История
  • 545
  • "Плошча" в Минске 115 лет тому назад

    Из мемуаров минского губернатора П.Г. Курлова «Гибель императорской России».



    Источник: militera.lib.ru/memo/russian/kurlov_pg/02.html

    VI. Служба минским губернатором. Первое на меня покушение. Всеобщая железнодорожная забастовка. Манифест 17 октября 1905 года. Вооруженное столкновение с демонстрантами на Минском вокзале.

    В МИНСКУЮ ГУБЕРНИЮ Я ПРИБЫЛ ПРИ КРАЙНЕ НЕБЛАГОПРИЯТНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ. В ТЕЧЕНИЕ ПРЕДШЕСТВОВАВШЕЙ МОЕМУ ПРИЕЗДУ ЗИМЫ ТАМ ПРОИСХОДИЛИ СЕРЬЕЗНЫЕ БЕСПОРЯДКИ И УЛИЧНЫЕ ДЕМОНСТРАЦИИ, В КОТОРЫХ ПРИНИМАЛИ УЧАСТИЕ ВОСПИТАННИКИ УЧЕБНЫХ ЗАВЕДЕНИЙ. ГУБЕРНАТОР ГРАФ МУСИН-ПУШКИН НЕ ТОЛЬКО НЕ СПРАВИЛСЯ С ЭТИМИ ДЕМОНСТРАЦИЯМИ, НО БЫЛ ВОВЛЕЧЕН В ОДНУ ИЗ НИХ, ПРИЧЕМ МАНИФЕСТАНТЫ, ВО ВРЕМЯ ШЕСТВИЯ, ВОСПОЛЬЗОВАЛИСЬ КРАСНОЙ ПОДКЛАДКОЙ ЕГО ФОРМЕННОГО ПАЛЬТО, КАК РЕВОЛЮЦИОННОЙ ЭМБЛЕМОЙ. ГУБЕРНСКАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ И ПОЛИЦИЯ БЫЛИ РАСПУЩЕНЫ ДО КРАЙНОСТИ, И Я ВЫНУЖДЕН БЫЛ НА ПЕРВЫХ ЖЕ ПОРАХ УДАЛИТЬ ОТ ДОЛЖНОСТИ ПРАВИТЕЛЯ КАНЦЕЛЯРИИ И ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕРА.

    ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ПОСЛЕ МОЕГО ПРИБЫТИЯ, ВЫЙДЯ НА БАЛКОН, Я УВИДЕЛ РАЗНОСЧИКОВ ГАЗЕТ, БЕГАВШИХ ПО УЛИЦАМ С ОТПЕЧАТАННЫМИ НА РОЗОВОЙ БУМАГЕ ТЕЛЕГРАММАМИ, ЧТО, КАК МНЕ ЕЩЕ РАНЬШЕ ОБЪЯСНИЛИ, СЛУЖИЛО В МИНСКЕ СИГНАЛОМ К ЗАБАСТОВКАМ И УЛИЧНЫМ ДЕМОНСТРАЦИЯМ. МАГАЗИНЫ СТАЛИ ПОСПЕШНО ЗАКРЫВАТЬСЯ, А НА УЛИЦАХ СОБИРАТЬСЯ ТОЛПЫ МАНИФЕСТАНТОВ. ЭТИ ДЕМОНСТРАЦИИ В ТЕЧЕНИЕ ДНЯ РАССЕИВАЛИСЬ ПОЛИЦИЕЙ, ПРИЧЕМ, К СЧАСТЬЮ, НИКАКИХ СТОЛКНОВЕНИЙ [48] НЕ ПРОИСХОДИЛО.

    В 4 ЧАСА ДНЯ НА ГУБЕРНАТОРСКОЙ УЛИЦЕ СОБРАЛАСЬ БОЛЬШАЯ ТОЛПА, КОТОРАЯ УЖЕ НЕ ПОЖЕЛАЛА ПОДЧИНИТЬСЯ ТРЕБОВАНИЯМ ПОЛИЦИИ РАЗОЙТИСЬ И СМЯЛА НАРЯД ГОРОДОВЫХ. ТОГДА Я ПРИКАЗАЛ ВЫЗВАТЬ КАЗАКОВ 2-ГО ДОНСКОГО ПОЛКА. ВВИДУ ПРОИСХОДИВШИХ ВСЕ ВРЕМЯ В МИНСКЕ БЕСПОРЯДКОВ, КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ ВИЛЕНСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА УСИЛИЛ МИНСКИЙ ГАРНИЗОН, В СОСТАВЕ ОДНОГО РЕЗЕРВНОГО ПОЛКА ПЕХОТЫ И АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ БРИГАДЫ, СОТНЕЙ КАЗАКОВ И ДВУМЯ ЭСКАДРОНАМИ ДРАГУН. В ТЕЧЕНИЕ ВСЕЙ МОЕЙ АДМИНИСТРАТИВНОЙ СЛУЖБЫ Я БЫЛ ВРАГОМ ПРИМЕНЕНИЯ ПЕХОТЫ ДЛЯ ПОДАВЛЕНИЯ БЕСПОРЯДКОВ, ТАК КАК ПРЕКРАСНО ЗНАЛ, ЧТО ПРИ СОВРЕМЕННОМ СОСТОЯНИИ ОРУЖИЯ СТОЛКНОВЕНИЕ ТОЛПЫ С ПЕХОТНЫМИ ЧАСТЯМИ НЕИЗБЕЖНО ВЛЕКЛО ЗА СОБОЙ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ЖЕРТВЫ, А ПОТОМУ ПРИБЕГАЛ ВСЕГДА В ТАКИХ СЛУЧАЯХ К КАВАЛЕРИИ. ВЫЗВАННЫЕ И НА ЭТОТ РАЗ КАЗАКИ ПЫТАЛИСЬ РАССЕЯТЬ ТОЛПУ, НЕ УПОТРЕБЛЯЯ ОРУЖИЯ ДАЖЕ И ТОГДА, КОГДА ИЗ ТОЛПЫ БЫЛИ ПРОИЗВЕДЕНЫ ВЫСТРЕЛЫ, РАНИВШИЕ ОДНОГО КАЗАКА И ОДНУ ЛОШАДЬ. КАЗАКИ ТОЛЬКО ОЦЕПИЛИ ЧАСТЬ ДЕМОНСТРАНТОВ, ВО ГЛАВЕ КОТОРЫХ БЫЛИ ЗАЧИНЩИКИ МАНИФЕСТАЦИИ, И НАПРАВИЛИ ЗАДЕРЖАННЫХ В ТЮРЬМУ. Я ТОТЧАС ЖЕ ПОДЪЕХАЛ В ТЮРЕМНЫЙ ЗАМОК И ОБЪЯВИЛ ДОСТАВЛЕННЫМ ТУДА МАНИФЕСТАНТАМ, ЧТО АРЕСТОВЫВАЮ ИХ НА ОСНОВАНИИ ИЗДАННОГО МНОЙ ОБЯЗАТЕЛЬНОГО ПОСТАНОВЛЕНИЯ О ВОСПРЕЩЕНИИ ВСЯКОГО РОДА УЛИЧНЫХ СБОРИЩ И СОПРОТИВЛЕНИЯ ПОЛИЦИИ И ВОЙСКАМ. БОЛЬШИНСТВО ЗАДЕРЖАННЫХ ПРИНАДЛЕЖАЛО К РЕВОЛЮЦИОННОЙ ПАРТИИ «БУНДА». ПРИ ВОЗВРАЩЕНИИ ДОМОЙ Я ВИДЕЛ, ЧТО НА УЛИЦАХ БЫЛО ПОЛНОЕ СПОКОЙСТВИЕ, И В ДУШЕ ПОРАДОВАЛСЯ, ЧТО ДЕНЬ ЭТОТ ПРОШЕЛ СРАВНИТЕЛЬНО БЛАГОПОЛУЧНО. ДОМА МЕНЯ ЖДАЛА ЭКСТРЕННАЯ РАБОТА, ТАК КАК ТОЛЬКО ЧТО ПЕРЕД ТЕМ БЫЛА ПОЛУЧЕНА ТЕЛЕГРАММА О ЧАСТИЧНОЙ МОБИЛИЗАЦИИ.
    МОЙ КАБИНЕТ БЫЛ РАСПОЛОЖЕН В ПЕРВОМ ЭТАЖЕ. В ПРИЕМНОЙ, РЯДОМ С НИМ, СОБРАЛИСЬ ВЫЗВАННЫЕ МНОЙ ДЛЯ СРОЧНОЙ РАБОТЫ ЧИНОВНИКИ, А В ПОДЪЕЗДЕ БЫЛО НЕСКОЛЬКО ЧЕЛОВЕК ДРАГУН. НЕ УСПЕЛ Я СЕСТЬ ЗА СВОЙ ПИСЬМЕННЫЙ СТОЛ, КАК РАЗДАЛСЯ ВЗРЫВ — ЗАЗВЕНЕЛИ СТЕКЛА И В ДОМЕ ПОТУХЛО ЭЛЕКТРИЧЕСТВО. ВПОТЬМАХ Я БРОСИЛСЯ ПО ВНУТРЕННЕЙ ЛЕСТНИЦЕ НАВЕРХ, ЧТОБЫ УСПОКОИТЬ МОЮ ЖЕНУ. ОНА И ПРИСЛУГА ВСТРЕТИЛИ МЕНЯ С ЗАЖЖЕННЫМИ СВЕЧАМИ, И МЫ ВСЕ ВМЕСТЕ ПО ГЛАВНОЙ ЛЕСТНИЦЕ СПУСТИЛИСЬ НА ПЕРВЫЙ ЭТАЖ. ОСВЕЩЕННОЕ НАМИ ПОМЕЩЕНИЕ ПОДЪЕЗДА И ПРИЕМНОЙ КОМНАТЫ ПРЕДСТАВЛЯЛО УЖАСНУЮ КАРТИНУ: НА ПОЛУ ЛЕЖАЛИ СТОНАВШИЕ ОТ РАН ГОРОДОВЫЕ, ДРАГУНЫ И ЧИНОВНИКИ. К СЧАСТЬЮ, УБИТЫХ НЕ БЫЛО, НО РАНЕНИЯ БЫЛИ ОЧЕНЬ ТЯЖЕЛЫЕ. ВЗРЫВОМ РАЗБИЛО НА МЕЛКИЕ ЧАСТИ ОКНА В ПРИЕМНОЙ, ПОДЪЕЗДЕ [49] И РАСПОЛОЖЕННОЙ НАД ПРИЕМНОЙ ВО ВТОРОМ ЭТАЖЕ ГОСТИНОЙ. ЭТИМИ ОСКОЛКАМИ И БЫЛИ ИЗРАНЕНЫ НАХОДИВШИЕСЯ В ЭТИХ ПОМЕЩЕНИЯХ ЛИЦА, ПРИЧЕМ У ОДНОГО ДРАГУНА БЫЛО ИЗВЛЕЧЕНО В БОЛЬНИЦЕ 28 МЕЛКИХ КУСКОВ СТЕКЛА. В МОЕМ КАБИНЕТЕ ОКНА УЦЕЛЕЛИ И ТОЛЬКО ЛОПНУЛО ОДНО СТЕКЛО. ПЕРЕД ДОМОМ БЫЛА НАЙДЕНА ОКРОВАВЛЕННАЯ ШАПОЧКА ВЕЛОСИПЕДИСТА, КОТОРЫЙ, ОЧЕВИДНО, И БРОСИЛ ЭТУ БОМБУ. ВИНОВНЫЙ РАЗЫСКАН НЕ БЫЛ.

    ДАЛЬНЕЙШАЯ ЖИЗНЬ В МИНСКЕ ПРОТЕКАЛА ДОВОЛЬНО СПОКОЙНО, ХОТЯ ЧАСТИЧНЫЕ ЗАБАСТОВКИ НА ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПОЧВЕ И ПРОДОЛЖАЛИСЬ.

    …НАСТУПИЛ ОКТЯБРЬ МЕСЯЦ. ВСЕ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЕ ЛИНИИ МИНСКОГО УЗЛА, КАК, ВПРОЧЕМ, И ВСЕЙ РОССИИ, ЗАБАСТОВАЛИ. 16 ОКТЯБРЯ ГОРОДСКОЙ ГОЛОВА СООБЩИЛ МНЕ, ЧТО ПРЕКРАТИЛИ РАБОТЫ СЛУЖАЩИЕ ВОДОПРОВОДА И ОЖИДАЕТСЯ ЗАБАСТОВКА ПЕРСОНАЛА ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ СТАНЦИИ. Я ТОТЧАС ЖЕ ОТПРАВИЛСЯ В ЭТИ УЧРЕЖДЕНИЯ И ЗАМЕНИЛ ЗАБАСТОВАВШИХ РАБОЧИХ ВЫЗВАННЫМИ СОЛДАТАМИ, БЛАГОДАРЯ ЧЕМУ РАБОЧИЕ ПРОСИЛИ РАЗРЕШЕНИЯ ВСТАТЬ ВНОВЬ НА РАБОТУ И ВОДОПРОВОД, И ЭЛЕКТРИЧЕСКАЯ СТАНЦИЯ НАЧАЛИ ДЕЙСТВОВАТЬ СОВЕРШЕННО ПРАВИЛЬНО, ПРИЧЕМ ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЭТИХ УЧРЕЖДЕНИЙ УЖЕ НЕ ПРЕКРАЩАЛОСЬ В ПОСЛЕДУЮЩЕЕ ВРЕМЯ. С ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ СТАНЦИИ Я ПРОЕХАЛ НА ВОКЗАЛ, ГДЕ УЖЕ В ТЕЧЕНИЕ НЕСКОЛЬКИХ ДНЕЙ СТОЯЛ В КАРАУЛЕ БАТАЛЬОН РЕЗЕРВНОГО ПЕХОТНОГО ПОЛКА ДЛЯ ОХРАНЫ ЗДАНИЙ И МАСТЕРСКИХ. МНЕ ДОЛОЖИЛИ, ЧТО НИКАКИХ ЭКСЦЕССОВ СО СТОРОНЫ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ СЛУЖАЩИХ НЕ БЫЛО. КОГДА Я ПРОХОДИЛ ЧЕРЕЗ ЗАЛ 1-ГО КЛАССА, КО МНЕ ПОДОШЕЛ ОДИН ИЗ КОНТРОЛЕРОВ СЛУЖБЫ СБОРОВ ЖАБА И ОБРАТИЛСЯ С ПРОСЬБОЙ РАЗРЕШИТЬ СОБРАНИЕ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ СЛУЖАЩИХ. Я ОТВЕТИЛ, ЧТО НИЧЕГО ПРОТИВ ЭТОГО ИМЕТЬ НЕ БУДУ, ЕСЛИ ТАКОЕ ХОДАТАЙСТВО БУДЕТ ПРЕДЪЯВЛЕНО МНЕ СО СТОРОНЫ НАЧАЛЬНИКА ДОРОГИ.
    «А ВЫ РАЗВЕ НЕ ПОЛУЧАЛИ НИКАКИХ УКАЗАНИЙ ИЗ ПЕТЕРБУРГА?» — СПРОСИЛ МЕНЯ НЕОЖИДАННО ЖАБА И НА МОЙ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ ОТВЕТ ЗАМЕТИЛ: «НУ, НЕ СЕГОДНЯ-ЗАВТРА ПОЛУЧИТЕ».

    Я НЕ ПРИДАЛ В ТО ВРЕМЯ ЭТОМУ РАЗГОВОРУ ОСОБОГО ЗНАЧЕНИЯ И ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ПОНЯЛ, ЧТО РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ПАРТИИ ЗАБОТИЛИСЬ ГОРАЗДО БОЛЬШЕ ОБ ОСВЕДОМЛЕНИИ СВОИХ ПРОВИНЦИАЛЬНЫХ ТОВАРИЩЕЙ О ПОЛОЖЕНИИ ДЕЛ, ЧЕМ МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ — ГУБЕРНАТОРОВ.

    Вечером начальник дороги и повторил мне просьбу, с которой обращался Жаба, и я разрешил собрание в 9 часов утра на следующий день под личной ответственностью управляющего. Утром 18 октября последний заезжал ко мне еще раз, спрашивая, не изменил ли я своего решения, причем в разговоре упомянул о каком-то манифесте, [51] на что я не обратил особого внимания. Только потом, при рапорте полицеймейстера я задал ему вопрос, о каком манифесте идут разговоры? Полицеймейстер ответил, что он только что хотел мне об этом доложить, и объяснил, что в аптеке Венгерова выставлен будто бы высочайший манифест о конституции. В это время в мой кабинет вошел вице-губернатор и, крайне взволнованный, показал мне Манифест 17 октября, отпечатанный в частной типографии, спрашивая меня, не надлежит ли его распубликовать в законном порядке? Я ответил, что ему должен быть известен этот порядок обнародования высочайших манифестов; что никакого манифеста я не получал, а равно и не имел до сего времени каких бы то ни было указаний по этому поводу от министра, посему мы опубликуем его, когда получим официальным порядком. В дальнейшем разговоре я высказал свое опасение, как бы появление манифеста частным образом не вызвало среди населения опасного недоумения, особенно ввиду царившего в последние дни тревожного настроения, и подтвердил полицеймейстеру в точности держаться порядка, выработанного перед этим в особом совещании под моим председательством, на случай волнений. Этим порядком предусматривалась, между прочим, немедленная присылка ко мне конных вестовых на случай перерыва телефона. Наконец я получил высочайший Манифест 17 октября от министра внутренних дел, приказал затем вице-губернатору приступить к немедленному его обнародованию, а полицеймейстеру — доносить мне без замедления о всяком движении в городе.

    Столь несвоевременная рассылка манифеста, которая, вероятно, имела место не только по отношению ко мне, но и по отношению к другим губернаторам, повлекла за собой неизмеримые, вредные для всей России последствия. Если принять во внимание, что самый текст манифеста заключал в себе лишь обещания будущих законов, необходимо было о содержании его заранее поставить в известность губернаторов, преподав им определенные указания об общей и единообразной деятельности местных властей при разрешении, по опубликовании манифеста, вытекающих из него практических вопросов. В равной мере неопределенен был и высочайше утвержденный доклад графа Витте, так как он далеко не содержал в себе необходимой с точки зрения правильно понимаемой государственной власти точности и твердости. Произошло нечто невообразимое: в каждой губернии манифест истолковывали и [52] применяли по-своему, что одно представляло уже большую опасность при стремлении антиправительственных партий толковать манифест в самом широком смысле. Отсюда — смута в умах народа, разразившаяся эксцессами и чуть-чуть не доведшая Россию до революции, если бы ее не остановил твердой рукой вновь назначенный тогда министром внутренних дел П. Н. Дурново.

    Около полудня мне донесли, что толпа с красными флагами — эмблемой анархии, недопускаемой даже республиканскими правительствами, с надписями «Долой самодержавие» двигается к губернаторскому дому. Вскоре она запрудила всю площадь, я вышел на балкон, и один из руководителей манифестации обратился ко мне с ходатайством принять депутацию, которая представит мне пожелания «свободного» народа. Я обратился к толпе, и поздравив граждан с великой милостью Государя, высказал убеждение, что народ сумеет в такой торжественный день сохранить порядок. Одновременно я просил депутацию войти в мою квартиру.

    РЕВОЛЮЦИОННАЯ ПРЕССА ОБВИНЯЛА МЕНЯ В ТОМ, ЧТО ДЕПУТАЦИЯ БЫЛА ВСТРЕЧЕНА В ПОДЪЕЗДЕ ДОМА КАЗАКАМИ, КОТОРЫХ Я ВЫЗВАЛ. ОБВИНЕНИЕ, В ОСНОВЕ КОТОРОГО ЛЕЖИТ НЕДОРАЗУМЕНИЕ, А ВЕРНЕЕ — ПРЕДНАМЕРЕННОЕ ИСКАЖЕНИЕ ИСТИНЫ. ДЕЛО В ТОМ, ЧТО С МОМЕНТА ВСТУПЛЕНИЯ В МИНСК КАВАЛЕРИИ, КАЗАРМЫ КОТОРОЙ БЫЛИ РАСПОЛОЖЕНЫ В БОЛЬШОМ ОТДАЛЕНИИ ОТ ЦЕНТРА, А ВО ДВОРЕ ГУБЕРНАТОРСКОГО ДОМА НАХОДИЛИСЬ ПРЕКРАСНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ И КОНЮШНИ, ДЕЖУРНАЯ КАВАЛЕРИЙСКАЯ ЧАСТЬ ЗАНИМАЛА ЭТО ПОМЕЩЕНИЕ. ВСТРЕВОЖЕННЫЕ КРИКАМИ ТОЛПЫ, КАЗАКИ ВЫБЕЖАЛИ В ПОДЪЕЗД ДОМА ПО СОБСТВЕННОЙ ИНИЦИАТИВЕ.
    ДЕПУТАЦИЯ ВОШЛА В ЗАЛ И ОБРАТИЛАСЬ КО МНЕ НЕ С ПРОСЬБОЙ, А ПРЕДЪЯВИЛА РЯД ТРЕБОВАНИЙ, В ЧИСЛЕ КОИХ БЫЛО ТРЕБОВАНИЕ О НЕМЕДЛЕННОМ ОСВОБОЖДЕНИИ ВСЕХ ПОЛИТИЧЕСКИХ И АДМИНИСТРАТИВНЫХ АРЕСТАНТОВ И О ВЫВОДЕ ИЗ ГОР. МИНСКА КАЗАКОВ. Я ОТВЕТИЛ, ЧТО, ВО-ПЕРВЫХ, МАНИФЕСТ ЗАКЛЮЧАЕТ В СЕБЕ ВОЛЮ ГОСУДАРЯ ОБ ИЗДАНИИ ЗАКОНОВ, ГАРАНТИРУЮЩИХ ЕГО ПОДДАННЫМ НЕКОТОРЫЕ СВОБОДЫ, И ЧТО ДО ИЗДАНИЯ ТАКОВЫХ Я ДОЛЖЕН РУКОВОДСТВОВАТЬСЯ ЗАКОНАМИ СУЩЕСТВУЮЩИМИ, ПРИДЕРЖИВАЯСЬ В СВОЕЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕГО, ПРЕИСПОЛНЕННОГО МИЛОСТИ К НАРОДУ, ХАРАКТЕРА МАНИФЕСТА. ВО-ВТОРЫХ, КАЗАЧИЙ ПОЛК РАСКВАРТИРОВАН В МИНСКЕ ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ ВОЕННОГО НАЧАЛЬСТВА, И Я НЕ ИМЕЮ НИ ВЛАСТИ, НИ ПРАВА ИЗМЕНИТЬ ЭТО РАСПОРЯЖЕНИЕ, ЧТО ЗАСИМ, АРЕСТОВАННЫЕ ПО ПОЛИТИЧЕСКИМ ДЕЛАМ НАХОДЯТСЯ В ВЕДЕНИИ СЛЕДСТВЕННОЙ ВЛАСТИ И ПРОКУРОРСКОГО НАДЗОРА, ОТ [53] КОТОРЫХ И ЗАВИСИТ РЕШЕНИЕ ВОПРОСА ОБ ИХ ОСВОБОЖДЕНИИ, И, ЧТО, НАКОНЕЦ, ВВИДУ ТОРЖЕСТВЕННОСТИ НАСТОЯЩЕГО ДНЯ, Я ОСВОБОЖДАЮ ОТ АРЕСТА СОДЕРЖАВШИХСЯ ПО МОИМ ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ ПОСТАНОВЛЕНИЯМ. ПОСЛЕДНЕЕ РАСПОРЯЖЕНИЕ Я ТУТ ЖЕ ПРИКАЗАЛ ПРИВЕСТИ В ИСПОЛНЕНИЕ, А ЗАТЕМ ОБРАТИЛСЯ К ДЕПУТАЦИИ С ПРОСЬБОЙ УДЕРЖАТЬ СВОИМ ВЛИЯНИЕМ ТОЛПУ НАРОДА ОТ ВСЯКИХ БЕСПОРЯДКОВ. В ОТВЕТ НА ТАКУЮ ПРОСЬБУ Я НЕОЖИДАННО ПОЛУЧИЛ СОВЕРШЕННО ДИКОЕ ВОЗРАЖЕНИЕ: НЕ ДУМАЙТЕ, СКАЗАЛ ОДИН ИЗ ДЕПУТАТОВ, ЧТО ВОЙСКА ПО ВАШЕМУ ПРИКАЗАНИЮ БУДУТ СТРЕЛЯТЬ В НАРОД. НА ЭТО Я ДОЛЖЕН БЫЛ ЗАМЕТИТЬ, ЧТО СТРЕЛЯТЬ Я НИ В КОГО НЕ СОБИРАЮСЬ, НО ЧТО БЕСПОРЯДКОВ В ГОРОДЕ ДОПУСТИТЬ НЕ МОГУ.

    С ГУБЕРНАТОРСКОЙ ПЛОЩАДИ ТОЛПА НАПРАВИЛАСЬ К ТЮРЬМЕ. НАЧАЛЬНИК ВОЕННОГО КАРАУЛА ПРЕДУПРЕДИЛ ЕЕ, ЧТО ОН НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ПОДПУСТИТЬ ЕЕ К КАРАУЛУ БЛИЖЕ 50 ШАГОВ И ЧТО ЕСЛИ МАНИФЕСТАНТЫ НЕ ПОДЧИНЯТСЯ ЕГО ЗАКОННОМУ ТРЕБОВАНИЮ, ОН ОТКРОЕТ ОГОНЬ. ТАКОЕ СПОКОЙНОЕ, НО ТВЕРДОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ ОСТАНОВИЛО ТОЛПУ, КОТОРАЯ, ДОЖДАВШИСЬ У ТЮРЬМЫ ПОСЛЕДОВАВШЕГО ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ ОСВОБОЖДЕНИЯ АДМИНИСТРАТИВНО-АРЕСТОВАННЫХ, ПРИВЕТСТВОВАЛА ИХ ГРОМКИМИ КРИКАМИ И НАПРАВИЛАСЬ ВМЕСТЕ С НИМИ К МИНСКОМУ ВОКЗАЛУ.
    ЗДАНИЕ ВОКЗАЛА ОХРАНЯЛОСЬ, КАК Я УЖЕ ГОВОРИЛ, В ТЕЧЕНИЕ НЕСКОЛЬКИХ ДНЕЙ ВОЕННЫМ КАРАУЛОМ, А ПОТОМУ МНЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЛОСЬ СОВЕРШЕННО НАДОБНОСТИ ВЫЗВАТЬ ВОЙСКА. ЧАСТЬ КАРАУЛА БЫЛА РАСПОЛОЖЕНА НА ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОМ МОСТУ И ДАМБЕ, ДОМИНИРУЮЩИХ С ДВУХ СТОРОН НАД ПЛОЩАДЬЮ. НАЧАЛЬНИКОМ КАРАУЛА БЫЛ КОМАНДИР БАТАЛЬОНА, КОТОРЫЙ ОКАЗАЛСЯ ИЛИ МАЛОДУШНЫМ ИЛИ НЕЗНАКОМЫМ СО СВОИМИ ОБЯЗАННОСТЯМИ ОФИЦЕРОМ И НЕ ПРЕДУПРЕДИЛ ДЕМОНСТРАНТОВ О НЕДОПУСТИМОСТИ БЛИЗКО ПОДХОДИТЬ К КАРАУЛУ. ПОСЛЕДНИМИ В НЕСКОЛЬКИХ ШАГАХ ПЕРЕД ФРОНТОМ БЫЛ ПОСТАВЛЕН СТОЛ, С КОТОРОГО ОРАТОРЫ НАЧАЛИ ПРОИЗНОСИТЬ ПРОТИВОПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ РЕЧИ, ПОЗВОЛЯЯ СЕБЕ ОСКОРБИТЕЛЬНЫЕ ДЛЯ ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА ВЫРАЖЕНИЯ. КТО-ТО ВЫРВАЛ ИЗ РУК НАЧАЛЬНИКА КАРАУЛА ШАШКУ И НАЦЕПИЛ НА НЕЕ КРАСНЫЙ ФЛАГ, А ТОЛПА СТАЛА ОТНИМАТЬ У НЕПОДВИЖНО СТОЯВШЕГО КАРАУЛА РУЖЬЯ. ЭТОГО СОЛДАТЫ НЕ СТЕРПЕЛИ И БЕЗ КОМАНДЫ ОТКРЫЛИ БЕСПОРЯДОЧНЫЙ РУЖЕЙНЫЙ ОГОНЬ, К КОТОРОМУ ПРИСОЕДИНИЛИСЬ УСЛЫШАВШИЕ ВЫСТРЕЛЫ СВОИХ ТОВАРИЩЕЙ, СТОЯВШИЕ НА МОСТУ И ДАМБЕ ЧАСТИ КАРАУЛА. ТАКОЙ БЕСПОРЯДОЧНОЙ СТРЕЛЬБОЙ ОБЪЯСНЯЕТСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЖЕРТВ УБИТЫМИ И РАНЕНЫМИ. ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ ПЛОЩАДЬ ОПУСТЕЛА: ТОЛПА БРОСИЛАСЬ БЕЖАТЬ, ЗАХВАТИВ, ОДНАКО, ВСЕХ УБИТЫХ И РАНЕНЫХ, ЧТО СОСТАВЛЯЕТ [54] ОТЛИЧИТЕЛЬНУЮ ЧЕРТУ ВСЯКИХ МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ, ЕСЛИ В НИХ ПРИНИМАЮТ УЧАСТИЕ В БОЛЬШИНСТВЕ ЕВРЕИ.

    Я НАХОДИЛСЯ В ЭТО ВРЕМЯ В СВОЕЙ КВАРТИРЕ, НЕ ОТХОДЯ ОТ ТЕЛЕФОНА, ТАК КАК ПРИКАЗАЛ НЕМЕДЛЕННО МНЕ ДОКЛАДЫВАТЬ ОБО ВСЕМ, ПРОИСХОДИВШЕМ В ГОРОДЕ. НАЧАЛЬНИК ЖАНДАРМСКОГО ПОЛИЦЕЙСКОГО УПРАВЛЕНИЯ ЛИБАВО-РОМЕНСКОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ, ГЕНЕРАЛ-МАЙОР ВИЛЬДЕМАН ФОН КЛОПМАН ПЕРЕДАЛ МНЕ ПО ТЕЛЕФОНУ, ЧТО ТОЛПА МАНИФЕСТАНТОВ ПОДХОДИТ К ВОКЗАЛУ И ВЫРЫВАЕТ У СОЛДАТ РУЖЬЯ, И СПРОСИЛ МОИХ УКАЗАНИЙ, КАК ЕМУ ПОСТУПАТЬ? Я ОТВЕТИЛ, ЧТО ЕСЛИ ТОЛПА ПЕРЕХОДИТ К НАСИЛИЯМ, ОН ДОЛЖЕН ПЕРЕДАТЬ НАЧАЛЬСТВО НАД ВОКЗАЛОМ И ПРИЛЕГАЮЩЕЙ К НЕМУ МЕСТНОСТЬЮ ВОЕННОЙ ВЛАСТИ И ЧТО Я ТОТЧАС ЖЕ ПРИЕДУ НА МЕСТО. ПРОШЛО НЕ БОЛЕЕ ДВУХ МИНУТ, ТАК ЧТО МОЯ КОЛЯСКА, СТОЯВШАЯ ЗАПРЯЖЕННОЙ, НЕ УСПЕЛА ПОДЪЕХАТЬ К КРЫЛЬЦУ, КАК ГЕНЕРАЛ ВИЛЬДЕМАН ДОЛОЖИЛ МНЕ, ЧТО ВОЙСКА СТРЕЛЯЛИ, ТОЛПА РАЗБЕЖАЛАСЬ И ПЛОЩАДЬ ПУСТА.
    ПРИ ТАКИХ УСЛОВИЯХ МНЕ НЕ БЫЛО НАДОБНОСТИ ЕХАТЬ К ВОКЗАЛУ И ОСТАВЛЯТЬ ГУБЕРНАТОРСКИЙ ДОМ, ОТКУДА ПО ТЕЛЕФОНУ ЕЖЕМИНУТНО МОГЛА БЫТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ В МОИХ РАСПОРЯЖЕНИЯХ, И Я ПРИКАЗАЛ ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕРУ СОБРАТЬ ВРАЧЕЙ И ОРГАНИЗОВАТЬ МЕДИЦИНСКУЮ ПОМОЩЬ, КОТОРАЯ ПРИБЫЛА НА МЕСТО, ГДЕ УЖЕ НЕ БЫЛО НИ ОДНОГО УБИТОГО И РАНЕНОГО.

    ПРЕКРАСНО ПОНИМАЯ ЗНАЧЕНИЕ ПРОИСШЕДШЕГО И ПРЕДВИДЯ, ЧТО НЕСЧАСТНОЕ ЭТО СОБЫТИЕ ВНОВЬ ВЫЗОВЕТ УСИЛЕННЫЕ ИНСИНУАЦИИ НА МЕНЯ СО СТОРОНЫ РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ, Я ПРОСИЛ НАЧАЛЬНИКА ГАРНИЗОНА ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТА ИЛЬИНСКОГО НЕМЕДЛЕННО ПОРУЧИТЬ ВОЕННОМУ СЛЕДОВАТЕЛЮ ПРОИЗВОДСТВО СЛЕДСТВИЯ О ДЕЙСТВИЯХ ВОЙСК, КОТОРЫЕ БЫЛИ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ, А ПОТОМУ ПОДЛЕЖАЛИ ВЕДЕНИЮ ВОЕННОГО СУДА. ПО ПРИКАЗАНИЮ НАЧАЛЬНИКА ГАРНИЗОНА ВОЕННЫЙ СЛЕДОВАТЕЛЬ, ПОЛКОВНИК ФИШЕР, ОТПРАВИЛСЯ ТОТЧАС НА ВОКЗАЛ.

    ЭТОГО ЗАКОННОГО РАСПОРЯЖЕНИЯ МНЕ НИКОГДА НЕ МОГ ПРОСТИТЬ МИНСКИЙ ПРОКУРОР БИБИКОВ, КОТОРОГО Я ЗНАЛ ЕЩЕ ПО СВОЕЙ СЛУЖБЕ В ПРОКУРОРСКОМ НАДЗОРЕ. ЕГО СРАЗУ ОБУЯЛО СТРЕМЛЕНИЕ К КРАЙНЕМУ ЛИБЕРАЛИЗМУ, ОХВАТИВШЕЕ В ЭТИ ПЕЧАЛЬНЫЕ ДНИ МНОГИХ ЧИНОВНИКОВ, И ТО, ЧТО, ПРИБЫВ НА ВОКЗАЛ, ОН ЗАСТАЛ УЖЕ ТАМ ВОЕННОГО СЛЕДОВАТЕЛЯ И ТАКИМ ОБРАЗОМ БЫЛ ЛИШЕН ВОЗМОЖНОСТИ ПРОЯВИТЬ СВОЙ НОВОЯВЛЕННЫЙ ЛИБЕРАЛИЗМ, ПОБУДИЛО ЕГО ОБРУШИТЬСЯ СВОИМИ ОБВИНЕНИЯМИ НА АДМИНИСТРАЦИЮ.

    …НА ДРУГОЙ ИЛИ ТРЕТИЙ ДЕНЬ Я ПОЛУЧИЛ ОТ МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ ПО ТЕЛЕГРАФУ ПРИКАЗАНИЕ СДАТЬ ДОЛЖНОСТЬ ВИЦЕ-ГУБЕРНАТОРУ И НЕМЕДЛЕННО ВЫЕХАТЬ В С.-ПЕТЕРБУРГ.

    ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ДЕПУТАЦИЯ МИНСКИХ ГОРОЖАН, В ЧИСЛЕ КОТОРЫХ БЫЛ И ГОРОДСКОЙ ГОЛОВА, ОБРАТИЛАСЬ К ГРАФУ ВИТТЕ С ЖАЛОБОЙ НА МОИ ДЕЙСТВИЯ. Я ПРЕДПОЛАГАЮ, ЧТО СОБЫТИЯ БЫЛИ ИЗЛОЖЕНЫ В СТОЛЬ ИСКАЖЕННОМ ВИДЕ, ЧТО ГРАФ ВИТТЕ, ВЫСКАЗАВ ДЕПУТАЦИИ, ЧТО Я — НЕВОЗМОЖНЫЙ ГУБЕРНАТОР, ПРОСИЛ МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ ВЫЗВАТЬ МЕНЯ.
    ЧЕРЕЗ ДЕНЬ Я ВЫЕХАЛ В С.-ПЕТЕРБУРГ — ЭТО БЫЛ ПЕРВЫЙ, ОТПРАВЛЕННЫЙ ПОСЛЕ ЗАБАСТОВКИ ПОЕЗД, И Я С БОЛЬШИМИ ТРУДНОСТЯМИ, ЧАСТЬЮ В ТОВАРНОМ ВАГОНЕ, ЧАСТЬЮ В ВАГОНЕ 3-ГО КЛАССА — ДОЕХАЛ ДО СТОЛИЦЫ.

    VII. Почтово-телеграфная забастовка. Второе покушение на меня 14 февраля 1906 года. Покушение на полицеймейстера и убийство помощника полицеймейстера. Вторичный вызов в Петербург. Знакомство с гр. Витте. Мое дело в правительствующем сенате и представление по этому поводу Государю Императору. Еврейский и польский вопросы. Предупреждение еврейского погрома. Просьба об увольнении от должности минского губернатора. Окончательный отъезд в Петербург.

    Я ВЕРНУЛСЯ В МИНСК В МОМЕНТ ПОЧТОВОЙ ЗАБАСТОВКИ. НАСТРОЕНИЕ БЫЛО КРАЙНЕ НАПРЯЖЕННОЕ, МЕЖДУ ТЕМ МЕСТНОЕ ЧИНОВНИЧЕСТВО, ДЛЯ КОТОРОГО ВОПРОС О ПЕРЕМЕНЕ ГУБЕРНАТОРА ДАЖЕ И В ТО СМУТНОЕ ВРЕМЯ СТОЯЛ НА ПЕРВОМ ПЛАНЕ, БЫЛО УВЕРЕНО, ЧТО Я В МИНСК ГУБЕРНАТОРОМ НЕ ВЕРНУСЬ, А ПРОКУРОР БИБИКОВ, УЕЗЖАЯ, ОТКРЫТО ЗАЯВИЛ СОБРАВШИМСЯ НА ПРОВОДЫ ЕГО ЛИЦАМ, ЧТО ОН ПРИВЕЗЕТ МЕНЯ ИЗ С.-ПЕТЕРБУРГА В ТЮРЬМУ.

    КАК ГРОМОМ ПОРАЗИЛО ЛИБЕРАЛЬСТВОВАВШИХ ЧИНОВНИКОВ МОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ, И ОНИ НЕ ПОСКУПИЛИСЬ НА ВЫРАЖЕНИЯ МНЕ ПРЕДАННОСТИ, СТОЛЬ НЕОЖИДАННО ВСПЫХНУВШЕЙ В ИХ СЕРДЦАХ.

    НА ДРУГОЙ ДЕНЬ КО МНЕ ЯВИЛОСЬ ДВОЕ ИЗ НАЧАЛЬНИКОВ ОТДЕЛЬНЫХ ЧАСТЕЙ В ВИЦ-МУНДИРНЫХ ФРАКАХ — ПИДЖАКИ ИСЧЕЗЛИ. ПЕРВЫЙ — ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КАЗЕННОЙ ПАЛАТЫ ЯСТРЕМБСКИЙ — РАССЫПАЛСЯ В УДИВЛЕНИИ К ПРОЯВЛЕННОЙ МНОЙ ТВЕРДОСТИ, А ВТОРОЙ — УПРАВЛЯЮЩИЙ АКЦИЗНЫМИ СБОРАМИ ДЬЯКОВ ЗАЯВИЛ, ЧТО ОН СДЕЛАЛ РАСПОРЯЖЕНИЕ, ЧТОБЫ ПОДВЕДОМСТВЕННЫЕ ЕМУ ЧИНОВНИКИ ВЫПИСЫВАЛИ И ЧИТАЛИ ГАЗЕТУ «СВЕТ». Я НЕ МОГУ НЕ ОТМЕТИТЬ ЭТИ КУРЬЕЗНЫЕ НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД ЭПИЗОДЫ, ТАК КАК ОНИ ДОКАЗЫВАЮТ, НАСКОЛЬКО НЕУСТОЙЧИВЫ БЫЛИ ЧАСТО МЕСТНЫЕ ВЫСШИЕ ЧИНЫ, НА КОТОРЫХ ВЛАСТИ В СЕРЬЕЗНЫХ СЛУЧАЯХ ПРИХОДИЛОСЬ ОПИРАТЬСЯ. КАДЕТСТВУЮЩЕЕ ЧИНОВНИЧЕСТВО СЧИТАЛО НРАВСТВЕННО ДОПУСТИМЫМ ПОЛУЧАТЬ ОТ ПРАВИТЕЛЬСТВА СОДЕРЖАНИЕ И ОДНОВРЕМЕННО ПРОЯВЛЯТЬ ПО ОТНОШЕНИЮ К НЕМУ ОППОЗИЦИЮ.

    ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ИЗ С.-ПЕТЕРБУРГА СТАЛИ ПОСТУПАТЬ ОПРЕДЕЛЕННЫЕ ТЕЛЕГРАММЫ: НЕ ДОПУСКАТЬ НИКАКИХ НАРУШЕНИЙ ПОРЯДКА И НЕМЕДЛЕННО ПОКОНЧИТЬ С ПОЧТОВОЙ ЗАБАСТОВКОЙ, ПРЕДЛОЖИВ НЕЖЕЛАЮЩИМ ПРИСТУПИТЬ К РАБОТЕ [59] ИЛИ ПОДАТЬ В ОТСТАВКУ, И ОЧИСТИТЬ НАХОДИВШИЕСЯ В ИХ РАСПОРЯЖЕНИИ КАЗЕННЫЕ КВАРТИРЫ. ТВЕРДОСТЬ ПРИКАЗАНИЙ ПРОИЗВЕЛА НЕМЕДЛЕННОЕ ДЕЙСТВИЕ: ЗАБАСТОВКА ПРЕКРАТИЛАСЬ И НИ О КАКИХ ПУБЛИЧНЫХ АНТИПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ ВЫСТУПЛЕНИЯХ НЕ БЫЛО И РЕЧИ.

    НЕ ПРЕКРАТИЛАСЬ ТОЛЬКО ПОДПОЛЬНАЯ РАБОТА РЕВОЛЮЦИОННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ. ПОД ЭКИПАЖ ЕХАВШЕГО КО МНЕ С РАПОРТОМ ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕРА БЫЛА БРОШЕНА БОМБА, КОТОРАЯ, К СЧАСТЬЮ, НЕ РАЗОРВАЛАСЬ, А ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ Я БЫЛ ПОРАЖЕН ВХОДОМ КО МНЕ В КАБИНЕТ БЕЗ ДОКЛАДА ПОМОЩНИКА ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕРА, КОТОРЫЙ, ОСТАНОВИВШИСЬ НА ПОРОГЕ, ПРОИЗНЕС ТОЛЬКО ОДНУ ФРАЗУ: «ВАШЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО, В МЕНЯ СТРЕЛЯЛИ, И Я РАНЕН». ТАК КАК ОН МОМЕНТАЛЬНО ИСЧЕЗ, ТО Я, ОБЕСПОКОЕННЫЙ ПРОИСШЕДШИМ, ВЫЗВАЛ ПО ТЕЛЕФОНУ ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕРА, ОТ КОТОРОГО И УЗНАЛ, ЧТО ЕГО ПОМОЩНИК РАНЕН НЕСКОЛЬКИМИ ПУЛЯМИ В СПИНУ И ПРЯМО ОТ МЕНЯ ПРОЕХАЛ В БОЛЬНИЦУ, ГДЕ ТОТЧАС ЖЕ ПОДВЕРГСЯ ОПЕРАЦИИ. ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ОДНА ИЗ ПУЛЬ ПОПАЛА ЕМУ В ПОЧКИ, И ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ НЕСЧАСТНЫЙ СКОНЧАЛСЯ.

    14 ЯНВАРЯ 1906 ГОДА В МЕНЯ БЫЛА БРОШЕНА ВТОРАЯ БОМБА. Я ПРИСУТСТВОВАЛ В СОБОРЕ НА ЗАУПОКОЙНОМ БОГОСЛУЖЕНИИ ПО НАЧАЛЬНИКУ ДИВИЗИИ; ПО ОКОНЧАНИИ ОТПЕВАНИЯ Я ВМЕСТЕ С ДРУГИМИ ДОЛЖНОСТНЫМИ ЛИЦАМИ ВЫНЕС И СТАЛ УСТАНАВЛИВАТЬ НА ПОГРЕБАЛЬНУЮ КОЛЕСНИЦУ ГРОБ УСОПШЕГО. ЗА МНОЙ СТОЯЛ С КРЕСТОМ В РУКАХ МИНСКИЙ АРХИЕПИСКОП, ПРЕОСВЯЩЕННЫЙ МИХАИЛ, ОКРУЖЕННЫЙ ДУХОВЕНСТВОМ. Я ПОЧУВСТВОВАЛ ЛЕГКИЙ УДАР В ГОЛОВУ И, ДУМАЯ, ЧТО С КРЫШИ СОБОРА СВАЛИЛСЯ КОМОК СНЕГА, ТАК КАК В ЭТО ВРЕМЯ БЫЛА ОТТЕПЕЛЬ, НЕ ОБРАТИЛ НА ЭТО НИКАКОГО ВНИМАНИЯ. ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО СЕКУНД КО МНЕ ПОДБЕЖАЛ ВЗВОЛНОВАННЫЙ ПРАВИТЕЛЬ КАНЦЕЛЯРИИ ГУБЕРНАТОРА СО СЛОВАМИ: «ВАШЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО! БОМБА!» Я ПОСМОТРЕЛ ВНИЗ И УВИДЕЛ ЛЕЖАВШИЙ У МОИХ НОГ ЧЕТЫРЕХУГОЛЬНЫЙ СВЕРТОК В СЕРОЙ БУМАГЕ. ПОЛИЦЕЙМЕЙСТЕР ПРОСИЛ МЕНЯ СЕСТЬ В ЭКИПАЖ И ЕХАТЬ ДОМОЙ, ЧТО Я И ИСПОЛНИЛ. НЕСКОЛЬКО МИНУТ СПУСТЯ ОН ЯВИЛСЯ КО МНЕ НА КВАРТИРУ И ДОЛОЖИЛ, ЧТО ТОТЧАС ЖЕ ПОСЛЕ МОЕГО ОТЪЕЗДА КАКАЯ-ТО ЖЕНЩИНА ПРОИЗВЕЛА НЕСКОЛЬКО ВЫСТРЕЛОВ ИЗ БРАУНИНГА, ПРИЧЕМ ПРОСТРЕЛИЛА ЕМУ ВОРОТНИК МУНДИРА И ВОРОТНИК ПАЛЬТО ЧИНОВНИКА ОСОБЫХ ПОРУЧЕНИЙ. К СЧАСТЬЮ, ОБА ЭТИ ВЫСТРЕЛА НЕ ПРИЧИНИЛИ ЭТИМ ЛИЦАМ НИКАКОГО ВРЕДА.
    ОДНОВРЕМЕННО МНЕ СООБЩИЛИ, ЧТО ВЕСЬ КАЗАЧИЙ ПОЛК, БЕЗ ОФИЦЕРОВ, УЗНАВ О ПОКУШЕНИИ НА МОЮ ЖИЗНЬ, СКАЧЕТ В ГОРОД, ЧТОБЫ РАСПРАВИТЬСЯ С РЕВОЛЮЦИОНЕРАМИ. ПОПЫТКИ ОФИЦЕРОВ УДЕРЖАТЬ ЛЮДЕЙ НЕ ДОСТИГЛИ РЕЗУЛЬТАТОВ, И [59] ТОЛЬКО КОГДА Я ПОСЛАЛ ИМ НАВСТРЕЧУ КОМАНДИРА ДЕЖУРНОЙ ЧАСТИ, ХОРУНЖЕГО ОБУХОВА, ПРИКАЗАВ ЕМУ ПЕРЕДАТЬ ОТ МОЕГО ИМЕНИ КАЗАКАМ, ЧТОБЫ ОНИ ВОЗВРАТИЛИСЬ В КАЗАРМЫ И НЕ НАРУШАЛИ ПОРЯДКА, ПОЛК ТОТЧАС ЖЕ ИСПОЛНИЛ МОЕ ТРЕБОВАНИЕ. ТАКИМ ОБРАЗОМ, ВНИМАНИЕ, ОКАЗАННОЕ МНОЙ УМЕРШЕМУ КАЗАЧЬЕМУ ОФИЦЕРУ ПРИСУТСТВИЕМ НА ПОХОРОНАХ, НЕСМОТРЯ НА ЕГО СМЕРТЬ ОТ ЗАРАЗНОЙ БОЛЕЗНИ, ОКАЗАЛО ГРОМАДНУЮ УСЛУГУ ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ ГОРОДА, ПРЕДОТВРАТИВ НЕИЗБЕЖНУЮ ВОЗМОЖНОСТЬ ВСЯКИХ ЭКСЦЕССОВ.
    ПРЕСТУПНИК, БРОСИВШИЙ В МЕНЯ БОМБУ, ОКАЗАЛСЯ ПУЛИХОВЫМ, А СТРЕЛЯВШАЯ ИЗ БРАУНИНГА ЖЕНЩИНА — ДОЧЕРЬЮ НАЧАЛЬНИКА АРТИЛЛЕРИИ IV АРМЕЙСКОГО КОРПУСА ИЗМАИЛОВИЧ. ОБА БЫЛИ АРЕСТОВАНЫ.
    ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ПУЛИХОВ БРОСИЛ БОМБУ ВВЕРХ В РАСЧЕТЕ, ЧТО ОНА УПАДЕТ НА ЗЕМЛЮ И РАЗОРВЕТСЯ, НО ОНА КРАЕМ ОЦАРАПАЛА МНЕ ГОЛОВУ, А ЗАТЕМ ПО РУКАВУ ВЫШИТОГО ЗОЛОТОМ ПРИДВОРНОГО МУНДИРА ТИХО СКАТИЛАСЬ К МОИМ НОГАМ. В 4 ЧАСА ДНЯ, ЗА НЕИМЕНИЕМ СПЕЦИАЛИСТОВ ПО РАЗРЯЖЕНИЮ БОМБ, ОНА БЫЛА ПОЛОЖЕНА В УСТРОЕННЫЙ СРЕДИ ПЛОЩАДИ, МЕЖДУ ГУБЕРНАТОРСКИМ ДОМОМ И СОБОРОМ, КОСТЕР. ВЗРЫВ БЫЛ ТАК СИЛЕН, ЧТО В ПРИЛЕГАВШИХ К ПЛОЩАДИ ЗДАНИЯХ БЫЛИ ВЫБИТЫ ВСЕ СТЕКЛА.
    ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ОБА ПРЕСТУПНИКА БЫЛИ СУДИМЫ В ВОЕННОМ СУДЕ И ПРИГОВОРЕНЫ К СМЕРТНОЙ КАЗНИ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО Я УКАЗЫВАЛ ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ВОЕННОГО СУДА О НЕЖЕЛАТЕЛЬНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ТАКОГО НАКАЗАНИЯ, ТАК КАК СОВЕРШЕННОЕ ПУЛИХОВЫМ И ИЗМАИЛОВИЧ ДЕЯНИЕ ЯВЛЯЛОСЬ ЛИШЬ ПОКУШЕНИЕМ НА ПРЕСТУПЛЕНИЕ. КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ ВИЛЕНСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА ЗАМЕНИЛ ДЛЯ ИЗМАИЛОВИЧ, СМЕРТНУЮ КАЗНЬ КАТОРЖНЫМИ РАБОТАМИ, А В ОТНОШЕНИИ ПУЛИХОВА ПРИГОВОР СУДА УТВЕРДИЛ.
    ВВИДУ ВСЕХ ЭТИХ СОБЫТИЙ И НЕПРЕКРАЩАВШЕГОСЯ В МИНСКЕ РЕВОЛЮЦИОННОГО ДВИЖЕНИЯ, МИНИСТР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ ВТОРИЧНО ВЫЗВАЛ МЕНЯ В С.-ПЕТЕРБУРГ ДЛЯ ДОКЛАДА, ЧЕМУ Я БЫЛ ОЧЕНЬ РАД, ТАК КАК В СКОРОМ ВРЕМЕНИ В ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕМ СЕНАТЕ ДОЛЖНЫ БЫЛИ БЫТЬ ЗАСЛУШАНЫ МОИ ОБЪЯСНЕНИЯ ПО ПОВОДУ СОБЫТИЙ 18 ОКТЯБРЯ.
    ПРИ СВИДАНИИ С П. Н. ДУРНОВО, ПОСЛЕДНИЙ СКАЗАЛ МНЕ, ЧТО МЕНЯ ЖЕЛАЕТ ВИДЕТЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ СОВЕТА МИНИСТРОВ, ГРАФ ВИТТЕ. «ВЫ НАЙДЕТЕ У НЕГО СОЧУВСТВИЕ ВАШИМ ВЗГЛЯДАМ ПО ЕВРЕЙСКОМУ ВОПРОСУ, ХОТЯ Я СОВЕРШЕННО НЕСОГЛАСЕН С ВАШИМ ПРЕДСТАВЛЕНИЕМ ГЕНЕРАЛУ ТРЕПОВУ О НЕОБХОДИМОСТИ ЕВРЕЙСКОГО РАВНОПРАВИЯ»,— СКАЗАЛ МНЕ П. Н. ДУРНОВО. Я ОТВЕТИЛ, ЧТО ПОСЛЕ ОТЗЫВА ГРАФА ВИТТЕ ОБО МНЕ МИНСКОЙ ДЕПУТАЦИИ Я НЕ ЖЕЛАЛ БЫ ЕХАТЬ К НЕМУ [

    …ДАЛЬНЕЙШЕЕ ПРЕБЫВАНИЕ В МИНСКЕ НИКАКИМИ ОСОБЕННЫМИ СОБЫТИЯМИ НЕ ОЗНАМЕНОВАЛОСЬ. Я МОГУ СКАЗАТЬ, ЧТО В МИНСКОЙ ГУБЕРНИИ НЕ БЫЛО РАЗГРОМЛЕНО НИ ОДНО ИМЕНИЕ, ПОРЯДОК БОЛЕЕ НЕ НАРУШАЛСЯ, А ГРОЗИВШИЙ В МАЕ ЕВРЕЙСКИЙ ПОГРОМ БЫЛ ПРЕДОТВРАЩЕН.
    ЕВРЕЙСКИЕ ПОГРОМЫ ЯВЛЯЮТСЯ ТОЛЬКО ИЗВЕСТНОЙ ЧАСТЬЮ ОБЩЕГО ВОПРОСА О ПОЛОЖЕНИИ ЕВРЕЙСТВА В РОССИИ. НА ПРАКТИКЕ Я ТОЛЬКО В МИНСКОЙ ГУБЕРНИИ СТАЛ С НИМ ЛИЦОМ К ЛИЦУ, КАК СТАЛ БЛИЗКО К ДРУГОМУ ВОПРОСУ — ПОЛЬСКОМУ И ТЕСНО С НИМ СВЯЗАННОМУ ВОПРОСУ — КАТОЛИЧЕСКОМУ.

    ПРОСЛУЖИВ ВСЮ ЖИЗНЬ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ РОССИИ, Я ИМЕЛ ТОЛЬКО ОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ ОБ ЭТИХ ВОПРОСАХ, НО ЗНАКОМСТВО МОЕ ОГРАНИЧИВАЛОСЬ СООБЩЕНИЯМИ ПРЕССЫ И ТОЛКАМИ В ОБЩЕСТВЕ. МНЕ НЕ ПРИХОДИЛОСЬ НАД НИМИ СЕРЬЕЗНО ЗАДУМЫВАТЬСЯ, А, ГЛАВНОЕ, НА ПРАКТИКЕ САМОМУ ПРИНИМАТЬ УЧАСТИЕ В ИХ РАЗРЕШЕНИИ. В МИНСКЕ Я ВСТРЕТИЛСЯ С ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЙ ЖИЗНЬЮ.

    С ПЕРВЫХ ЖЕ ДНЕЙ ВСТУПЛЕНИЯ В ДОЛЖНОСТЬ МИНСКОГО ГУБЕРНАТОРА, КО МНЕ ОБРАЩАЛИСЬ СОТНИ ЛИЦ ПО ВОПРОСУ О ПРАВЕ ЖИТЕЛЬСТВА.

    …В МИНСКОЙ И ПОДОБНЫХ ЕЙ ГУБЕРНИЯХ ВОЗНИКЛИ ТАК НАЗЫВАЕМЫЕ МЕСТЕЧКИ, КОЛИЧЕСТВО КОТОРЫХ БЫЛО ОЧЕНЬ ЗНАЧИТЕЛЬНО. ТАК КАК В НИХ ЕВРЕЙСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ БЫЛО КРАЙНЕ СКУЧЕНО И ЕВРЕИ ПРАВА ПРИОБРЕТЕНИЯ ЗЕМЛИ НЕ ИМЕЛИ, ТО ОНО ДЛЯ ПОДДЕРЖКИ СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ ЗАХВАТЫВАЛО В СВОИ РУКИ ТОРГОВЛЮ И ПРОМЫСЛЫ, ЧТО ВЫЗЫВАЛО РАЗДРАЖЕНИЕ НЕЕВРЕЙСКОЙ ЧАСТИ НАСЕЛЕНИЯ, МАЛО СПОСОБНОГО ПО СВОЕМУ ХАРАКТЕРУ К ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БОРЬБЕ С ЕВРЕЯМИ. ОДНОВРЕМЕННО УКАЗАННЫЕ УСЛОВИЯ ПРОЖИВАНИЯ ЕВРЕЕВ В ЧЕРТЕ ОСЕДЛОСТИ И В УПОМЯНУТЫХ ВЫШЕ МЕСТЕЧКАХ ВЫЗЫВАЛИ УЖЕ СРЕДИ НИХ ОЗЛОБЛЕНИЕ К ПРАВИТЕЛЬСТВУ. ЕСЛИ К ЭТОМУ ПРИБАВИТЬ ДРУГИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ, В ТОМ ЧИСЛЕ ЗАТРУДНЕНИЯ ПРИ ПОСТУПЛЕНИИ ЕВРЕЙСКОЙ МОЛОДЕЖИ В УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ, НЕ ТОЛЬКО ВЫСШИЕ, НО ДАЖЕ И СРЕДНИЕ, ТО ЕСТЕСТВЕННО, ЧТО ОНА ЛЕГКО ПРИМЫКАЛА К АНТИПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМ ПАРТИЯМ, ЧЕМ И ОБЪЯСНЯЕТСЯ РАЗВИТИЕ В ЭТИХ МЕСТНОСТЯХ ЕВРЕЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ПАРТИИ «БУНД», СЫГРАВШЕЙ ЗНАЧИТЕЛЬНУЮ РОЛЬ КАК В ВОЛНЕНИЯХ 1905 ГОДА, ТАК РАВНО И В САМОЙ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. БОЛЕЕ СОСТОЯТЕЛЬНАЯ И БЛАГОРАЗУМНАЯ ЧАСТЬ ЕВРЕЙСТВА НЕ ПРИНИМАЛА УЧАСТИЯ В ЭТОМ ДВИЖЕНИИ, НО БЫЛА НЕ В СИЛАХ УДЕРЖАТЬ СВОЮ МОЛОДЕЖЬ И ИСКОРЕНИТЬ В СЕБЕ [64]
    ЧУВСТВО РАЗДРАЖЕНИЯ ПРОТИВ ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ ПРАВИТЕЛЬСТВА. КРОМЕ НЕДОВОЛЬСТВА, ВЫЗЫВАЕМОГО СРЕДИ ЕВРЕЕВ, МЕРОПРИЯТИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА ИМЕЛИ И ИНУЮ ДУРНУЮ СТОРОНУ, РАЗВРАЩАЯ АДМИНИСТРАЦИЮ, В РУКАХ КОТОРОЙ БЫЛИ СОСРЕДОТОЧЕНЫ ЕВРЕЙСКИЕ ДЕЛА, И ПОДДЕРЖИВАЯ СРЕДИ МЕСТНОГО НАСЕЛЕНИЯ ВРАЖДУ ПРОТИВ ЕВРЕЕВ. В ЭТОЙ ПОСЛЕДНЕЙ КРОЕТСЯ, ПО МОЕМУ МНЕНИЮ, ОДНА ИЗ ГЛАВНЫХ ПРИЧИН ЕВРЕЙСКИХ ПОГРОМОВ, В КОТОРЫХ ЭТИМ И ОГРАНИЧИВАЕТСЯ «УЧАСТИЕ» ПРАВИТЕЛЬСТВА. … "

    Справка:

    Павел Григорьевич Курлов (1860 — 20 июня 1923) — генерал-лейтенант, губернатор киевский, минский, товарищ министра внутренних дел и главноначальствующий отдельного корпуса жандармов. После Февральской революции 28 февраля (13 марта) был арестован Временным правительством. Несколько месяцев провёл в заключении в Петропавловской крепости, затем в Выборгской одиночной тюрьме. Допрашивался Чрезвычайной следственной комиссией. Был переведён по состоянию здоровья под домашний арест в августе 1917 года. В августе 1918 года выехал за границу, спасаясь от красного террора.

    В эмиграции принимал участие в деятельности монархических организаций. Скончался 20 июня 1923 года в Берлине. Похоронен 23 июня 1923 года на кладбище Тегель Погост Тегель.

    3 комментария

    avatar
    В МИНСКОЙ И ПОДОБНЫХ ЕЙ ГУБЕРНИЯХ ВОЗНИКЛИ ТАК НАЗЫВАЕМЫЕ МЕСТЕЧКИ, КОЛИЧЕСТВО КОТОРЫХ БЫЛО ОЧЕНЬ ЗНАЧИТЕЛЬНО. ТАК КАК В НИХ ЕВРЕЙСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ БЫЛО КРАЙНЕ СКУЧЕНО И ЕВРЕИ ПРАВА ПРИОБРЕТЕНИЯ ЗЕМЛИ НЕ ИМЕЛИ, ТО ОНО ДЛЯ ПОДДЕРЖКИ СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ ЗАХВАТЫВАЛО В СВОИ РУКИ ТОРГОВЛЮ И ПРОМЫСЛЫ
    Бедненькие. Жили скученно и поэтому захватывали промыслы. Заводики? Коррупция?
    Земли не имели. Правда???? А во времена Державина же всё было совсем иначе… Но ведь царская власть столько печенек и плюшек предложила! Никому столько не досталось на захапанной земле Рэчы. Синагог же — как грибов после дождя — наросло. Хоть и раньше было полно. Просто народ обиженный не очень желал Магдебургского права. Нафик? Магнаты же ручались и поручали… Потом, правда, получили — как в песенке «всё хорошо, прекрасная маркиза»
    Это христианские храмы исчезали и перестраивались на нужды царизма…
    Добегались, кста. Пришли советы и отпогромили так, что до сих пор воспевать не останавливаются — советскую власть.
    0
    avatar
    кста, вот интересно рассуждают потомки рождённых в этой страшной скученности тутейших местечек — во-первых они почему-то очень презирают потомков тутейших крестьян, превращённых их дедами с маузером, в колхозных рабов.
    Но презирают не за то, что предки колхозников, дали себя закабалить советским рабством, а за то, что у тех, в деревнях, до сих пор клозетов достойных нет. Точно, нет? Деревень — точно нет. Повымерли.
    А вот же есть свидетельства, что в немцы в 15-м учили именно этих городских, как надо со смуродом бороться. Но не в коня корм. Сов.власть доказала. Ну, ладно… Там же библиотеки были, у скученных, на каждом шагу — даже если и клозеты не помещались…
    Зачем учиться у природы, правда? Спецом для советских деток настрочены были эвересты книжек — про дедушку Ленина.
    Выхоўвайцеся, паравозікі!
    0
    avatar
    Террористы, организованные в нац.фашины, в результате победили. И благодарные совочки (из тех, что с процентом в крови)до сих пор называют их «поколением Героев»:

    Я ВМЕСТЕ С ДРУГИМИ ДОЛЖНОСТНЫМИ ЛИЦАМИ ВЫНЕС И СТАЛ УСТАНАВЛИВАТЬ НА ПОГРЕБАЛЬНУЮ КОЛЕСНИЦУ ГРОБ УСОПШЕГО. ЗА МНОЙ СТОЯЛ С КРЕСТОМ В РУКАХ МИНСКИЙ АРХИЕПИСКОП, ПРЕОСВЯЩЕННЫЙ МИХАИЛ, ОКРУЖЕННЫЙ ДУХОВЕНСТВОМ. Я ПОЧУВСТВОВАЛ ЛЕГКИЙ УДАР В ГОЛОВУ И, ДУМАЯ, ЧТО С КРЫШИ СОБОРА СВАЛИЛСЯ КОМОК СНЕГА, ТАК КАК В ЭТО ВРЕМЯ БЫЛА ОТТЕПЕЛЬ, НЕ ОБРАТИЛ НА ЭТО НИКАКОГО ВНИМАНИЯ. ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО СЕКУНД КО МНЕ ПОДБЕЖАЛ ВЗВОЛНОВАННЫЙ ПРАВИТЕЛЬ КАНЦЕЛЯРИИ ГУБЕРНАТОРА СО СЛОВАМИ: «ВАШЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО! БОМБА!» Я ПОСМОТРЕЛ ВНИЗ И УВИДЕЛ ЛЕЖАВШИЙ У МОИХ НОГ ЧЕТЫРЕХУГОЛЬНЫЙ СВЕРТОК В СЕРОЙ БУМАГЕ.
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.