История
  • 886
  • БРОДЯГА СЕВЕРА / Памяти П.М.Сацукевича

    Андрей ТИСЕЦКИЙ

    Роль белорусов в освоении русского Севера, Сибири, Дальнего Востока и Арктического бассейна трудно переоценить. Об этом, например, красноречиво свидетельствует в своей книге «Белорусы и русский Север» писатель, ученый-исследователь, практик и теоретик в области наук о Земле, доктор географических наук, профессор Белорусского государственного университета, действительный член Географического общества СССР, член Союза журналистов Беларуси Валерий Александрович Ермоленко[1].

    С детских лет и меня интересовало все, что связано с освоением Арктики, Анарктики, Сибири, Заполярья и, естественно, в своих изысканиях я не мог обойти стороной незаурядную личность брата моей бабушки, Павла Михайловича Сацукевича.

    Родился он в 1912 году в с.Гливино Борисовского уезда Минской губернии и стал первым ребенком в семье моего прадеда Михаила Стефановича. Отслужив срочную службу на Краснознаменном балтийском флоте в начале 1930-х годов в качестве корабельного радиста, Павел остался жить в Ленинграде.


    Надпись на обороте фото: Паула Сацукевiч (справа). 1933.

    В моем семейном архиве имеется справка от 17 марта 1940 года том, что 7 сентября 1939 года он был призван из запаса в ряды РККА и направлен для прохождения службы в 549-й отдельный автотранспортный батальон с которым принимал участие в т.н. Освободительном походе РККА в Западные Белоруссию и Украину, а также в зимней войне с Финляндией.



    Далее П.М.Сацукевич находится в составе геолого-разведывательной партии на Шпицбергене.

    Справка

    В 1920-м году в рамках Парижской конвенции был заключен Договор о Шпицбергене, закреплявший суверенитет Норвегии над ним, но при этом все государства – участники Договора имели право осуществлять коммерческую и научно – исследовательскую деятельность на основе полного равенства и демилитаризированного статуса этого полярного архипелага (статья 3). В статье 8 Норвегия обязывалась создать Горный устав, регламентирующий хозяйственную деятельность на Шпицбергене. При этом Устав не должен был давать привилегии, монополии и льготы какой-либо стране, включая Норвегию. В 1925-м Горный устав для Шпицбергена был принят вместе с Национальным законом об этом полярном архипелаге[2].

    Со слов Павла Сацукевича (в пересказе моей бабушки Нины Михайловны Демидчик (Сацукевич)) советская геолого-разведочная партия располагалась на побережье центрального острова Западный Шпицберген. На другой стороне залива располагались аналогичные германская и британская партии. Советские геологи через залив переплывали в гости к коллегам на катере, а те в свою очередь, к ним.

    Не знаю уж на сколько это свидетельство соответствует действительности, учитывая тот факт, что с 3 сентября 1939 года Великобритания находились в состоянии войны с Германией[2], но в рассказе Павла Сацукевича в пересказе моей бабушки (естественно), это выглядело именно так.

    Далее из рассказа следовало, что за несколько дней до начала советско-германской войны (1941-1945) к немцам прибыл корабль, который в спешном порядке эвакуировал их с острова. Об этом советские геологи узнали не сразу, а только посетив их базу, после того, как коллеги перестали отвечать в радиоэфире. 22 июня 1941 года прервалась связь с Большой землей в связи с радиопомехами. Советская геолого-разведочная партия находилась в полном замешательстве вплоть до того момента, когда к ним на корабле не приплыли англичане, эвакуировавшие своих геологов. Они эвакуировали и советских – в Великобританию.

    В мемуарах адмирала Н.М.Харламова, который в годы Второй Мировой войны являлся военно-морским атташе в Великобритании, можно найти следующие строки:

    «… 9 июля мы с Голиковым участвовали в еще одной встрече. На этот раз у заместителей начальников штабов: генерал-лейтенанта Портала, вице-адмирала Филипса и маршала авиации Ботемли. Обсуждались вопросы более частного порядка, в том числе о совместных военных усилиях на северных морских коммуникациях. Мы настаивали на том, чтобы занять принадлежащий Норвегии архипелаг Шпицберген и остров Медвежий. Существовала угроза, что противник захватит этот район, создаст там военные базы и станет, по существу, хозяином северных морей. Необходимо было упредить его. Тем более, что гитлеровцы забросили на Шпицберген свою агентуру, которая передавала сведения о передвижении наших кораблей.

    Для нас занятие северных островов обусловливалось еще одним обстоятельством. Дело в том, что на Шпицбергене совместно с норвежцами мы вели добычу угля и на шахтах оставалось около двух тысяч наших шахтеров. В случае захвата противником архипелага им грозил фашистский плен.

    К сожалению, советское предложение не встретило поддержки с английской стороны. Наших собеседников волновала проблема доставки горючего на Северный морской театр. Короче говоря, вопрос о занятии островов так и повис в воздухе.

    Правда, союзники обещали помочь эвакуировать со Шпицбергена советских и норвежских горняков. Забегая вперед, скажу, что обещание свое они выполнили. Для этой цели англичане выделили лайнер «Эмпресс оф Канада» и небольшой эскорт боевых кораблей. В экспедиции участвовал пресс-атташе посольства П.Д.Ерзин.

    Потом он рассказывал, что вначале были эвакуированы советские горняки. Все они были благополучно доставлены в Мурманск. Второй рейс предназначался для норвежцев. Но вот на корабль, на котором находился Ерзин, пробрались двое неизвестных.

    — Мы советские граждане, — заявили они.

    Оказалось, что в то время, когда шла погрузка наших горняков, оба они находились далеко в горах и ничего не знали о событиях в порту. Что делать? Не оставлять же людей на безлюдном острове. И Ерзин забрал их с собой в Лондон (С первым же конвоем они отбыли на родину)…»[3]


    О геолого-разведывательных партиях в мемуарах не сказано ни слова, однако следуя логике событий надо думать, что Павел Сацукевич попал на Британские острова именно вторым рейсом лайнера «Экспресс оф Канада».

    В СССР он вернулся только в 1943-м после Тегеранской конференции союзников антигитлеровской коалиции кружным путем через Иран на Кавказ. Для меня остается загадкой, почему это произошло не в 1941-м на одном из кораблей союзнического конвоя PQ и что советские геологи делали в занятом в августе 1941 года британскими и советскими войсками дружественном до этого момента гитлеровской Германии Иране[4].

    На Кавказе геологи прошли интенсивный курс реабилитации. Дело в том, что в связи с длительным нахождением в условиях разряженного арктического воздуха, все они страдали ожирением. Поэтому инструкторы-альпинисты гоняли их по горам. Питание же предусматривало морковную диету.

    После изгнания Красной Армией гитлеровских войск с территории Беларуси моя бабушка предпринял меры по розыску брата по партийной линии (надо думать, что Павел Сацукевич был членом ВКП(б)). В августе 1945 года, еще до последних победных залпов Второй Мировой войны, был получен ответ из Йошкар-Олинского горкома Марийской АССР РСФСР, согласно которого Павел на момент получения запроса в г.Йошкар-Ола работал в Особом конструкторском бюро – 43 Наркомата вооружения. А в начале июля 1945 года ОКБ-43 эвакуировалось в г.Ленинград.

    Данное конструкторское бюро в советское время занималось созданием опытных образцов новых видов артиллерийского, пулеметного и ракетного вооружения[5]



    В связи с этим у меня у меня есть предположение, что и работа Павла Сацукевича на Шпицбергене, и нахождение в Иране как-то связаны с поиском редкоземельных металлов, требовавшихся для производства вооружения советским оборонным комплексом.

    Находясь в Марийской АССР, Павел второй раз женился на марийке по имени Капитолина (от первого брака на ленинградке Марии детей у него не было).

    О дальнейшем жизненном пути моего двоюродного деда рассказала старая фотография из семейного альбома, на обороте которой стоит дата 18.10.1948 года и указано место съемки –Шпицберген. Там он снова в составе геолого-разведывательной партии.



    В 1953-м Павел находится уже в составе геолого-разведывательной партии в районе г.Хандыга на территории Якутии в Восточной Сибири. Там, в результате неудачного взрыва при закладке в шторф взрывчатки для взятия анализа породы из вечной мерзлоты, он получил смертельную травму головы, однако еще почти год цеплялся за жизнь и умер только в 1954-м на больничной койке в Якутске.

    Связь с женой и сыном Михаилом, названного так в честь деда по отцу, прервалась примерно через год после смерти Павла, когда Капитолина уехала домой в Марийскую АССР. В семейном архиве сохранилось ее последнее письмо к родным мужа. Моя же бабушка до конца своих дней не теряла надежды увидеть своего племянника Мишу, или получить какую-нибудь весточку от него.

    Последнее письмо Капитолины Сацукевич на родину мужа Павла.








    Ссылки:

    1. Ермоленко В. Беларусы и русский Север. Мн. «Беларусь». 2009. 390с.
    2. ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B1%D1%80%D0%B8%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F_%D0%B2%D0%BE_%D0%92%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B9_%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B5.
    3. ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A8%D0%BF%D0%B8%D1%86%D0%B1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%BD.
    4. Харламов Н.М. Трудная миссия. М.: Воениздат. 1983. С.36-37.
    5. ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B0_%D0%B2_%D0%98%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B5.
    6. www.plam.ru/tehnauka/tainy_russkoi_artillerii_poslednii_dovod_carei_i_komissarov_s_illyustracijami/p9.php; otvaga2004.ru/na-zemle/na-zemle-1/bm-1945-1965_06/.

    17 октября 2016 года
    • нет

    1 комментарий

    avatar
    Простите, значки маленькие, не туда нажал).
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.