Азия
  • 569
  • Гонконг: перспективы протеста


    Картинка к последней копипасте (из Карнеги)

    5 СЕНТЯБРЯ 2019, э. ЕЖ, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

    ПРОТЕСТ В ГОНКОНГЕ ПОБЕЖДАЕТ. ЭТО ПЛОХАЯ ДЛЯ КРЕМЛЯ НОВОСТЬ




    В минувшую среду глава администрации Гонконга Кэрри Лам заявила о том, что закон об экстрадиции, который стал первопричиной массовых уличных демонстраций в Гонконге, отозван. То есть он не убран в стол, не заморожен, этого закона больше нет. Все обозреватели сходятся во мнении, что, несмотря на то, что выполнено всего одно требование демонстрантов из пяти, это большая и крайне важная победа горожан. Очевидно, что Китай пока отступил. Впрочем, возможно, это лишь тактическая уловка. Всего за день до отзыва скандального закона председатель КНР Си Цзиньпин заявил о неослабевающей готовности руководства страны «решительно бороться с любыми вызовами, угрожающими суверенитету и безопасности Китая». Это ясный сигнал о том, что сценарий вооруженной интервенции с материка с повестки вовсе не снят.

    Волнения в Гонконге в начале прошедшего лета начались после того, как огромное число людей посчитало, что закон, позволяющий экстрадировать местных граждан по запросу из материкового Китая и отдавать их в руки китайскому правосудию, прямо противоречит положению «одно государство, две системы». В иные дни количество демонстрантов доходило на улицах до двух миллионов человек. Весь мир стал свидетелем ожесточенных схваток с полицией, блокировки целых городских районов, захватом митингующими аэропорта и железнодорожного вокзала. Важно отметить, что за почти уже три месяца яростных уличных протестов список требований демонстрантов существенно увеличился. Теперь он состоит из пяти пунктов, в числе которых радикальная реформа избирательного законодательства, предусматривающая введение прямого избирательного права, требование укоротить полицию, действующую чрезвычайно жестко, и немедленно отпустить на свободу всех задержанных на демонстрациях… Именно поэтому лидеры гонконгского протеста теперь утверждают, что отзыва закона об экстрадиции теперь недостаточно для того, чтобы люди покинули улицы. Администрация в случае, если накал уличной борьбы в ближайшее время не спадет, грозит чрезвычайным положением и введением войск материкового Китая, которые, к слову, уже сконцентрированы в соседнем городе Шэньчжэнь. Но, как бы там ни было, мы в очередной раз стали свидетелями того, что бескомпромиссный и массовый уличный протест – это мощный и эффективный инструмент в руках народа в тех случаях, когда электоральное волеизъявление не может в силу тех или иных причин решить проблем, стоящих перед обществом







    Это, конечно, крайне неприятное и досадное напоминание для Кремля. Мощнейший Китай (а все свои действия сегодня администрация Гонконга, конечно, согласовывает с руководством Поднебесной), вторая экономика в мире, вынужден отступать под натиском уличного протеста! И все это происходит в тот же самый момент, то есть практически одновременно с новой протестной волной, прокатившейся по российской столице. Тут, разумеется, многие укажут на то, что на этом месте схожесть российского и гонконгского протестов заканчивается. Дескать, там выходили миллионы, а у нас в лучшем случае десятки тысяч, там жестко отвечали на беспредел полиции, а у нас, понурив головы, смотрели на все бесчинства людей в форме, там захватывали аэропорт, а у нас два часа посидели напротив дверей Мосгоризбиркома, там люди готовы до конца отстаивать свои права, а у нас легко ведутся на политтехнологические обманки, которые подсовывает власть, пытаясь сбить протестную волну. Все так, но есть одно важное обстоятельство, которое не позволяет кремлевцам безмятежно почивать на лаврах и с любопытством наблюдать за тем, какую из разнообразных технологий оппозиция применит на их «выборах».

    Никто точно не знает, в какой момент уличный протест, который до поры до времени был малочисленным и беззубым, вдруг в одночасье становится массовым, жестким и бескомпромиссным. Тут нет никаких твердых, подтвержденных историей закономерностей, по-разному случается. А в Кремле прекрасно осознают: массовый уличный протест – это такой оппозиционный формат, который единственный реально угрожает любым диктаторским авторитарным конструкциям… Вон, если даже Китай не справляется и отступает.

    Алексей Макаркин, политолог, заместитель директора Центра политических технологий:
    ej.ru/?a=note&id=34155

    Первое октября – юбилей победы коммунистов в гражданской войне в Китае. И Си Цзиньпину надо к этому моменту каким-то образом урегулировать вопрос с Гонконгом, потому что если торжества пройдут на фоне протестов, это воспримут в Китае как слабость. Си Цзиньпин, по многочисленным данным, хотел бы продлить своё пребывание во главе страны. На последнем съезде ЦК КПК ему не избрали приемника. В Китае есть обычай, согласно которому у власти можно находиться только два срока, но это нигде не закреплено, и, соответственно, это можно пересмотреть.

    И возникает вопрос, проголосуют ли «за». Китай – олигархия, а не диктатура. В таких условиях товарищ Си должен удовлетворить требования партийной верхушки, многие в рядах которой уже его не любят и считают слишком авторитарным. Поэтому он, с одной стороны, подтянул к Гонконгу войска, однако люди не испугались. Там подросло поколение активных людей. Кроме того, идёт время. Гонконг перешёл под контроль Китая в 97-м году, и им обещали 50 лет «управляемой демократии»: сохранение рыночной экономики и политического плюрализма, низкую роль правящей партии, но при этом – управляемые выборы, на которых побеждают сторонники Китая.

    Когда соглашение подписывалось, казалось, что 50 лет – очень много. Но для нового поколения это уже мало. Сейчас осталось уже меньше 30, и, значит, меньше чем через три десятилетия гонконгцам придётся жить с парткомами, министерством государственной безопасности, цензурой и прочим. Соответственно, протест не спадает, люди исходят из того, что если они отступят, то получат такие же порядки, как в Китае, уже при своей жизни.

    Кроме того, когда англичане подписывали соглашение, они, возможно, рассчитывали, что за 50 лет Китай пройдёт путь в сторону демократизации, и в результате не он поглотит Гонконг, а демократические порядки из Гонконга придут в основной Китай. Но при Си вместо плюрализма усиливается китайский национализм с сохранением гегемонии коммунистической партии. Это, понятное дело, не нравится молодым людям, живущим в Гонконге.

    Поэтому военные манёвры ни к чему не привели, тем более что по положению договора Китай не имеет права вводить войска. Если договор нарушит, будут санкции, а Пекин уже втянут в «торговую войну». Ситуация в китайской экономике и так сложная, темпы роста падают, хотя и остаются огромными по сравнению, например, с Россией.

    Но раз не получается подавить силой, придётся уступать. Гонконгские власти получили от Китая разрешение отозвать закон, который позволял выдавать преступников из Гонконга на материк. Понятно, что значение слова «преступник» в Гонконге и Пекине разное. И если бы отмена законопроекта последовала бы сразу за началом протестов, то их удалось бы сбить, расколов протестующих на умеренных и радикальных. Но сейчас это не получается, протесты длились долгое время, появились новые требования: отставка руководительницы Гонконга и, самое главное, изменение избирательной системы в сторону демократических выборов.

    При этом для Си Цзиньпина сама отмена закона – это уже много, он настоял на том, чтобы тот был просто заморожен. А для протестующих это, наоборот, мало. Отставка прокитайского политика или тем более изменение избирательной системы Си совсем неприемлемы, так как будут смотреться как капитуляция. Так что протесты продолжатся, может быть – в меньших объёмах, хотя, если появится новый раздражитель, они снова вспыхнут. Даже законопроект, который не касается коренных гонконгцев, вызвал многомесячные демонстрации. Кроме того, за время протестов запросы людей выросли.


    12.09.2019. Carnegie, Павел Бажанов (ссылки не копировал)

    Гонконгская мечта. Чего реально смогут добиться протестующие в Гонконге


    Проект изменений в ордонанс (条例), разрешающий выдачу подозреваемых в материковый Китай и иностранные государства, три месяца назад стал причиной самых массовых и длительных протестов в истории Гонконга. Исполнительный секретарь Гонконга Кэрри Лам в надежде стабилизировать вышедшую из-под контроля ситуацию, 4 сентября неожиданно для всех объявила о «формальном отзыве» (撤回) поправки. Однако такое решение могло удовлетворить протестующих разве что на начальном этапе, а сейчас этого уже явно недостаточно.

    Большинство протестующих вместе с представителями демократического лагеря в парламенте теперь настаивают на выполнении «пяти основных требований» (五大訴求). Помимо отмены законопроекта о выдаче, они требуют также создать независимую комиссию для расследования действий полиции, перестать квалифицировать протесты как бунты или массовые беспорядки, провести амнистию для ранее арестованных и ввести прямые выборы главы автономии и парламента. Но для выполнения этих требований мало одной политической воли гонконгских властей – некоторые пункты вовсе неосуществимы в рамках нынешней правовой системы Гонконга.

    Требуйте невозможного
    Отзыв ордонанса об экстрадиции можно считать политически решенным вопросом. Для этого достаточно заявления от уполномоченного представителя правительства, хотя протестующим и придется подождать до открытия осенней сессии Законодательного совета Гонконга в октябре. А пока законопроект будет по-прежнему ожидать второго чтения.

    Второе требование – создание независимой комиссии для расследования действий полиции – возникло на фоне беспрецедентной для Гонконга жестокости полицейских при разгоне митингов и равнодушного отношения властей к нападению триад на протестующих на станции метро «Юэньлун».

    Власти уже предложили провести разбирательство через существующий Независимый совет по жалобам на полицию (Independent Police Complaints Council), но это предложение не устраивает участников протестов. Действующий Совет не обладает полномочиями, достаточными для привлечения полицейских к ответственности. Более того, в Совете лишь два недавно назначенных представителя сочувствуют протестующим, а остальные (27 из 29) лояльны пропекинским партиям. При таком раскладе неудивительно, что руководитель Совета даже не заявляет о возможном наказании полицейских за жестокость.

    Создать действительно независимую комиссию в теории возможно, но наделить ее особыми полномочиями не получится без изменений в местное законодательство. Для этого личного согласия Кэрри Лам недостаточно – законы принимает гонконгский парламент, в котором большинство составляют пропекинские депутаты.

    А вот амнистия арестованных возможна на основании действующего законодательства. Статья 15 ордонанса «Об уголовном процессе» позволяет секретарю юстиции отказаться от уголовного преследования любых обвиняемых в случае, «если, по его мнению, интерес общественной справедливости не требует его вмешательства». Законодательство Гонконга допускает проведение амнистии в виде отказа от возбуждения уголовных дел, поэтому вопрос амнистии больше политический, чем правовой.

    Отмена квалификации протестов как бунта (массовых беспорядков) появилась в списке требований еще в июне – после митинга 12 июня и заявления руководителя полиции Гонконга. В отличие от «незаконного собрания» (до пяти лет лишения свободы) массовые беспорядки являются более тяжким преступлением и наказываются лишением свободы на срок до десяти лет при разбирательстве по обвинительному акту (trial on indictment). За все время протестов в Гонконге (с начала июня до 9 сентября) было арестовано около 1,2 тысячи человек, из них более двумстам уже предъявили обвинения. Четверть из них обвиняются в организации бунтов.

    Полиция не уполномочена определять, по каким статьям привлекать задержанных к ответственности, поэтому это требование также обращено к секретарю юстиции. Максимальный приговор в Гонконге выносится только Высоким судом Гонконга (приговоры окружных судей – до семи лет лишения свободы, судей магистрата – до двух). Окончательное решение о квалификации преступления и ответственности за него может вынести только суд.

    Последнее требование протестующих – проведение прямых выборов главы города и гонконгского парламента – однозначно невыполнимое. За это в 2014 году боролись участники «революции зонтиков» и ничего не добились. Законодательный совет Гонконга формируется по смешанной системе, в которой лишь половина депутатов избирается на прямых выборах от территориальных округов. Вторую половину избирают по функциональным округам, представляющим деловые и профессиональные сообщества Гонконга.

    Именно благодаря такой системе пропекинские партии сохраняют контроль над парламентом: на последних выборах они получили 40 мест против 29 у оппозиции. В то же время на прямых выборах в территориальных округах в среднем по городу пропекинские партии набирают не более 40% голосов избирателей. Также много вопросов вызывают критерии, по которым создаются функциональные округа, правила допуска новых организаций в состав избирателей округа и злоупотребления на выборах депутатов от функциональных округов.

    Глава города тоже не избирается, а назначается Избирательной комиссией из 1200 выборщиков. Выборщики представляют интересы деловых сообществ, и ни один из них не избирается на всеобщих выборах. При этом соотношение между количеством избирателей и избираемых ими представителей может быть меньше одного к трем (к примеру, 154 избирателя от сельского хозяйства и рыболовства избирают 60 представителей в Избирательную комиссию).

    Такая система дает непропорциональное представительство деловому сообществу, поэтому вызывает обоснованное недовольство большинства жителей города. Тем не менее гонконгские власти тут ничего поделать не могут. Правила выборов исполнительного секретаря специального административного района (САР) и Законодательного совета определены приложениями к Основному закону САР Гонконг, который, в отличие от остальных нормативных правовых актов Гонконга, имеет статус «закона» (法), а не «ордонанса» (条例). Такой статус означает, что внести изменения в данный закон может только Пекин в лице Всекитайского собрания народных представителей КНР или его Постоянного комитета, для которого такая уступка была бы слишком щедрым подарком протестующим и окончательной потерей лица перед собственным населением.

    Час свободы пробил
    Уже давно отмечено, что протесты влияют на идентичность жителей Гонконга: на пике протестов снижается количество жителей, считающих себя китайцами, и увеличивается число гонконгцев.

    Университет Гонконга исследует феномен флюидной идентичности в Гонконге с 1997 года и выделяет три категории самоидентификации: «гонконгцы» (включая «китайских гонконгцев»), жители со «смешанной идентичностью» и «китайцы» (включая «гонконгских китайцев»). После передачи Гонконга КНР в 1997 году около 60% жителей считали себя гонконгцами или китайскими гонконгцами и около 40% – китайцами или гонконгскими китайцами. В конце 2018-го соотношение составляло 66% к 32% в пользу первой группы.

    Последний опрос, проведенный Университетом Гонконга в конце июня после первых массовых демонстраций, показал рост доли гонконгцев до 76% против 23% китайцев. В дальнейшем этот разрыв мог только увеличиться, особенно после появления угрозы использования китайской армии.

    В долгосрочной перспективе доля людей, считающих себя гонконгцами, будет увеличиваться: большинство жителей Гонконга в возрасте от 18 до 29 лет (около 75%) считают себя «чистыми гонконгцами» без какой-либо связи с Китаем. Именно они составляют костяк протеста с лозунгами вроде «освобождения Гонконга» и «революции наших времен». Это говорит о серьезной проблеме с интеграцией Гонконга, которую КНР будет сложно исправить до 2047 года – за оставшийся срок существования автономии.

    Фактически КНР может восстановить китайское большинство в Гонконге только через размытие гонконгского населения, сняв ограничения на получение постоянного вида на жительство для материковых китайцев. Сейчас Гонконг разрешает получать вид на жительство не более 150 гражданам КНР в день, запрещает жителям материка работать «иностранными домашними помощниками» и даже исключает материковых китайцев из программ для получения права на постоянное проживание для инвесторов и предпринимателей.

    Параллельно численность китайцев, получающих вид на жительство в Гонконге, снижается за счет повышения уровня жизни в крупных китайских городах. Продолжая привлекать кадры из Гонконга на работу в материковой части страны, КНР повышает лояльность переехавших. Таким образом, происходит вымывание из Гонконга людей, жизнь и карьера которых плотно связывается с материком.

    Перспективы успеха гонконгской «национально-освободительной революции» сложно рассматривать всерьез (хотя у нее есть и флаг, и гимн ). Тем не менее разрыв между основной частью Китая и Гонконга увеличивается и может еще не раз стать причиной подобных протестов.

    Что будет дальше?
    Пекин не допустит, чтобы гонконгские протесты перекинулись на материк – этому препятствует и усиление контроля над всем происходящим на основной территории КНР, и растущее непонимание между гонконгцами, искренне верящими в свою исключительность, и материковыми китайцами, считающими протесты непатриотичными. Официальная точка зрения китайских СМИ об иностранном вмешательстве в протесты точно бьет по чувству национальной гордости китайцев.

    Несмотря на все ограничения, в Гонконге все еще существуют демократически избираемые советы округов и парламентская оппозиция. Поэтому в ближайшей перспективе результаты протестов отразятся на выборах – лояльных власти кандидатов ждет провал из-за открытой поддержки законопроекта об экстрадиции и неспособности его отстоять.

    Гонконг состоит из 16 округов, управляемых местными советами. 15 из 16 окружных советов контролируются лоялистами, а ближайшие выборы должны пройти уже в ноябре. Выборы в Законодательный совет Гонконга запланированы на сентябрь 2020 года. В отличие от городского парламента советы округов формируются через прямые выборы, а разница в голосах между победителем и проигравшим может составлять меньше ста человек. Если гонконгская оппозиция сможет выставить единых кандидатов, то у нее есть шансы на победу почти во всех местных советах.

    Результаты выборов в советы округов и парламент могут позволить оппозиции реанимировать проект «Шторм» и конвертировать контроль над местными советами и парламентом в дополнительные места в Выборной комиссии, которая сейчас в Гонконге избирает главу города (сейчас в комиссии лоялисты контролируют 66% мест). Это не отменит необходимости согласовывать выбор главы города с центральной властью и, скорее всего, не даст оппозиции контроль над комиссией, но потребует от Пекина большей осторожности в выборе кандидата на место исполнительного секретаря.

    Нарушить эти планы может затягивание и радикализация протестов, что может стать поводом для переноса выборов, введения чрезвычайного положения или даже прямого вмешательства КНР. Хотя последний вариант все же маловероятен: любое прямое вмешательство при сохранении существующей политической системы окончательно разрушит репутацию лоялистов и будет сопровождаться полной ликвидацией автономии Гонконга.

    2047 год, когда автономии наступит конец, с каждым годом все ближе, но, говоря об участниках протестов, хочется вспомнить шутку Фрэнки Бойла: «Что вы никогда не услышите от француза? Да, это выглядело безнадежно, но мы продолжали бороться».
    • нет
    • 0
    • +3

    5 комментариев

    avatar
    Теперь по быстрому провести референдум (можно по телефону), объявить ГНР, пригласить американских солдат немного заблудиться в Гонконг.
    0
    avatar
    www.bbc.com/zhongwen/trad/chinese-news-49849748:
    Исполнительный директор Гонконга Лин Чжэньюе ранее объявил, что был проведен ряд публичных диалогов, чтобы разрешить локальную волну демонстраций, вызванную пересмотром Указа о беглых преступниках. Первое диалоговое заседание состоялось в четверг (26 сентября) в районе Вань Чаи, на которое ушло более двух часов, и было выбрано 30 представителей общественности, однако в ходе анализа(ЧЬЕГО «АНАЛИЗА»?) диалог был назван «говорящим самим собой».

    Правительство Гонконга ранее сообщало Би-би-си, что оно было открыто для публики после того, как на прошлой неделе была объявлена ​​дата первого диалога, после чего 150 человек были случайным образом отобраны с помощью компьютера, чтобы пригласить их принять участие. На сцене были случайно выбраны 30 участников для выступления, затем должностные лица ответили.
    香港特首林鄭月娥早前宣佈舉行一系列公眾對話會,希望以此解決當地由《逃犯條例》修訂引起的示威浪潮。首場對話會周四(9月26日)在灣仔區舉行,歷時兩個多小時,三十名市民獲選中發言,但分析形容對話會仍然是各方「自說自話」。

    香港政府早前對BBC表示,上周宣佈首場對話會的日期後開放給公眾報名,之後透過電腦隨機選出150人邀請他們出席,現場再隨機選出30名參加者發言,然後由林鄭月娥或其他在場官員回應。
    0
    avatar
    Официальная точка зрения китайских СМИ об иностранном вмешательстве в протесты точно бьет по чувству национальной гордости китайцев
    А что, это не правда? Вот возьмём Уйгурию. Как её использовали и как её интересы предавали в течении ХХ-го столетия — ужас…
    Восточно-Туркестанская Исламская республика
    Гоминьдан и Советский Союз осложнили ситуацию, посылая войска Цзиню и его командующему Шэн Шицаю, на его стороне также были белые эмигранты из СССР, обитавшие в долине реки Или.

    … На севере Шэн Шицай получил помощь в виде двух советских бригад, Алтайской и Тарбагатайской, замаскированных под белых алтайских российских казаков во главе с красным генералом Волошиным.
    12 ноября 1944 года повстанцы провозгласили создание Восточно-Туркестанской республики.
    Во главе правительства Восточно-Туркестанской республики был поставлен высший иерарх мусульман Илийского округа Алихан-тюре. В состав правительства вошли уйгуры Ахметжан Касымов, Хакимбек-ходжа и Рахимжан Сабирходжаев, татары Анвар Мусабаев и Набиев, казахи Урахан и Абдулхаир, русские И. Г. Полинов и Ф. И. Лескин и калмык Фуча
    Да… Не только золото. Как только найдут что вкусненькое, так и начинается заваруха — за свободу. Красть.
    — Во время войны на территории Китая были наши прииски… Добытое золото, запакованное в ящики, с усиленной охраной… муж отправлял в Союз. Где-то около 60 ЗИСов с золотом. Но, может быть, об этом я не имею право говорить… Это не моя тайна.
    Так что там с китайскими олмазами в Гонконге? Кому они конкурентами?
    0
    avatar
    Байда о том, что в Гонконге чернорубашечники борются за свободу и демократию, байда о притеснении уйгурского народа в современном Китае, байда о Байдене… Вот чем занимаются свободные СМИ современности.
    0
    avatar
    Китай — новый мировой алмазный центр
    13 августа 2012 Аналитика
    Ноу-хау Китая позволяет наращивать превосходство в качестве крупнейшей в мире страны-производителя синтетических алмазов. В Китае сейчас производится 56% искусственных алмазов ювелирного качества в мире
    Компания Huanghe Whirlwind International из провинции Хэнань сделала «ответственность» ядром своей маркетинговой стратегии. Китайский производитель заявляет, что его синтетические алмазы являются «идеальными для тех людей, которые стремятся свести к минимуму негативное воздействие на окружающую среду от производства ювелирных изделий», так как их камни не добываются и являются «бесконфликтными».

    в июле 2018 года Федеральная торговая комиссия США (ФТК) одобрила существенные поправки в «Положение о драгоценных камнях и металлах», которые по новому описали правила торговли природными и синтетическими алмазами. Поправки значительно отличаются от тех положений, которые пролоббировала компания De Beers в 2016 году.

    Новый стандарт исключает слово «природный» из любого определения «алмаза». То есть ФТК больше не делает разницу между синтетическими и природными камнями. Более того, она дала разъяснение: «Если участник рынка оперирует словом «синтетический» для описания конкурирующего драгоценного камня, выращенного в лаборатории, чтобы описать его не как алмаз… это поведение стоит считать вводящим [потребителя] в заблуждение».
    0
    У нас вот как принято: только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут делиться своим мнением, извините.