. В следующем году, на своём участке Погоцкий задержал две воровские группы в количестве 5 человек.

    Большую помощь органам милиции оказывали “садмильцы”, или «бригадмильцы» – так называли добровольцев, членов бригад содействия милиции. В 1948 г. в Бабаевичском и Грицевичском сельских советах было 11 “садмильцев”, в Морочском, Заостровечском и Старосельском – 15. Некоторые из них имели на своём счету по несколько задержанных преступников.

    Немало интересного о первых послевоенных годах вспоминал бывший начальник паспортного стола – Иван Николаевич Воронецкий.



    Фото: И.Н.Воронецкий


    В бытность участковым уполномоченным он, вооружённый автоматом и пистолетом, объезжал свою территорию где на лошади, где на трофейном велосипеде, где обходил пешком. Бандиты устроили за ним настоящую охоту. В октябре 1944 г. на него напало шесть преступников. В ходе боя Воронецкий ранил и задержал одного из них, остальные отступили. В другой раз, только случайно участковый избежал смерти. В темноте его остановил незнакомый человек и предупредил: “В Нарешевичи не езди, там тебя поджидают бандиты”. Не случайно в мае 1945 г. Иван Николаевич был награждён медалью «За отвагу»: «…за активную борьбу с бандитизмом и дезертирством».

    Однако так везло не всем. В декабре 1944 г. на территории района при ликвидации банды был убит лейтенант барановичской милиции Любченко Георгий Фёдорович, спустя три года от рук бандитов погиб оперуполномоченный, младший лейтенант МГБ Соколовский Иван Семёнович. Жертвами бандитов стали председатель Межнослободского сельского совета Игнат Белоусов (убит в ноябре 1944 г.) и заместитель председателя колхоза «Советская Белоруссия» Иван Костюкевич (убит в августе 1952 г.), многие мирные жители.

    Последние крупные банды, терроризировавшие население района, были ликвидированы только весной 1953 г. В это время начальником Клецкого районного отделения милиции (РОМ) был лейтенант госбезопасности Сергей Емельянович Мелешкин. Перед этим он четыре года работал оперуполномоченным и начальником уголовного розыска в Новогрудке и Ляховичах, хорошо знал оперативную работу.



    Фото: Мелешкин С.Е.

    В апреле 1954 г. его сменил майор Павел Андреевич Павленко, который перед этим более двух лет возглавлял Клецкий райотдел МГБ, лично участвовал в боях по ликвидации банд. На должности начальника милиции он пробыл чуть больше года".

    В одном из отчетов и протоколов чекистско-войсковых и специальных операций органов НКГБ-МГБ по Минской области за 1944-1952 годах (в нынешних границах) находим:

    «Блокированный в схроне Климко, не желая получить законную пулю по приговору суда, предпочел застрелиться сам, предварительно убив свою жену Екатерину Климко – «Асю». Из схрона были извлечены 12 комсомольских билетов, 22 военных билета, 17 красноармейских книжек, 53 советских паспорта, 12 удостоверений уч. уполн. милиции, 14 удостоверений личности работников МВД-МГБ»[15].

    Из воспоминаний Александра Васильевича Карпиевича, 1934 г.р., урож. д.Синявка Клецкого района, подполковника милиции в отставке, бывшего начальника ОУР Борисовского ГОВД (записано в 2016 году):



    Фото: А.В.Карпиевич во время работы в милиции

    «Помню как где-то в конце 1940-х — нач. 1950-х сотрудники органов привезли в Синявку два трупа убитых ими мужчины и женщины. Выгрузили их возле здания сельсовета и посадили спинами к стене, чтобы люди могли посмотреть. Говорили, что это бандиты. Как их звали я не помню».

    Судя по всему, речь в воспоминаниях А.В.Карпиевича идет о муже и жене Климко.

    Братья Корсюк


    Из воспоминаний Василия Игнатьевича Дылевича, 1925 г.р., урож.д.Лысовичи Минского района, полковника милиции в отставке, в 1970-1980 гг. — начальника ОУР УВД Миноблисполкома (записано в мае 2014 г.):



    Фото: Дылевич В.И. 1946г.


    В конце 1949 — нач.1950 гг. в д.Драбовщина Клецкого района произошла серия поджогов колхозных построек с уничтожением скота и корма. Огнем были уничтожены скотный сарай с телятами, коровник, сеновал и др. Расследование этих дел было взято на контроль МВД республики. Меня вызвал к себе начальник УВД Миноблисполкома Иван Николаевич Чистяков и дал команду подобрать людей для оперативно-следственной группы по раскрытию этих поджогов и выехать на место. О результатах докладывать ему ежедневно.

    Для раскрытия этих опасных преступлений была создана оперативно-следственная группа из числа работников УВД и Клецкого РО МГБ. Я вошел в состав группы как представитель уголовного розыска УВД, от областной прокуратуры — тогда еще молодой следователь Мослыко Г. Накануне нашего прибытия на одном хуторе сгорел сарай вместе с находившимся в нем скотом.

    Мы тщательно осмотрели место пожара, произвели повторные осмотры предыдущих поджогов. Обнаружили обгоревшую часть мешка с надписью из двух букв — «Х.В.» — а также отсутствие двух овец (среди обгоревших их не было). По этим данным установили владельца мешка и тех, кто съел овец. Это были двоюродные братья Корсюк, проживавшие на одном из хуторов близ д.Драбовщина.

    Дальнейшей проверкой было установлено, что один из поджигателей в 1943 г. прошел курс обучения диверсионной подготовки в спецшколе в г.Слуцке. Он склонил родственника к совершению тяжких преступлений. Совершенные ими деяния были квалифицированны как диверсия. Все члены опергруппы, раскрывшей это преступление, начальник УВД представил к наградам, правами министерства".


    Крупец


    Из воспоминаний Новикова Адама Артемовича, 1925 г.р., урож. Краснопольского района Могилевской обл., участника ВОВ, жителя Лидского района.

    " После демобилизации из Красной Армии я непродолжительное время работал секретарем на спиртзаводе в д.Туча Клецкого района. Был в бригаде содействия милиции, а потом стал и участковым милиционером. Помню как на хуторе в д.Рудки Клецкого района банда из 3-4 человек убила председателя колхоза Якубчика. Один бандит по имени Иван зарубил его топором. Потом палили сарай.

    Уже будучи участковым в 1951 г. в Клецком районе я споймал бандита по фамилии Крупец. Об этом даже писала беларуская ведомственная милицейская газета «На страже Октября» в заметке «Не так легко взять бандита».

    А в 1954 г. я был переведен участковым в Любчанский сельсовет Новогрудского района. Помню, как в этом же 1954 г. бандиты хотели раздеть инвалида Липеня на берегу Немана. А в д.Зеневичи через окно застрелили колхозного активиста."



    Фото: УИМ Новиков А.А. Любча, сер. 1950-х.

    Из записанных в свое время в Барановичском РОВД воспоминаний ветерана милиции Кульбей Михаила Михайловича, 1924 г.р., урож. м.Пуриевичи Барановичского района, бывшего разведчика-партизана.

    В августе 1944 г. райком партии направляет его в для прохождения службы в органы внутренних дел. Сначала был рядовым милиционером, а потом, после получения сержантского звания, назначается начальником конвойного отделения Городищенского отдела внутренних дел. С октября 1948 г. — участковый уполномоченный в Полонечковском и Ишкольдском сельсоветах. В то время Городищенского отдела внутренних дел был ст.лейтенант Подкорытов.



    Фото: Кульбей М.М.



    Фото: он же на входе в здание Городищенского РОМ.


    «Летом 1946, или 1947 года я должен был возглавить конвой из четырех конвоиров. Надо было доставить 9 арестованных из Городище в Барановичи. Хочу пояснить, как это доставить. Это сейчас — сел на машину и поехал куда хочешь. А раньше их (задержанных) надо было вести по дороге. Там в Барановичах они должны были пройти саноброботку. Тогда их бы пустили в камеру. Но когда мы их привели, то по какой-то причине их не взяли, и нам бы пришлось ночевать где хочешь с ними. Ия решил, как старший конвоя, пойти к начальнику областного управления (тогда ведь Барановичи были областным городом) подполковнику Алексееву, и сказал, что нам теперь делать.

    Он дал команду, и всех 9 арестованных поместили в камеру.

    После тщательного допроса, оказалось, что они специально пронесли какую-то заразу с собой на санобработку, и пытались заночевать с нами где-нибудь, чтобы потом нас убить ( а нас было всего четверо) и убежать.

    Подполковник Алексеев узнав про это, наградил меня денежным вознаграждением в сумме 200 рублей (по старому).

    Не знаю в каком году было, но однажды из райзаготконторы г.Барановичи скрылись преступники, допустившие растрату зерна в большом количестве.

    Мне, как участковому уполномоченному передал, что преступник (один из них) скрывается в д.Становичи у своей жены.

    Я приехал один, т.к. думал, что взять его будет не так трудно. Когда я приехал и зашел в дом, то увидел перед собой высокого мужчину крепкого телосложения. Но хоть и „пробежали у меня мурашки по спине“, я решил его взять. А он, увидев меня, выбежал через другую дверь и начал убегать к болоту.

    Я ему стал кричатт „Стой!“, но он еще быстрей стал убегать от меня. Я достал пистолет (а были у нас тогда на вооружении револьверы (»Наган") и выстрели один раз в убегавшего, однако промахнулся. Потом еще раз выстрели, но опять промахнулся. Там на болоте лежала колючая проволока, но он преступник ее не заметил и, запутавшись в ней, упал.

    На бегу и я ее не заметил и тоже упал. И так получилось, что лапка барабана револьвера отогнулась и остававшиеся там патроны высыпались на землю. Я не заметил этого и пытался еще сделать выстрел в преследуемого. Но когда выстрела не последовало, я взглянул на барабан и увидел, что он был пуст.

    Но я уже догнал преступника, и, схватив его за шиворот, приставил пистолет к его боку. После этого сопротивляться он уже не стал, думая, что я могу в него выстрелить.

    Если бы он знал, что в револьвере нет ни одного патрона, навряд ли вел бы себя так тихо...".


    Максимчик


    Из машинописных воспоминаний, датированных 28 апреля 1985г., бывшего партизана, полковника милиции запаса, бывшего начальника Барановичского РОВД Косинского Ивана Иосифовича, 1924 г.р., урож. д.Ст.Копыль Копыльского района Минской области.

    «20 июля 1944 года штабом партизанского движения я был направлен на работу в МВД БССР, где сначала служил милиционером кавалерийского эскадрона в г.Минске, а потом был командирован в состав взвода УВД Полоцкого облисполкома для работы по борьбе с бандитизмом в Плисском, Видзовском, Миорском, Глубокском и других районах, где немецкие приспешники и полицейские, хорошо вооружившись, грабили местное население и убивали советско-партийных активистов.

    В одном из боев бандитами были тяжело ранены мои лучшие друзья — Дубатовка Михаил и Жаврид Вячеслав.

    В январе 1946 года ОК УВД Полоцкой области был направлен на учебу в Минское офицерское училище МВД СССР (д.Степянка), которое окончил с отличием и в апреле 1947 года был направлен на работу в Ляховичский РОВД, где работал оперуполномоченным, потом — старшим, а в 1951-1954 гг. — начальником отделения БХСС.

    В это время в Ляховичском районе действовало 7 бандформирований, которые терроризировали местное население, убивали партийно-советский актив, мешали восстановлению народного хозяйства.

    Особенно разбойничал в районе бандит Максимчик и его группа, на счету которой было убийств партийно-советских активистов и работников МВД. В боях с бандитами погибли старший лейтенант Рогалов, старшина Семенов, милиционер Анашко и другие товарищи.

    Я в то время располагал большой оперативной информацией по Меденевичскому, Тальковичскому, Куршиновичскому, Островскому и других сельсоветам и руководсто УВД был назначен старшим группы этой зоны по установлению и задержанию бандитской группы. Вскоре мы напали на их след и главарь банды Максимчик и его соучастники были арестованы и преданы суду.

    За ликвидации этой бандгруппы я был награжден знаком „Отличник Милиции“




    Для информации, нагрудный знак был утвержден приказом МВД СССР № 246 от 23 декабря 1953 года[16], а первые награждения беларуских милиционеров были сделаны в следующем 1954 году.

    Рыков, Зайцев, Цыкман, Анушкевич


    Из машинописных воспоминаний бывшего начальника Ляховичского РО МГБ подполковника в отставке Василия Семеновича Соловьева (из Исторического формуляра Ляховичского РОВД):



    «В Ляховичском районе я начал работать с 6 июля 1944 года, в период формирования националистического подполья. Бандами в районе совершались террористические акты, уничтожались имущество, документация. В сельских Советах совершались разбойные нападения и грабежи населения… Бок о бок с чекистами в операциях по ликвидации бандитов были работники милиции Фалитар, Борбелюк и ряд других. С их участием разгромлены банды: Цыкмана, банда, возглавляемая Зайцевым, действовавшая в деревнях Подъявовле, М. Городище, Анушкевича. В 1947 году были уничтожены банды в деревнях Потаповичи, М. Лотва, Грушевка, Гайнине и других населенных пунктах района. В операциях по ликвидации этих бандгрупп работники милиции проявляли мужество и отвагу, никто не роптал и не жаловался на трудности, а они были равнозначны боевым операциям на фронте».

    В апреле 1949-го на хуторе около деревни Зубелевичы разворачивалась операция по ликвидации бандитского формирования. В лесном массиве старшина милиции Иван Оношко во время перестрелки с бандитами был смертельно ранен. В 1951 году, по воспоминаниям бывшего сотрудника Ляховичского отдела милиции Александра Фалитара (работал с 1945 года участковым уполномоченным и сразу принял милицейское крещение около деревни Сакуны в перестрелке с бандой Зайцева), почти все участники этой банды были арестованы. Позже лейтенант милиции Фалитар “взял” главы банды Цыкмана, за что получил благодарность от начальника управления МВД и МГБ Барановичской области.

    Из рукописных воспоминаний Тельнова Михаила Ефремовича (Из собрания письменных воспоминаний уже Барановичского РОВД):



    Фото: подписано в третьем лице „т.Тельнов у здания с/С вместе с курсантом которого я (Тельнов) обучал“



    Фото: подписано „Дружинники перед выходом на операцию по уничтожению банды “Рыкова». Фото не может быть датированным 1956 годом, т.к. на то время вооруженные истребительные батальоны, бригады и группы содействия милиции были давно ликвидированы. Можно предположить, что «банда „Рыкова“» действовала далеко не один год и до 1956 года предпринимались действенные меры по ее уничтожению.


    Ниже образец удостоверения бригадмильца Барановичской области





    (Тельнов М.Е.)«Службу в МВД начал после демобилизации в 1945 году в должности участкового инспектора в Ляховичском РОВД. Обслуживал 3 сельских совета: Медведичи, Тальминовичи, Куршиновичи. Принимал участие в уничтожении банд на территории Ляховичского района в 1956 году „Рыкова“ и „Зайцева“.

    Ушел на пенсию в звании ст.л-нта милиции в 1959 году».



    Еще пару интересных фотографий той смутной эпохи из фотоархива Тельнова М.Е.



    Надпись на обороте: тов.Тельнов задержал с самогоном (в грелке — А.Т.).



    Надпись на обороте: тов.Тельнов производит опрос единоличника который не хотел вступать в колхоз.


    Согласно сведений из исторического формуляра Ляховичского РОВД известно также, что 12 февраля 1949 года был убит инспектор службы Ляховичского РОМ мл.с-нт милиции Никитин Евгений Владимирович, 1924 г.р., урож. г.Ленинграда, который следовал на учебные сборы в районное отделение милиции и был перехвачен у д.Лотва пятью боевиками банды Цыкмана. Похоронен в г.Ляховичи.

    Сульжиц-Чудук, Завистович, Маркелов, Суховерхов, Лицкевич, Пучко и др.


    Из рукописных воспоминаний бывшего партизана, а потом Барановичского милиционера В.Роговича, датированных 06.05.1985г. (Из исторического формуляра Барановичского РОВД):



    Фото: В.Рогович

    «Краткая деятельность в милиции.

    В 1948 г. мною возглавляемая оперативная группа на территории Подлесейского сельсовета ликвидировала вооруженно-грабительскую банду (Сульжица-Чудук).

    В 1950 г. мною возглавляемая оперативная группа на территории Столовичского сельсовета раскрыла зверское убийство лесника Нестеровича, совершенное в 1947 г.

    В 1951 г. в г.Барановичи при моем непосредственном участии была раскрыта вооруженно-грабительская банда в количестве 6 чел. (нач. ОУР Миндлин и замнач. ОУР Бурый).

    В 1956 г. на территории Подлесейского и Крошинского сельсоветов при моем непосредственном участии была раскрыта вооруженно-грабительская банда, которую возглавляли Завистович, Маркелов и Суховерхов.

    В 1957 г. мною возглавляемая оперативная группа на территории Вольновского сельсовета раскрыла шайку воров, в которую входили Лицкевич, Пучко и др.»













    Фото: чекисты и милиционеры Барановичской области. Конец 1940-х.



    Фото: чекисты и милиционеры Барановичей. Нач.1950-х.

    Мелешка Василь


    Командир партизанского отряда в Барановичском районе. Совершил побег из Минской тюрьмы. Весной 1949 г. создал подпольную «Организацию польских легионеров», в которую объединил более двух десятков местных крестьян. Убит в 1950-м (?) своим заместителем, агентом МГБ Марухиным («Ваня-Сибиряк»)[17].

    Ремарка

    К слову, последний теракт на территории Барановичского района имел место в 1959 г. в д.Гайковцы, когда когда была убита активистка, народный заседатель Е.С.Кузьминых[18].

    Из информации секретаря Пинского обкома КП(б)Б А.Е.Клещева председателю Совета Министров БССР, секретарю ЦК КП(б)Б П.К.Пономаренко о бандитских проявлениях на территории Столинского, Ивановского и Ленинского районов области и принятых мерах борьбы с ними

    4 апреля 1946 г.

    Строго секретно

    "… На территории Ленинского района появилась бандитская группа в количестве около 20 бандитов, состоявшая из бывших полицейских Ленинского района Пинской области и граничащих районов Старобинского и Краснослободского Бобруйской области. Эта бандитская группа занимается, главным образом, грабежом населения: забирает одежду, обувь, скот и другие продукты питания. 26 марта бандитская группа ограбила крестьян деревни Милевичи Ленинского района...[19]".

    Братья Дрозды


    Из воспоминаний ветерана Копыльской милиции Зинкевича Георгия Никодимовича, 1928 г.р., прож. д.Гулевичи Копыльского района (записаны в июле 2017 года):



    Фото: 2-й слева УИМ Зиневич Г.Н. Сер.1950-х учебный лагерь Ждановичах.


    «В 1951 году я был демобилизован из Советской Армии и пришел на работу в Краснослободской РОМ. Начальником у нас тогда был Кондратенко Василий Дмитриевич (в 1954 году стал 1-м начальником Борисовского РОВД, после разделения милиции на городскую и районную). Сразу был назначен участковым инспектором в Грозовский сельсовет на место уволенного Николая Римашевского. Всего нас было тогда в райотделе милиции 8 человек участковых, а сотрудников РОМ — человек 20. Помню Снотова Илью, Усовича Александра, Левковича Владимира, Сагаловича Исаака, оперуполномоченного ОУР Скворцова, оперуполномоченного ОБХСС Сапсаева, милиционера Баня. До меня в райотделе какое-то время работал и оперуполномоченный Слонимский, в последствии начальник ОУР Слуцкого РОВД.



    Фото: о/у Слонимский. 1948г. г.Копыль.

    Из периода своей работы в Краснослободской милиции запомнились два эпизода. Вот один из них.

    Так, еще с войны скрывались у нас в округе два бандита, братья Дрозды, в оккупацию служившие в полиции. В д.Мацкевичи (теперь Копыльский район) была у одного из них сожительница, Малева Татьяна. У нее они в подполье больше и прятались. Расскажу как они попались. Я по делам службы и без оружия убыл в Минск, а они в это время, будучи вооружены пистолетами, не знаю уж откуда шли вместе с со своей Татьяной в д.Живоглодовичи, а по пути оказались в Семежево (я с ними разминулся, и возможно это сохранило мне жизнь, т.к. без оружия, я вполне мог получить от бандитов пулю в лоб). В лесу возле местечка навстречу им ехал МТС-овский тракторист на велосипеде. Так братья сошли с дороги и спрятались за придорожные елочки, а Татьяна остановила велосипедиста, т.к. они хотели отобрать у него его колесный транспорт. Когда тот остановился, братья выскочили из-за елочек и затащили тракториста в лес, где оглушили, ударив его по голове. Забрав велосипед, троица подалась в Семежево, а оттуда собирались добираться в Мацкевичи. В Семежево на уголке главной улицы была забегаловка, куда они часто заходили как простые граждане перекусить и выпить, но долго там не задерживались. А в это время дети из Красной Слободы и нашли оглушенного тракториста. Об этом было сообщено в милицию, как и о том, что подозрительная троица с велосипедом останавливалась в Семежево. Следы привели в Мацкевичи. Брали бандитов в хате Малевой Татьяны. В этом деле участвовал в том числе участковый Исаак Сагалович. Один брат, будучи босым убежал, его преследовали до какой-то деревни, уж не помню какой, и там задержали. А второй брат Дрозд еще некоторое время метался, как загнанный волк, по округе. Попался он в Слуцком районе. Пришел в деревню. Увидев детей, стал спрашивать, если в деревне милиция. А среди детей был сын участкового, и он незаметно убежал домой и рассказал отцу, который тогда находился дома, о подозрительном дядьке. Вооруженный милиционер, ориентированный о том, что где-то в округе бродит загнанный в угол бандит, выбыл не место, а было это на берегу речки. Увидев участкового, бандит прыгнул в воду и стал переплывать на другой берег. Милиционер же громко приказал тому плыть обратно, сделал предупредительный выстрел в воздух, а потом, учитывая, что Дрозд не реагировал на это и уже почти добрался до другого берега речки, выстрели в него и убил".




    Фото: УИМ Исаак Сагалович.



    Фото: сотрудники Краснослободского РОМ. Конец 1940-х — нач. 1950-х.


    Ремарка

    В историческом формуляре Любаньского РОВД, в район обслуживания которого после упразднения Старобинского района в 1959 году отошла часть ранее же отошедшая последнему часть упраздненного Краснослободского района, как часть же бывших краснослободских и старобинских милиционеров, приведены воспоминания одного из них, Статкевича Адама Ильича, которые дополняют информацию о братьях Дроздах, в том числе более ранними сведениями о них:

    «Демобилизовался я в 1946 году из Красной Армии и пришел работать в милицию, в Любанский РОМ. Штат РОМ составлял 17 человек: начальник, уполномоченные и милиционеры. Здание РОМа располагалось возле центральной площади города Любани. Имелась во дворе конюшня, был конюх. Я служил милиционером, в звании «старшего сержанта милиции». Конвоировали пешком бандитов, полицаев, которые прятались по лесам, в город Слуцк. В Слуцке находилась тюрьма. Из Слуцка возили арестованных на суд в город Любань или на допрос.

    Садились в товарный поезд и ехали до Уречье, поезд не останавливался и приходилось прыгать в движении. Толкали арестованного в спину, а сами за ним. Затем до Любани шли пешком. Работать было тяжело.

    Ходил я в патрули по г. Любани и по деревням. В Любани патруль был пеший по району конный. Оружие было пистолеты «Наган». В отделе был склад трофейного оружия (пулеметы, автоматы, винтовки, гранаты). В конвои ходили с автоматами «ППШ». Я хорошо стрелял. Часто нас направляли в командировки в г.Минск, в г. Бобруйск для патрулирования. Направляли на сборы, для учебы. Учились водить автомобили. Все милиционеры сдавали на водительское удостоверение.

    В районе д.Обчин в конце 40-х годов прятались братья-полицаи Дрозды. Я и еще пять сотрудников несколько раз выезжали, чтобы их поймать, но у них дома был прорыт подземный ход из дома за сарай и когда мы приезжали для поиска, то они опускались в ход и удирали. Только потом в ходе обыска обнаружили ход и нашли пулемет в сарае. Я ехал в д. Дунцы, верхом на лошади и меня обстреляли, чуть не убили. Это также были братья Дрозды. Их поймали, затем один из братьев бежал из г. Слуцка при допросе. Его ловили у нас в Любанском районе. И потом спустя некоторое время где-то в другом районе поймали. Точное время назвать не могу, так как прошло много лет и я плохо помню».


    Надо думать, что в д.Обчин Дрозды прятались еще до Мацкевичей, куда перебрались после того, как милиция там их подземный лаз.

    История про шпионов — парашютистов (из воспоминаний Зинкевича Георгия Никодимовича)
    «Как-то поступило сообщение, что в районе д.Филиповичи, на моем административном участке были закинуты на парашютах трое шпионов. Были приняты меры по их задержанию. В частности я с младшим милиционером Банем несколько дней дежурили в Филиповичах у дороги (автомобильная дорога Р-43 республиканского значения, соединяющая г.Ивацевичи и границу с Российской Федерацией (Звенчатка)). Дело было в теплое время года. Хозяин дома, где располагался наш пост, Ерошев Николай, дал нам брезентовый тент от грузовой машины и мы сделали навес, где по очереди отдыхали. Никто нам тогда не попался. Сохранилось и фото того времени: я, Бань и сын Н.Ерошева под импровизированной палаткой.



    Ходили разговоры, что одного шпиона задержали следующим образом. Он проголосовал подвезти у дороги водителю грузового автомобиля, который методом частичной погрузки осуществлял буксировку другого грузового автомобиля. Водитель посадил попутчика в кабину буксируемого грузовика. На пути у них оказались милицейские блок-посты. Первый они проехали, т.к. шпион перед постом вылез на ходу движения первого автомобиля из кабины буксируемого грузовика и спрятался под тент в его кузове. Видать милиционеры, не увидев никого кроме водителя передней машины в обоих кабинах, даже ее не остановили и не расспросили его о возможно попадавшихся ему на пути подозрительных лицах. А вот на следующем блок-посту шпиона все де сняли».

    Ремарка

    Не могу не привести и еще один неизвестный ранее случай поимки шпионов западных разведок.

    Из воспоминаний Пыжика Владимира Марковича, 1929 г.р., урож. д.Трухановичи Копыльского района, бывшего начальника Солигорского РОВД, Записано летом 2017 г.

    «В 1955 году я после школы милиции пришел на работу в Слуцкий РОВД на должность оперуполномоченного оперативного отдела (это что-то вроде ОББ после его ликвидации). Подчинялся напрямую УВД Миноблисполкома. Проработал в этой должности полтора года. В отличие от простых оперов УГРО мне было положено по инструкции иметь в два раза больше агентов, аж 20 человек. И встречаться я должен был с каждым из них не менее двух раз в месяц.



    Фото: сотрудники Слуцкого РОМ. Сер. — 2-я пол.1950-х.

    Был у нас старый милиционер оперуполномоченный ОУР Пунчик Игнат Семенович. До Слуцка он работал участковым в Лунинецком отделе внутренних дел. Так вот, рассказывал он, как еще при Сталине участвовал в поимке двух шпионов. А дело было так. О их заброске чекисты уже знали по своим зарубежным каналам. Были у них и фото, которые разослали по территориальным органам внутренних дел и государственной безопасности. И вот заходит Пунчик на станцию и видит, что один из тех на фотографии лиц лежит на лавке, а другой что-то спрашивает в кассе. Пунчик организовал железнодорожников и те задержали шпионов.

    После того как о задержании доложили министру государственной безопасности БССР Цанаве, тот скомандовал срочно доставить к нему отметившегося милиционера.

    Экстренно же и привезли его в министерство. А надо сказать, что Игнат Семенович был парень простой, образование имел 2 класса. Опять же надо знать, в первые послевоенные годы милиция снабжалась из рук вон плохо. Поэтому вид он имел самый что ни на есть затрапезный. Зашел он в кабинет к Цанаве, стал докладывать министру о своем прибытии. А тот как увидел его, закричал на своих министерских подчиненных: «Что за босяк? Расстрелять вас мало! Вымыть, обмундировать!!» После того, как преобразившегося Пунчикав в новой «с иголочки» форме вновь доставили в кабинет главного беларуского чекиста, тот, уже в хорошем настроении, начал расспрашивать у него об обстоятельствах дела. Пунчик же, как я уже говорил был парень простой и скромный, и рассказал все, как было, без прикрас в свою сторону. А именно, что он только организовал задержание, а не сам один тех шпионов поймал. На что Цанава веско заявил: «Ну не скромничай. Опознал врагов, организовал людей на их задержание – молодец!» После этого всесильный министр распорядился выдать милиционеру премию (где-то от 3 до 6 месячных зарплат, а была она тогда рублей 200) и путевку в санаторий.



    Фото: сотрудники ОУР Слуцкого РОВД. 1963-1965 гг. 2-й справа — Пунчик И.С.

    А вот один совсем нетривиальный пример криминала из моей уже оперской практики середины 1950-х.
    Стали люди по Слуцку и району массово заявлять о пропаже слесарных инструментов. Были уворованы и две установки машинного доения коров «IMPULSА» производства ГДР. У заезжих поляков была украдена радиола, о чем пришлось докладывать в Москву, т.к. о всех преступления в отношении иностранных граждан была инструкция информировать союзное МВД. В конце концов похитители были установлены. Ими оказались 8 пацанов. Старшему из которых было лет 12. Из всего похищенного они хотели собрать самолет и улететь в… Турцию!

    Для хранения похищенного, ребята выкопали в лесу землянку. Всего мы вывезли оттуда в РОВД «запчастей» аж две машины ГАЗ-51. Шуму тогда было не передать сколько. Склоняли на все лады родителей, школьных педагогов, да и все руководство районного отдела образования. Слава богу, что сталинские времена уже тогда закончились, а то бы полетели головы. В Турцию они собрались! :-)»




    Фото: Во дворе Слуцкого РОВД на отделовской «тачанке». Справа — Пыжик В.М. 1955-1956 гг.



    Фото: Фисун Владимир Родионович, Пыжик Владимир Маркович, Тимофеевич. Дорога Шишчицы-Бобовня. ДТП. 1956 г.

    Павлович


    Из интервью с Тарасевичем Иваном Адамовичем, 1925 г.р., урож. д.Величковичи бывшего Старобинского, а ныне Солигорского района Минской области, бывшего партизана. Опубликовано 7 сентября 2014 года на сайте «Я помню»:

    " — Как встретились с Красной Армией?

    — Меня раненого привезли в Логишин. Наша бригада ушла перерывать дорогу отступающим немцам, а раненных и больных в районную больницу отправили.

    К этому времени я немного мог ходить, так ребята меня на парад в Пинске взяли. Посадили на коня, а хлопцы. Тоже на конях, с двух сторон поддерживали.

    — После расформирования вас заставляли писать отчет о деятельности бригады?

    — Я к этому не имел никакого отношения. Был начальник штаба – это его работа. После каждой боевой операции мы передавали оперативные данные в бригаду.

    — До 1948 года вы служили в милиции. С националистическими бандами сталкивались?

    — Да. В Давыдгородокском районе были Мерлинские хутора, они на 60 км тянулись. А это граница с Ровенской областью, и там вот были украинские националисты. Убили милиционера Маринича, убили оперуполномоченного из отдела по борьбе с бандитизмом из Минска. Мне дважды приходилось участвовать в перестрелках с националистами.

    — А в ваших родных краях националистические банды были?

    — Был у нас такой Павлович, уроженец Рудни. Во время войны он, с братом и сестрой, в полиции служил. Когда немцев погнали – он с ними не пошел, сколотил банду. Так эту банду только в 1954 году ликвидировали. В банду наш человек был заслан, он сообщил, что она в одной деревне перезимовать собирается. Деревню окружили, банду ликвидировали.

    А так – я до 1961 года с винтовкой ходил. Сопровождал налогового инспектора. Только в 1961 году винтовку сдал, когда меня перевели"[20].


    Михайлов


    Вот что рассказывал об одном из послевоенных случаев один из первых послевоенных начальников Слуцкого ГОМ М.А.Скачков (из Исторического формуляра Слуцкого РОВД):



    Фото: первые после освобождения района от гитлеровских оккупантов слуцкие милиционеры.

    «На протяжении ряда лет на территории Слуцкого, Стародорожского, Барановичского районов совершались грабежи с убийствами. Преступления не раскрывались, пока один из граждан не опознал грабителя. Им оказался некто Михайлов, начальник охраны литейного завода, сколотивший вооруженную группу, которая совершила 23 ограбления. В нее входили Подберезкин, Веревкин. Умелыми действиями группа была обезврежена, ее участники понесли наказание».

    Вовченко, Лапаник, Адамович и др.


    Из воспоминаний бывшего участкового инспектора милиции Стародорожского РОВД УВД Миноблисполкома А.Н.Звоника от 10 июля 1968 года (из Исторического формуляра Стародорожского РОВД):



    Фото: справа А.Н.Звоник. 2-я пол.1940-х — нач. 1950-х гг.


    «Я был в составе партизанской бригады им.С.М.Кирова. С частями Красной Армии мы соединились 28 июня 1944 г., а уже через два дня меня и группу моих товарищей командование бригады направило на работу в органы милиции.

    Мы своими руками обновили помещение отдела милиции, достали мебель.

    Уже 4 июля 1944 г. в район прибыл начальник милиции Петр Васильевич Жига. Он сразу собрал нас и разъяснил задачи.

    Служить в милиции было непросто. Дни и ночи напрлет приходилось заниматься неотложными делами. В августе 1944 г. я был направлен участковым в Кармазовский и Кривоносовский сельсоветы. После оккупации не успевшие уехать с фашистами предатели организовывали банды

    Так в 1945 г. на участке деревень Прусы — Бараново действовала банд, которая грабила население, уничтожала колхозную собственность. Она была ликвидирована в 1946 году.

    В 1948 году я был направлен в Паськвогорецкий и Языльский сельсоветы. Начальником милиции тогда на Стародорожчине был Лазарев.

    Оперативная обстановка была по прежнему сложной. Так в д.Рабак было убийство финагента с ограблением 14 тыс. руб. В Верхутино была группа жуликов, которая крала скот. Возглавлял ее Вовченко. Приходилось много работать, чтобы их разоблачить и привлечь к ответственности.



    Типовое удостоверения финагента одного из ликвидированных районов ликвидированной же в 1954 г. Бобруйской области.



    Фото: слева финагент в униформе послевоенного периода.

    Вспоминается случай, когда в результате удачно организованной операции был пойман главарь банды Лапаник, который долгое время действовал на территории Стародорожского и Глусского районов. Операцией тогда, в 1951 году, руководил начальник отдела милиции Лазарев. Лапаник был пойман возле д.Н.Фаличи. После этого с 1951 по 1957 год году и позже он 4 раза бежал из мест заключения. Был очень опасным преступником.

    Вспоминается и такой случай, когда я вместе с милиционером задерживал в 1951 г. в д.Добрынка бандита Адамовича, который был вооружен винтовкой и финским ножом и занял оборону на чердаке сарая. Однако он был задержан.

    Транспорта, кроме лошадей, тогда не было. Условия были очень тяжелые, однако мы с честью выполнили свой долг».


    Летом 2017 года от старейших ветеранов Бобруйской милиции приходилось слышать, о том что в послевоенные годы ближе к Октябрьскому района, в частности на территории Брожского сельсовета, в лесах скрывались какие-то бандиты.

    Ремарка

    Судя по всему, именно слухи о некоторых из вышеуказанных бандитах и нелегалах, скрывавшихся и оперировавших на территории бывшей Бобруйской области легли в основу заметки в одном из беларуских послевоенных эмигрантских изданий, согласно которой на конец марта 1953 года в районах Бобруйска и Слуцка действовали беларуские антисоветские партизаны, которые при поддержке населения уничтожали приверженцев советской власти. В составе этих партизанских формирований как-будто были дезертиры из Советской Армии, беглецы из советских коцлагерей и местная молодежь[21].

    П., Ф. и Л.Лукьяновы, Парахневич и др.


    Из воспоминаний Николая Быкова, полковника милиции в отставке.

    «Шел 1947 год. Страна переживала тяжелый период.

    Многие люди срывались с обжитых мест в поисках хлеба. Ехали пассажирскими и товарными поездами. Кто с билетом в вагоне, кто в тамбуре, многие просто на крышах.

    В дежурную часть дорожного отдела то и дело поступали сообщения, одно тревожнее другого: разбои, грабежи, кражи.

    В ночь с 1 на 2 августа раздался очередной тревожный звонок. Из линейного отделения ст.Жлобин сообщили: в товарном поезде №818, прибывшем из Бобруйска, совершено зверское преступление. В одном из вагонов осмотрщик заметил открытую дверь. Оттуда доносился стон женщины. Осветив фонарем помещение, увидел кровь и человеческие тела.

    На месте происшествия обнаружили два мужских и два женских трупа. Еще одна женщина находилась в бессознательном состоянии. На полу — несколько стрелянных гильз, коробка спичек, красноармейская шинель, окровавленная пилотка, фуражка и две полотняные сумки.

    Об этом немедленно сообщили начальнику дорожного отделения милиции Ивану Сенькевичу. Он по тревоге вызвал весь оперативный состав.

    К утру собралось около 20 сотрудников. Вместе с заместителем начальника Василием Корчаговым выехали в Жлобин.

    Сразу начали обработку всех проходящих пассажирских и товарных поездов, изучение лиц, склонных к совершению уголовных преступлений, проживающих в прилегающих к железной дороге деревнях и пристанционных поселках. Прошло несколько дней напряженной работы. а результата пока не было. Правда, женщина, оставшаяся в живых, придя в сознание, рассказала, что в Бобруйске в вагон села группа неизвестных. Трое или четверо мужчин, одна женщина. Когда поезд отошел от станции, они стали стрелять в пассажиров. Было темно, и обрисовать преступников она не смогла.

    Тем временем оперативники продолжали разыскивать по близлежащим деревням лиц, склонных к противоправным деяниям. на седьмые или восьмые сутки мы наведались в деревню Турки Бобруйского района. Местные жители рассказали, что у них есть несколько „товарищей“, которые нигде не работают. Проверили. Никакого отношения к преступлению на станции они не имели. Узнали, что недалеко от села есть хутор, где живет семья Лукьяновых. Никто из них не работал. Но при этом часто ездили в Минск и другие города, занимались спекуляцией.

    … Встретила пожилая женщина. Назвалась Екатериной Одикоевой, тещей хозяина Павла Лукьянова. Вела себя как-то нервозно, настороженно. А когда поинтересовались, где зять и дочь, ответила:

    — Отправились на базар в Бобруйск или в Минск, точно не знаю.

    При этом добавила, что вместе с ними поехали брат Павла Федор и их знакомый Парахневич. Взяли с собой чемоданы. Очевидно продавать вещи. По поводу вещей Одикоева сказала: „Не знаю, откуда берут… Их всегда много. Каждый раз привозят и увозят в чемоданах, мешках, уходя рано утром из дома. Павел предупредил меня — если кто будет интересоваться — встретить их на разъезде вечером“. Женщина призналась, что после поездок в доме устраиваются пьянки и ведутся какие-то подозрительные разговоры, споры. Ее, как правило, в тот момент выпроваживают в другую половину дома. Однажды Павел предупредил: если кто-нибудь узнает об этих беседах, она „сыграет в ящик“. Стало ясно: на Павла и компанию надо обратить особое внимание.

    Из Жлобина прислали дополнительно несколько сотрудников для встречи пригородного поезда на разъезде. Ближе к вечеру отправились встречать хуторян. Одикоеву проинструктировали, как себя вести во время встречи с родственничками. Когда пригородный поезд прибыл на разъезд, из вагона вышли Павел Лукьянов, его жена Людмила, Федор, Парахневич. Не спеша направились к стоящей неподалеку Одикоевой. В этот момент, по условленному сигналу, их окружили оперативники. Немного позже при осмотре вещей в маленьком чемоданчике обнаружили два пистолета „вальтер“.

    На чердаке дома при обыске нашли два пустых чемодана, винтовочный обрез с боевыми патронами, парабеллум. В сенях на скамейке — финский нож с засохшей на лезвии и рукоятке кровью. Одикоева передала еще одно очень важное доказательство: угольники и ручку от сожженного чемодана.

    Первой из преступной группы заговорила Людмила. „Ниточка“ потянулась. Оказалось, убийство в товарняке — не единственное на совести этой банды.

    Обычно для маскировки Парахневич и Федор переодевались в форму старших лейтенантов. Павел зимой наряжался в белую шубу армейского образца. Мародеры убивали невинных людей из пистолетов или финским ножом.

    Всего эти „тихие“ хуторяне за два года совершили около 30 убийств. В их банду входили 13 человек.

    В январе 1948 года военным трибуналом бандиты были осуждены»[22].


    Как пишет в одной из своих публикаций «Ликвидация по-беларуски» кандидат исторических наук Игорь Мельников:

    «В октябре 1946 г. со служебным заданием в Бобруйск был направлен фронтовик, капитан артиллерийских войск, заместитель начальника артиллерийских складов № 3452 в Барановичах Александр През…

    В те злополучные октябрьские дни 1946 г. капитан През прибыл в Бобруйск вместе с сопровождавшим его автоматчиком. Город был практически весь разрушен, гостиниц не было. На ночлег военнослужащие остановились, в каком-то частном доме. На следующий день, выполнив задание командования, капитан През отпустил сопровождающего, а сам зашел в офицерскую столовую.

    Ближе к вечеру сопровождавший капитана солдат, обеспокоенный его отсутствием, «забил тревогу». Тело капитана А. Преза нашли в развалинах одного из бобруйских домов. Следствие показало, что офицер был убит выстрелом в лицо. Нападавшие забрали форму убитого, его личные и служебные документы, деньги и награды. Супруга убитого Нина Петровна Герасько впоследствии вспоминала, что следователь военной прокуратуры, занимавшийся делом об убийстве капитана А.Преза, сообщил ей, что это был уже не первый случай безнаказанного нападения на советских офицеров в Бобруйске.

    За несколько часов до трагедии капитана видели в столовой в компании неизвестного младшего офицера. Следователь также подчеркнул, что это убийство, скорее всего, дело рук бывших немецких пособников, которые скрываются в окрестных лесах. Офицерская форма и документы для них лучшее прикрытие, поэтому-то они выслеживают и совершают нападение на одиночных офицеров»[23].



    Фото: Супруга капитана Преза у гроба мужа.



    Судя по всему, капитан През был убит именно вышеуказанной уголовной бандой. Антисоветизмом тут «и не пахло».

    Поездные гастролеры

    В свое время ветеран милиции Н.Быков вспоминал и еще один интересный случай из своей практики работы в беларуской железнодорожной милиции послевоенного периода.

    «После войны для борьбы с криминалитетом на железной дороге из работников управления охраны МГБ была создана подвижная оперативная группа в количестве шести человек.

    Это была очень интересная и в тоже время трудная, опасная работа. На протяжении 1948-1950 годов удалось выявить и задержать не один десяток особо опасных уголовников, находившихся во всесоюзном розыске.

    В Пуховичах, на крыше одного из вагонов пассажирского поезда Минск — Харьков, мы обнаружили человека в нательном белье. Увидев людей в милицейской форме, он сразу же слез. Представился: учащийся одного из минских ФЗО Сергей Михайлов. Рассказал, что накануне получил из дома телеграмму — тяжело больна мать. Решил поехать в Речицу навестить ее. Но билет не достал и забрался в тамбур. На перегоне Михановичи — Руденск зашли три мужика и сразу потребовали деньги. У парня их не оказалось. Тогда самый рослый сказал: „Что с ним нянчиться, раздевайте“. Сняли бушлат, тельняшку, брюки и сапоги. Хотели на ходу выбросить. Но он стал плакать и просить, чтобы не выбрасывали. Тогда приказали залезть на крышу и тихо лежать там до Жлобина.

    Не мешкая, начали розыск. На станции проверили места, где мародеры могли спрятаться. В 5 утра из Пуховичей в Минск отправлялся пригородный поезд. Взяли его под наблюдение. Потерпевшего одели в шинель и брюки оперативников, дали ботинки. Он вместе с нами отправился в Минск. Подъезжая к Руденску, на промежуточной остановке заметили, как, выскочив из разбитой железнодорожной будки. на ходу в последний вагон сели трое парней. Направились в последний вагон. На одном из них был бушлат потерпевшего, на другом — сапоги и тельняшка.

    При обыске в вещмешке оказались брюки Михайлова и пистолет „вальтер“. Выяснилось, что все трое работали в Минске на строительстве тракторного завода. А по вечерам, в свободное время, выезжали на „гастроли“. Эта „гастроль“ оказалась для них последней. Финалом для всей троицы стала скамья подсудимых»[24].


    Феоклистов Ф.П.


    «СЕКРЕТАРЯМ ЦК КП (б) БЕЛОРУССИИ
    Товарищу Гусарову Н.И.
    Товарищу Игнатьеву С.Д.

    За последнее время на территории Кировского района Бобруйской области стали проявлять большую активность бандитские группы. В различных деревнях этого района каждую ночь бандиты совершают грабежи сельского населения, забирают деньги, хлеб, одежду, скот, предметы домашнего обихода, ордена и медали у награжденных.

    В ночь с 14 на 15 сентября бандиты оставили в деревне Глубоковичи, Лещинского сельсовета листовку следующего содержания:

    «Да здравствует демократическая республика Америки. Бей жидов и коммунистов. Боритесь против колхозов за землю и хлеб для крестьян. Знайте, что если не в 1947 году, то обязательно в 1948 году будет война Америки с Советским Союзом. В первый день войны Москва и советское правительство будут уничтожены атомными бомбами».
    Один из задержанных бандитов Твердоступов Иван Георгиевич сообщил, что главарем его банды является Феоклистов Федор Петрович, 1911 года рождения, из деревни Капустино Кировского района. Феоклистов во время немецкой оккупации был полицейским и работником немецкого гестапо. После освобождения Белоруссии он был задержан органами государственной безопасности, но бежал из-под стражи. Банда Феоклистова состояла из 6 человек и была вооружена двумя пистолетами «Парабеллум», двумя гранатами и кинжалом.

    На рукоятке кинжала, обнаруженного у бандита Твердоступова, написано чернилами: «За свободу жизни! Мы люди тэмни, нам трэба грошы. Мертвый в гробе мирно спи. Жизнью пользуйся живущий!.. Деньги – это жизнь!»*.
    Три бандита из банды Феоклистова задержаны и сознались в совершенных ими грабежах в деревнях Старое Залитвинье, Черебомирка и Капустино. Однако, грабежи в Кировском районе продолжаются.

    В ночь с 17 на 18 сентября 1947 года неизвестной бандой в дер. Столпище, Подреченьского сельсовета обстрелян финагент сельсовета Таранкевич, а позже, в эту же ночь, были совершены грабежи у различных граждан деревни Подречье.

    В ночь с 18 на 19 сентября с.г. были уведены 4 лошади, принадлежащие колхозу имени Ленина, Грибовецкого сельсовета.

    Замзав. Оргинструкторским Отделом ЦК КП (б) Белоруссии (Шелихов)[25].

    Быстрицкий И.


    Из воспоминаний ветерана Бобруйского ГОВД, бывшего несовершеннолетнего партизана, Сакадынца Михаила Федосовича, 1928 г.р., урож. д.Борки Кировского района Могилевской области:

    «Я бывший партизан 539-го отряда 9-й бригады „им.С.М.Кирова“, действовавшей в Кировском районе. А в 100-м отряде Михайлова нашей бригады воевал Быстрицкий Илья, моего батьки крестник, боевой, заслуженный партизан. Когда наши войска немцев турнули, его отправили на фронт, в гаубичную батарею. Так он оттуда дезертировал и подался на родину. Наши бывшие партизаны, которых на должности тогда в районе поставили, его как-то прикрыли и даже сделали председателем колхоза то ли в Скриплице, то ли в Неговле. Так Илья, будучи предколхоза, вместе с еще одним бывшим партизаном (как его звали, уже не помню)занимались вооруженным бандитизмом. Перенимали в лесу женщин, с продуктами, что несли на продажу на базар, или вырученными за них деньгами, и отбирали, угрожая оружием.

    В конце-концов Илья этот утянул средь бела дня два мешка зерна у одного старика, а тот и пожаловался в район. Так этот злодей потом пытался оправдываться: „Я думал это не твое, а Василя Сакадынца, что работал учетчиком в колхозе работал“. В общем, когда все прояснилось, загремел Илья Быстрицкий под суд и дали ему 8 лет лагерей, где он и сгинул. Что стало потом с его подельником, мне ничего не известно».


    Витебская область


    Гром


    Из воспоминаний Юшкевич (Микуленок) Антонины Борисовны, 1939 г.р., урож. д.Дуброво Лепельского района, жительницы д.Углы Борисовского района. Записано мною в ноябре 2015 г.:

    »Уже после войны была у нас в округе банда Грома. Был он с хутора Громовщина. Грабили местное население. А с Громом был связан Кисель Александр. Его потом где-то в 1945 г. арестовали и в тюрьму посадили за то что взял у бандитов кусок мяса от украденной ими телушки". Как и когда тех бандитов половили, да сколько их было, я уже не помню".

    Пушкарев и др.


    Из воспоминаний Толара Петра Кирилловича, 1925 г.р., урож. д.Русилки Бешенковичского района, бывшего партизана, в 1968-1975 гг — начальника следственного отдела УВД Миноблисполкома, полковника милиции в отставке. Записаны в мае 2008 г.

    «Было начало июля 1944 г. Был зачислен в истребительный батальон. Вылавливали оставшихся фашистов и отводили в лагеря военнопленных…

    … В Бешенковичах уже были созданы органы власти и управления. Много было россиян. Как разведчика меня сразу назначили на офицерскую должность, помощником оперуполномоченного МВД (тогда еще НКВД — А.Т.). Офирмлял Москаленко, начальник Бешенковичского РО НКВД, разумнейший руководитель и организатор. Вскоре мне присвоили звание младшего лейтенанта, выдали форменную одежду из английского сукна. В РОВД тогда работников было не много: начальник, заместитель, по одному оперативнику в каждой службе, один участковый на 2 сельсовета, паспортист. Одна трофейная грузовая машина, несколько лошадей и велосипедов. Трудились круглосуточно. Бумагой были немецкие военные карты.

    Население района — в основном женщины, старики, инвалиды. Бывшие полицейские всячески старались навредить. Приходилось действовать, отлавливать бывших полицаев, бандитов и отправлять их в лагерь.

    Я стал применять элементы науки психологии. Например, летом 1944 г. возвратившийся в деревню Рубеж инвалид, ставший бригадиром, подал заявление о вооруженном нападении на него. МГБ задержало подозреваемого соседа, но он ничего не рассказывал. Когда срок задержания истек, В Рубеж направили меня. Я начал с потерпевшего. Он лежал раненый дома на кровати. Рассказал, что сосед выстрелил в него, когда он выходил из бани. Полагая, что убил, убежал в сторону своего дома. Когда я стал выяснять у потерпевшего, в чем он был одет, предложил показать одежду, заметил, что он заволновался. Ранен он был в левую голень. На военном бушлате я увидел обожженное отверстие, а на новых кальсонах следов пули не было. Я применил внезапность. Со словами: „Пожалел новых? — потребовал сдать оружие. Захваченный врасплох, он не стал отрицать и повел меня к бане, откуда вынес завернутый в тряпку и смазанный наган. Оформив с понятыми факт выдачи оружия и записав показания “потерпевшего», я позвонил в МГБ. Там мне не поверили, пока я не привез оружие и оформленные документы о лжезаявлении. Так неприятен был ему сосед, что сам себе выстрелил в ногу и заявил на него.

    Или в местечке Островно на границе с Витебским районом долго свирепствовал бывший полицай. Даже приходил к председателю колхоза, забирал все необходимое, а тот молчал, боялся. Бандита поддерживали две учительницы. Он был неуловим. Поручили мне. Я расставил свои силы, и вскоре мне поступил условный сигнал о местонахождении бандита. Руководство РОВД отсутствовало. Взяв дополнительно немецкий карабин, я на велосипеде выехал в Островно, расстояние 21 км. В деревне мне подсказали, что бандит прячется в бане у ручья. Я понимал, что одному мне его не взять, поэтому решил держать его под прицелом. Но вскоре на автомашине подъехал милиционер Пристунович, посланный мне на помощь. Мы тихонько стали приближаться к бане. Хозяйка, одна из его подруг-учительниц, заявила, что ключа от замка у нее нет. Я из-за косяка ударил прикладом по замку — и дверь открылась. Бандит, соскочив с чердака бани, стреляя по мне, выскочил на улицу и прыгнул через ручей. Я выстрели в нижнюю часть тела, так как он нужен нам был живым, и попал ему в ягодицу. Подскочил к нему и выбил оружие. Перевязав бандита полотенцами, мы отвезли его в больницу. Это еще один из многочисленных примеров умения метко стрелять.

    Особое значение для улучшения оперативной обстановки в районе имела поимка мной совместно с участковым Высоченко Василием Андреевичем бывшего бургомистра Бешенковичского района Пушкарева, имевшего разветвленную резидентуру, помогавшую ему длительное время скрываться и вредить. (Высоченко впоследствии возглавлял Минскую милицию, дослужился до заместителя министра внутренних дел Азербайджана, недавно умер). М МГБ не получалось, пришлось заниматься нам. Зимой 1945 г. я получил информацию, что он может быть на свадьбе родственника в д.Куриловщина. Я на закрепленной за мной лошади на легковых санках выехал в поселок Яновиль, где жил Высоченко и был там участковым. Он тоже охотился за Пушкаревым, но не получалось. На его лошади в санях мы ночью в шубах, под видом заготовителей, прибыли в Куриловщину. Повадки бургомистра я знал. С Высоченко мы договорились. Он пойдет по деревне в сторону свадьбы, а я — к лесу. Услышав и заметив бегущего человека, я притаился. Когда он приблизился ко мне, я твердым голосом скомандовал: «Руки вверх!». Он тут же в ответ: «Вы Толар? Не стреляйте, я без оружия!.. Сдаюсь!». Оказалось, что и он следил за мной через своих, но я его перехитрил. Мы возвратились в Яновиль. Хотя Высоченко и возражал, я пошел на очень рискованный шаг: повез бургомистра в райцентр один. Уложив его в передок пролетки (наручников не было), предупредил, что при малейшей попытке бежать, убью. И тут я использовал психологический прием: «Отбудешь наказание и будешь спокойно жить».

    К утру благополучно доставил Пушкарева в РОВД. Предварительно допросив, я передал его в МГБ, где было множество материалов на немецкую агентуру. Надо было его разоблачить и обезвредить.

    Тут же поднялась целая буря за эту передачу. Тогда было стремление побольше разоблачить. Прибыли из УВД. Меня хотели арестовать и отправить на фронт. Между МВД и МГБ (тогда еще НКВД и НКГБ) была борьба за каждого изобличенного. Но я был очень нужным, занимался не только оперативно-розыскной работой, но и успешно вел расследование уголовных дел. Меня оставили, а потом даже повысили.

    С повышением должности и звания меня перевели в Ореховский РОВД (был тогда такой район в Витебской области). Оттуда в октябре 1948 г. направили в созданную в Минске двухгодичную спецшколу МВД. Я прилежно учился, жадно постигая теоретические оперативно-розыскные и следственные знания, организацию всей работы органов… Стажировался в «Смерш» МГБ, участвовал в расследовании уголовного дела на немецкого шпиона, работавшего в парихмахерской СМ БССР. Нити его деятельности вывели в г.Бобруйск, где я обнаружил и изъял немецкие архивы, в них — подлинные донесения этого шпиона на наших патриотов, что явилось неопровержимым доказательством его вины.

    Глубже знакомился с психологией. После окончания школы меня направили в УВД Молодеченской области. Трудился в Особой инспекции заместителем начальника ОК УВД, с риском для жизни участвовал в проведении коллективизации в д.Уртишки Гродненской обл. Мы общались с семьями бандитов, даже оставались у них ночевать. Когда население увидело, что мы не инквизиторы, из леса стали выходить мужчины, сдавать оружие и вступали в колхоз, который и сейчас котируется высоко. А мой бывший начальник Маврин в Бешенковичском РОВД за превышение полномочий во время коллективизации был осужден...[26]".

    Тышкович, Вакиновский


    Из спецдоносения наркома внутренних дел СССР Л.П.Берия И.В.Сталину, В.М.Молотову и Г.М.Маленкову о результатах операций по очистке западных районов БССР от антисоветского националистического подполья (г.Москва, 22 февраля 1945г.):

    В Витебской области вскрыта и ликвидирована группа участников антисоветской «Национал-социалистической трудовой партии России».

    По делу арестовано 5 человек, в том числе Тышкович, 1890 года рождения, белорус, бывший штабс-капитан царской армии, в период оккупации работал директором сенненского банка; Вакиновский, 1890 г.р., белорус, при немцах был бургомистром г.Сенно.

    Все арестованные являются активными участниками «НСТПР», проводили вербовки в эту организацию, подписали обращение с призывом оказывать помощь немецкой армии в борьбе с коммунистами. Находясь на службе в оккупационных учреждениях, способствовали проведению мероприятий немецких властей[27]".

    Минская область


    Лобач А.Л.


    Из воспоминаний Азаровой (дев.Бобок) Тамары Николаевны, 1931 г.р., урож. Дзержинского района, жительницы г.Борисова (Записано мною в феврале 2016 года:

    «После войны в нашем Станьковском лесу скрывались те, кто был недоволен советской властью. Помню, что был такой Лобач Александр Леонтьевич. Его поймали только в 1953 году».





    Фото: первые послевоенные милиционеры Дзержинкого РОВД

    Богданчик

    Из исторического формуляра Минского РОМ за 1967 год (хранится в Минском РОВД):



    Фото: милиционеры Заславльского РОМ. 1950-е.
    24 июля 1948 года Ревко Д.И. стало известно, что вооруженный бандит скрывается в лесу около деревни Строчица (Щемыслицкий с/Совет). Не ожидая оперативной группы, лейтенант милиции принял решение задержать бандита и смело направился ему навстречу. Бандит Богданчик шел по тропинке с девушкой. Оружия у него не было видно. Тов.Ревко выстрелил вверх и приказал им следовать в сельский Совет. Преступник, видя, что сотрудник милиции один, подошел к тов.Ревко, мгновенно выхватил спрятанный пистолет и в упор, выстрелом в висок, убил участкового уполномоченного. Но в тот же вечер бандит был задержан оперативной группой милиции и воинской части Масюковщина». В задержании бандита принимал участие и еще довоенный милиционер Минского РОМ Леонид Игнатьевич Крыштапович, 1901 г.р., урож.д.Б.Залужье Смолевичского района. В милиции с 1930-го года. С 1945 по 1953 год — старший оперуполномоченный уголовного розыска Минского РОМ.

    Игнатович


    Из воспоминаний бывшего сотрудника уголовного розыска Борисовского ГОВД подполковника милиции в отставке Стрельченка Федора Ивановича, 1935г.р., уроженца д.Холмовка Мстижского сельсовета теперь Борисовского, а тогда Бегомльского района (беседовали в феврале 2016 года):



    Фото: о/у ОРУ Борисовского ГОВД Ф.И.Стрельченок. Нач. 1960-х гг.

    «Уже после освобождения от гитлеровцев факты вооруженного бандитизма в наших краях отмечались вплоть до начала 1952г. и имели как будто чисто уголовный характер. Действовали разбойники по 2-3 человека. Были там, в том числе мужики из дд.Броды, Недаль, Тартак. Среди них был и какой-то Игнатович.



    Фото: сотрудники Бегомльского РОМ. Конец 1940х — нач. 1950-х. „-й слева в 1-м ряду начальник райотдела Ивончик Т.Н.

    Лазуко

    Согласно свидетельств бывшего сотрудника Борисовского ГОВД Станкевича Николая Владимировчиа, 1937г.р.(беседовали в 2016 году), где-то в 1950(?) году на его родине в районе д.Трояновка теперь Борисовского, а тогда Холопеничского района, молодой тогда участковый инспектор милиции Орленок Леонид Васильевич, 1928г.р., пришедший на работу в РОМ в 1949-1950гг. после службы в армии, задержал вооруженного бандита Лазуко, ранив последнего в перестрелке в плечо и шею.

    А вот послевоенный фельдъегерь (начальник Холопеничского отделения спецсвязи) Николай Семенович Гацуро, 1925 г.р., бывший партизан отряда «За победу» п/б «им.Кирова», 05.01.2017 года свидетельствовал автору этих строк в феврале 2017 года о том, что Лазуко взяли в районе д.Черная Лоза Краснолуцкого селсовета нынешнего Чашницкого района. А в операции по его поимке принимал участие (тогда еще помощник оперуполномоченного) Дмитрий Гаврилович Авласенко.

    Судя по всему, именно про дела последнего свидетельствовал в середине 1990-х годов крупскому краеведу, родом из м.Холопеничи, Алехновичу Андрею Петровичу тогда уже старик лет 85 от роду по фамилии Семеник, уроженец и житель Трояновки (и уж не родственник ли антисоветского атамана Лукаша Семеника?) рассказывая, что как раз в указанное время на деревьях у лесной дороги возле указанной деревни крестьяне (где-то в течение лета) нашли несколько рукописных антисоветских листовок на беларуской мове, суть содержания которых сводилась к лозунгам: «Не плацiце падаткi!» и «Смерць камунiстым!».

    Не исключено, что делом рук Лазуко являлось убийство довоенного участкового Косточко, который вернувшись то ли из партизан, то ли с фронта стал организовывать работу одного из сельсоветов района. Был убит то ли в 1944-м, то ли в 1949-м гг. И уж не обстоятельства ли его убийства описаны в свидетельствах некоторых старожилов Холопеничкого района. А именно, они вспоминали, что как будто в первые послевоенные годы один ответственный советский служащий или милиционер ехал по лесной дороге на телеге и был перенят бандитами. Его убили, отрезали голову и привязали ее к хвосту коня, который в таком виде и пришел в деревню, или сами Холопеничи.



    Фото: сотрудники Холопеничского РОМ. 1947/48гг. 1-й ряд 1-й слева Вышедко. 1-й справа во 2-м ряду стоит Авхимович Н.И.



    Фото: сотрудники Холопеничского РОМ. Нач. 1950-х. 1-й справа Барковский В.Т., 3-й Авласенко Д.Г., 4-1 Милованов М.Я.

    Русаков

    В областной газете «Мiнская прауда» №144(475) за 22 июля 1956 года «Мiхаiл Шчучко — выдатнiк мiлiцыi» идет речь об участковом инспекторе милиции прилегающих к Холопеничскому району сельсоветов Борисовского района (Новоселковского и Зачистского) Михаиле Викентьевиче Щучко:



    Фото: М.Щучко. Серед.1960-х.

    “… Селета дзякуючы iнiцыятыве i пiльнасцi, якую праявiу Шчучко, iзаляван ад грамадства грабежнiк Русакоу, злоулен спекулянт, якi прыкрывауся формай i пасведчаннем следчага пракуратуры...».



    Ажеренок (Азаренок?)


    Из рассказа сына оперуполномоченного Калеко Ф.С., 1929г.р., жителя г.Борисова(записано мною в феврале 2016г.):

    «Отец был уроженцем д.Зачистье Борисовского района, 1904г.р. В борисовскую милицию пришел работать в 1927г. В начале войны ушел на фронт, где был командиром инженерно-минной роты при 1-й танковой армии. Дошел до Берлина и вернулся домой где-то зимой 1945/46 гг. Сразу же снова пошел работать в милицию. Мы в то время жили в старом городе.

    Из послевоенных дел помню историю с бандитом по фамилии Ажеренок, или Азаренок (точно не помню), на время рассматриваемых событий лет 20-30 от роду. Где-то в конце 1940-х — начале 1950-х он несколько раз звонил по телефону в милицию и сообщал о том, что в районе военного городка Печи ограбление магазина, а когда вся милиция направлялась туда, спокойно грабил магазины в противоположной стороне – в Старом Города. Для поимки Ажеренка/Азаренка приезжали даже сыщики из Минска, однако поймать его так и не смогли. Тогда отец вместе с еще довоенным участковым-фронтовиком А.И.Можейко сделали засаду, спрятавшись в чулане барака на перекрестке улиц Лопатина и Урицкого, где бандит появлялся. Ждали долго, но дождались и скрутили лихого бандита".



    Фото: Ф.С.Калеко с семьей после демобилизации из Красной Армии. Конец 1945-го — 1946-й гг.



    Могилевская область


    Пыжов


    В один из мартовских дней 1946 года в Горецкий райотдел ни поступила оперативная информация о том, что бандитская группа, которая совершила несколько дерзких ограблений с применением оружия в Мстиславском, Дрибинском и Горецком районах, будет ехать поездом на Оршу через станцию Погодино.

    Было известно и то, что у главаря банды была сожительница в деревне Задорожье. Это стало известно из письма, перехваченного у этой женщины на имя главаря Пыжкова.

    Для ликвидации бандитов милиция создала специальную оперативную группу, которую возглавил начальник райотдела Н.С.Колюмочкин. В группу вошли участковый уполномоченный Николай Ефимович Коробкин, начальник паспортного стола Некрасов и помощник начальника пожарной команды Аниськова.

    Перед группой была поставлена задача спровоцировать главаря банды на поездку к сожительнице, и там его арестовать. 28 марта 1946 года группа захвата выехала к месту дислокации банды. Сотрудница Аниськова, представившись тетей сожительницы, передала бандитам письмо. На следующий день банда на поезде выехала в сторону Орши. В соседнем вагоне ехала опергруппа.

    На рассвете 30 марта главарь сошел с поезда вместе с Аниськовой. За ними незаметно следовали Коробкин и Некрасов. При попытке захвата бандита в завязавшейся схватке Николай Коробкин был прошит автоматной очередью и умер на месте. Некрасов был тяжело ранен.

    Однако, спустя некоторое время товарищи отомстили за смерть милиционера Коробкина и захватили банду.

    22 сентября 1946 года Горецкая районная газета информировала: «Выездная коллегия областного суда, рассмотрев уголовное дело по обвинению Пыжова и его банды, по ст.80 УК БССР приговорила: Пыжова к высшей мере наказания – расстрелу… Приговор приведен в исполнение».

    В 1970 году в память о Николае Ефимовиче Коробкине на здании Горецкого РОВД была открыта мемориальная доска.

    А 19 мая 2008 года ее в торжественной обстановке перенесли на новое административное здание отдела внутренних дел.[28].



    Мороз


    Из официальных милицейских источников известно, что «19 мая 1948 г., возглавляя оперативную группу по уничтожению одной из банд в Белыничском районе, погиб капитан милиции Панов С.В., начальник ОУР УМ МВД Могилевской области. Бандиты, вооруженные автоматами, засели в одном из сараев колхоза „Десятилетие БССР“, который был окружен сотрудниками милиции. Панов, стараясь быть незамеченным, одним из первых пробрался на сеновал, но тут же был сражен автоматной очередью. После чего преступники, пытаясь прорваться. были уничтожены сотрудниками милиции»[29]. В другом ведомственном источнике указано, что капитан милиции Панов Сергей Владимирович погиб не 19 мая, а 19 ноября 1948 года[30]. Скорее всего речь идет о вооруженном формировании атамана Мороза, про которое из милицейского же источника известно только то, что действовало оно в Белыничском районе и то что «банда… терроризировала население»[31].

    Братья Старостины


    В одном из беларуских милицейских изданий приведена следующая информация:

    «Но, конечно, больше всего приходилось уделять внимания поимке недавних полицаев, власовцев и прочих изменников, скрывавшихся в лесах. Одна из банд, насчитывавшая до тридцати головорезов во главе с братьями Старостиными. терроризировала население Хотимского и Костюковичского районов Могилевской области. И вожак банды. и сами бандиты знали, что суровая расплата за их преступления неотвратима. С тем большей ненавистью, с отчаянием обреченных выслеживали они и зверски убивали партийных и советских активистов, особенно чекистов и сотрудников милиции.

    Управление по борьбе с бандитизмом НКВД БССР приняло срочные меры по ликвидации опасной бандитской группы. На место, для подготовки операции, выехали сотрудники управления Павел Григорьевич Соболев и Василий Степанович Аксенов. Опытные оперативные работники, они возглавили крупный отряд сотрудников областного и районных отделов милиции и, окружив банду, разгромили ее»[32].


    А вот более авторитетное ведомственное милицейское издание, «несколько иначе» и более точнее представляет деятельность разбойников. Читаем:

    «Оперативная группа отдела уголовного розыска УВД Могилевской области арестовала в первой половине того же (1946) года банду, в количестве 28 человек, которая совершила на территории Хотимского, Краснопольского и Костюковичского районов 15 вооруженных ограблений и 24 квалифицированные кражи»[33].

    Т.е. «зверские убийства партийных и советских активистов, чекистов и сотрудников милиции», в данном конкретном случае, оказываются не более чем литературным вымыслом.

    Иванюшев


    В спецдонесении наркома внутренних дел СССР Л.П.Берия И.В.Сталину, В.М.Молотову и Г.М.Маленкову о результатах операций по очистке западных областей БССР от антисоветского националистического подполья от 22 февраля 1945 г. находим в том числе:

    "… В Могилевской области арестован Иванюшев, 1900 г.р., белорус, из кулаков, бывший член ВКП(б). Был завербован начальником Кричевского СБ (имеется в виду СД — А.Т.) в качестве агента для выявления коммунистов и партизан.

    После отступления немцев организовал из 5 бывших полицейских бандитскую группу и, перейдя на нелегальное положение, совершал нападения на советских граждан..."[34].

    Козин Н.


    На пограничье Брянской области РСФСР и Могилевсой БССР в первые послевоенные годы оперировал антисоветский атаман Николай Козин[35]. Однако, если о деятельности отряда на российской территории известно довольно много, то о его «беларуских делах» пока удалось найти только в следующем архивном документе, приведенном в источнике милицейской историографии:

    ХОТИМСКИЙ РАЙОННЫЙ КОМИТЕТ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ (большевиков) БЕЛОРУССИИ

    7-го июля 1947 года


    Секретарю ЦК КП (б) БЕЛОРУССИИ тов. ГУСАРОВУ
    Копия: СЕКРЕТАРЮ МОГИЛЕВСКОГО ОБКОМА КП (б) БЕЛОРУССИИ тов. ФИЛИМОНОВУ

    Более 3-х лет в Брянских лесах и районах Суражском, Мглинском, Клетнянском оперирует банда Козина, которая часто посещает колхозы Хотимского района, ограбляет колхозников и магазины. Так, например, в ночь с 22 на 23 июня в деревне Варваровка колхоза !13-й Октябрь" Беседовичского сельсовета от райцентра в 6 километрах бандиты Козина численностью (со слов колхозников) 12-15 человек, вооруженные автоматами, винтовками и пистолетами, пришли на проводимое собрание колхозников, где избили агента по мясозаготовкам, пытались расстрелять его, но по просьбе крестьян, колхозников оставили, отобрав у него все документы и сумку с расчетными документами по выполнению мясопоставок; предлагали колхозникам не работать в колхозе, угрожая, «что скоро придут американские войска»; ограбили магазин, где взяли мануфактуру, предназначенную для закупа молока, водку и другие предметы, всего на сумму — 16300 рублей. Ограбили 3 колхозных двора, забрав у колхозников обувь, одежду и продукты питания.

    В 1946 году банда Козина произвела несколько ограблений магазинов и колхозников колхозах сельсоветов: Батаевского, Бахановского, Велико-Липовского, Березовского.

    В ночь с 1-го на 2-е июля эта банда в Суражском районе, деревня Нивное, расстреляла 4-х коммунистов и одного животновода колхоза, т.е. перешла к совершению террористических актов против коммунистов и советского актива.

    В 3 часа ночи 6 июля банда посетила д.Гуту Дубровского сельсовета и ограбила 3 колхозных двора. В ночь с 6 на 7 июля банда посетила Березовский избирательный участок, арестовала участковую избирательную комиссию и одного милиционера, пыталась их расстрелять, после чего ограбила магазин, забрала всю мануфактуру; одну бочку водки вылили на землю, но, настигнутые в лесу оперативной группой органов МВД, бросили награбленное и людей.

    В Костюковичском районе области оперирует банда Пяленко, коорая тоже грабит колхозников.

    Меры, принимаемые РО МВД в силу его малочисленного состава — недостаточные, нет договоренности и взаимодействий между областными управлениями МВД Могилева и Брянска на уничтожение упомянутых банд.

    Областное управление МВД г.Брянска совершенно не проявляет инициативы по уничтожению банды Козина.

    При ограблении бандиты избивают крестьян, запугивают их, чем дезорганизовывают трудовую дисциплину, а проводимым террором запугивают сельский актив, который, избегая бандитов, от этого перестает быть требовательным к народу, что отражается на проводимых мероприятиях в колхозах.

    Убедительно прошу Вашего вмешательства по передаче функций уничтожения существующих банд органам МГБ, воздействия на Министерство Государственной Безопасности по укреплению Хотимского РО МГБ, т.к. ныне работающий начальник РО МГБ тов. Черников Алексей Александрович не обеспечивает работу в районе и выполнить какое-либо оперативное задание он не в состоянии.

    СЕКРЕТАРЬ ХОТИМСКОГО
    РК КП (б) БЕЛОРУССИИ Ф.ПОДОЛЯН"[36].


    Пеленко/Пелинка

    Про одного из разбойников Костюковичского района, бывшего старшего лейтенанта Пелинка (в другом источнике – Пеленко[37]) писал в свое время в одном из своих коротких рассказов «Разбойнiкi» и писатель Иван Чигринов.

    С его слов родился бывший фронтовик где-то в д.Забеседье, или же в Гаврилинцы, или же в Шаблях Костюковичского района. Разбойником стал по своей дурости. А дело было так.

    «Поехал старший лейтенант Пелинка с небольшой командой на трех «студебеккерах» на далекие склады за продуктами питания, одеждой и спиртом для своего полка. К этому времени уже выдыхались февральские метели. Мело только по ночам. Поэтому на привалах машины останавливались в деревнях. И в тот раз ночлег был в деревне. Однако теперь солдаты понапивались спирта, который везли в «студебеккерах», можно сказать пировали с местными дамами всю ночь, в том числе, разумеется, что и командир, а когда схватились назавтра ехать, машины во дворах стояли разграбленные. Да так, что мало что под тентом сохранилось… Поиски, украденного в деревне, ничего не дали, даже следы были занесены снегом. В войсковую часть пришлось возвращаться на пустых «студебеккерах». Ну а там – сразу под арест. Пока трибунал рассматривал дело, у Пелинки созрел замысел податься в бега. С ним согласился покинуть часть только один солдат, Дубинка. Остальные подготовились в штрафную роту. Так и ходили они аж сколько лет по Забеседью вдвоем. Пелинка и Дубинка. С автоматами, в военной форме, однако без знаков различия».

    Далее писатель приводит случай, когда разбойники заглянули к его семье в дом, Пелинка пообещал, тогда еще подростку, раздобыть для него штаны, однако вскоре был убит.

    «А зимой пошли слухи, Пелинка с его подельником словили. Вернее, убили, выставив напоказ в районном центре. Аккурат как когда-то в Гомеле Савицкого. Люди внезапно открыто заговорили. Нашлось много обиженных, якобы Пелинка их ограбил. И уже никто не называл его ни дезертиром, ни разбойником. Только бандитом, вслед за властями.

    Выяснилось также, как был уничтожен Пелинка.

    Оказывается, где-то за Машевой у него была любовница. Ее вот и взяли в обработку оперативные органы. Наконец было договорено, что в следующий раз, когда Пелинка со своим подельником ее посетят, она подготовит баню, а потом организует в доме угощение. При этом даже сигналы были обговорены. Женщина должна был выйти из передней половины дома в заднюю, сказав: «Забыла принести луковицу». Ну а оперативные работники доделают все остальное – полоснут из автоматов по ее гостям из засады, точнее из подпечья, куда они залезут заранее. Собственно говоря, по замыслу и вышло. Пелинкова любовница, сказав про луковицу, исчезла за порогом тыльной половины дома, а тем временем из подпечья послышались автоматные очереди…»[38].


    Известно также что, в соответствии с разработанным планом ликвидации разбойников, в начале сентября 1946 года в район их предполагаемого появления была направлена оперативная группа Костюковичского райотдела милиции. Долго ища след бандитов, группе все-таки удалось их выследить, но и бандиты заметили сотрудников милиции и устроили им засаду, в которой погибли оперуполномоченный уголовного розыска Алексей Павлович Енютин, начальник паспортного стола Михаил Тимофеевич Листопадов, сержант милиции Дмитрий Филиппович Захаров. Все они были участниками советско-германской войны 1941-1945 гг. В перестрелке также был ранен сержант милиции Василий Дмитриевич Яковлев[39]. Произошло это 7 сентября 1946 года[40].

    Судя по всему, ликвидированы были разбойники зимой 1947/1948 гг.

    Известно также, что только в первом квартале 1947 г. они совершили 18 “преступных актов”[41].

    Манов


    По имеющейся у меня информации от одного из уроженцев д.Каменный Борок Березинского района Минской области в 1954-м году (?) в лесу в ее окрестностях был ликвидирован какой-то бандит-нелегал по фамилии Манов. Возможно это один из уголовников, амнистированных в 1953-м году по знаменитой «бериевской» (она же «ворошиловская») амнистии, а возможно речь идет об одном из упоминаемых во второй части уже цитируемого выше автобиографического рассказа Ивана Чигринова «Разбойнiкi» нелегалах, базировавшихся в 1954/1955 гг. недалеко от К.Борка в лесной землянке в районе Эсьмонского сельсовета соседнего с Березинским Белыничского района Могилевщины. Читаем (пер. с бел. мой — А.Т.):



    "… Была у меня встреча с разбойниками и в другом месте за Друтью, в Белыничском районе. По правде, тех людей теперь все-таки не хочется называть бандитами, хотя сам я большой разницы между названиями не вижу. В начале пятидесятых годов я учился в университете (БГУ, факультет журналистики, 1952-1957 гг. [42]), а в то лето находился на практике в «Магiлеускай праудзе». Заведующим сельхозотдела в газете был человек серьезный, не иначе, он меня недолюбливал, т.к. почему то гонял по командировках, к тому же самых тяжелых. В журналистской практике действительно бывают командировки тяжелые и легкие. Так мне как раз попадались тяжелые. Помню как в Быховском районе мне будто следователю пришлось искать бочку со сметанковым маслом, которое перепродавали многие хозяйства ради выполнения доведенного государством плана. В Белыничи же, после и в Эсьмоны, поехал я с другим заданием. Также немного фельетонным.

    На машинах в те годы журналисты еще не ездили. Хорошо, когда попадалась полуторатонка попутная. А так — пехом и пехом, может, другой раз на коне повезет. В Эсьмоны я также двинулся на своих двоих. По утру перешел брод на Друти, войдя через заливные луга в лес, который, мне сказали в белыничской гостинице, достает тут до самой Березины. Правда, там же, в гостинице, и спросили как-то удивленно:

    — Почему вдруг в Эсьмоны?

    Это после уже, считай лет через двадцать, понятной стало то человеческое удивление, когда в одной из книжек прочитал, что последняя послевоенная антисоветская банда была ликвидирована в эсьмонских лесах как раз в то время. А пока что к чему, я спешил выполнить командировочное задание для областной газеты. Тогда уже, кажется, восхищались кукурузой, известное дело, смеялись потиху, а то и открыто с Хрущова, жалея хорошие земли, которые отводили под нее, а она тем не менее много где достигала выше человеческого роста…

    И вот где то на полдороге в Эсьмоны увидел впереди себя велосипед, который лежал поперек колеин, преграждая дальнейший путь. Я сразу догадался, что кто-то специально это сделал, кинул взгляд направо, налево. Под толщезной березой по левый бок от дороги сидел человек в кожанке, с автоматом. С виду он был чернявый, лицо еще совсем молодое, несмотря на то, что небритый. Все равно как лениво смотрел человек на меня с некоей злорадной усмешкой, однако молчал и не двигался. Мне бы, видимо, следовало остановиться перед его велосипедом, а я не стал этого делать, попробовал обойти по обочине. Однако человек под березой сдвинулся, задержал:

    — Кто ты?

    Радости от внезапной встречи, известно, никакой. Однако я не стал водить его за нос, чтобы не запутаться потом самому.:

    — В командировку иду в Эсьмоны. От областной газеты.

    Глаза у человека в кожанке все равно как вспыхнули, он тут же вскочил на ноги.

    — Документы! — уже приказал он.

    У меня было с собой временное удостоверение, и я достал его.

    — А-а, студент? — сказал человек.

    — Да.

    — А что тебя интересует в Эсьмонах?

    Я ответил.

    Тогда человек поднял с дороги велосипед, крутанул его в руках, поставив передом в обратную сторону.

    — Пойдешь со мною, сказал он снова приказным тоном.

    В том месте начиналась моховая болотина, к которой подступала молодая посадка сосны. А в таких случаях обычно между ними растет березняк, опоясывая болотину. Вот по этому березняку мы и пошли. Сперва я, аккурат под конвоем. Однако не долго, так как я не знал дороги. Поэтому человек с велосипедом и автоматом вскоре вышел молча вперед и повел меня за собой. Удивительно, однако волнения я не чувствовал, даром что догадался, с кем свел меня лес. В конце концов, студент это еще не постоянный сотрудник редакции, как говорят, со студента взятки гладки. Хотя храбрится также не приходилось. И только теперь, я наконец понял, почему в гостинице на меня вылупили глаза, когда узнали, куда направляюсь. Да что теперь сделаешь — чему быть, того не миновать.

    Наконец мы подошли к землянке на острове. Мой провожатый, а вернее — конвойный, прислонив к березе велосипед, приказал мне подождать, а сам исчез в землянке. Не прошло и минуты, как он снова появился на поверхности.

    — Иди, — показал мне на вход в землянку.

    Я вошел. Оконце в землянке было одно, поэтому горела на столе керосиновая лампа. За столом сидел другой человек в кожанке. При нем лежал автомат с рожком, фуражка с синим козырьком. Человек смотрел на меня с неподдельным интересом, однако совсем не жестко, кажется даже с усмешкой. Спросил:

    — Так ты из газеты?

    Да. Студент, на практике в Могилеве.

    — А учишься в Минске?

    — Да.

    — Есть хочешь?

    — Нет, сказал я, хотя когда и который студент отказывается от жратвы?

    Не иначе, человек не поверил мне, усмехнулся.

    — Ты не стесняйся, сказал он. — У нас консервы есть и хлеба хватает.

    — А чему вас учат там, на отделении журналистики?

    — Ну, примерно тому же, что и на филфаке. Даже старославянскому языку. Правда читают историю журналистики, преподают стилистику.

    — Интересно?

    — Да.

    — А мне вот не пришлось учиться.

    — Пишешь стихи?

    — Да.

    — Почитай.

    И я напрягшись, начал озвучивать, что помню.

    — Читай, читай, — подзадоривал он.

    Стихи мои по тому времени были казенные. Про строительство электростанции на Беседи, про высокие колхозные урожаи. Удивительно, однако он слушал, может его зачаровывали рифмы, а еще то, что перед ним стоял человек, который способен сводить их в единое целое. Между тем, был у меня один стих про любовь. Я прочитал также и его. Он похвалил, сказав, что это вечная тема.

    — Ну а высокие урожаи!.. — поморщился он. — Ладно, я тебя отпускаю. Когда снова будешь в наших краях, то заходи. Будем рады.

    Казалось бы, ничего особенного не произошло. Однако после этого, как вышел из землянки, внезапно почувствовал, что у меня подкашиваются ноги… Видно, эти двое как раз и были из той той «банды», которую ликвидировали органы государственной безопасности в Беларуси последней.

    Однако почему пришло в голову писать тут про социальных изгоев?"[43]


    Ремарка

    Говоря о книге, где идет речь «о последней ликвидированной на территории Беларуси банде», Иван Чигринов, судя по всему, имел в виду сборник «На боевом посту», или же книгу И.О.Тимошенко «Солдаты Милиции», где, в том числе, шла речь о ликвидации в марте 1953 года как-будто последней на Минщине «бандгруппы Альшевского» из трех человек на пограничье Березинского района Минской и Белыничского района Могилевской области[44].

    Однако писатель ошибался, т.к.:

    — во-первых, согласно данных из архива КГБ РБ «в нее(»бандгруппу") входили: Андрей Альшевский (1912 г.р., бывший полицейский, ставший нелегалом по вине самих властей только в 1951 году, на вооружении имел обрез немецкой винтовки) из деревни Журовка Березинского района Минской области, В.Мороз (член террористической банды Будакова) и Д.Гречиха (бывший немецкий староста) из деревни Иванчевск Белыничского района Могилевской области"[45], которые все были значительно старше как минимум «чернявого» фигуранта рассказа;

    — во-вторых, в рассказе Чигринова события происходят в конце лета, а не в начале весны;

    — в-третьих, «кукурузная компания» Никиты Хрущева началась уже после 1953 года, а именно, в 1955 году Первый секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущёв познакомился с американским фермером Росуэлом Гарстом, который рассказал о роли кукурузы в сельском хозяйстве США и её преимуществах. Впоследствии, во время поездки в США имел возможность лично познакомиться с американской культурой выращивания кукурузы, которая по площади посевов и урожайности намного опережала традиционные для СССР зерновые культуры. Кроме того, кукуруза давала ценное промышленное сырьё, поэтому было решено переориентировать сельское хозяйство СССР на эту культуру[46].

    — в-четвертых, согласно воспоминаний Федора Кардаша, который окончил журфак БГУ на два года раньше Ивана Чигринова в 1955 году, студентов факультета отправляли в те года на практику на несколько недель в редакции районных и областных газет на втором и четвертом курсах[47], следовательно события в воспоминаниях могли происходить или в 1954, или же в 1956 годах.

    Гомельская область


    Безуевский


    В книге «Герои белорусской милиции» приведены сведения о гибели Огоренко Даниила Архиповича (1919-1948):

    «В июле сорок седьмого Огоренко вступает в должность начальника 4-го отделения милиции областного центра (Гомель).

    И вот начинается ставший трагичным день 10 апреля 1948 года. Получив сообщение, что в городе видели находившегося на нелегальном положении грабителя Безуевского, начальник милиции решает сам проверить одно из вероятных мест его укрытия.

    Казалось бы, ничего не выдает присутствия постороннего человека в этой комнате. Старший лейтенант милиции Огоренко, принимая меры предосторожности, осматривает шкаф. Он не подозревает, что из-под кровати на него уже направлено дуло обреза. Звучит коварный выстрел. Разыскиваемый бандит, отстреливаясь на ходу от оказавшихся поблизости сотрудников милиции, пытается вырваться из ловушки. Не удалось...»
    [48].



    Братья Конузены


    Весной 1946 года сотрудниками уголовного розыска Гомельского областного управления милиции (Н.Н.Жигальцов и К.Зотов) была раскрыта преступная группа братьев Конузеных. Преступники занимались изготовлением фиктивных документов, по которым получали материальные ценности на предприятиях[49].

    Закржевский Е.В., Каешко Л.П., Васильев


    В 1947 г. были обезврежены банды Е.В.Закржевского, Л.П.Каешко, Васильева, совершавшие дерзкие ограбления и убийства.

    В раскрытии этих преступлений и ликвидации преступных групп принимали участие зам.начальника Гомельского областного управления милиции Ф.Г.Потароча, зам.начальника уголовного розыска Н.Н.Жигальцов, начальник 1-го отдела уголовного розыска Е.М.Долгополов, старший оперуполномоченный уголовного розыска Д.А.Огоренко, оперуполномоченный П.А.Королев[50].

    Черняков


    В 1949 г. под руководством начальника отделения отдела уголовного розыска областной милиции П.А.Королева была ликвидирована бандитская группа Чернякова, совершившая ряд разбойных нападений на территории Гомельской области[51].

    Гавриленко Н.Д.


    В первый послевоенный год один из главарей банды Николай Данилович Гавриленко был приговорен к двум годам лишения свободы за кражу частной собственности. На государственную он не покушался, так как за ее воровство можно было лишиться жизни. А вот когда вышел на свободу, закон, который допускал применение смертной казни за хищение государственного и общественного имущества, уже отменили. К слову, максимальную санкцию за такое преступление сократили до 20 лет исправительно-трудового лагеря. Вышедший на свободу сельчанин устроился на работу (благо за спиной было пять классов образования), но так и не стал на путь истинный. Вместе со сверстниками из деревень Староград Кормянского, Слободка Буда-Кошелевского и Звонец Журавичского районов организовал воровскую шайку.

    В группировке оказался сельчанин, которого бдительный мужчина поймал за кражей колхозного сена. Молодой человек мог надолго попасть в места не столь отдаленные. Чтобы не портить парню жизнь, в отношении него, скорее всего, уголовное дело не заводили. Между тем проступок не скрыли, а рассмотрели его в общественном суде и хорошенько пропесочили на правлении сельхозпредприятия. Однако ворюга не оценил лояльности односельчан, а затаил обиду. Вместе с подельниками решил отомстить бдительному земляку. Злоумышленники проломили стену сарая и увели у него корову.

    На счету бандитов далеко не одно похищенное домашнее животное. Краденых свиней и коров разделывали на мясо, которое продавали на рынках Гомеля и Могилева. Не оставались в стороне от разбойного промысла и родственники бандитов. Они получали долю за то, что помогали хранить, перерабатывать и реализовывать добытое преступным путем. Для услады бандитов один из сельчан организовал самогонный мини-завод. Другой собирал в местах сражений Великой Отечественной войны оружие, которое вполне было пригодным для стрельбы, как позже установят эксперты.

    Тем временем преступники вооружились и обзавелись боеприпасами. А криминальный аппетит разыгрывался все сильнее. Из чисто мясной банды они превратились в разбойников и стали прибирать к рукам все, что попадалось на глаза.

    Так, встретив на дороге незнакомца в фуфайке, заставили его вывернуть все карманы. Однако, кроме копеек, ничего ценного не нашли. Чтобы не уходить с пустыми руками, забрали у путника фуфайку.

    Позже объектом охоты стала собственность зажиточных сельчан. Их выискивали по признакам богатства: дорогой одежде и скотине в сараях. Определив жертву, совершали на нее вооруженный налет. По крайней мере, пять человек рассказали о нападениях именно этой банды. К примеру, у одной женщины забрали все ее сбережения. Более того, не забыли свои старые привычки и из кладовой вынесли мясо и сало. У ее землячки также отобрали день­ги и продукты. В Старом Довске Журавичского района хозяин квартиры не был таким зажиточным, как ожидалось. Он не отдал последние запасы, которые в то непростое время предназначались для детей, и поднял крик. Орал изо всех сил. Преступники не смогли утихомирить его даже револьвером. Испугались соседей, которые могли прибежать на помощь, и бросились наутек. Но один из лидеров не мог уронить свою гордость перед подельниками. Он остановился, развернулся и выстрелил. Дескать, чтоб знал, что оружие у них настоящее.

    Почувствовав безнаказанность, бандиты перешли на общественные объекты. В деревне Дербичи Буда-Кошелевского района напали на закусочную сельпо. Между тем сторож-фронтовик не оробел. Отчаянно бросился на защиту вверенной ему собственности, выкрикивая угрозы. Сила слова подействовала, и напуганные разбойники отказались от своей затеи. К следующему налету на магазин в Кормянском районе подготовились более тщательно. Взяли с собой два ружья и обрез. Подкрались к сторожу магазина, схватили его и связали. Торговой точке нанесли ущерб на огромную сумму. Похищенных товаров оказалось слишком много. Их начали реализовывать по всем окрестностям. Совсем новые товары по низким ценам удивили покупателей, и информация об оптовых поставщиках вскоре стала известна милиции. Оперативники быстро вышли на след разбойников. По делу о банде Гавриленко суд признал виновными 15 человек. Лидеры группировки получили по 25 лет исправительно-трудовых лагерей, а ее участники — от 5 до 20 лет.

    Находясь в заключении главарь банды Николай Гавриленко заболел туберкулезом. В связи с его состоянием наблюдательная комиссия ходатайствовала о сокращении срока заключения. В начале 1960-х Верховный Суд БССР рассмотрел материалы конца 1940-х и изменил приговор областного суда в отношении троих осужденных бандитов. Им уменьшили срок заключения до 15 лет[52].



    Фото: бандитская группа, возглавляемая Гавриленко (второй справа)[53].

    Приговор коллегии по уголовным делам Гомельского областного суда от 2 августа 1949 года






    Борисенко


    В 1954 г. сотрудниками отдела уголовного розыска УМВД Гомельской обл. разоблачена и арестована банда Борисенко в числе 11 человек, совершившая ряд разбойных нападений на территории Гомельской области[54].

    Бородин


    В 1955 г. оперативной группой по раскрытию тяжкого преступления под руководством начальника отдела уголовного розыска областной милиции Е.М.Долгополова ликвидирована преступная группа Бородина, которая 11 февраля 1955 года совершила разбойное нападение на кассу колхоза «Чырвоны Маяк» Добрушского района[55].

    Герасимчук


    В 1959 г. сотрудники уголовного розыска задержали особо опасного преступника Герасимчука, совершившего кражу в особо крупном размере на общую сумму 130 тыс.рублей (деньги изъяты и обращены в доход государства)[56].

    Ссылки:

    [1]Иванов Г.И., Иванов А.Г. Герои белорусской милиции. Академия МВД республики Беларусь. М. 1995.С.30; uvd-mo.gov.by/ru-go-rovd/myadel/;
    [2]Память/ Сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга Посвящается/, С.105; Анкип Ю. Не теряли мужества. Пастускi Край. за 2 июля 2011 г.; www.postawy.by/2011/07/Ne-teryali-muzhestva/.
    [3]Там же. С.33; Там же.
    [4]Узнагароды для заслужаных беларусау / Бацькаушчына. 24.02.1952; Прамова прэзыдэнта Рады БНР М.Абрамчыка /
    Бацькаушчына. 24.04.1960, №17; Антысавецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. Даведнiк. Пад рэдакцыяй Алега Дзярновiча. Мн. 1999. С.86
    [5]Сергей Ерш. Праэкт узнагародау для удзельнiкау паваеннага беларускага партызанскага руху. Беларускi Рэзыстанс. №1911)2011. С.50-51.
    [6]https://ru.wikipedia.org/wiki/Филистович,_Иван_Андреевич.
    [7]ГАРФ. Ф. 9478с. Оп. 1 с. Д. 569. Л.99;http://lists.historyfoundation.ru/person.php?region=2&id=671; НКВД-МВД СССР в борьбе с бандит­измом и вооруженным националист­ическим подпольем на Западной Украине, в Западной Белоруссии и Прибалт­ике (1939 — 1956): Сборник документ­ов. — Москва: Объединенная редакция МВД России, 2008, С. 336; www.jivebelarus.net/files/books/NKVD-MVD.pdf.
    [8]Энцыклапедыя гiсторыi Беларусi. у 6 т. Т.1. Мн. 1993. С.394; Сяргей Ерш. Вяртанне БНП / Асобы i дакументы Беларускай Незалежнiцкай партыi / БГАКЦ. Менск-Слонiм. 1998. С.97; Антысавецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. С.66; Юры Туронак. Людзi СБМ. Вiльня. Gudas. 2007. С.77.
    [9]Антысавецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. С.90-91.
    [10]Там же. С.77.
    [11]ГАРФ. Ф.9401. Оп.2 Д.93. Л.49-53; Память. Внутренние войска МВД Республики Беларусь/ Историко-документальная хроника/ Мн. «ФУАинформ». 2008. С. 217-218.
    [12]Памяць. Стаубцоускi раен. Мн. «Беларуская энцыклапедыя». 2004. С.593-594;
    [13]Памяць. Капыльскi раен. Мн. «Беларуская навука». 2001. С.313;
    [14]Татьяна Ларченко. Военное везение Михаила Макова. «На страже» за 8 мая 2015 года; mvd.gov.by/main.aspx?guid=133635;
    [15]http://minsk-region.gov.by/data/ukgb/izd-1.doc;
    [16]https://ru.wikipedia.org/wiki/Отличник_милиции;
    [17]Медведский Ф. Тяжкий крест // Intexpress (Барановичи). 1997, №39(144) 25 сентября; Антысавецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. С.71.
    [18]Памяць. Баранавiчы. Баранавiцкi раен. Мн. БЕЛТА. 2000. С.500.
    [19]НАРБ. Ф. 4п. Оп.29. Д.142. Л.65-66; ОУН-УПА в Беларуси. 1939-1953 гг.: Документы и материалы. 2-е издание. Мн. «Вышэйшая школа». 2012. C. 335, 336.
    [20]https://iremember.ru/memoirs/partizani/tarasevich-ivan-adamovich/;
    [21]Беларус (Ню Ерк). 2.05.1953; Антысавецкiя рухi у Беларусi. 1944-1956. С.169.
    [22]Транспортная милиция /История и современность/ Мн. «ФУАинформ». 2004. С.82-83.
    [23]Игорь Мельников. Ликвидация по-беларуски. «Вечерний Бобруйск» за 27 ноября 2012 г.; bobruisk.ru/news/2012/11/27/33344; www.istpravda.ru/research/909/.
    [24]Транспортная милиция /История и современность/. С.83-84.
    [25]НАРБ. Ф.4. Оп.29. Д.582. Л.240-241; «Белорусский уголовный розыск (1918-2008)». Составитель Ю.В.Курьянович. Мн. Изд.«Друк-С.», 2008. С.81; bramaby.com/ls/blog/history/4099.html;
    [26]Владимир Дорошевич. Смотреть на мир добрыми глазами / Рассказы и очерки о сотрудниках милиции Минской области, малоизвестных и забытых фактах, событиях / Мн. «Артия Групп». 2010. С.46-49.
    [27]Память. Внутренние войска МВД Республики Беларусь / Историко-документальная хроника / Под общей редакцие полковника В.Г.Рожнева. Мн. «ФУАинформ». 2008. С.218.
    [28]Владимир Лившиц.При попытке захвата бандита был прошит автоматной очередью и умер на месте — horki.info/navina/7643.html.
    [29]Солдаты Могилевской милиции. УПКП «Могилевская облтипография им.Спиридона Соболя». 2004. С.401-402;
    [30]Память/ Сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга Посвящается/, С.100;
    [31]Ильинский Н. Деятельность органов милиции Белорусской ССР по охране общественного порядка и борьбе с преступностью (1946-1959)Учебное пособие. — Мн.: МВШ МВД СССР. 1982. С.22; Очерки истории милиции Белорусской ССР. 1917-1987. Мн. Изд. «Беларусь». 1987. С.261;
    [32]Тимошенко И.О. Солдаты милиции. Изд. «Беларусь». 1976. С.114-115;
    [33]Очерки истории милиции Белорусской ССР. 1917-1987. С.264;
    [34]ГАРФ. Ф.9401. Оп.2. Д.93. Л.49-53; Память. Внутренние войска МВД Республики Беларусь/ Историко-документальная хроника/ Под общей редакцией полковника В.Г.Рожнева. Мн. «ФУАинформ». 2008. С.218;
    [35]https://ru.wikipedia.org/wiki/Отряд_Николая_Козина/;
    [36]Белорусский уголовный розыск (1918-2008). С.79
    [37]Ильинский Н. Деятельность органов милиции Белорусской ССР по охране общественного порядка и борьбе с преступностью (1946—1959 гг.). Учебное пособие. — Мн.: МВШ МВД СССР, 1982. С. 21;
    [38]Iван Чыгрынау. Разбойнiкi/ Кароткiя апавяданнi/ Лiтаратура i мастацтва. 7 красавiка 1995 года. С.14;
    [39]Солдаты Могилевской милиции. УПКП «Могилевская облтипография им.Спиридона Соболя». 2004. С.401;
    [40]Память/ Сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащим внутренних войск МВД Республики Беларусь, погибшим при исполнении служебного и воинского долга Посвящается. С.48,52,79;
    [41]Ильинский Н. Там же. С.21;
    [42]https://ru.wikipedia.org/wiki/Чигринов,_Иван_Гаврилович/;
    [43]Iван Чыгрынау. Кароткiя апавяданнi. Лiтаратура i Мастацтва (ЛiМ), 7 апреля 1995 года, С.14-15.
    [44]На боевом посту. Сборник. Изд. «Мастацкая лiтаратура». Мн. 1974. С.145; Тимошенко И.О. Солдаты милиции. Изд. «Беларусь». Мн. С.120-121.
    [45]http://minsk-region.gov.by/data/ukgb/izd-1.doc.
    [46]https://ru.wikipedia.org/wiki/Кукурузная_кампания.
    [47]Федор Кардаш. У цянетах акупацыi. Сборник «Боль сквозь слезы» / Свидетельства жертв политических репрессий в 1930-1950-е гг/ Мн. ЗАО «Конфидо». 2004. С.89.
    [48]Иванов Г.И., Иванов А.Г. Герои белорусской милиции.С.27.
    [49]Белорусский уголовный розыск. 1918-2008 / 90-летию службы посвящается / Составитель Ю.В.Курьянович. Мн. «Друк-С». 2008. С.280
    [50]Там же.
    [51]Там же.
    [52]Илья Горный. Дело банды Гавриленко — gp.by/category/special/sudebnyy-arkhiv/news94256.html.
    [53]Белорусский уголовный розыск. 1918-2008. С.83.
    [54]Там же. С.281
    [55]Там же.
    [56]Там же.

    30.08.2017 г.

    Приложение: машинописные и рукописные (тезисные) воспоминания М.И.Янчевского, а также страницы из исторического формуляра Несвижского РОВД,

























































    • нет
    • 0
    • +6

    42 комментария

    avatar
    Это были лучшие люди города…
    +1
    avatar
    Какие люди? Бандиты? Милиционеры?
    0
    avatar
    Позволю себе назвать работу поверхностной. Я уже обращал внимание автора на то, что антисоветчики в его статьях приравниваются к бандитам. Это НКВДшный подход к освещению проблемы, согласиться с которым я не могу. Обилие ссылок не делает статью научной, исторической — я вижу не белее чем ментовской междусобойчик: будто один краснопогонник написал мемуары под рецензией Лаврентия Цанава; другие — сегодняшние — хавают всё это за обе щёки. Авторского посредничества не видно, скрипач не нужен. :U
    +4
    avatar
    «Поверхностная» она только потому, что милицейские дела оперучета до 1957 года находятся в Архиве КГБ РБ. Свободного доступа туда, как известно, нет. Добытую по крупицам тяжким трудом альтернативную, целинную и очень специфическую информацию подаю такой какая пока есть, т.к. уточнить, дополнить, или опровергнуть ее пока не представляется возможным. Т.е. фактически пока просто ввожу в научный оборот новые источники историографии с их указанием. А там, где представляется возможность проанализировать и сделать выводы — я это делаю. А вообще почитайте доработанную на вечер 31 августа работу, там много нового. Завтра тоже кое-что добавлю. Материалов много, не хватает времени обрабатывать.
    0
    avatar
    Это бы ещё соединить с 1919 по 1939! ,, Выдающиеся личности,, с обрамлением мордой-лица бы получились… :-D :-D :-D
    0
    avatar
    Настоящие «уголовные атаманы», это командиры советских партизанских бригад и отрядов, действовавшие на территории оккупированной БССР во время 2-й мировой войны. В пролитии крови мирных жителей с ними никто не сравнится, даже нацисты. Ну а советские милиционеры послевоенных лет, которых так последовательно прославляет и героизирует г-н Тисецкий, по сути обычные коллаборанты-полицаи, пошедшие в услужение к советским оккупантам.
    +3
    avatar
    Советую вам найти и почитать книгу В.И.Ермолович, С.В.Жумарь «Огнем и мечем/ Хроника польского националистического подполья в Белоруссии». Мн. 1994. Причем акцентируйте внимание на деятельность АК на территории Беларуси в период 1941-1944. Ничего особенно хорошего эта деятельность беларусам, с большего, не несла ни в тот период, ни тем более в послевоенный — постаковский. Как, впрочем, и деятельность советской власти. Но последняя, по крайней мере, на то время представляла из себя некую незыблимую силу, дающую некие гарантии последующей мирной жизни. Это с большего и определяло тогда выбор беларусов, которые этой совдэпии хотя и подчинялись, но не сильно то и жаловали, как и «пальшчызну».
    И как бы это было патриотически мыслящим людям нашей страны нелицеприятно — но так оно, с большего, и было.
    -1
    avatar
    :-D :-D :-D Начнём с того, что хватит нести бред о ,, польском,, подполье в Беларуси! ,, Польскую,, ,, сказачку,, придумали идиолухи для оправдания оккупации и оправдания Катыни. А те а ком излагаете, просто ,, полезные ИДИОТЫ,,… :-D :-D :-D
    +1
    avatar
    Эти «Полезные идиоты», между прочим, квалифицированные беларуские истории, работавшие с архивными документами, многие из которых пропольской «вате» как кость в горле. Катынь мы трогать не будем — эта общая боль как поляков, так и беларусов. А вот их, указанных историков, персональные страницы: www.belniidad.by/publications/avtory/zhumar; www.bseu.by/personalpages/ErmolovichV/biography.htm.
    -3
    avatar
    многие из которых пропольской «вате» как кость в горле
    я зараз чытаю «Kronika Jana z Czarnkowa» і ўсё больш дзіўлюся нашай беларускай глупоце. Мы праўда такія тупыя, ці гэта род мімікрыі — дзеля выжываньня ва ўмовах антыцывілізацыі?
    Вось гэтай:
    Но последняя, по крайней мере, на то время представляла из себя некую незыблимую силу, дающую некие гарантии последующей мирной жизни.
    +1
    avatar
    Я, уважаемая, не за себя говорил, а за народ. А народу тогда с большего надо было: «а бы не было войны». Ну и относительно спокойный период жизни в 1960-1980- он получил. Подкопил так сказать жирок ;-).
    0
    avatar
    Я не за себя говорил, а за народ. А народу тогда с большего надо было: «а бы не было войны»
    што народу «надо было» — вы ведаць не можаце, вы можаце толькі зразумець што адбывалася.
    народ сядзеў пад молатам — народ быў акупаваны ўнутраным ворагам — таму і не верыў у вызваленьне.
    Пра халакост у адносінах да беларусаў не сказана ўслых дагэтуль. Гэта знак антыцывілізацыі.
    Вось, толькі што, па вашай спасылцы, знайшлося. Вы лічыце сябе следчым?
    +1
    avatar
    Спасылачку у студыю :-)
    0
    avatar
    :-D :-D :-D Нам надо было, ,, а бы не было войны..???? И много лет вы можете нам предьявить (и за долго ДО!) с 1917 по 1946 (и за долго ПОСЛЕ!)!!! Не везёт нам белорусам… Всякие жуки да жабы по сто раз на дню переписывают историю для УБЛЮДКОВ!!! :-D :-D :-D
    +1
    avatar
    Г-н Тисецкий, хватит уже писать откровенную чушь об Армии Краёвой, ссылаясь при этом на сомнительные «источники» зашоренных советско-российской пропагандой «историков». Преступления, совершённые бойцами АК на территории оккупированной немцами БССР носили единичный характер. В каждой бригаде АК была своя военная жандармерия, которая за совершённые преступления в отношении мирного населения, безжалостно наказывала виновных. Так, в 5-й бригаде АК было расстреляно 4 бойца, и ещё несколько подвергнуты публичной порке перед строем бригады. И совсем другая ситуация была с бандами советских партизан, которые за годы войны безнаказанно убили собственного населения больше, чем немцы. Я уже не говорю о грабежах, издевательствах и изнасилованиях женщин.
    +2
    avatar
    Я далек от идеализации всего советского партизанского движения, и многие мои исследования говорят сами за себя. Но я так же далек и от идеализации АК, которая вообще неизвестно за что воевала (или не воевала) на территории БЕЛАРУСИ. А отрицая преступления АК на беларуской земле и называя известную информацию об этом «сомнительными источниками», вы уподобляетесь той же российско ВАТЕ, которая отрицает преступление НКВД в Катыни и геноцид народов СССР и своего собственного.
    0
    avatar
    А отрицая преступления АК на беларуской земле и называя известную информацию об этом «сомнительными источниками»
    А гэбня паліглотная магла і на Беларусі навыкі свае скарыстаць? Заточаныя на Украіне.
    ваша спроба змяшаць у адно такія розныя рэчы выглядае ходам-прыёмам унікнуць сапраўднага даследаваньня.
    +1
    avatar
    Уважаемая, криминал и политика всегда за руку ходят. А во всем этом выделять существенное — для этого вам мозги и даны. А если вы это сделать не в состоянии — то лучше даже не читайте — себя не расстраивайте.
    0
    avatar
    В ваших работах ошибки, и это одна из них. Читатель не обязан быть методологически грамотным, вы обязаны.
    +1
    avatar
    А я не обязан каждому разъяснять, что хотел сказать. Моя первостатейная задача — довести ту, или иную информацию от первоисточника. Хотя, конечно, есть у меня и работы, (и вы это знаете) по которым совокупность имеющейся в моем распоряжении информации и проделанная аналитическая работа позволяют делать какие-то свои доводы.
    0
    avatar
    криминал и политика всегда за руку ходят
    гэта знак антыцывілізацыі, знак катлавана.
    А во всем этом выделять существенное — для этого вам мозги и даны. А если вы это сделать не в состоянии — то лучше даже не читайте — себя не расстраивайте.
    замнога пыхі на пустым месцы — як для даследчыка.
    вашыя працы мяне радуюць у тым плане, што яны ёсць, але чытаць іх — гэта часцей сапраўды занадта — дастаткова рэжыму прагляду.
    +1
    avatar
    Г-н Тисецкий, хватит уже писать откровенную чушь об Армии Краёвой, ссылаясь при этом на сомнительные «источники» зашоренных советско-российской пропагандой «историков».

    Историков и истории вне политики не бывает. Если у вас есть другие историки и их научные исследования, то давайте ссылки, почитаем. А вот так писать «хватит уже писать откровенную чушь»… Ну, во-первых, вы не цензор, а тут не цензура. Каждый может молоть что угодно и даже чушь. Вон Парус написал, что я не прав по истории капитализма Германии 19 века. И хотя я привел ему ссылки на источники, он считает, что в Германии 19в. не было капитализма или что он был не совсем «чистый». Что он под этим подразумевает, один Аллах знает. Ну, пишет человек чушь и ладно. Тут же не научный совет историков при академии наук. Свободная площадка. Алина ваще новые страницы в науке открывает своими «изыскаяними». Уже никто даже не заморачивается на нее.

    Так что спокойнее и потолерантнее. :)
    0
    avatar
    Я очень даже спокоен :-). Но по теме действительно источников с гулькин нос. И обнародуемые мною фамилии и псевдонимы в справочной и специальной литературе, как правило, не встречаются. Что называется с бору по сосенке собираю информацию (письменную и устную). Какую-то мозаику складываю. Причем пока нет альтернативной информации конкретно по каждому фигуранту, ограничиваюсь языком первоисточника (бандит, террорист). Время покажет, насколько это соответствует (или же нет) действительности по многим из приводимых персоналий.
    0
    avatar
    Одна из проблем тех, кто пишет на русском языке об Армии Краёвой состоит в том, что они не знают других языков и, соответственно, не могут пользоваться источниками на других языках. Вот и делают свои выводы, основываясь на пропагандистской советской и российской литературе и таких же сомнительных (мягко говоря) свидетельствах (или лжесвидетельствах)очевидцев событий, как правило бывших чекистов, милиционеров или партийных функционеров. На самом деле по каждой бригаде АК, действовавшей на территории Беларуси, написано огромное количество работ, их боевая деятельность разложена по полочкам и задокументирована буквально по дням и неделям. Не только на польском языке, но и на немецком, на основе военных отчётов и донесений оккупационной администрации.
    +3
    avatar
    Вы бы нам перевели с языков че интересное про них? На статью.
    -1
    avatar
    Боевая деятельность советских партизан (в особенно беларуских) изложена до того подробно, что кажется больше некуда. Однако все прекрасно понимают, что любая партизанщина — это палка о двух концах, и в, в частности, в отличии от регулярной армии, проследить и проконтролировать все чем занимаются «народные мстители» ох как трудно, а наказать за что — либо еще труднее.
    0
    avatar
    Оккупация — занятие вооружёнными силами государства не принадлежащей ему территории, не сопровождающееся обретением суверенитета над ней.
    Оккупация (лат. Occupatio) — в римском праве присвоение и завладение вещами с намерением удержать их за собой.
    Советское было не чуждо этой территории БССР и коммунистическая идея была очень популярна среди большинства.
    -1
    avatar
    Любая антипольская идея становилась популярной в Зап.Беларуси и Зап.Украине. Украинская молодёжь, например, часто меняла свои политические пристрастия из коммунистов в ОУН и обратно — в зависимости от того, какое из этих конкурирующих движений проявляло больший антипольский радикализм, боевые способности и организационную дисциплину. Так что не сама идея была важна для молодых горячих голов, а любая возможность сплотиться против польских шовинистов.
    +1
    avatar
    былі карыстаны і пераможаны
    0
    avatar
    Оккупация — занятие вооружёнными силами государства не принадлежащей ему территории, не сопровождающееся обретением суверенитета над ней.

    Позняк и вслед за ним Алина открыли новый вид оккупации. «Внутренняя оккупация». Внутренними ворагами. Кто вораги, они называют сами. Все, те, кто не придерживается их взглядов.
    -1
    avatar
    Позняк и вслед за ним Алина
    Аліна Пазьняка мала чытала — хіба што ажно пра імперыялізм русскаязыкіх — а пазнейшыя тэксты не даваліся.
    Акупацыя была ўнутранай, бо камісары не былі прысланыя звонку і дыктатура камісарская абапіралася на свае, добра згуртаваныя, тутэйшыя местачковыя фашыны, гатовыя да бязмежнага тэрору дзеля ўтрыманьня ўлады; а таксама — на беднякоў, абдураных камуняцкай прапагандай. Ну і на розных, прагных чалавечай крыві, падонкаў. Потым ужо дзейнічалі выхаваныя дыктатурай манкурты. Такія ўнутраныя сілы і чынілі ўнутраную акупацыю. Людзі вымушаны былі змагацца за сваю людзкасьць кожны ў сваёй душы. І так цягнецца дасёньня. Толькі што манкурты сёняшнія ужо не выклікаюць амаль ніякага спачуваньня. У іх быў шанец вызваліцца ад манкурцтва за гэтыя 20 год.
    +1
    avatar
    Акупацыя была ўнутранай,

    Если они были местные, то тогда это не оккупация. А местные не оккупанты. Они тут жили и живут.
    0
    avatar
    Советское было не чуждо этой территории БССР и коммунистическая идея была очень популярна среди большинства.
    Враньё. Скажыце гэта закапаным у Курапатах. І ў Катыні. І ў ваколіцах кожнага тутэйшага русскаязыкага горада. І спаленым у Хатыні — таксама.
    «популярна» — трэба ж такое слоўка скарыстаць…
    І загаладамораным таксама скажыце пра «популярность коммунистической идеи».
    +1
    avatar
    Т.е. «зверские убийства партийных и советских активистов, чекистов и сотрудников милиции», в данном конкретном случае, оказываются не более чем литературным вымыслом.
    традыцыя
    0
    avatar
    Не факт, дарэчы. Аўтар робіць такія адмазкі высновы, якія яму асабіста больш даспадобы — відаць, дасталі яго «антысаветчыкі» са сваімі папрокамі. *lol*
    +2
    avatar
    Вы внимательно вчитывайтесь в сам текст работ :-). Там, где добытой информации хватает делать те, или иные выводы — я их и делаю. В том числе ломаю стереотипы и ловлю на лжи тех, или иных авторов. А там где нет — пока и не делаю. А лепить из каждого упыря — хероя — увольте, это не по моей части. И тем не мене, у меня в загашнике есть и действительно беларуские Робин Гуды. Про кое-кого я уже писал, а про некоторых еще напишу. Их я оставляю «на десерт» ;-)
    0
    avatar
    С нетерпением ждём. Видите, ваша работа не оставляет нас равнодушными — настолько, что хочется от вас немножко большего.
    +1
    avatar
    Милиция в БССР в первое послевоенное десятилетие в значительной степени состояла из бывших членов КПЗБ, советских партизан, и из уголовников (что, в принципе, одно и то же). За примерами далеко ходить не надо: после войны на Поставщине в должности участкового уполномоченного работал Григорий Крюков. «За польскім часам» он был обычным уголовником, поджигал дома людей, своих соседей. В частности, спалил дома Вороновичей, Длужневских, и, возможно, ещё кого-нибудь. Во время войны подался в партизаны, возглавил отряд «Грозный» из бригады Фёдора Маркова. Отряд Крюкова на Поставщине больше грабил и убивал мирных жителей, чем немцев. В частности, его людям (отделению Жука) приписывают нападение на деревню Дроздовщина и зверское убийство там нескольких мирных жителей, среди которых был и католический священник Эугениуш Латэцкий, которому выбили глаз, прострелили поочерёдно обе руки, а затем добили. Этот садист Жук после войны был председателем одного из колхозов. И вот таких крюковых и жуков вы, г-н Тисецкий, постоянно героизируете и прославляете в своих статьях. Скажите, вам не стыдно?
    +2
    avatar
    рана, маўляў, бо народ баіцца вайны. сіла пакуль у тых, хто пакуль непераможаны ў сваім праве на злачынства.
    +1
    avatar
    «В одном из ее источников, в частности речь идет о том, что «в те первые послевоенные годы в органы милиции удалось проникнуть некоторым неустойчивым, идейно и нравственно слабо подготовленным, малограмотным, с низкой культурой лицам. Они неудовлетворительно несли службу, нарушали законность. В 1947 году в управлении внутренних дел Бобруйской области были допущены грубые нарушения советских законов, которые обсуждались на заседании Бюро ЦК КП(б) Белоруссии. Большинство нарушений выражалось в незаконном задержании граждан работниками милиции.

    Имелись и такие факты нарушений законности, как задержание и водворение в КПЗ лиц без составления протоколов. С другой стороны, отдельные сотрудники, тоже в нарушение закона, проявляли явный либерализм в борьбе с правонарушениями и преступностью. Основной причиной подобных нарушений являлась юридическая неграмотность определенной части сотрудников. Например, некоторые участковые уполномоченные милиции слабо знали основные статьи Конституции СССР, статьи УПК, касавшиеся производства обысков и арестов, плохо усваивали положения и инструкции, регламентировавшие служебно-оперативную деятельность органов и подразделений милиции и каждого отдельного их сотрудника.

    Встречались среди сотрудников и лица, морально разложившиеся, вставшие на путь преступлений. Такие случаи имелись в Ружанском райотделе внутренних дел, в управлении МВД Барановичской области и Минска, Радуньском и Каменецком райотделах внутренних дел.

    Учитывая факты нарушения дисциплины, законности, а в некоторых местах и преступлений со стороны сотрудников, МВД БССР в апреле 1948 года приняло решение о всесторонней проверке личного состава милиции республики…

    Общие выводы, к которым пришла комиссия, свидетельствовали о том, что кадры работников милиции республики в ряде мест все еще были засорены людьми, не внушающими политического доверия (выделено мною — А.Т.), случайно оказавшимися в органах...[23]. — [23]Очерки истории милиции Белорусской ССР. 1917-1987. Мн. «Беларусь». 1987. С.236.
    Это использованная в одной из моих работ информация. Как видите, я далек от идеализации какой-бы то ни было системы. И я вполне понимаю, что упыри есть, были и будут где угодно. Вопрос в пропорции ;-)
    0
    avatar
    Название статьи не соответствует содержанию: автор не исследует все перечисленные исторические события по сути — он рассказывает о работе «органов». Даже не так, скорее, копипастит воспоминания отдельных персонажей об их работе.

    Можно, конечно пускать пыль: «Я ввожу в научный оборот...», — но и это не так. Я вижу тут пока лишь один научный интерес — архивоведческий. Ну может ещё в ментовку парня возьмут — идеологическим работником на зарплате — но этот возможный интерес уже не совсем научный. ;)
    +1
    avatar
    Автор как раз таки исследует ;-). Только вы не внимательно прочитали предисловие — это рабочая тетрадь 21 века, где все накапливается и подправляется, исходя из полученной и осмысливаемой в процессе длительного поиска и обработки информации. Больше, извините, чем я по теме на данный момент вам не может предложить никто. И, возможно, еще долго. Или я не прав? ;-). Цените то что есть. В общем наберитесь терпения и будьте хоть чуть-чуть сострадательней ;-).
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.